Отдушина

В этот момент Хозяин обращался со мной нежно и старался избегать всего, что могло меня испугать. Я хотел бы его пугаться, бояться до дрожи, трястись от страха и вырываться, но лежал на боку, подтянув по его приказу к себе колени и шептал ему свои грязные и пошлые фантазии, косясь в подушку. Он сидел у меня за спиной и скользкими от смазки пальцами ласкал мою задницу. Давил, потирал, вводил пальцы по одному и тихо посмеивался над моими признаниями, иногда прижимался к шее или плечу поцелуем и продолжал свою игру: — Мы еще поиграем в изнасилование, если тебе так хочется. Можно будет даже куда-нибудь выбраться… Тем более, что скоро будет лето, — он помолчал, аккуратно загоняя в меня палец и чуть сгибая его внутри, чтобы растянуть мышцы. Я едва-едва ерзал и крутил задом, стараясь не ныть от такой тщательно отмеренной и очень скупой ласки. — У меня высокий болевой порог, я не развалюсь, если и в первый раз… Его палец тотчас исчез, рука взметнулась и опустилась мне на ягодицу: — Я здесь не для того, чтобы выполнять твои прихоти. Было больше стыдно, чем больно. Я закусил губу и сильнее уткнулся в подушку. Остро и горячо по телу прокатилась обида. С него станется теперь специально продолжать все так медленно и нежно, чтобы я почувствовал, что здесь ничего не зависит от меня. Я уже хорошо выучил его жесткие уроки, и теперь мне оставалось только беспрекословно слушаться. Чувствуя себя виновато, втянул голову в плечи и постарался прогнуться в пояснице сильнее, подставляя свою дырку и замирая. — Ты забываешь, что для мужика, если не трахаться в жопу регулярно, каждый раз может быть как первый. Достаточно просто забыть про подготовку… Его палец снова ввинтился в меня. Все будет так, как захочет он. И от этого осознания дышать стало легче и свободнее. — Прояви терпение. Научись получать удовольствие для начала от этого. Или это слишком сложно для тебя? Ох, эта его насмешка. Она царапнула изнутри и задела внутри ту струну, от которой мне хотелось расплакаться, как ребенку, оставшемуся без сладкого. — Перевернись на спину и раздвинь ноги сильнее. Он взял вибратор, испускающий тихий, почти неслышный звук, и принялся наносить на него смазку. Игрушка была достаточно большой по сравнению с теми, что он вставлял мне раньше. Если его пальцы, ласкающие мою задницу, меня действительно успокаивали, то игрушки в его руках превращались в тот самый предмет, который нагнетал мое напряжение изнутри. Кажется, мне все-таки пошли навстречу, это понимание видимо отразилось на моем лице, потому что он дернул уголком губ в полуулыбке: — Да, это все-таки не совсем та сессия, к которым мы оба с тобой привыкли. Когда он крутил игрушку в руках, я не думал, что она слишком должна отличаться по ощущениям от пары пальцев… Но ощущения были кардинально другими. Я заскулил, как сучка, из которой выдергивают узел, только меня наоборот, натягивали на него. Мои бедра дрожали, моя поясница тряслась, мои руки норовили отпустить ноги и помочь мне отползти. Несколько мучительно долгих минут, которые закончились тем, что я дрожал и хныкал, натянутый на эту имитацию толстого хера. Мой член предательски съежился и попытался спрятаться, но Хозяин, воткнув в меня игрушку и удерживая ее, протянул руку, чтобы подрочить мне. Он мягко сжимал мою вялую плоть, перекатывал в своих скользких пальцах, ласкал и теребил, сдвигая крайнюю плоть и массируя головку. Как только мой член чуть среагировал и снова начал набирать силу, он переместил руку на мошонку и потер пальцем чувствительную складку под ней, заставляя меня выгибаться. Я подставлял ему себя так бесстыдно, наблюдал за тем, что он делает, и сходил с ума от того, как его губы манили меня, но у меня не было права к ним даже немного приблизиться, чтобы коснуться поцелуем. Игрушка мучила меня: тихо вибрировала, но больше распирала меня изнутри, чем приносила удовлетворение. Поэтому, когда он начал ей двигать, я ошеломленно откинулся на подушку, перестав наблюдать, и закрыл глаза. В какой-то момент его прикосновения изменились, он словно по каким-то параметрам определил, как все должно продолжаться, и двигал вибратором во мне целенаправленно. Я не совсем понимал, что именно происходило со мной в этот момент, но мне казалось, что все стало лучше от монотонности его движений. Хотя вскоре его пальцы пробежали под мошонкой, выминая снаружи такими прикосновениями, словно он хотел усилить ощущения от вибратора. Я резко взвыл, вскидывая бедра и пытаясь сползти с игрушки, таким оглушающим показалось мне то, что он делал со мной. Он убрал игрушку мгновенно, видя мою реакцию, и пустота, которая образовалась после нее, заставила скулить ничуть не тише. — Открой глаза, — потребовал он. И я открыл. Хозяин уже надел презерватив и направил член в мою растраханную игрушкой дырку. Было горячо и немного стыдно: он дышал тяжело и толкался так медленно, что мне все эти мгновения, которые я ощущал на себе и в себе потного и заведенного мужика, показались вечностью. А потом застывший между нами мир взорвался его движением. Меня больше не щадили, и я словно попал под молотоотбойник и стонал в голос, что-то пытаясь сказать, хоть на мгновение сдержать его… Но все было бесполезно: я был предназначен просто для того, чтобы утолить его дикий голод. Интересно, он свою жену каждый раз так ебет?.. И только когда мне по лицу прилетела размашистая, тяжелая пощечина, я понял, что случайно произнес свой вопрос вслух. Лежа, оглушенный, я сжимался под ним и находился в открытом космосе, среди звезд и бесконечного неба. Весь мир растекся и сполз, словно пережаренный на костре зефир, оставив за собой лишь запах ванили и жженой карамели, и я расплавился вместе с ним.