Травы цветут

Месяц пролетел мимо — за ним второй. Съемки клипа для новой группы Зико были окончены в рекордные сроки, и Джису вскоре с удивлением наблюдала за тем, какой замечательной получилась новая работа. Все было ровно в меру — хороший вокал, правильные слова, красивые локации. Словно все получилось так, как нужно, а позаимствованные у самого Зико фишки усилили эффект. Джису понравилось то, что она видела. И в клипе ее было совсем мало — только ее силуэт и отсылки к грядущей рекламе. Так правильно и хорошо. Если бы Сехун снова увидел ее с другими мужчинами в кадре, он бы снова огорчился. Он стал ревновать ее ко всем — к любому мужчине, который проявлял к ней внимание или просто выказывал уважение. Даже к Сын Хену, который забирал ее или привозил, или к ее менеджерам. Ему не нравилось общество любого мужчины — он был заранее против и не одобрял все. Джису даже и не подозревала какой он все-таки собственник. Она понимала его, пыталась идти навстречу, старалась беречь его нервы — и всякий раз сдавалась. Уставшая от работы, от давления агентства, от притязаний Дары, она была вынуждена терпеть и его перемены — и руки опускались от бессилия. — Он так изменился, — писала она Джунмену. — С ним что-то творится, что-то странное и непонятное для меня. Ему не нравится ничего, что я делаю, он постоянно подозревает меня. Может, мне лучше взять перерыв в работе? Может, мне поговорить с начальством? — Я думаю, тебе стоит просто успокоиться. Рано или поздно он осознает, что творит глупости, и придет в себя. А перерыв в работе брать, напротив, не стоит — если возьмешь, погрузишься в эти проблемы с головой и сойдешь с ума, — резонно отвечал ей Джунмен. — Дай ему и себе время. Все нормализуется. И она послушно давала ему и себе время, замолкала, оставляла все на самотек, вот только Джису не знала, что надежды на их с Сехуном будущее у нее и у Джунмена были разные. Она искренне верила в то, что все наладится, Джунмен же верил, что все кончится быстро и без последствий. Он хорошо знал Сехуна. И прекрасно понимал — тот слишком молод и увлечен. Если он поймет, насколько сейчас востребована Джису, он устанет от этого и начнет искать развлечение в другом. И найдет его. … Ее звали Цзыюй, молодая и красивая китаянка из хорошей семьи с достаточно обеспеченными родителями. Она училась в колледже и тренировалась в другом агентстве, нежели Сехун, но некоторые мероприятия у них были общими, и там они познакомились. В отличие от Джису, в Цзыюй не чувствовалось тепло или нежность — она была, как говорится, королевских кровей, и умело обдавала холодом тех, кто это не чувствовал. Того же Бэкхена она отбрила от себя так, что тот стал обходить девушку далеко стороной. Царственная осанка, высокий рост, длинные волосы и слегка надменный взгляд — в нее это было не вбито, а вцеловано с самого детства. Она знала, что красива, знала, что талантлива и молода — и никто не мог переубедить ее, настолько она была хороша. Сехун ей не нравился на самом деле — она в глубине души знала свою судьбу. Рано или поздно ей встретится политик или бизнесмен, богатый настолько, что сумеет полностью обеспечить ее будущее, подарит ей мировую известность. Она была этого несомненно достойна — и не боялась это признать. Но зато Сехун нравился всем ее подругам. И товаркам по агентству. И соседкам. И знакомым. Всем. И из собственной прихоти, просто потому что ей так хотелось, она начала ленивое вымученное общение с ним — а он не нашел в себе силы пресечь его. — Этот чертов смазливый щенок общается только с вижуалами, как я вижу, — злился Бэкхен. — Окружил себя первыми красотками, на вторых и не смотрит. — Завидуешь? — смеялись над ним парни из группы. — Ты завидуешь! Точно! — Чему тут завидовать? — огрызался тот. — Больно нужно. А сам потихоньку наблюдал за Сехуном, почти следил за ним и делал выводы. Сехун не торопится менять свою жизнь, он аккуратен и неприхотлив — и так же аккуратно делает то, что ему хочется — сначала с Джису, теперь вот с другой красоткой. Он не мог еще понять, что им движет, но ему до ужаса хотелось щелкнуть по носу Сехуна и Джису, настолько они раздражали его своей приторной любовью. И он нашел выход в лице красавицы Цзыюй, которой однажды не посчастливилось оказаться рядом с ним на каком-то мероприятии. — Какие у вас двоих отношения? — спросил он шепотом, указав на Сехуна. — Оппа, тебе что — есть до этого дело? — она ответила вопросом на вопрос. — Найди себе другое занятия, а. — Просто не хочу, чтобы мой донсен поступал плохо, — задумчиво сказал он. — Ты не такая девушка, тебя нужно уважать. — О чем ты? — красотка надменно посмотрела на него. — Он мне ничего не обещал. Мы просто дружим. И все. — Он ухлестывает за любой первой красоткой в любом агентстве… — признался ей Бэкхен. — До тебя окручивал Ким Джису, актрису… Ты ее знаешь? Теперь вот ты, а следом будет… Наверное, та шикарная красотка Бэ Джухен из группы, как раз недавно дебютировала. — После меня? — уточнила девушка. — Он с тобой сам планами поделился? Или ты наговариваешь на него? — Я просто хорошо его знаю, — Бэкхен усмехнулся. — И поверь мне, тебе стоит быть с ним осторожной. Дружи с другими парнями. С теми, кто тебя достоин. Он ушел, а Цзыюй осталась один на один с этой информацией. Она не верила Бэкхену — велика важность, но мысль, что она могла быть у Сехуна не одна, бесила ее даже больше слухов. Ее собственный дебют ей пока только снился. Она еще ничем не рисковала. И в случае чего она знала, что деньги ее родителей избавят ее от любой проблемы. Поэтому невинно рассудив, что ее поступок поможет наказать Сехуна, если он действительно решился поиграть с ней, или напротив подстегнуть его, если он просто боится приблизиться к ней, она пустила слух, что встречается с ним уже несколько месяцев. Ничем не рискуя — он точно не опровергнет это, потому что она красотка, да и некрасиво так поступать с девушкой. А сама она никому ничего подтверждать и не намерена. Дело это ее личное. И точка. — Может, мне просто поговорить с ним? — в очередной раз советовалась Джису с Джунменом. — Спросить, в чем я не права? Я чувствую, что теряю его. — Может, и так, — впервые согласился тот, потому что чувствовал — конец все ближе и ближе. — Думаю, теперь вам поговорить точно нужно. — А что случилось? — спросила девушка. — Что-то серьезное? Или просто так? — Не хочу тебе врать, — искренне признавался тот. — Но Бэкхен повсюду крутит сплетнями от той девушки Им Наен, может, ты знаешь ее? Она скоро дебютирует в составе большой группы, и там есть потрясающий вижуал по имени Цзыюй. Говорят, что у нее интрижка с Сехуном. Но я, конечно, в это не верю, и тебе не советую принимать все близко к сердцу и… Остальное Джису уже не читала — набирала номер Наен, который помнила еще со школьной скамьи. — А почему ты спрашиваешь? — спрашивала та, — Ты тоже такое слышала? Джи, мне намекнули девчонки… Но я сама у нее спросила. Эта девчонка как кремень, из нее слова не вытянешь. Но стоит мне назвать имя того парня… Она словно с ума сошла. Покраснела и поменяла тему. — Она влюблена в него? — тупо проговаривала Джису. — Может, это невзаимно? — Видела б ты Цзыюй… — мудро произнесла Наен. — С такой девушкой невзаимно ничего быть не может. Она чудо как хороша, такая красотка… Джису попрощалась с Наен, положила трубку, села на диван и долго смотрела в пустую стену своей новой квартиры. Внутри нее впервые за все отношения с Сехуном появился странный звенящий вакуум, и она точно знала, что теперь не уверена — правда ли это или нет. *** Мино старался проводить много времени с Зико под самым благим предлогом — дескать, Сын Хен его просил. Они ездили на тусовки, много кутили, посещали премии, гуляли… Делали все то, чего хотел Зико, и столько, сколько хотел. Мино не был лидером своей группы, не был он и самым старшим, но он сознательно взял на себя столь проблемного гостя, искренне стараясь сделать все, чтобы тот видел в нем близкого по духу или даже друга. Мино не нравился Зико. Но Мино боялся за Джису — та была вынуждена пропадать в обществе Зико последние недели. Стоит только тому позвонить, Дара начинает собирать Джису и торопливо дает наставления, делать все так, как хочет Зико. Это не понравилось Джину — не понравилось и Мино тоже. У Джису, конечно, хватит ума отказать тому, если он захочет с ней сблизиться. Но у Зико хватит ума использовать ее потенциал так, как выгодно ему и его группе. И вряд ли он спросит при этом мнение самой Джису. Так, по крайней мере, казалось Мино. Так это и было на самом деле. После премьеры клипа они все посетили вечеринку. Джису пришла с опозданием — но именно на нее были обращены все взгляды, она сейчас на пике популярности, очень красивая, к тому же Сандара старалась одевать ее именно так, как нравилось мужчинам. Короткие юбки и шорты, которые не прятали стройные длинные ноги девушки. Свободные локоны, которые всегда в приоритете. Легкий макияж. А вела себя Джису идеально — говорила не так много, скрытно улыбалась, но всегда оставалась при своем мнении. Мужчин такое привлекало. Любых. — Уж очень она хороша, — сказал ему Зико, когда алкоголь взял свое. — Да? — Джису-ши лучшая, — искренне сказал Мино. — У нее все должно получиться. Она старательная и умная. — Ум женщине не так нужен, — пожал плечами Зико. — И где ты разглядел ум? Я пока вижу только ее формы… Какие же… Замечательный вид. Джису как раз стояла спиной к ним — и Мино стало физически неприятно, что этот человек позволял себе разглядывать ее. Он заранее презирал его полностью, мечтал спрятать ее от него, закрыть, чтобы тот даже взглядом не марал ее, но сдержался из последних сил. — Не надо так, хен, — дружелюбно сказал он. — Она еще как ребенок. Не считай ее одной из этих девушек. Она не такая. — Вы в группе, наверное, все предлагали ей встречаться, — пожал тот плечами. — Я бы на вашем месте предложил. Она еще теплая и наивная, ее нужно поскорее брать. Если не возьмешь, то могут начаться проблемы. Когда она поймет, что хороша, то будет набивать цену. — Мы относимся к ней как сестре, — парировал Мино. — Уважаем ее и ее выбор. — А… Джентльменство, — пожал тот плечами. — Это скучно… Вскоре вы, парни, увидите всплеск ее карьеры. Я уже все продумал. Мои парни тоже хороши. После той рекламы на нее будут смотреть все мужчины страны. — О чем ты? — непонимающе спрашивал Мино. — Не понимаю тебя. Что такого будет в ее карьере? Хен, ты же не собираешься вредить ей? Тебе этого никто не позволит… — Нет, конечно, — отмахнулся Зико. — Зачем вредить? Я заинтересован в ее продвижении. Я уже и песню для нее написал. Она почти готова… Песня, которая откроет ее сексуальность. И клип снимем соответствующий. Ее будут все желать. Мы продадим миллионы альбомов и сотни тысяч билетов на нее. — Ей не нравятся такие песни, — сказал Мино. — Она однажды пела мою. Балладу. Такое ей пойдет больше. У нее чудный голос. — Баллады это прошлый век, — Зико осушил бокал. — Ты не понимаешь, Сон Мино. Пока можно продать — нужно продавать, дальше будет поздно. Индустрия выбрасывает в мир сотни тысяч новых лиц каждый год. Только и успеваем с ними работать. Люди будут покупать то, что им нравится. Вот она — нравится. Посмотри на нее! Она красотка, умеет петь и играть, к тому же не тупая. Если ее чуточку протолкнуть, она станет брендом. Ваше агентство с ней начнет лидировать. У тебя у самого руки развязаны будут. Думай как хочешь — это выгодно! Выгодно я тебе говорю. — Черт тебя дери, хен… — Мино потерял терпение. — Женщины не вещи! Пойми ты, наконец. Не вещи! Нельзя так к ним относиться! Твоя мать тоже женщина. И сестра! Представь, что кто-то будет также продавать их, как ты сейчас? Как тогда? — Моя мать никогда не была такой красоткой, — пожал тот плечами. — А сестра… Сестра рано выскочила замуж. Но с Ким Джису все иначе. Мы поднимем ее на олимп. Мы превратим ее в настоящий продукт. От одного звука ее имени мужчины будут терять сон. Мои парни подбросят огонь, а потом будет управляемый скандал. Он подарит ее имени звучность. Вот и все. — А если она не захочет? — Мино в отчаянии смотрел на ничего не подозревающую Джису, которая мило болтала с каким-то инвестором. — Что тогда? — У нее нет выбора, — пожал плечами Зико. — Договор уже подписан. Она свою роль сыграет, благо актриса из нее хорошая. Он нагнулся к Мино, обдав того легким запахом выпитого алкоголя. — А ты держи язык за зубами покамест, — сказал он, усмехнувшись, — Рановато еще привлекать к нам внимание. Всему свое время. Ее время обязательно настанет. Слово тебе даю. Довольный собой он поставил бокал — заиграла песня Мино, без лишних церемоний Зико подошел к Джису и протянул ей руку. — Джису-ши, — сказал он. — Shall we dance? * — Неожиданно, — рассмеялась она неловко, но руку подала — и они ушли на танцпол. Сгораемый от боли и ненависти Мино остался стоять и смотреть на них. Теперь в его голове крутилась только одна мысль — он хотел спасти Джису, защитить ее от этого человека, и точно знал, что готов был заплатить любую цену, чтобы этого не допустить. *** — Эти костюмы… — Сыльги подняла яркую тряпочку в стразах над головой и ужаснулась. — Вы серьезно считаете, что мы должны… — Мода, — развел руками Минхо. — А что… Под ними будут защитные шорты. И грудь прикрыта. А тела у вас хорошие, значит, решено? Это ваш первый концерт, то есть первая церемония для выступления. — Ну… — шумная обычно Йерим притихла. Ее наряд был самым коротким, возможно, потому что она была самой невысокой, и значит ей это могло пойти. — Я бы предпочла что-нибудь другое, — честно сказала Венди. Она все еще до ужаса стеснялась говорить с Минхо, но молчать она не могла. — Это же просто шнурки и стразы. Я не вижу тут костюма. — Вы как ханжи говорите… — Минхо с сомнением посмотрел на костюмы. — Ну наденете пару раз и все. В следующий раз, обещаю, поговорю с корди основательно. Но она считает, что вам нужно надеть такое. — Потому что там будет много мужиков, да? — рассердилась Джой. — И они будут глазеть на нас? Вы ради этого нас так уродуете? Все мои платья короткие, но это… Если мы начнем плясать, все упадет. Я не надену этот ужас… Айрин молча наблюдала за ее реакцией, в руках она держала свой наряд — по сравнению с платьями девчонок, он выглядел более или менее цивильно. В глубине души она поняла, почему с ней стараются так не шутить, ее даже часто обходят стороной те самые корди, да и сам Минхо вежлив и аккуратен. Они ее боятся. Ее решение стало причиной увольнения важного человека. Она получила свой вес. — Успокойтесь, — серьезно сказал Минхо. — Разговор окончен. Это обсуждению не подлежит. Вы в шоу-бизнесе, а не в детском саду. Прежде чем выбирать себе наряды, петь научитесь. Все. Он торопливо вышел из комнаты, чтобы не продолжать конфликт. Расстроенные девочки все еще вертели в руках свои наряды. У Венди в глазах появились слезинки из-за слов Минхо о пении. Это было единственное, в чем она была уверена, а он сумел заронить в ней сомнения даже в этом. Жестоко… — Я… Я устала… — тихо сказала Йери. — Меня родители убьют, когда увидят. Ну серьезно. — Не убьют, — Айрин поднялась с места, медленно подошла к ней, взяв ее наряд в руки. — Ты же слышала его? Знала куда идешь? — Зачем ты так? — не выдержала Сыльги, но Айрин уже взяла и ее наряд, и наряды Венди и Джой. Прибавив туда свой собственный, она легко подошла к мусорной корзине в углу и выбросила все туда. На молчаливый вопрос в глазах девушек просто улыбнулась. — Это обсуждению не подлежало, так он сказал? Ну так вот ему наш ответ. Если позволим вытирать о нас ноги — завтра он продаст нас какой-нибудь жирной свинье в таких нарядах. Мы не куклы. Мы женщины. А женщины заслуживают уважения. — Это, конечно, здорово, но что нам теперь надеть? — поинтересовалась Джой. — Ты оставила нас без одежды… — А тут все просто, — Айрин показала на вешалку увешанную их концертной одеждой. — Наденьте тот костюм, который вам больше всего нравился до этого. И все. Это не промо, не музыкальное шоу. Захотели и надели, что такого. — А ответственность я беру на себя, — прибавила она. — Я не позволю, чтобы нам было неудобно на выступлении. Упадем — будет проблема. Опозоримся — тоже. Наденем то, что дает нам уверенность. Так будет лучше. — В одном только ты ошиблась, — поправила ее Сыльги, проходя к вешалке с нарядами. — Ответственность мы разделим на пятерых. И спасибо, лидер. Спасибо тебе. ___________________________________________________ * Я вспомнила сцену из выпуска Инкигайо, где Зико был временным МС с Джису и Доеном, и именно так он к ней и обратился - этот момент не был в сценарии, Джису сказала, что для нее это было неожиданно, к тому же она так и не коснулась его руки, просто симулировав танец. Для меня это было показательно. А вообще в моей работе много отсылок к ситуации в кейпопе и к намекам от сасенов. Это к слову.