Отдушина

Эта наша игра началась заранее. Точнее если, то сразу после сессии: когда я вернулся домой, то выполнил пожелание Хозяина и заглянул в почту. Там было новое сообщение, в котором находилась простая инструкция: как ровно через неделю добраться до ячеек одного из гипермаркетов и забрать ее содержимое. Не могу сказать, что любопытство не снедало меня, так как раньше Хозяин всячески избегал нашего взаимодействия между сессиями, а нашим максимумом была довольно пошлая переписка. Я терпеливо дождался нужного дня, забрал утром из почтового ящика оставленный мне ключ и отправился выполнять приказ. Тот гипермаркет находился неподалеку от моего дома, так что мне не нужно было изобретать повод для поездки на другой конец города. В ячейке лежал простой белый пакет с небольшой коробочкой. Я забрал его и свернул в ближайший туалет, чтобы взглянуть на ее содержимое. В матово-черной коробочке на такой же черной бархатной подложке находились темно-фиолетовая анальная пробка и упаковка с одноразовой клизмой. Пробка длиной в мой мизинец была не очень толстой, я бы даже сказал, что она была маленькой. На ощупь ее матовая силиконовая поверхность была довольно приятной. Но больше всего меня смутил ограничитель: если вставить такую, он должен был постоянно ощущаться в ложбинке между ягодицами. Я убрал коробочку в карман и достал телефон, чтобы написать сообщение на почту Хозяину о том, что забрал его подарок. Тот ответил не сразу, но похвалил меня за расторопность, заставляя расцвести до ужаса глупой на моем лице широкой улыбкой. Всю следующую неделю я старательно прятал эту коробочку, а оказываясь в укромных местах, где меня бы никто не заметил, доставал, гладил пробку и перекатывал ее между своими пальцами. Примерить без приказа я не решился, хотя иногда шальная мысль проявить вольность в этом вопросе прыгала в моей голове озорной белкой. Мое приключение началось вечером накануне перед встречей, когда на почту прилетело письмо с приказом подготовить себя утром и вставить себе пробку. От перспективы постоянного ношения чего-то такого в моем теле мне стало сначала дурно, а потом томительно и волнующе: Хозяин знал как поиграть на моих нервах. Всю ночь я ерзал, часто просыпался, и Любочка ворчала на меня и сдвигалась на самый край нашей постели. В результате я встал на полчаса раньше, чем обычно, и закрылся в ванной. В каком-то смысле предусмотрительность Хозяина меня порадовала: мне не пришлось выбирать время, чтобы завернуть в аптеку и секс-шоп и приобрести товар со столь деликатной областью применения. Честное слово, не знаю, что бы было со мной, случайно забудь я от паники чек в пакете с такой покупкой. Любочка бы мне жизни не дала. Поэтому утро я провел в душе, тщательно закрывшись и покрываясь от волнения потом. Вместо смазки, которой в нашей квартире давно не водилось, я обошелся слюной и пальцами. Надо признаться, что выбор Хозяина был очень даже щадящим: я практически не чувствовал ее внутри, лишь ограничитель натирал непривычную к такому обращению ложбинку. Я убедился, что как бы я ни сел, ограничитель не проступал из белья, а в процессе проверок убедился, что чувствовал пробку внутри себя только тогда, когда садился. Я ополоснулся еще раз, смывая новую порцию выступившего по телу пота, растерся насухо, оделся и понял, что не способен сегодня проглотить ни кусочка. Обычно-то я всегда завтракал плотно, но сегодня я уселся на кухне и потягивал чай, когда мой телефон тихо дернулся от появления нового письма от Хозяина: «Думаю о тебе. Ты уже выполнил мой приказ?» «Да, — тут же ответил я, — охренеть как моей жопе сейчас забавно от твоей неуемной фантазии!». «Вашей». — Коротко поправил он. Я сглотнул испуганно, телефон в руках задрожал. Мой прокол был замечен и учтен. «Да, простите меня, Хозяин», — быстро набрал я в ответ. В кухню зашла сонная Любочка, глянула на меня и перевела взгляд на шкафчик со спиртным. — А чего не завтракаешь? Я помедлил и отхлебнул еще глоток чая: — Неважно спал. Не хочется есть. Она пожала плечами и вышла. Я вздохнул и глянул в телефон. От Хозяина ничего не было. Значит, можно ожидать взбучки при встрече. Заслуженной, между прочим, подумалось мне, и впервые за долгое время предвкушение заныло не под ложечкой, а аккурат между ягодиц. Я старался не думать о том, какое развлечение для себя со мной он придумает на этот раз, но подарок наводил на мысли о том, в какую область моего тела он собирается прокладывать путь своих исследований дальше. Спустя пару часов, когда я сидел в машине и ждал, пока ее загрузят, а также изо всех сил пытался сосредоточиться на чем-нибудь, кроме анальной пробки в моей заднице, коварство Хозяина не преминуло настигнуть меня. «Прокол учтен, придется отработать. Как ощущения у твоей задницы?» Это был тот случай, когда мне безумно хотелось написать «нормально», но это было бы неправдой. Ничего «нормального» в происходящем не было. «Проклинаю ваши фантазии. У меня стояк подпирает руль», — честно написал я. Я прямо чувствовал затылком, как где-то на другом конце города заржал мой персональный мучитель. Довольно, раскатисто… И уж точно не стесняясь своего смеха так, как я стеснялся своих широких улыбок. «Что же ты такой забавный… Я же совещание провожу», — прилетело через пару минут. «Искренне мечтаю о том, чтобы она выпала из меня. Как-нибудь случайно. Не хочу от вас взбучку за нарушение приказа… И так уже один прокол на моем счету», — писать Хозяину отвлекало. Реально отвлекало. И по телу растекалось приятное ощущение от того, что он думал сейчас обо мне, сидя на каком-то дурацком совещании, которое явно ему не сдалось. «Не советую прикладывать усилия в повышении вероятности этой случайности. Возможно, что процесс заставит тебя кончить намного раньше, чем было мной задумано. А это значит, что я буду слишком недоволен, так как планировал посмотреть на твое шоу». И тут я понял, что дурацкая ухмылка растянула мои губы так, что я снова стал походить совсем не на Жеку, а на большого и дружелюбного крокодила Гену из мультика. В этот момент в окно раздался стук: это закончившие погрузку ребята обратились с просьбой подписать им документы. Я, повернувшись к ним своей улыбкой, которая никак не сходила с лица, открыл дверь и спрыгнул из машины: по правилам я должен был проверить количество коробок с грузом прежде, чем подписывать эти бумаги. Выражение моего лица явно не связалось у них в голове с весельем, только видимо с какой-то угрозой, потому что мой тезка попятился, и лишь потом вспомнил о том, что должен отдать мне планшет с бумагой. Я его понимаю: как-то мне показали то, как выглядят со стороны такие широкие улыбки на моем грубовато слепленном лице. Я бы тоже пугался себя, если бы видел. — Все нормально, — привычно ляпнул я и обошел машину, запрыгивая внутрь грузовика. — Может, тебе лучше к доктору? — Угу. К проктологу. Помощником, вместо клизмы работать. Мой вид прочищает кишечник естественным путем, — буркнул я из грузовика, пересчитывая коробки. Ребята поржали, потом забрали свою бумажку и ушли. А я аккуратно оперся на коробку и прежде, чем продолжить, растер руками лицо, избавляясь от улыбки. С тех пор, как наши встречи с Хозяином стали регулярными, я стал смеяться намного чаще. И все чаще сталкивался с этой самой реакцией. Хозяин говорил, что когда-нибудь люди просто привыкнут, что у меня это выглядит вот так. Я доверял ему — человеку, которому было без разницы Жека перед ним или Гена с крокодильей пастью — и ждал этого момента, как ждал сегодняшнего вечера и мгновения, когда же я избавлюсь от этого крохотного напоминания в моей заднице. Все в этот день проделывалось мной с чрезвычайной степенностью и размеренностью. Чертова эрекция не ослабевала ни на минуту, когда я двигался или сидел. При каждом удобном моменте я предпочитал постоять, прислонившись спиной к чему-нибудь твердому, и покурить. Последнее задание хозяина было достаточно безжалостным: мне нужно было подняться в квартиру, где он меня ждал, по лестнице. Я полз по ней шаг за шагом, придерживался за стены и перила (благо те были чистыми) и чувствовал, как меня распирает от возбуждения. Увидев меня, взмыленного, как лошадь после скачки, на пороге, он без слов пропустил меня, закрывая дверь, и одним движением руки поставил на колени. Я привычно опустился у его ног и прижался лицом к его бедру — естественно, что проделал я это с его разрешения. Он долго-долго гладил меня по голове, теребил мои волосы, почесывал за ухом и без остановки хвалил. И, черт побери, не знаю, что в этом было такого прекрасного, что я кончил, так и не коснувшись себя, от одной только его ласки, а потом просто растирал по лицу слезы облегчения и накатившего на меня опустошения. — Спусти штаны и белье. Я хочу посмотреть, — потребовал он. Я разобрался с ремнем, ширинкой и стянул быстро мокрые от спермы боксеры. После оргазма и ласки сделать то, что я всегда воспринимал чертовски унизительным, мне оказалось необычайно легко. Я весь день представлял себе этот момент, поэтому просто сделал так, чтобы ему тоже понравилось: наклонился вперед прямо там, утыкаясь мордой в блестящий гладкий рисунок пола и разводя ягодицы руками. Прежде чем выдернуть пробку из меня, он погладил меня по ограничителю, отчего натертая простата просто взвыла искрами боли в сознании, и одобрительно цокнул языком. За этой болью я не почувствовал, как из моего ануса исчез столь смущающий меня весь день предмет. — Какое-то скомканное получилось шоу, — уныло произнес я, когда он обтер пробку салфеткой и вручил мне ее снова. — Можешь считать это репетицией. Думаю, стоит повторить это и в следующий раз, — беззаботно произнес он. — Ну да, — произнес я, четко понимая, что провоцирую Хозяина, — не вам же целый день ходить с этой штукой… в своем заду. — Я могу и что-нибудь побольше выбрать, если эта штука не нравится твоему заду, — рассмеялся он. — Я припас для тебя несколько пробок и плагов, сегодня мы их примерим. Ванная в твоем распоряжении. Хозяин потрепал меня по голове и направился в комнату. Если бы я знал раньше, что Рустам именно такой… я бы полез на него в бане еще в первый год нашего знакомства.