Empty

      Слова мужчины успокаивали, с этим поспорить было нельзя. Но девушку смущала та пристальность, с которой он ее рассматривал и проскальзывающие пугающие нотки в бархатном голосе.       А позже, Габриэлла начала сомневаться в том, что ее новоприобретенный проводник в курсе, куда идти. Потому что шел он прямо противоположно четко прописанному пути эвакуации. Габи прекрасно знала все схемы входов и выходов и была полность уверена, что на втором этаже была всего одна пожарная лестница, что могло значить лишь то, что мужчина увел её не в ту сторону. Семена сомнений порождала и странная речь охранника. У Паркер вызвало дискомфорт столь фамильярное обращение «спасителя» к ней. Он говорил так, будто бы они были знакомы всю жизнь, были близкими друзьями, а не познакомились пять минут назад в сумасшедшем доме. Ну, как познакомились. Она даже не знала его имени.       Робко шагая вперед, Габриэлла обернулась, но пути отступления были отрезаны: обойти незнакомца было нельзя. Самым пугающим было осознание того, что несмотря на странное поведение спутника, он внушал ей доверие и веру в то, что она в безопасности. Это, в принципе, было и неудивительно: учитывая всё происходящее вокруг, всю странность и дикость случившегося, потерю подруги, незнакомый мужчина, который «увел от опасности», был олицетворением спокойствия. Любой напуганный человек ищет защиты на подсознательном уровне. И Габи была не исключением. — Не оставляйте меня здесь! — воскликнула было она, но мужчина уже закрыл за собой проход. Паркер ничего не оставалось, как последовать совету «охранника» и спрятаться.       Но только ее пальцы сжали металлическую ручку, как она поняла то, от чего кровь в жилах моментально похолодела. Пока она шла рядом с Эдди, она бегло рассматривала его целиком. Что-то не давало ей покоя, что-то казалось странным. Но тихое спокойствие и уверенность в его голосе не давали сосредоточиться. Оказавшись наедине с собой и мыслями, Паркер с ужасом осознала, что доверилась не тому. Ореол «надежного защитника» спал с Глускина, когда тот еще выбивал дверь, вместо того, чтобы воспользоваться ключами, что должны были быть у любого охранника. Его выдала не гневная реакция на закрытую комнату, вовсе нет. Его выдали ноги. А точнее — больничная обувь. В Маунт-Мэссиве работникам нужно было иметь свои комплекты обуви, в то время как больным их выдавали, что было вполне естественно, хотя некоторые предпочитали быть босиком. Проработав в этой больнице достаточное количество времени, Габриэлла могла отличить эти ботинки от чего угодно.       Когда она поняла, КТО привёл ее в эту комнату, кровь отхлынула от ее лица, предательски зашумев в ушах. Она не знала, чего хочет от нее этот больной. Но явно ничего хорошего. Но может, ее догадки ошибочны? Может, ей показалось? В конце концов, глаза могли подвести ее, она могла перепутать. Изо всех сил светловолосая уговаривала себя, что ей показалось и с обувью охранника все в порядке. — Успокойся. Успокойся, — продолжала твердить она себе.       Отпрянув от шкафчиков, блондинка резво подскочила к окну. Прыгать — высоко. Деревья слишком далеко, да и наверняка по территории бегают такие же умалишенные. Только там спрятаться будет уже негде. Подбежав к двери, она попыталась придумать, как бы аккуратно отодвинуть ее, чтобы не уронить, но внезапно раздавшийся за ней хриплый голос заставил ее вскрикнуть и отпрыгнуть от нее. — Эй! Эй, ты там? Я тебя слышу! Я… Я хочу рассказать тебе секрет. Ты слышишь? Выйди сюда… ВЫЙДИ СЮДА Я СКАЗАЛ! — Паркер не понимала, откуда у нее взялись силы придвинуть одну из немаленьких тумбочек и подпереть ею и без того слабо держащуюся на петлях дверь. Если бы не этот шкафчик — она давно бы уже упала во внутрь помещения, где пряталась медсестра. Из глаз брызнули слёзы. — Убирайся! — почти что взвизгнула она понимая, что загнана в угол. Понимая, что деваться некуда. Карнизы окон были слишком тонкими, чтобы по ним перейти в другую комнату. Выход был только один: Паркер быстро залезла в один из шкафов, что стояли дальше, захлопнув дверь и обхватив себя руками.       Больной бился об дверь, пытаясь проникнуть внутрь. Габриэлла, стараясь успокоиться, пыталась прислушаться. Нужно было выждать момент, а потом бежать. Бежать без оглядки и без остановок. Всхлипывая, Паркер услышала, как упала тумбочка, а за ней, с громким грохотом, упала и дверь.       Вошедший в раздевалку явно не собирался выходить оттуда без своей добычи. Бормоча под нос одни и те же фразы, он, шаркая ногами, медленно продвигался по помещению. Габриэлла поняла, что не сможет оббежать больного. Хотя бы потому, что он слишком быстро двигался, открывая дверцу за дверцей.       Однако, услышать «секрет» пациента Паркер не довелось. У входа раздались довольно спешные и громкие шаги. А потом звуки борьбы — удары, глухой стук упавшего тела. Блондинка прикусила губу, сдерживая судорожные вздохи. Она узнала голос зовущего её, но просто не могла пошевелиться, парализованная ужасом. Еще бы чуть-чуть, еще пара-тройка шкафчиков, и этот безумец нашел бы ее. Кто знает, чтобы он сделал с ней, если бы не вовремя подоспевший охранник? Вот же герой! К счастью (?), мужчина сам нашел девушку, за руку выуживая ее из шкафчика, заботливо осведомляясь, в порядке ли она. ***       После того, как Глускин закрыл проход недавно выбитой дверью, он направился дальше по коридору в надежде найти, во-первых, что-нибудь съедобное, а, во-вторых, другую одежду, ведь эта мерзкая больничная униформа неимоверно раздражала мужчину. Зайдя в одну из открытых комнат, в которой, к радости Эдди, располагалась раздевалка, мужчина подошел к шкафчикам и стал искать себе новую одежду. Всё же поиски принесли какой-то результат и спустя 10 минут на Глускине были надеты, помимо рубашки и штанов, еще и темно-синий жилет и такого же цвета бабочка, а обычную больничную обувь он сменил на черные кожаные туфли. Все эти вещи, найденные в разных шкафчиках, скорее всего, никому бы больше не пригодились, хотя… Даже если бы эти вещи были бы кому-то нужны, то Эдди это совершенно не волновало. Сейчас у него была немного иная цель.       Когда с переодеванием было покончено, а остатки униформы и больничная обувь были отброшены в сторону, темноволосый спокойно вышел из раздевалки, продолжая свой путь по коридору. Насколько он помнил, в каждом отделении была комната, специально отведенная для медсестер, которые оставались в психиатрической лечебнице на гости следили за некоторыми особо буйными пациентами, поэтому сейчас мужчина и искал такую комнату на этом этаже. Дойдя до конца коридора, он попытался войти в последнюю дверь, где он еще не был, но она, как и самая первая, была закрыта. Чтобы выбить и её тоже много времени не ушло и уже через пару минут Глускин осматривал эта самую комнату, надеясь найти что-нибудь съедобное, ведь последний прием пищи был около пяти часов назад и мужчина уже достаточно сильно хотел есть. Найдя пару кусочков хлеба, он съел их, а после продолжил поиски еды, которую можно было бы принести его невесте. Вдруг с другого конца коридора донесся какой-то голос, видимо пытающийся заговорить с блондинкой, которая осталась в одной из раздевалок. Эдди это, конечно же, не обрадовало, но он решил сначала найти еду для девушки, а потом уже разобраться с тем самоубийцей, который посмел приблизиться к тому, что принадлежит Глускину. От поиска еды Эдди оторвал громкий шум, исходящий все с того же конца коридора. Спешно выйдя из комнаты, жених добежал до комнаты, в которой находилась медсестра и увидел, что дверь, которую он сам поставил так, чтобы она прикрывала проход, сейчас лежала на полу, а рядом с ней была и непонятно откуда взявшаяся тумбочка. Сам же неудачливый гость ходил по раздевалке, видимо, в поисках девушки и не обращал на пришедшего Глускина ни капли внимания.       И вот снова возникает очередная вспышка гнева. Подняв стул, стоящий неподалеку от письменного стола, Эдди ударил им незнакомца по голове, тихо подойдя к тому сзади. От этих действий темноволосого зашедший сюда мужчина упал на пол, а его кровь, вытекающая из раны на голове, растекалась по полу темно-бордовой лужей. Нанеся еще несколько ударов по голове и груди мужчины, Глускин отбросил испачканный в крови стул в сторону и стал искать свою невесту, которая должна была находиться в одном из многочисленных шкафчиков для одежды и личных вещей медперсонала. — Дорогая! Где же ты? Выходи! — немного взволнованный голосом произнес жених, открывая дверцу очередного шкафа и не находя в нем девушку. После проверки каждого из возможных мест нахождения медсестры, Эдди начинал беспокоиться все больше и больше, ведь ему совсем не хотелось терять только что приобретенную невесту. Особенно ему не хотелось делать этого в первый же день знакомства. Но вот в одном из шкафов «бывший охранник» всё же нашел испуганную девушку. Аккуратно, насколько возможно в данной ситуации, Глускин взял её за руку и потянул на себя, заставляя выйти из шкафа и попутно осматривая блондинку. — С тобой все нормально? Он ничего не сделал с тобой? — Я… Со мной всё нормально, он меня даже не нашел, — выдавив из себя слабую улыбку проговорила Габриэлла, сглатывая. Но как только ее взгляд упал на окровавленное тело, ее глаза расширились. Инстинктивно она шагнула поближе к Глускину, но в следующее же мгновение отшагнула обратно. Она наконец-то смогла увидеть, что мужчина несколько «видоизменился». Одежда охранника сменилась на костюм, который мог бы показаться праздничным. — З-зачем Вы переоделись? — тихо, очень тихо спросила Паркер, пятясь назад. Но далеко пятиться не пришлось: сзади была железная стенка шкафчика. В этот момент Габи напоминала загнанного в угол зверя.       Теперь ее догадки не казались ей параноическими. Мужчина вместо доверия начал внушать страх и желание убежать. Что и собиралась сделать девушка при удобном моменте. Сбежать подальше от пристального взгляда глаз и безумной улыбки. — Тут… тут может быть опасно, — голос дрожал, но Габриэлла продолжала говорить, не спуская взгляда с её «спасителя», — Мы должны выбираться. Отсюда. Туда. Нас эвакуируют и мы будем в безопасности — слабым жестом руки указала она в сторону окна. Ей казалось, будто пальцы стали совсем ватными и не принадлежали ей. Немного подумав, светловолосая решила «подыграть» своему «защитнику», добавив: — «вместе».       Габриэлла не могла понять, кто перед ней: псих или просто напуганный человек, как и она. Девушка знала, что в экстренных ситуациях люди могут вести себя странно. Это и мешало ей определить, кто же рядом с ней. Враг или друг? Помощник или Помеха? Страх не отступал, но несколько поутих. Рядом с ним соседствовала надежда, что легко читалась во взгляде медсестры, чья униформа тоже запачкалась кровью. Теплая и вязкая — к горлу подкатывал ком, когда Габи случайно касалась рукой кровавого пятна на штанине.       Заметив такую, не совсем понятную реакцию девушки на его новую одежду, Глускин заметно помрачнел. Его удивляло то, что его невесте не очень нравится то, во что он сейчас одет и, несомненно, этот факт не доставлял мужчине никакой радости. — Неужели тебе не нравится моя новая одежда, дорогая? — задал скорее риторический вопрос темноволосый, смотря то на себя, то на девушку, стоящую перед ним. Но заметив, как медсестра смотрит на лежащее рядом с ними в луже крови тело какого-то больного, Глускин решил, что девушка просто испугана и ничего против его внешнего вида не имеет.       И вот она снова начала говорить про эвакуацию, спасение… Эдди был удивлен тому, что она не может понять, что им никуда не нужно бежать, ведь они могут жить и здесь. Он будет заботиться о своей невесте, а, точнее, будущей жене, она же будет следить за порядком в их доме и рожать ему детей. Да, именно так, ведь целью и главной мечтой жениха была семья и шел он к этой мечте долго и упорно. Он искал ту самую, прекрасную, нежную, родную, искал повсюду, но найти нигде не мог. А сейчас… Она появилась, как луч солнца ранней весной. Эдди уже хотел было прервать речь медсестры, как вдруг услышал слово «вместе». Улыбнувшись одной из самых милых улыбок, Глускин провел рукой по светлым волосам девушки, смотря ей в глаза. — Конечно же мы будем вместе, дорогая. Я так рад, что ты тоже хочешь этого! — произнес он, вновь беря блондинку за руку и выходя из комнаты. Вернувшись к лестнице, по которой они и пришли сюда, жених потащил её на нижний этаж. Спустившись по лестнице, мужчина осмотрелся вокруг, чтобы никаких нежданных гостей не было. Никого не увидев, он пошел прямо по коридору, а после свернул направо, в ту сторону, где располагался спортзал, где иногда проводились некоторые процедуры. Сейчас жених пытался найти самое безопасное место для своей будущей жены, поэтому ходит по всем этажам и заходя в каждую комнату. И вот, спустя примерно 15-20 минут, более-менее спокойное место было найдено — старая мастерская, расположенная в другом крыле здания. Здесь было много различных тканей, в основном грубых и не подходящих его избраннице, но все-таки оставлять девушку в испачканной одежде было не лучшим вариантом, поэтому Глускин зашел в комнату, все еще таща девушку за собой и осмотрелся здесь. Найдя набор ниток, иголки, ножницы и взяв несколько больших кусков легкой белой ткани, мужчина подошел к большому, широкому столу, на котором было бы удобно начать шить свадебное платье для милой блондинки. — Располагайся здесь. Пока что это будет нашим домом, а потом я найду место получше. Если тебе что-нибудь понадобится, то просто скажи мне об этом. — все еще улыбаясь произнес Эдди и посмотрел в сторону девушки и рукой указал на место, где она должна была сесть. Взяв в руки ножницы, мужчина начал вырезать из куска ткани нужные, на его взгляд, детали платья.