Часть 28
21 сентября 2018 г., 06:53
Выйдя ранним утром на крепостную стену замка, белокурый маг, и по совместительству хозяин Нурменгарда, вдохнул морозный воздух. Тело и душа с блаженством принимали подарки просыпающейся после ночи природы, с некоторых пор стали так необходимые бывшему узнику.
Грин-де-Вальд любил это время, когда ещё темно, но постепенно на востоке становится чуть светлей, потом краски ночи меняются на предрассветные сумерки, а затем небо окрашивается ещё более светлыми всполохами.
Они не вечны, и вот уже виднеются зелёные, синие, красные и жёлтые оттенки зарева. И как по заказу, всё внезапно вокруг меняется, становится ярче, насыщенней, живее. Каждый может ощутить приближение любимого и желанного светила, что подарит не только свет, но и тепло.
Но еще никогда магу не удавалось подгадать время, когда солнце начинает подниматься из-за тонкой полосы горизонта. Даже раньше, в его бытность узником, чья камера находилась в высокой башне, такая красота и это мгновение оставались неуловимыми.
-Может, сегодня получится, - прошептал Геллерт, облокачиваясь на выступы и смотря вдаль.
Мир неспешно просыпался, даря не только покой, но и пробуждение и, может быть, надежду на лучший день. Сам же маг с недавних пор не ожидал ничего хорошего, только безликое начало нового дня. Раньше у него хоть было развлечение: видеть глазами своего друга-лича и разрабатывать многоходовые сценарии жизни для других. А сейчас — навязчивый гул голосов наёмников и ожидание…
Маг Геллерт понял, как сглупил, приказав прибывшим наёмникам расположиться в Нурменгарде. Было бы интересней сейчас штурмовать с теми, кто уже прибыл, Министерство Британии или Хогвартс. А там бы и остальные наёмники не задержались. Увы, теперь глупое упрямство не позволяло покинуть свою бывшую тюрьму, и приходилось ждать.
Хотя, может так случиться, что руками врагов он сумел бы уничтожить этот замок, продолжающий напоминать о прошлом заточении.
Окрик-перекличка стражников заставил невольно отвлечься на голоса, а когда маг вернул взгляд на восток, солнце уже показывало большую часть своего красного бока.
-Хм. Я опять опоздал на какие-то несколько мгновений… – недовольно стукнул он кулаком по холодному камню.
Вспышка рядом с восходящим солнцем чего-то яркого заставила замереть, а затем быстро применить заклинание Зоркий глаз. Грин-де-Вальд и ещё пара охранников, находившихся на крепостной стене, смогли увидеть, как образовался зигзагообразный пролом в пространстве на дальней кромке леса. Несколько секунд ничего больше не происходило, затем новая вспышка, но уже молнии, расширила пролом, и из него вышла дева-воительница, чьи крылья сверкали под лучами восходящего светила.
Почувствовав, что чья-то магия направлена на неё, валькирия лишь рассмеялась, отходя в сторону, чтобы дать проход своему войску.
-Габэ, хватить глазеть, призыв к обороне! Наши «друзья» сами прибыли и их надо встречать. – Один из охранников тут же поспешил вниз к казарме, сам же хозяин замка довольно улыбнулся. Пора воспользоваться своим Накопителем.
Пока во дворе собирались заспанные маги и готовились к будущему сражению, Геллерт спустился в подземелья, где на Алтаре возлежал небольшой, в два локтя, посох.
Бережно обхватив его, маг довольно рассмеялся.
-Сегодня нескучное начало утра…
***
Серые волны неспокойного моря обрушивались на небольшой островок суши, находившийся не так далеко от берега, но в то же время позволявший воде легко хранить свои тёмные тайны, спрятанные в ее глубинах. Волны бились о камни, но никак не могли проникнуть в самые неглубокие недра пещер и, наверное, завидовали тем, кто сейчас прятался от всего мира. Подул пронзительный ветер, тучи быстро заволокли небо, море, приветствуя, ещё сильнее взволновалось, и где-то вдалеке раздался гулкий звук грома. Как только шум смолк, послышался свист и лай собак.***
Для тех, кто находился в пещерах, мир за их пределами казался незначительным и уже не очень важным. С утра лич Альбус и его слуги готовились к ритуалу, и никакие посторонние мысли не могли помешать осуществлению заветной мечты. Бережно, но в тоже время крепко удерживая голема Тёмного Лорда, Барти Крауч перенёс его по мосту к центру маленького островка, на котором стоял трансформированный из чаши котел, в которой раньше находился медальон-крестраж. Несмотря на рычание и угрозы, маг закончил свои действия, поместив голем в пока ещё пустой котёл, отошёл чуть в сторону, ожидая прихода Дамблдора. Жертву же ритуала оставили пока в другой пещере, надеясь на артефакты и крепкие верёвки, не дающие возможности колдовать. Величественно пройдя мимо злющего зельевара, лич Дамблдор по-отечески покачал головой, заметив, каким взглядом провожает его мужчина. -Мой мальчик, Северус, ты, наверное, не можешь сейчас понять какой чести ты удостоился. Тебе выпала честь стать самой главной жертвой в нынешнем ритуале, что изменит магическую Англию, и возможно, весь мир. Гордись, мой мальчик. -Альбус, ты хоть понимаешь, что твои решения и действия станут причиной раскрытия или разрыва Завесы? А за ней находятся не мягкие и пушистые существа, и ни одного из них нельзя назвать светлым. Ты же так всегда кичился этим. Даже Грин-де-Вальд такого бы не сотворил. -Мой закадычный друг Геллерт сам создал меня, а это значит, что когда-то в мыслях или глубоко в его подсознании теплилась надежда сделать то же самое. Мы оба авантюристы и мечтали сотворить свой мир. И если в мире появится что-то новое, то это будет просто замечательно. -Вы безумны… – зельевар как можно дальше отшатнулся от бывшего директора Хогвартса, чувствуя, замечая, как тот изменился: глаза сумасшедшего, усохшее тело, почти как у мумии, и вонь тлена. Но, видимо, для лича и его слуг это не имело значения. -Нет, мой мальчик, я тот, кто сможет доказать своё величие и гениальность. Повернувшись в сторону моста, старик попытался величественно пройти дальше, но нога неестественно подвернулась и громко хрустнула. Лич, лишь недовольно зарычав, приподнял подол ярко-малиновой мантии, осматривая повреждение. Уже несколько дней он замечал, что тело иссыхает, а запах тлена уже не удерживается артефактами. Увы, без подпитки источника и вливания силы бывшего хозяина-друга, магия начала шалить и постепенно утекать. Сейчас оставалась надежда на то, что новый лич и жертвоприношение внесут стабильность, а потом можно было задуматься о своих крестражах. Не зря же он тренировался с Томом и его душой, чтобы не столкнуться с теми же ошибками: безумие, неконтролируемая ярость, мания величия и подозрительность. -Питер, принеси зелье Костероста, – крикнул старик дёрганому человеку. Тот быстро закивал и кинулся выполнять задание. Ещё пара минут, чтобы выпить зелья и зафиксировать перелом конечности, что нехотя срастался. Пришлось Дамблдору, прихрамывая и удерживаясь за плечи Петтигрю, неспешно идти к месту ритуала. Прислонившись к холодным каменным стенам, Северус почувствовал лёгкое прикосновение магии и чужого сознания. Хватило нескольких секунд, чтобы индефицировать гостя, и, заметив, что никто не смотрит в его сторону, зельевар улыбнулся, а затем дал доступ к своему разуму. "Привет, мой Север", - раздался до боли любимый голос, от которого хотелось замурчать, а магией любимого укрыться, как пледом. "Привет, моё персональное солнце. Вы скоро прибудете? Я так хочу к вам, а не на алтарь в качестве жертвы". "Мы почти рядом, нам нужно лишь окропить кровью проход, а там уже Люциус начнет действовать. Потерпи и постарайся оказаться как можно дальше от всего нехорошего". Родное сознание мягко прошлось по всем клеточкам тела, даря теплоту, надёжность и попутно разряжая артефакты. Связь прервалась, но чувство радости осталось. Вновь посмотрев в сторону островка, зельевар взглядом встретился с алыми глазами, что виднелись в котле. Голему хватило этого момента, чтобы понять и улыбнуться, не смотря на тех, кто с удивлением косился на него, не взирая на то, что вот-вот начнется ритуал. Счастье радости и предвкушения отразились во всём теле. -Томи, Томи, - раздался голос Дамблдора почти у самого уха, а старческая рука коснулась подбородка голема. – Ты же знаешь, как я люблю тебя? Ты же знаешь, как я внимательно следил за твоей жизнью, как делал всё возможное, чтобы ты стал Великим? Ты же понимаешь, что мы выбрали это место не просто из-за того, что оно никому неизвестно. Мы его выбрали, потому что это символично, для тебя особенно. И вот сегодня я не только тебя воскрешу, но и ты станешь моим. Мы будем велики и пойдем рука об руку к новому миру. -Старый маразматик, - выплюнул Том, мотая головой в надежде сбросить ненавистную руку. – Ты мне всю жизнь испортил, но я не собираюсь быть тем, кто уничтожит мир. Ты меня сделал Тёмным, но только сейчас я начинаю понимать, что мне выгодно быть Тёмным, а не быть ТАКИМ СВЕТЛЫМ! -Всё это слова, мальчик мой, ещё через некоторое время ты поймёшь, что я прав… всегда. Барти, начинаем. Мужчина с жалостью посмотрел на голема, но начал выписывать в воздухе первые руны. Одна легла с потрескиванием, следом шла другая, но тихий лай собак заставил участников ритуала остановиться и быстро осмотреться. -Что это? - хрипло спросил Барти Крауч-Младший Дамблдора, но тот с удивлением посмотрел на него. Вновь послышался лай, и он явно приближался. - Вот сейчас, собаки... -Я не слышу, - Дамблдор просканировал пещеру, но никого не увидел. – Не останавливайся. Нервно передёрнув плечами, белокурый маг продолжил вычерчивать в воздухе руну, не переставая вслушиваться во все странные звуки. Он же первым и услышал звук крыльев, вновь останавливая ритуал, чтобы осмотреться. В пещеру влетел феникс, зависший под потолком пещеры, а потом камнем бросившийся вниз на Дамблдора. Крик боли бывшего директора и клёкот птицы были оглушительны, заставив других замереть в неверии и шоке. Лич ещё пытался бороться с огненным созданием, но проигрывал. Его руки были сильно исцарапаны и обожжены, а вот глаза… Глаз уже не было, потому, что Фоукс, а это был он, клювом вбивался в глазницы, вырывая всё, за что мог зацепиться. Барти оцепенел от увиденного и услышанного, но затем решил помочь тому, кто обещал воскрешение его любимого Тома. Палочка взметнулась в сторону птицы, но затем резко повернулась в сторону новой угрозы. Из-за поворота показались адские гончие, вившиеся под ногами человека в маске, похожей на череп. Тихий свист, и свора замерла в ожидании приказа Хозяина. Взгляд карих глаз переместился с больших серых собак на их хозяина. Хватило секунды, чтобы понять – перед ним Некромант, который не просто так прибыл со своей адской сворой. -Фоукс, достаточно, - тихий приказ, и птица отлетает от своей жертвы, чтобы погнаться за Петтигрю, который сбежал в облике крысы. Крысе не хватило нескольких прыжков до виднеющейся норы, когда ее тушка встретилась с кованым сапогом Люциуса Малфоя. Фоуксу достало мгновения, чтобы схватить тельце на лету и, вспыхнув, раствориться в воздухе.***
Pov Гарольда. Я себя чувствовал как-то странно и по-особому. Если два первых наследия (дроу и нага) я воспринял в более позитивных чувствах, то Наследие Безымянной Леди заставило на многое поменять свой взгляд. Может быть, это Ей помогает, но мне было очень страшно и странно. Для окружающих я был холодной глыбой, ищущей верные решения, исполняющей функцию то ли бога, то ли судьи. Вот только внутри меня горели яркие чувства, которые никак нельзя было показать как врагам, так и просто знакомым, и, может быть, лишь близкие и партнеры поймут всё правильно. Я не хочу быть таким бесцветным, но пресловутое «но» уже не раз показало, как я могу быть не прав, действуя руководствуясь чувствами, а не правилами, наложенными на Жнеца. С некромантами я не церемонился, они для меня были лишь инструментом для дальнейших событий: погибнут, значит, недостойны, выиграют — уровень значимости в своре повысится. Я не собираюсь держать магов долго в шкурах адских гончих псов, от силы пять лет. А дальше если поймут, почему стали псами, поймут, что были не правы, тогда и смогут вновь стать магами, а если нет, то быть им на службе у меня ещё пять лет. Но узнав, что моего Северуса хотят принести в жертву, я еле удержал внутри себя некромантский холод, лишь в глазах отразилось холодное зелёное пламя. Чувства «запер на замок», задействуя лишь магию Некроса и Жнеца. Оказалось достаточно потянуться магией туда, где находилось скопление инфери, и мы были готовы идти. Да, место интересное и очень тёмное, но я пришёл в качестве Жнеца, а значит, мог подпортить многим их никчёмную жизнь. Поговорив мысленно с моим Северусом, я организовал проход к нему, через который смог пойти лишь Люциус, и то благодаря нашей связи. За эти мгновения я лишь сумел дать понять, как дорожу ими обоими, а затем, вновь надев маску, скрывая как внешность, так и свои чувства, дал знак гончим продвигаться вперёд. Прилетевший феникс, которого я не ожидал увидеть, лишь задел крылом мои волосы, а потом стремительно кинулся дальше. Значит, решил мстить бывшему хозяину. Невольно вспомнился василиск и то, как были вырваны у него глаза. Что-то мне подсказывает, что такая же участь ожидает любого врага этой «милой» птицы. Я не ошибся. Лича от возмездия не спасло бы ничто и никто. Да, есть амулеты и артефакты, есть возможность пользоваться своей магией, но жажда мести не знает преград, а жар феникса имеет много способов воздействия, один из которых — наносить незаживающие ожоги. -Фоукс, достаточно, - приказал я, и птица подчинилась, но тут же нашла новую жертву, крысу, которую унесла, наверняка, в аврорат. Не обращая внимания на кричавшего и корчащегося от боли лича, я взглянул на Барти Крауча-Младшего, ещё продолжавшего держать палочку и вставшего так, чтобы защитить голема, лежащего в котле. Увидев меня, тот попытался вылезти, но слабость тела не позволила. Ему оставалось лишь пытаться выползти и что-то тихо крикнуть. -Том Реддл, я о тебе и о твоей просьбе помню, - мой холодный голос заставил его остановиться, а потом скользнуть опять на дно котла. Волну благодарности было легко уловить, а вот страх белокурого мага заставил псов в нетерпении рваться с цепей. – Крауч-Младший… Тебе никто не говорил, что твои поступки уже давно превысили лимит терпения к твоим действиям по отношению к другим судьбам магглов и магов? Даже твоя преданная сумасшедшая любовь к Тому ведёт к неизбежному. Клёкот феникса и его яркое появление заставили меня замолчать. Птица, покружив над нами, позволила мне увидеть несколько своих видений, в которых Петтигрю, Барти и ещё кое-кто заперты в больших клетках Что ж, дадим второй шанс на справедливое судейство и заключение преступников. Киваю и тем самым даю понять, что феникс может действовать. Довольный клёкот, и птица ринулась на Барти. Вспышка, и мужчины нет. Пока решался вопрос с Барти Краучем, лич оставался без контроля, и это повлекло новые события. Дамблдор рухнул в тёмную воду озера, что начала постепенно бурлить и вспениваться. Теперь лич кричал не только от боли, но и от того, что кто-то тянул его на дно озера. А жить-то хочется, даже такому существу. -Жнец! Я не хочу умирать здесь! – раздался взволнованный крик голема, что всё-таки смог опрокинуть котёл и теперь выползал из-под перевёрнутого сосуда. Выпустив из жезла оранжевый луч, я создал вокруг Тома сферу, которая уничтожила оболочку, но оставила кусочек души, содержащий магическое ядро и сознание. -Обещаю, Том, ты умрёшь во славе, если захочешь. – Хмыкнул я, приподнимая выше сферу. Заметив тонкое сияние магии около дальнего угла пещеры, я прикрикнул на Малфоя. - Люциус, поторопись, нам пора отсюда уходить. -Подожди немного, ещё пара штрихов осталось, - раздался чуть раздражённо-натужный голос Севера, и магия вокруг них засияла ещё ярче. Я, приподнявшись над озером, быстро всё осмотрел. Лич практически угасал и сам превращался в очередного инфери. Жаль, что нет возможностей присутствовать на высшем суде, где будут Магия, Судьба и Смерть, но уж они ему так просто жить не позволят. Сами же «жители» озера уже заполонили маленький островок и тянулись в сторону сферы, но были и те, кто полз по мосту в сторону другого источника магии. Пора задействовать псов. Пронзительный свист и ослабление цепей заставили всю мою некромантскую свору протяжно-радостно взвизгнуть и устремиться к центру озера. Им не было важно, что они бегут по поверхности воды, им не страшны тёмные материи, заклятия, они сами могут их создавать и напустить на тёмных тварей. А если вспомнить, что в шкурах адских псов находятся некроманты, то я могу сильно не волноваться. Как только первый пёс достиг кромки островка, я подхватил сферу и переместился к Северусу и Люциусу. -Как дела? -Нам ещё нужна подпитка, не знал, что пещеру так тщательно защитили. Еле успеваем подпорки делать над уже открытыми плетениями. Посмотрев назад, я заметил, что псы резвятся, а инфери стали менее активны, но так и не уменьшились в числе, а кажется, ещё и прибавились. Пришлось воспользоваться древним, как мир, ритуалом «Магия жертвы». Капли моей крови хватило для благосклонного принятия, и нас вынесло за пределы пещеры, чтобы тут же начать пригибаться и уклоняться, заодно ставя щиты. Нам «повезло» попасть под прицельный огонь двух сражающих войск. Над нашими головами пролетел красно-зелёный дракон, обдавая ветром и криком. Эта заминка помогла осмотреться и среди всего этого найти валькирию, её Хранителей и белокурого мага, что сражался с ними. Может из-за того, что валькирия и её Хранители были молоды, а может, маг был намного опытней и сильней, но я заметил, как все трое начали сдавать позиции, но их упрямство удерживало от поражения. Сам же противник уверенно нападал и был вот-вот готов уничтожить соперников, но их упорство заставляло вновь идти в атаку или защищаться. Заметив, что ещё кое-где проходили примерно такие же сражения, я решил поставить щит, а затем уже внимательней осмотреться. Мои мужчины встали так, чтобы наши спины были прикрыты друг другом. Отражая самые яростные атаки, но в то же время, выводя противника из боя, они внимательно следили за округой, дабы в нужный момент помочь. -Сюда бы твоих собачек,… - выдал Люциус, отражая серию атак одного настырного мага-наёмника. – А то жаль… уничтожать ценные артефакты. -Люц,… ты достал уже… -Сев, ты же знаешь,… как мне нравятся интересные артефакты,… а у моего противника три лучших… Они хорошо пойдут для моей коллекции… Такие вещи штучные… -Да плевать мне хотелось,… этот урод топчет своими сапожищами северную интарку… Веточка одного этого цветка стоит больше сотни галеонов. Урод, прекрати топтаться! – Всё же не выдержал Северус и воздушным кулаком отправил противника в самые дальние дали, где наёмник «прикорнул». Мне оставалось лишь улыбнуться и плести особую сеть, способную помочь в борьбе. Грин-де-Вальда я нашёл, просканировал, и понял, что источник его сил сейчас расположен в камне посоха. Так просто его не разрушить, он не только защищает своего носителя, но и имеет свою защиту, что может убить любого, а значит, пора действовать. «Том, не хочешь помочь родине и стать Героем»? – Вынул я сферу и, показав в сторону Грин-де-Вальда, спросил, продолжая плести сеть. «Как-то не хочется. Я устал от всего. Да и Герой из меня никудышный»… -Тогда есть ещё несколько предложений. Уйти За Грань, где ты будешь искать все части своей души, склеивать, перерождаться в примитивные существа и через некоторое время вновь вернешься в магический мир, но сквибом. Второй вариант — дождаться Суда Магии. Третий вариант стать духом Нурменгарда и охранять своего врага-узника. Или уйти в безвременье, без возрождения». Том задумался, а я доплёл Сеть и был готов действовать.
