Искомое

      Мако немного нервничал. Так было всякий раз, когда ему приходилось выступать единственным представителем на сделках с торговцами. В силу своего характера он не особо был настроен на продолжительные разговоры, тем более такие, где необходимо все время держать руку на пульсе, сглаживать конфликты и тому подобное. Он мог, и в принципе даже сумел как-то спасти пару сделок таким образом, когда босс едва не вышел из себя. Но все это слишком затратно по энергии, не совсем его стезя. И самое главное — Мако со своей небоевой причудой каждый раз чувствовал, что эти встречи для него как капкан. Пока что ему везло, и крышка не захлопывалась. С другой стороны, можно было сказать, что капкан часто получался не столько для него, сколько для тех, кто считал себя слишком самоуверенным, чтобы идти против их небольшой и малоизвестной группы.       Так было и сейчас, когда Пульсар отправил его на встречу с иностранными торговцами, которых несколько ранее направил к боссу один делец-грек. Формально встреча посвящалась уточнению деталей сделки — когда и где можно будет забрать товар. На деле же торговцы незадолго до этого сочли, что раз Пульсар не особо мелькает на основной сцене, где уже и без того хватало и героев, и преступников, и при этом у него не сказать, что много связей с местными, то значит, что какими-то условиями можно пренебречь ради своей выгоды. А еще лучше — убрать столь мутную фигуру и прикарманить местный бизнес и территорию Пульсара. Торговцы даже план один попытались реализовать, вот только неудачно. Правда, они сами об этом еще не знали.       «Это было ожидаемо», — таковы были слова босса, когда правда вскрылась. После чего тот дал согласие на внеплановую встречу и поручил ее организацию и переговоры Мако — подчеркнув, что иностранным партнерам нужно четко донести нынешнее положение дел. Очередной капкан.       Хотару была в этот раз с Мако на подхвате: устроилась на одной из балок склада, чуть нервно подергивая пегими крыльями и усиками мотылька. Мако не был в курсе, захватила ли его напарница какое-нибудь оружие с собой — наверняка да, и наверняка это было что-нибудь из ее экспериментальных штучек — впрочем, Хотару здесь была, по большей части, на тот случай, если его все-таки ранят по ходу дела. Но Мако хоть и нервничал, но был уверен, что все пройдет именно так, как запланировал Пульсар, и до разборок с помощью кулаков и причуд дело не дойдет.       Для этого за ящиком, на котором Мако сидел в ожидании, был спрятан очень убедительный аргумент в небольшом кейсе. На совсем уж крайний случай они задействуют запасной план.       — Они идут, — в наушнике раздался негромкий, с мягкими нотами, и чуть равнодушный голос Хотару.       Мако ничего не сказал — собственно, напарница и не ждала ответа, она всего лишь оповестила, да и раскрывать ее присутствие для остальных раньше времени не стоило. Парень глубоко вдохнул и выдохнул. Теперь все нужно было разыграть как следует.       Иностранцы вошли через ворота склада где-то через минуту после слов Хотару. Их было трое — понятное дело, что вся группа не придет, наверняка много кто остался охранять арендованное помещение с товаром, да и не факт, что среди этих троих есть кто-то с верхушки… Тем более встреча внеплановая и та сторона думает, что их маленький подарок боссу японской стороны был успешен. Мако окрестил пришедших про себя Синим, Пауком и Скромнягой: у первого были ярко-синие волосы, у второго — кожа, покрытая узором паутины, а третий ничем особо не выделялся. Про последнего Мако решил, что, вероятно, от него может быть больше всего проблем. «Хах, клише», — подумал он.       — Добрый вечер, господа, — поприветствовал их Мако. Голос получился слегка хриплый; как назло, именно сейчас у него пересохло горло. — Надеюсь, наша беседа выйдет продуктивной.       — Надеюсь, — повторил Паук неожиданно мягким голосом. — Вот только наш главный сказал, что встреча будет с… Пульсаром.       Мако все же отдал Пауку должное: хоть троица и вошла уверенно, словно понимала, что никакого Пульсара тут и быть не может, но очевидные усмешки все же собеседник сдержал. В отличие от короткой паузы и еле заметного оттенка пренебрежения под конец. Думают, что все нужные карты на их руках. Но сам факт этой внеплановой встречи все же вынудил их понервничать, в этом Мако не сомневался.       — Босс предпочитает встречаться с равными себе, — спокойно ответил он. Украдкой Мако заметил, что Синий оказался более тупым в сравнении со своим говорившим коллегой и еле заметно ухмыляется. Да, как он и предполагал — всей компании явно передали, что Пульсара и не может быть на этой встрече… Мако чуть вздохнул и продолжил: — К тому же, я — его доверенное лицо. Говоря со мной, вы фактически говорите с ним.       — Хах, — только и выдал Синий. Голос у него звучал нагло. — Скорее, твой босс просто зассал появиться или развлекается где-нибудь, пока ты тут за него горбатишься.       «Не сдержался-таки. Какая грубая и тупая провокация», — только и подумал Мако. Ну, Пульсар сразу сказал, что та сторона их ни во что не ставит, несмотря даже на рекомендации сведшего их посредника. Иностранные преступники вообще часто начинали самоуверенно вести себя, тем более с теми местными игроками, кого на деле считали не заслуживающими их внимания. На то обычно и был расчет — чтобы какой-нибудь самоуверенный выскочка сделал ошибку, считая, что нечего ждать от малочисленной группы, которая старается не вмешиваться в местные конфликты и занимается при этом несколько странным делом для нынешнего общества причуд и максималистских взглядов в духе «черное-белое» и «герой-злодей».       — Босс обычно предпочитает встречаться с равными себе, — только и повторил Мако. Это было не совсем так, но он решил отвечать провокацией на провокацию. — А еще он привык отвечать на подарки от потенциальных торговых партнеров, и потому решил через меня передать вашему главному ответный дар… И да, вам в этот раз повезло: Пульсар с вами все же поговорит.       После этих слов Мако достал свой телефон и быстро набрал нужный номер. Ему ответили сразу же:       — Сколько пришло? Мои предположения подтвердились?       — Трое. Ага, все так.       — Хорошо, тогда поставь меня на громкую и приготовь, что нужно. Дальше я сам.       Мако нажал что-то на экране и положил телефон на большой ящик, рядом с которым стоял. Затем взял за ручку кейс, приготовленный позади ящика, но не спешил пока демонстрировать его пришедшим.       — Вечер добрый, — голос из телефона хоть и звучал немного приглушенно из-за связи, но можно было различить чуть глубокие хриплые нотки. — Не знаю ваших имен или прозвищ, но в принципе не такая уж охренеть какая нужная информация. Прежде, чем мы продолжим говорить о нашей так называемой сделке, я хотел бы сначала обговорить один вопрос, так как он напрямую влияет на наше соглашение…       Мако отметил, что как только босс начал говорить, Синий и Паук не смогли до конца скрыть удивление, хоть небрежная фраза про их имена явно этих двоих задела. Удивление оказалось сильней. Скромняга же просто напрягся, но остался сдержанным. Да, все трое определенно не ждали, что этой ночью действительно будут говорить с Пульсаром, пусть даже не напрямую.Даже удивительно, что ни один из них еще не начал вопить, что это подстава и никакой Пульсар с ними говорить сейчас не может — это было бы чистосердечным признанием. Этот факт слегка позабавил Мако, но вида он не подал.       — Накануне ваш главный любезно сделал мне интересный подарок, — похоже, босс тоже находил ситуацию несколько забавной, так как в его голосе послышался саркастический смешок. — Наверное, он хотел так своеобразно отметить нашу сделку. Что ж, я ценю этот жест и не мог не предоставить ему ответный подарок. На этих словах Мако поднял кейс и поставил его на ящик рядом с телефоном, чтобы троице было все видно. Сдвинув фиксирующие клапаны по всем сторонам высокой стенки короба, он откинул боковушку, чтобы показать содержимое.       Внутри находилась голова девушки с закатившимися глазами, чуть вывалившимся языком и бледно-розовыми короткими волосами. У оставшейся части шеи были рваные края кожи и мышц, словно некто одним рывком оторвал голову или отпилил ее плохо заточенной пилой.       На мгновение наступила тишина, но почти сразу же голос в телефоне холодно засмеялся.       — Меня и впрямь прельщает, что ваш шеф приложил усилия и нашел действительно кого-то занятного да еще подходящего под мои вкусы. Впрочем, ладно, последнее — не такое уж сложное дело, — заговорил он. — Вот только если ваш шеф рассчитывал, что в процессе ваша девица сможет спокойно меня убить своей обжигающей вагиной, то я скажу одно: я был о вашем лидере лучшего мнения. Так что вы, троица, сделаете следующее: забираете голову этой шлюхи-киллера, вручите своему главному и передадите мои слова о том, что я теперь имею полное право забрать со склада то, что причитается за полученные вами от меня деньги. Все, что там находится сверх этой оплаты — будет компенсация за потраченное на вашу девицу и эту бесполезную встречу мое время. И скажите спасибо, что я не приду забрать свои вложения — хотя я имею на это право, равно как и размазать ваши рожи по асфальту.       — Шеф на это не пойдет, — вдруг подал голос Скромняга, он жутко сипел, словно у него было больное горло. — Мы здесь лишь для того, чтобы сообщить, что мы нашли среди своих тех людей, кто ответственен за этот инцидент…       — Бла-бла-бла, какая же ебаная херня, — с легким раздражением перебил его Пульсар. Мако и сам во столь нелепые отмазки не верил, что уж говорить о боссе. — Я свои условия озвучил, я забираю все, что хранится на вашем складе.       — Смелые заявления для того, кто даже не явился на встречу…       Скромняга не договорил, на полуслове он как-то обмяк и рухнул на пол. Рядом с ним стояла женщина с короткой темной стрижкой, двумя завивающимися в причудливые спирали прядями волос по бокам ее лица и маленькими пушистыми усиками мотылька на макушке; она была одета в черный топ без рукавов и с открытой спиной да черные облегающие брюки. Хотару, как обычно, появилась бесшумно и сразу взялась за дело. Она смотрела холодным белесым взглядом на двух оставшихся визитеров; в руке она держала предмет, похожий на одноканальный дозатор, только с иглой на конце. Вокруг шеи женщины был темно-серебристый меховой воротник, а за спиной — пегие крылья бабочки.       — Двум оставшимся есть что добавить? — спросил Пульсар, чуть посмеиваясь. Он обо всем догадался по звукам падения. — Впрочем, я передумал: лучше мы сами передадим подарок, а то с таким отношением он точно не дойдет до получателя. Йеки, они твои.       Хотару ничего на это не ответила. У нее в руках тут же появилось еще два прибора, похожих на предыдущий, но меньше размерами, а еще через пару секунд она их использовала на оставшихся визитерах. Паук только успел раздуть зоб на шее, как рухнул, изо рта у него начала сочиться вязкая белесая жидкость. Хотару его тут же перевернула, чтобы он не захлебнулся, прощупала шею и челюсть. Нажав на что-то, она помогла опустошить зоб отключившемуся Пауку. Теперь его шея выглядела несколько дряблой, а на полу рядом с его лицом валялся склизкий ком серо-голубых волокон. Мако лишь вздохнул, наблюдая.       — Я должна была лишь прикрывать, а не инициировать, — несколько недовольно заявила Хотару. — Повезло еще, что сюда прислали трех идиотов, и мы отделались лишь мерзким комком паутины. А, и еще: сажать Рефлекта на координацию моих действий — плохая идея. Он даже команду сейчас отдал со смешком, раздражает.       — Другие были заняты, — ответил Пульсар. — Но тем не менее, сориентировался он быстро. Все равно иначе эту цепочку не разорвать, кроме как забрать их шестерок и передать им подарочек самим. К тому же, по поведению одного из них стало ясно, что никакие переговоры они рассматривать не хотят, так что эта встреча мирно не закончилась бы все равно. По сути, как ты и сказала, мы обошлись малой кровью. Пока что. К слову, Мако, эти придурки могли заранее как-нибудь слить место встречи тем же героям, чтобы подставить нас и самим отмазаться.       — Я уже это проверил, ничего не засек. По крайней мере, в этой зоне, — ответил тот. — Да и, похоже, они были уверены, что их план с убийством удался. Но всегда есть шанс, что они могли провернуть подлянку со сливом прежде, чем заявиться сюда. Для подстраховки.       — Согласен. Так что забирайте голову и этих идиотов, если, конечно, они нужны тебе, Йеки.       — Мне достаточно двоих. А третьего блюстители закона могут посадить, если действительно заявятся сюда. Мне не жалко, — ответила женщина, слегка пожав плечами. Жеста Пульсар, разумеется, не видел, но все равно усмехнулся.       — Тогда позаботься о том, чтобы нас не раскрыли, и уходите. Потом уже решим насчет склада в Аракаве.       — За кого ты меня принимаешь? Я не водичку им вколола: когда идиот очнется, то даже и не вспомнит ни меня, ни Мако, ни как он здесь вообще оказался.

***

      Чем ближе были экзамены, тем больше кипела вокруг жизнь, и тем меньше оставалось времени на что-либо еще, кроме обучения, подготовки, экспериментов и элементарных бытовых вещей. Друзей своих я видела в основном лишь склонившимися над учебниками и тетрадкам и на уроках да спешно жующими на обеде. Кроме Ясуши — как только он вернулся в строй, и мы начали, так сказать, обживаться на новом научном месте, то работа закипела, и с ним мы еще подолгу торчали потом в лаборатории, то корректируя условия экспериментов, то устраивая друг другу опросы по предметам.       Ясуши вообще как вернулся, активно включился в деятельность, как учебную, так и нашу с ним изобретательскую. Я бы не назвала его ленивым человеком –несмотря на свой характер, он всегда старался. Но теперь он, казалось, стал прикладывать больше усилий. Я сначала решила было, что причина в приближавшихся экзаменах. Но когда мы только заселялись в лабораторию, у нас случился разговор на эту тему, и оказалось, что Ясуши объяснял свои рвения не только этой причиной:       — Пока я был в центре Кассии, я многое мог наблюдать и многое обдумать при этом. И решил, что я недостаточно прилагаю усилий. Так что можно сказать, твое предложение о совместных проектах как первый кирпичик в моем новом пути.       — Однако какими сравнениями ты заговорил, — удивилась я.       — Мне надо было как-то коротать время между процедурами, — проворчал парень. — Я не виноват, что у них там были какие-то романчики с кучей странных сравнений.       — Ладно-ладно, мысль-то все равно хорошая. Если честно, мне тоже не терпится поработать с этим и другими проектами.       — Если честно, идея твоих наручей немного похожа на одну вещь, которую я хотел со временем использовать на себе… Так что сделаю все, что смогу. Равно как и с твоим проектом тканей, но тут сама понимаешь — не совсем моя область. А вот про участие в ярмарке я обещать ничего не буду. У нас как бы и без нее проблемы будут.       — В смысле? — не поняла я. — Ты опять про экзамены?       — Ну да, но сейчас я имел в виду не это. Я про получение документаций на устройства и разработки. Я удивлен, что ты об этом забыла.       — Я не забыла. Тем более после переезда я уже проходила подобную процедуру здесь, так что с некоторыми нюансами успела познакомиться.       Ясуши в тот момент покачал головой и на несколько секунд отвлекся на распаковку одной из своих коробок. Вытащив из нее довольно крупную деталь хрупкого вида, он осторожно поставил ее на стол и продолжил:       — Я и не сомневался. Но сейчас у нас несколько другие условия. У нас совместная работа, плюс мы можем податься как от самих себя, как от академии, и наверняка есть еще какие-то способы, но с Хатсумэ я об этом говорить не хочу.       — Ну, можно узнать непосредственно у учителя Мушоку при случае. Не думаю, что из-за этого у нас будут проблемы с разработкой.       — Все равно это неприятный момент и немало возни. И есть еще кое-что… — Ясуши взял небольшую паузу, что-то обдумывая. — Пока я был в центре Кассии, ее люди меня спрашивали про доступные программы академии, а еще про мои и твои достижения.       Теперь уже я ответила не сразу.       — Для чего? — спросила я, не понимая. Крупных мероприятий, на которых могли бы появиться Кассия или ее люди для присмотра новичков, пока точно не планировалось, да и время неподходящее. — И почему про меня, я вообще до того случая не знала про Кассию и видела ее впервые.       — Поверь, я тоже задался этим вопросом. Оказалось, Кассия посылала пару человек на спортивный фестиваль, и они видели вашу с Рётой командную работу.       Не сказать, что меня этот факт удивил. Озадачило скорее другое.       — В моем списке от Мушоку их центра не было, — сказала я.       — В моем тоже, — кивнул Ясуши. — Подозреваю, центр Кассии отсутствовал в остальных списках нашего класса, да и вообще в заявках, полученных после фестиваля. Как я понял из рассказа одной из подопечных Кассии, что меня расспрашивала на тему программ — их центр вообще не подавал заявок в академию после мероприятия. Они собрали данные и тщательно их анализировали к возвращению Кассии — она сама на время фестиваля отсутствовала: была какая-то катастрофа на севере страны, и она с небольшой группой людей отправилась на помощь местным про и экологам. Когда Кассия вернулась и смогла ознакомиться с анализом, то у нас в разгаре уже была практика.       — Понятно, — я немного удивилась. В принципе из того, что я поняла о самой Кассии и ее центре, она не совсем классического типа герой, больше работает со спасателями, экологами и прочими специалистами. Не сказать, что это было что-то из ряда вон выходящее — подобное сотрудничество с разными сферами жизни было всегда — просто сама Кассия больше стремилась работать в этих направлениях, чем в обычной роли героя. От того она как-то выделялась из числа остальных — ну, по крайней мере, среди тех, о ком я знала. Впрочем, Кассия методами своей работы немного походила на одну французскую героиню, которая в свое время меня вдохновляла — Фрелон, женщину-шершня. Та, помимо обычной геройской работы активно занималась наукой, поддерживала ряд фондов и исследований — что при в целом застойном состоянии нынешней научной отрасли было особенно ценно. Я невольно поймала себя на мысли, что мне было бы интересно взглянуть на работу Кассии и ее подопечных, тем более что их центр отчасти позиционировался как научный.       Возможно, и критерии отбора новичков у героини тоже были совсем иные, и потому требовался более тщательный анализ. И все же не совсем типичный подход меня немного удивлял.       — Значит, ты хочешь сказать, что Кассия пришла к какому-то решению?       — Ага, — кивнул парень. — Как я понял, ее заинтересовали трое — я, ты, и еще один человек из какой-то другой школы. И теперь она думает, каким способом можно будет допустить нас с тобой к работе в ее центре. Потому и спрашивала про программы сотрудничества и стажировки Юуэй.       Если предыдущие слова Ясуши меня слегка удивили, то после такого я на мгновение потеряла дар речи. Одно дело получить предложение от научного центра, другое — от штаба про. Пусть даже такого специфического, как центр Кассии.       — Ты, наверное, шутишь, — вырвалось у меня.       — Ага, я прям такой шутник, — вздохнул парень. — В любом случае, не думаю, что из этого что-то получится. По крайней мере, сразу, так как момент с фестивалем все-таки упущен, и мы с тобой не на том направлении учимся, чтобы идти стандартным путем. Учитель Мушоку уже в курсе ситуации; более того, она, оказывается, немного знакома с Кассией. Даже если будет найден какой-то вариант, то это случится явно не в ближайшее время. Серьезно, кем была Мушоку до работы в академии? У нее, кажется, везде есть связи… — тут Ясуши задумался.       — Что ж, думаю, если там действительно что-нибудь решится, то учитель обязательно нам сообщит, — сказала я, не без неловкости в голосе. Я пока не знала, как относиться к этой ситуации, особенно на фоне моих возросших сомнений о том, как мне идти к своей цели дальше. — А так я поспрашиваю у Мэй или знакомых мне второкурсников, есть ли еще какие-нибудь программы сотрудничества.       Если честно, мне до конца не верилось в то, что рассказал мне Ясуши. Я бы поняла еще, если бы у нас все проходило по той же схеме, что и у геройского факультета — все же им из кожи вон лезть надо, чтобы закрепиться уже даже в процессе обучения. У нас все несколько осложнялось документацией, тестированиями, да и чего утаивать — на нас, как на специалистов, спрос был все же ниже. Нет, он был, и порой немаленький, но понятное дело, на кого в первую очередь смотрят, когда речь идет о нашей школе.       Но мне казалось, что должно быть что-то еще, что может стать ступенькой для нас. Какая-то площадка или мероприятие, вроде той же ярмарки. И это было одним из вопросов, которые предстояло решить в ближайшее время.       Еще один довольно важный момент разрешился через пару дней после этой беседы с Ясуши — когда мы с Рётой наконец-то смогли поговорить нормально. Конечно, мы продолжали общаться, и тот звонок, когда мы говорили о помощи друг другу по учебе — тому подтверждение. Но и неловкость оставалась, и саму тему Матсуйо мы более-менее старались избегать. Но в какой-то момент Рёта, видимо, решил, что хватит этой недосказанности, и мы просто поговорили. Оказалось, сам парень много что переосмыслил, и к произошедшему между нашими семьями он относился теперь куда спокойнее. Я поняла, что вся ситуация бесконечных конфликтов с его мачехой для него — уже пройденный этап. Ну или, по крайней мере, они работали над тем, чтобы это стало таковым. Вероятно, не только своими силами.       — Я просто для себя решил, что она — такой человек. Спорный и упертый в каких-то вопросах. Матсуйо поздно вступила в большую игру, так сказать, — рассказывал мне Рёта. — Теперь она всеми силами пытается в ней удержаться. И это на нее сильно давит. Вообще, насколько я понял, у нее отец в свое время это дело начал, а Матсуйо решила немного скорректировать курс, и теперь занимается борьбой с бандами контрабандистов, а не типичными геройскими делами. Но ей важна эта работа — и как дело отца, и как собственное продолжение. А вот передать дальше некому — мой сводный брат получил силу, куда более слабую и локальную в сравнении с ней и которая для геройской сферы мало чем пригодится. Да и как я понял, ему вообще это неинтересно, плюс отец Матсуйо на них очень сильно давил, что с концами отвернуло от этой сферы брата. Понятное дело, при втором браке Матсуйо уперлась в идею сделать из меня продолжателя дела. Еще бы, парень с довольно сильной и гибко применимой причудой. Вот только я тоже уже наслушался порядком про их отношения в семье, и потому решил не ввязываться. От того и извечные споры, и попытки Матсуйо перетащить меня к себе в штаб, или вот эта недавняя дичь с гибридом. И в то же время я понимаю, что срываться в ответ смысла нет — потому как не знаю, как всю эту ситуацию целиком видит она. Вполне вероятно, Матсуйо так поступает чисто из-за давления в семье. Теперь я лучше это понимаю. Так что твой отец прав был, когда сказал о том, что нам надо просто поговорить.       — Какие все же порой странные отношения в семьях, — задумчиво пробормотала я, вспомнив при этом тот факт, что папа не горит желанием восстанавливать отношения со своей семьей. Хотя вернее было бы сказать — их отсутствие: когда отец после выпуска собрался в Тулузу, он вообще разорвал с ними все связи. По тем редким рассказам о родне выходило, что отец в своей семье был, мягко говоря, белой вороной. Отцовские истории, в основном, ограничивались упоминанием его сестры как единственной, кто худо-бедно поддерживала с ним отношения. Если, конечно, письмо или звонок раз в год можно таковым назвать.       — И что ты теперь будешь делать дальше? — спросила я Рёту.       — Ну, отец пока в командировке, так что я на время перебрался к его родственникам, — вздохнул тот. — Знаю, не самое лучшее решение, но думаю, мне пока стоит побыть вдали, иначе возобновятся прежние конфликты с Матсуйо. Мы, эм… В общем, мы решили, что будем периодически встречаться вне дома и пытаться найти общий язык. Врать не буду, во всем нашем распутывании этого клубка конфликтов участвует еще и специалист… Но идею встреч и нахождения общего языка Матсуйо сама предложила, потому мне и кажется, что все эти разговоры о передаче дела и тому подобное — не чисто ее. В целом, как мне кажется, мы на верном пути. И общение понемногу, но становится больше похожим на нормальное, она даже просила передать извинения тебе и твоей семье за случившееся, и что она не будет мешать нашей с тобой дружбе.       Я не стала спрашивать — даже мне было понятно, что получить извинения от такого человека, как Матсуйо — это особое достижение. В любом случае, я была рада, что у Рёты потихоньку все налаживалось.       — Я вот тут подумал, — продолжал тем временем мой одноклассник. — Если будет возможность, то на лето хочу устроиться на подработку какую-нибудь, где моя причуда могла бы пригодиться. Производство какое-нибудь, или лаборатория. Хотя я подозреваю, что шансы на это низки даже сами по себе, без всех этих нюансов с использованием сил и с разрешением на работу. Но попробовать все равно стоит.       — Звучит вполне неплохо, — согласилась я. — Ты не говорил об этом с учителем Мушоку?       — Еще нет, может, после уроков попробую.       — Тогда желаю тебе удачи с этим. Кстати, мы с Ясуши хотели с тобой обсудить один вопрос касательно минералов. Могу я тебя попросить заскочить к нам как-нибудь?       — Да не вопрос, — бодро ответил парень. Кажется, его заинтересовал этот момент. — Вот только не сегодня, прости. Повезет мне сегодня с учителем или нет, но вечером у меня как раз встреча с Матсуйо и братом. Но я обязательно к вам загляну при случае, мне самому любопытно, что вы там проектируете. Ясуши вообще сильно изменился в последние дни. Окунулся в работу с головой.       — Да, есть такое, — только и сказала я.       На том наш разговор и завершился, да и от перерыва времени оставалось всего ничего. Оставшиеся занятия пролетели быстро, и больше с Рётой пообщаться в тот день не вышло. Может и хорошо, что у него тоже день был расписан и он не сможет прийти к нам, так как у меня и Ясуши и без того после занятий было довольно-таки важное дело: мы собирались тестировать первый прототип нашей системы фильтров. Я поражалась скорости работы своего одноклассника, а теперь и партнера, можно сказать. Мы еще не до конца закончили обустраиваться на новом месте, а Ясуши уже завершил тестовую программу управления и собрал прототип. Но я совру, если скажу, что ничего не делала — парочку экспериментов с цветами и тканями я уже тоже начала. Продуктивность Ясуши оказалась заразительна.       В конечном итоге именно сегодня мы решили сделать первые тесты наручей. Сначала мы хотели проверить устройство лишь на моих спорах, но по совету учителя Мушоку, которая с момента нашего поселения в лаборатории периодически наблюдала за нашей деятельностью, мы решили, так сказать, немного расширить диапазон этой проверки и подобрать объекты поменьше. В этом был смысл. Не стоило сбрасывать вариант, при котором система просто-напросто закупорится от мелких вещей. Ясуши же еще предложил проверить и что-либо с чуть большим диаметром, чем мои споры, или более плотное вещество.       В итоге Мушоку посоветовала еще нам обратиться за помощью к некоторым ученикам из старших классов или других факультетов. Как следует все обсудив и изрядно поломав голову, мы с Ясуши остановились на двух вариантах.       А потому теперь я шла к классам второго года обучения Поддержки, чтобы найти девушку по имени Хара Нацуки. Мушоку сказала, что у Хары очень схожая со мной способность, которая как раз подойдет под категорию «более плотный объект».       К сожалению, я, в отличие от Мэй и Ясуши, мало кого знала со второго и третьего года обучения своего же факультета. В этом плане мой круг общения ограничивался второкурсником по имени Игараши Ичиро — и то лишь потому, что, когда мы с Ясуши, так сказать, обустраивались для последующих экспериментов на новом месте, он оказался поблизости и помог нам. Потом выяснилось, что он тоже был из разряда любителей похимичить и работал в соседней с нашей лаборатории над проектом каких-то капсул. И как-то на этой почве мы и сдружились. Теперь Ичиро время от времени навещал нас в лаборатории и иной раз выручал советом. Либо мы становились свидетелями его экспериментов.       Собственно, потому я и решила сначала обратиться к Ичиро, наверняка он лучше знал, кто учится с ним на одном потоке. Но ожидаемо, парень каждую свободную минуту в течение дня предпочитал тратить на свой проект, а потому Ичиро в классе не оказывалось каждый раз, как я туда заходила. «На сегодня он ушел в науку» — так мне ответил один из его одноклассников, посмеиваясь. Так что как только я освободилась сама, то направилась в корпус лабораторий — и для собственных опытов, и для поиска второкурсника. И вдобавок еще нужно было отнести в собственную лабораторию контейнер с образцами растений, который я все никак не могла притащить как раз из-за неуловимого Ичиро.       По пути я отметила, что в коридорах сегодня было необычайно тихо. Не сказала бы, что тут обычно царил шум и гам — нагрузки по учебе хватало всем. Но иногда мне казалось, что академия просто-напросто пустует, настолько было тихо. Впрочем, у многих классов еще оставались занятия на сегодня, и подготовку к экзаменам никто не отменял. Когда я проходила мимо библиотеки, то в открытую дверь заметила небольшую группку учеников, тихо что-то обсуждавших и листавших конспекты. Эта картина навела меня на мысли о том, что после экспериментов нам с Ясуши бы тоже не помешало заняться в очередной раз подготовкой.       Около библиотеки я как раз и решила остановиться, чтобы дать отдохнуть рукам. Контейнер был не особо большой и его можно было донести без проблем самой, но из-за находившихся там растений все же продолжительно держать его было несколько тяжело. И в тот момент, когда я поставила свою ношу на подоконник ближайшего окна, из библиотеки вышел Шинсо, с какой-то книгой в руках.       — Ой, — слегка удивилась я. — Привет.       — Привет, — спокойно ответил парень, чуть кивнув.       — Эм, как дела? Готовишься? — я обратила внимание на книгу. То оказался какой-то исторический справочник.       — Да, по пути решил взять книгу для подготовки, — с этими словами Шинсо слегка махнул рукой в сторону, где как раз начиналось крыло лабораторий. Я тут же вспомнила, как на днях в переписке он говорил о каких-то тестах.       — А, поняла. Я в ту же сторону иду, не против, если пойдем вместе?       Парень закинул справочник в рюкзак, после чего кивнул. Затем его взгляд скользнул по контейнеру на окне.       — Давай тогда помогу.       — Ах, да это… — я даже не успела возразить, как Шинсо взял в руки контейнер. Я несколько смутилась и пробормотала «Спасибо».       — Там какие-то препараты для опытов? — спросил парень. Я чуть покачала головой.       — Не совсем. Там три небольших растения, с которыми я экспериментировала дома. Я решила продолжить это в лаборатории. Все равно сегодня с одноклассником будем проводить тесты техники, почему бы не занести образцы из дома?       — Судя по тому, что ты рассказывала, у тебя дома немало таких образцов. Я думал, ты и твой одноклассник еще пока обживаетесь на новом месте, а на самом деле уже собираетесь проводить тесты, — сказал Шинсо.       — Ну, так-то да, у нас ещё не всё разобрано… Просто Ясуши после возвращения загорелся несколькими идеями и считает, что он работает недостаточно для их претворения в жизнь. Да и тестировать мы будем очень грубый прототип, по его словам… — я на мгновение задумалась, а затем спросила: — А твои тестирования как проходят? Есть прогресс?       Парень чуть вздохнул и перехватил контейнер чуть удобнее.       — Пока сложно сказать. Прогресс есть, но слишком много мелких нюансов в процессе калибровки выходит.       — Понятно, — кивнула я. — Знаешь, мы ведь тоже сегодня на тестах хотим как раз прогонять разные нюансы с простыми фильтрами, так что могу только представить, как все это непросто в твоем случае. Но я верю, что у вас все получится, — чуть бодрее добавила я, чувствуя, что разговор пошел в несколько грустное русло.       Шинсо взглянул на меня, и затем чуть кивнул. Затем, видимо, чтобы немного сменить тему, он спросил, постучав пальцами по боковушке контейнера:       — А что за эксперимент ты проводила с этими цветами?       Я чуть улыбнулась.       — На самом деле, этот эксперимент продолжается и сейчас. Я сделала такую смесь на основе некоторых удобрений для растений, чтобы она еще и помогала адаптироваться под заниженные температуры. Так что в контейнере еще и пакеты со льдом, чтобы не прерывать опыт, — кратко объяснила я.       — Ясно, то-то я чувствую, что стенки слегка прохладные.       — Прости, — сказала я. Почему-то из-за этого я почувствовала себя неловко.       — За что ты извиняешься? Все нормально, это едва ощущается. Не замерзну.       Шинсо произнес это спокойно, давая понять, что переживать тут нечего. Я это понимала и сама, но на мгновение почему-то ощутила неловкость. Я кивнула в ответ, и какое-то время мы шли молча. Затем разговорились об обыденных вещах — в первую очередь, разумеется, о предстоящих экзаменах. Цели целями, но подготовку никто не отменял.       — Значит, ты сейчас решил налечь на историю? — спросила я, памятуя взятый им справочник.       — Ага. Подумал, что не будет лишним кратко пробежаться по ключевым событиям и датам, вот и взял дополнительный справочник, — ответил Шинсо.       — Понятно, — чуть вздохнула я. Ожидаемо, история, наравне с японским языком и литературой, была моим слабым местом в учебе. Я, конечно, старалась, и к дополнительным учебникам и справочникам тоже прибегала. Оценки в итоге выходили неплохими, но все равно было заметно, что для меня эти вещи не совсем привычны.       Видимо, моя печаль по этому поводу отразилась на лице, потому как Шинсо спросил:       — У тебя проблемы с историей?       — Угу, — я решила не скрывать этого. — Точнее, не то, чтобы прям проблемы, но… Я думаю, ты понимаешь, что мне дается это несколько сложнее, равно как и язык с литературой.       — Ну для той, кто жил долгое время в другой стране, эти вещи даются неплохо, раз ты смогла выучиться и попасть сюда.       — На самом деле, если бы мой отец со мной не занимался с малых лет, вряд ли бы мне удалось это… И то подготовка съела у меня немало сил. Но от ошибок и акцента я так пока что и не избавилась… Ох, — вдруг пришла мне на ум пустяковая, но в этот момент обеспокоившая меня мысль. — Надеюсь, я не делала каких-нибудь ошибок в сообщениях, из-за которых получались совсем другие и неуместные слова?       На мгновение мне показалось, что Шинсо чуть усмехнулся. Но он ответил в своей сдержанной манере, так что я решила, что мне привиделось.       — Нет, ничего такого вроде не было. И раз уж ты заговорила про экзамены и литературу… Я тебе говорил, что мне пара человек предлагала устроить совместную подготовку. Это ребята из моего класса, и одна из них как раз хорошо разбирается в литературе. На самом деле они предлагали сегодня собраться после занятий. У тебя будет время перед тестированием или после? Можем собраться как раз для подготовки.       Выслушав это предложение, я посмотрела в сторону Шинсо. Его взгляд был немного сонным, но в целом спокойным, как и обычно. Но у меня появилось какое-то странное ощущение, причем не в первый раз — в последние дни при общении с ним, будь то переписка или разговор по телефону, оно тоже возникало. Ощущение какой-то легкости и да, опять же — спокойствия. Будто мы знакомы гораздо больше, чем есть на самом деле. Но причины этого я себе объяснить не могла.       — Я только за. Правда, с временем перед тестированием есть проблемы… Но если ты и твои друзья не против, можете прийти к нам — мы с одноклассником тоже думали после работы засесть за учебники прямо в лаборатории. Он, кстати, как раз хорош по части истории и еще физики, так что если какие проблемы с естественными науками, то мы поможем. И в нашем крыле тихо, как в библиотеке.       Сказав это, я вдруг смутилась от мысли, что, наверное, сейчас звучу несколько навязчиво. Потому тихо добавила «Извини». На это Шинсо чуть покачал головой.       — Не извиняйся. Думаю, твое предложение весьма кстати, потому что в библиотеке уже немало людей — сидят и готовятся. Вполне ожидаемо, а когда закончатся уроки у всех, то их наверняка будет еще больше. Так что твой вариант с лабораторией вполне неплох, я поговорю с одноклассниками.       — Хорошо, а я поговорю с Ясуши. Может вообще так получиться, что будет еще пара человек — на тестирование прототипа мы хотели пригласить двух учениц из других классов… Ох, точно.       За всеми этими разговорами я совсем забыла, что должна была найти Хару Нацуки или хотя бы Игараши. К счастью, мы уже были на этаже верхних лабораторий, а Ичиро наверняка уже опять работал со своими капсулами.       — Что такое? — заметив мою растерянную реакцию, спросил Шинсо.       — Я совсем забыла, что хотела поговорить с одной девушкой со второго года Поддержки… Но я ее не знаю, и потому хотела обратиться за помощью к тому второкурснику, с которым знакома, но совершенно про это забыла.       — Вот как. Значит, тебе нужно вернуться к классам?       Я покачала головой.       — Необязательно. Думаю, он уже в своей лаборатории, а он как раз наш сосед, так сказать.       Мы добрались до нужных дверей. Я чуть дернула ручку нашей с Ясуши лаборатории, но она оказалась закрыта. Видимо, мой одноклассник еще искал второго человека для наших тестов.       — Я сейчас только спрошу насчет девушки со второго года, и открою помещение, — сказала я Шинсо.       Я подошла ко входу лаборатории Игараши. К верхнему левому углу двери была приклеена мультяшная лисья мордочка с хитрой ухмылкой. Почему лисы — оставалось загадкой. Ичиро лишь ограничился банальной фразочкой «лисы клевые». Из-за двери послышалось тихое пение — да, как мне и сказали, парень уже вовсю экспериментировал у себя. Я осторожно постучала, и песня тут же прервалась. А минуту спустя открылась дверь, явив этому миру улыбавшееся и перемазанное серо-зеленым порошком лицо Игараши в защитных очках. Заметив меня, он приподнял очки, измазав при этом свои светло-каштановые растрепанные волосы загадочным препаратом.       — Эм, здравствуй, Игараши, — несколько озадачено поздоровалась я. Парень улыбнулся еще шире, и я невольно опять задержала взгляд на тонких и длинных верхних клыках. У него была какая-то причуда, связанная со змеями, но в чем именно она заключалась — я не знала. Только то, что у него из-за этого были змеиные клыки и местами на руках змеиная кожа.       — Иро, Иро, ты как раз вовремя! — обрадовано заявил Игараши и хотел было уже взять меня за руку, но вовремя опомнился, и стянул испачканную перчатку. — Идем, чего покажу, — добавил он, протягивая ладонь. Тут он заметил, что я была не одна, и с легким удивлением спросил: — А ты кто?.. Впрочем, неважно, пошли тоже.       Я даже не успела что-либо возразить или объяснить, как Ичиро стащил вторую перчатку, небрежным движением зашвырнул ее куда-то за спину, схватил меня за запястье, а Шинсо за предплечье и втащил нас внутрь.       — Так, отлично, — сказал парень, как только дверь за нами закрылась. — Сейчас найдем вам стулья.       Он отпустил нас и отправился в дальний угол помещения, где друг на друге стояло несколько коробок. Точно такие же, только раскрытые и в ряд, стояли под длинным столом, делившим лабораторию Ичиро пополам. В одной из них я заметила детали какого-то прибора, еще не распечатанные. Похоже, парень только-только получил нужные для экспериментов вещи.       — Чем больше зрителей, тем лучше, — довольно произнес Ичиро, расставляя напротив стола найденные складные стулья. — Можете поставить свои вещи туда, — парень махнул рукой в сторону другого, более маленького стола в углу возле двери, на котором находились ещё одни нераспечатанные коробки, на этот раз маленькие.       — Игараши, не надо никого втаскивать так бесцеремонно, — пыталась я его образумить, хоть и понимала, что с таким увлеченным человеком это бесполезно. По Мэй знаю. — Достаточно просто спросить.       Как я и думала, Ичиро лишь сказал довольное «ага», особо, наверное, и не вслушиваясь. И продолжил, напевая при этом какой-то веселый мотивчик, возиться со вторым стулом, который немного заклинило. Я несколько виновато посмотрела на Шинсо, который чуть нахмурился.       — Прости, пожалуйста, Игараши — весьма своеобразный человек, и очень любит делиться радостью от своих маленьких научных побед, и даже если он не знает человека, то может пригласить его… вот таким образом.       Я чуть опустила голову, говоря это и в то же время понимая, что даже на словах это звучит весьма странно. А это я еще вежливо пыталась все подать, на деле Ичиро просто порой был таким же бесцеремонным, как Мэй, с той лишь разницей, что у него не было пунктика на конкуренции. Ему действительно нравилось делиться своими успехами, даже если иногда его «зрителями» становились совершенно незнакомые люди.       Шинсо тяжело вздохнул, но, кажется, перестал злиться на Игараши. Хотя может, я не так растолковала его реакцию.       — Ничего, это не твоя вина все-таки. Да и время у меня пока есть.       Сказав это, он внимательно посмотрел на Игараши, а затем перевел взгляд на меня. И только после этого он поставил контейнер с цветами на стол у входа.       — Готово! — торжественно заявил Ичиро, закончив со стульями и развернувшись к нам. — Присаживайтесь, сейчас все покажу, — в тот же миг опомнившись, он представился: — Ичиро Игараши, второй год Поддержки. Ты с какого?       Шинсо сдержанно представился.       — Интересно, интересно, — протянул Ичиро с какой-то пусть и еле заметной, но хитрой улыбочкой. — Я смотрю, вы неплохо так знакомы, Иро.       Я смутилась, но старалась этого не показывать — да и все равно Ичиро уже мыслями был в представлении очередного своего творения:       — Окей, давайте сюда, покажу кое-что занимательное.       Я уже и сама вздохнула с сожалением — потому что мне было крайне неловко за более старшего товарища и его легкую эксцентричность. В конце концов, вся эта ситуация только задерживала Шинсо. Вообще я была удивлена, что он не только не ушел до сих пор, но и собирался посмотреть «шоу» Игараши — сел на один из стульев. Я поспешила сесть рядом. Попутно я обратила внимание на рабочее место Игараши, перед которым он нас усадил — и которое, как я только сейчас заметила, было порядком захламлено. Различные флаконы, кейсы с какими-то препаратами, разбросанные емкости в форме сфер и эллипсоидов, часть из которых была наполнена порошками и жидкостями, раскрытые и перевернутые корешками вверх журналы, совершенно не вписывавшийся во все это горшок с небольшим пузатым кактусом, у которого по неведомой мне причине были ярко-голубые иголки. И просто ворох распечаток и листков, исписанных иероглифами и разрисованных диаграммами.       Как там говорится? Творческий беспорядок вроде бы. Но все равно было стыдно. Еще и этот пунктик Ичиро со зрителями и спектаклем, из-за которого отвлекли человека от дел.       Не дай бог он с Мэй познакомится… Впрочем, я бы не удивилась, знай его она уже.       От всех этих мыслей я как-то сникла.       — Эй, — послышался тихий голос Шинсо. Я посмотрела на него. — Все в порядке, говорю, у меня пока есть время. Не переживай.       — Все равно извини. Из-за меня ты теперь задержишься.       — Ничего. Потом помогу занести твои цветы.       Он ответил совершенно спокойно. А мне стало как-то неловко от того, что не сумела скрыть свои эмоции. Мне показалось, что Шинсо был не из тех людей, кто стал бы врать насчет своей загруженности. Но вспомнив, как я без конца беспокоилась в пекарне о том, что своими разговорами только отнимаю его время, я решила эту ситуацию не усугублять. А то только доставлю неудобств.       — Ну, у Игараши всё же бывают весьма интересные штуки, раз уж так получилось, то давай посмотрим, — осторожно сказала я. — Может, что-то пригодится потом и нам.       Я и вправду думала, что какие-то наработки Ичиро могут потом пригодиться в дальнейшем при нашем с Ясуши исследовании тканей. К тому же, насколько я помнила из объяснений Шинсо, его тренировки были связаны с целью в дальнейшем реализоваться в геройской сфере. Так что творения Ичиро, теоретически, могли пригодиться и ему.       Если, конечно, предстоящая демонстрация будет успешной. У Игараши частенько случались неудачи, или были очень странные идеи.       — Да, почему бы и нет, — спокойно ответил Шинсо.       — Что ж, дамы и господа, — торжественно объявил Ичиро, как только он быстренько расчистил на своем столе место и сделал необходимые приготовления. — Мне всегда был интересен вопрос об использовании неких обманок в про-сфере, потому как иногда своих сил и техники недостаточно, и надо просто быть хитрее, запутать противника… Ой, ну что я рассказываю, вы это и так знаете, — с улыбкой отмахнулся он. — В общем, Иро уже в курсе, но не лишним будет сказать еще раз — я разрабатываю довольно-таки большой проект по использованию порошкообразных веществ для маскировки, установки ловушек и усиления свойств различных материалов… А на днях я сделал довольно-таки занятную вещицу.       После этих слов Ичиро взял со стола иссиня-черную капсулу чуть меньше мизинца размером, и ненадолго отошел от стола, бормоча что-то про небольшую коробку. Все-таки в этом был весь Ичиро: даже если он все подготовил, все равно про какую-то вещь мог в итоге забыть.       Шинсо чуть повернулся в мою сторону и спросил:       — Что он имел в виду, говоря про ловушки?       — Честно говоря, я сама не знаю, — ответила я. — Я видела у него только неудачный эксперимент по маскировке, и еще он делился некоторыми препаратами, которые мы с Ясуши тестировали как напыление на ткань. Но там тоже больше маскировочного толка вещи были.       — Ага, это подойдет! — довольно объявил Ичиро, найдя вместо коробки небольшую дощечку. — А теперь смотрите, — обратился он к нам, развернув деревяшку лицевой стороной к нам и занеся над ней капсулу. И почти сразу же кинул ее в доску. Раздался слабый хлопок — это треснула оболочка капсулы, выпуская содержимое. По цвету расползавшегося по древесине вещества я сразу догадалась, что именно с этим порошком возился Ичиро перед моим приходом.       — Ну вот, еще пара секунд, — сказал парень, выбросив сломанную капсулу в пластиковый контейнер на столе. — Пожалуйста.       Ичиро продемонстрировал доску, в центре которой блестело пятно. В нем отражалась часть лаборатории. Ведомая любопытством, я встала и подошла поближе — в образовавшемся зеркале сразу появился кусочек моего отражения.       — Интересно, — невольно вырвалось у меня, и Игараши сразу же довольно улыбнулся. — Что ты туда намешал?       — Не-не, Иро, ты же знаешь, что никто свои секреты так просто не раскрывает, — усмехнулся парень, шутливо погрозив пальцем. — Ну, а что скажешь ты?       Вопрос был адресован Шинсо, который тоже подошел рассмотреть необычное зеркало. Мне показалось, что наши отражения были как-то слишком уж близко, и чувство неловкости вернулось вновь. Дабы его унять, я отошла к контейнеру, чтобы поближе рассмотреть использованную капсулу. Ичиро тут же всучил мне пару перчаток, сказав, что лучше голыми руками не трогать.       — Я так понимаю, это должно использоваться для маскировки? — спросил Шинсо, проведя пальцем по гладкой поверхности зеркала. Игараши успел выделить перчатки и ему.       — В теории да, — ответил Ичиро. — Честно говоря, формулу состава я вывел лишь на днях, и вы, по сути, сейчас стали свидетелями второго успешного образца. Более подробные варианты использования я еще пока разрабатываю.       — Если увеличить количество вещества, то из этого получится неплохая ловушка, — сказала я, все еще задумчиво разглядывая капсулу. Материал ее мне был непонятен, и меня подкупало то, что на вид она казалась прочной, но явно при нужном давлении разбивалась сродни яйцу. — Хотя довольно муторная. К примеру, выделить зону, сделать там пару-тройку подобных поверхностей, заманить туда противника и отражениями вполне можно посеять сомнения, сбить фокус…       В процессе своих рассуждений я отвлеклась от изучения капсулы и посмотрела в сторону парней. А те, в свою очередь, несколько удивленно смотрели на меня. Впрочем, «несколько» — не совсем подходящее для Ичиро слово.       Чувствуя, что сейчас будут гореть не только щеки, но и уши, я положила капсулу обратно в контейнер и отвела взгляд.       — Простите, — пробормотала я. — Просто я вспомнила про зеркальные лабиринты, вот и…       — Мне нравится твоя идея! — довольно заявил Ичиро, подскочив ко мне и схватив за плечи. — Все-таки не зря вы ко мне заглянули. Сегодня же начну разработку более подходящей емкости…       — Отпусти меня, Игараши, — неловко перебила его я. Охваченный новой идеей, Ичиро не заметил, как начал меня слегка трясти. Что еще можно было ожидать от такого человека, как он, кроме как бесцеремонного вторжения в личное пространство? И все же это оказалось внезапным.       Я попыталась освободиться, но Ичиро и сам уже понял свою оплошность, а потому отпустил меня.       — Прости, Иро, я опять увлекся, — виновато сказал тот.       Я вздохнула, и постаралась говорить как можно мягче:       — Я понимаю, Игараши, но это не повод трясти других людей, — под конец я смутилась, подумав, каким цирком выглядит все происходящее для Шинсо. — Но в любом случае, я рада, что в этот раз у тебя все прошло успешно, — я постаралась взять себя в руки.       Ичиро неловко усмехнулся. Но было видно, что он очень рад своему успеху.       На несколько секунд повисла неловкая тишина. Потом вдруг раздался голос Шинсо:       — Я думаю, нам уже пора идти. Спасибо за демонстрацию.       — Всегда пожалуйста, — улыбнулся Ичиро. — Если заинтересовало, то заглядывайте, покажу остальные разработки.       — Хорошо, — кивнул Шинсо. Проходя мимо меня, он неожиданно слегка дотронулся мне до плеча. Игараши этого уже не видел: его внимание привлек тот факт, что зеркало-порошок на доске начало по краям осыпаться. Я обернулась, не понимая жеста.       — Пойдем, — только и сказал Шинсо.       Не сказать, что меня что-либо держало в этой лаборатории, но я все еще ничего не понимала.       Впрочем, нет, одно дело оставалось. Уже на пороге я вспомнила, ради чего я изначально собиралась обратиться к Ичиро, и, обернувшись, спросила:       — Игараши, а ведь я хотела кое-что спросить.       — Агась? — отозвался он, отрываясь от своих записей.       — Я искала Хару Нацуки, и думала, что, может, ты знаешь, в каком она классе.       — Конечно, знаю. Мы ведь с ней в одном классе. Вот только ты ее сегодня уже здесь не найдешь — у нее какие-то проблемы с подготовкой к научной ярмарке, и потому она сразу после занятий отправилась домой. Но я завтра ей передам, что ты ее искала.       — Эм, спасибо, — поблагодарила я. А сама думала, что надо было быть умнее и спросить про это сразу. Ну, все уже произошло.       Только выйдя в коридор, я поняла, насколько было душно у Игараши. Невольно я вздохнула от облегчения.       — Все-таки надо было пораньше уходить, — вдруг сказал Шинсо.        — Мы тебя все-таки задержали, — с сожалением поняла я. — Прости, пожалуйста.       — Не, я про другое, — покачал головой парень. — Тебе там явно некомфортно было.       Я сегодня точно провалюсь от стыда на нижний этаж.       — Я просто не ожидала такой реакции от Игараши… — тихо сказала я. — Вот и опешила. Он хороший человек, и я могу понять нечто подобное, когда какая-то идея захватывает целиком, но все равно… Это странно.       А еще мне было неловко от того, что немного увлеклась и встряла со своей идеей. Не особо, похоже, я отличаюсь от Ичиро.       — Ну, зато посетили интересную демонстрацию, — пободрее добавила я. — Хотя я не согласна с методами, какими Игараши собирает себе публику… Признаться, я немного напугалась, когда он пытался тебя силком затащить… Я могу только еще раз извиниться за это.       — Это же не твоя вина, — сказал Шинсо. — Хотя в следующий раз лучше обойтись без таких методов. Так-то идея довольно неплохая, и с зеркалами-обманками тоже.       Он о чем-то задумался, постукивая пальцем по подбородку. А я несколько растерялась: мне-то казалось, что моя спонтанная версия про ловушку с отражениями прозвучала как бред.       — Я просто слишком увлеклась, — пробормотала я. — Наверное, это присуще всем, кто здесь учится, — добавила после, пытаясь скрыть смущение за улыбкой. Но последовавшая за этим мысль, которая, собственно, чуть ранее и натолкнула меня на идею о зеркалах-ловушках, разом все омрачила.       Да, про лабиринты я не соврала, но изначальная причина была в простой идее — а может ли подобная поверхность отразить способность вроде той, что была использована в поезде?       — Что-то не так? — заметил эту задумчивость Шинсо.       — Не знаю… — честно ответила я. — На самом деле, я не только о лабиринте подумала. Скорее, про отражение в целом, в том числе и… других сил, — запнулась я под конец.       — Вон оно что…       Похоже, он догадался, о чем я размышляла. На пару секунд воцарилось молчание. Оно и понятно, пусть в здешних коридорах было меньше людей, но такие происшествия обсуждать все равно не стоило.       — Ну, ты можешь проработать этот вопрос позднее, — заговорил Шинсо. — Тем более раз у вас с этим Игараши соседняя лаборатория.       — Думаю, ты прав, надо будет все обдумать позднее, — согласилась я. — Да и сегодня у нас уже запланировано тестирование… Пока что забот хватает.       — Ясно. Что ж, тогда желаю удачи с тестом. Я поговорю со своими одноклассниками насчет твоего предложения… Сколько вы будете проверять свое устройство? — спросил он.       — Не думаю, что долго… Может даже в полчаса уложимся, если, конечно, попутно не появятся еще какие-нибудь идеи и теории. Но все равно вряд ли мы будем долго с этим возиться сегодня — все же раз мне не удалось застать девушку со второго курса, у нас только один человек для проверок…       Договорить мне не дали — из-за спины раздался голос Ясуши:       — Эвет!       Я обернулась и увидела своего напарника в компании девочки, половину лица которой скрывала слишком длинная челка. Похоже, это и был тот самый ученик, которого Ясуши искал для сегодняшних тестирований.       — Прости, мне надо идти, — виновато сказала я, вновь повернувшись к Шинсо. Тот кивнул и добавил:       — Ничего. Я тогда тоже пойду. А позже зайду, как поговорю с одноклассниками. Я напишу.       — Что ж, тогда — удачи нам обоим, — пожелала я. — И спасибо, что помог с цветами.       Шинсо еще раз кивнул, отдал мне контейнер с цветами и пошел; проходя мимо Ясуши, он тихо и сдержанно поздоровался. Тот ответил тем же, но затем несколько странно посмотрел на меня.       — Я думал, ты Хару Нацуки искала…       — Мы с ним встретились, когда я несла цветы в лабораторию и искала Игараши, чтобы как раз спросить о Хару, — несколько задумчиво ответила я.       — Ну да ладно, так удалось в итоге поговорить насчет нее? — спросил меня Ясуши. — Эй, ты чего?       Все еще пребывая в некоторой задумчивости, я посмотрела в сторону уходившего Шинсо. Тот почесал затылок, поправил на плече рюкзак и через пару шагов скрылся за поворотом коридора.       — Да так… — тихо произнесла я. Мотнув головой, я добавила уже куда бодрее: — Ладно, пора нам поработать. Прости, Ясуши, но Хара Нацуки уже ушла на сегодня. Мне Игараши об этом сказал, они, оказывается, в одном классе.       — Понятно, что ж, тогда эксперимент с твердыми материалами пока что оставим на потом, — вздохнул парень. Указав на девушку, он добавил: — Это Комори Киноко из 1-B, она согласилась нам сегодня помочь.       — Приятно познакомиться, я Иро Эветта, — представилась я. — Спасибо, что откликнулась на нашу просьбу.       — Хонда сказал, вы разрабатываете компактные насосы и фильтры, это интересно, — сказала девушка. — У тебя необычное имя.       — Да, есть немного, — неловко улыбнулась я. — Что ж, пойдем — я покажу, что у нас есть. А пока что могу я тебя попросить пока рассказать о своем… — тут я запнулась, чуть по привычке не сказав «пувуар», — своих способностях, Комори?       — Конечно. Я создаю споры, из которых потом прорастают грибы.       — Ого, у тебя тоже споры, это интересно, — услышанное меня почему-то обрадовало. Все же здорово встретить человека пусть и слегка, но со схожими силами. Было бы неплохо пообщаться с ней об этом.       — А что собой представляют эти насосы? — спросила Комори, когда мы вошли в лабораторию.       Внутри был небольшой беспорядок, учитывая, что мы недавно здесь обосновались. Но это по большей части было из-за того, что Ясуши еще не все свои коробки распаковал и разложил по местам. Да и я свои цветы пока еще не все расставила, как следует, а всякие упаковки с удобрениями и прочими нужными веществами не рассортировала. Хотя по сравнению с хаотично стоявшими и валяющимися коробками Игараши у нас было чисто. Мы с Ясуши договорились, что рабочую зону делим пополам: в одной он собирает механизмы, в другой я работаю с цветами. Частично сад, частично мастерская.       Ясуши тут же прошел на свое рабочее место, чтобы включить компьютер. Я же убрала принесенные цветы в небольшую морозильную камеру — Ясуши умудрился как-то ее выбить нам.       — Ну, грубо говоря, это система защиты, — стала попутно объяснять я Комори. С описанием проекта у нас пока что было не очень. — Началось все с того, что мне нужно было найти решение для защиты своего окружения, поскольку те споры, что выпускаю я, могут усыпить или парализовать человека, а на ком они сработают, я контролировать не могу. И на основе этой идеи мы с моим одноклассником и разрабатываем компактную систему фильтрации, чтобы у людей со схожей проблемой была возможность ограничивать собственную зону покрытия, хранить и перенаправлять выпускаемые частицы… Прости, это наверняка звучит занудно, — спохватилась я, посмотреть на Комори. Впрочем, понять ее реакцию на сказанное было трудно из-за частично сокрытого челкой лица.       — Ничего, я поняла, — ответила девушка. — К тому же, у меня в костюме есть распылители, у них другая цель, но принцип похожий. О, это они?       Ясуши успел уже вытащить на стол коробку, в которой и лежали наши наручи — один из них он как раз и достал в момент нашего разговора. По задумке конструкция не должна быть громоздкой и внешне несколько напоминала деталь европейских доспехов — с той лишь разницей, что по всей площади выпирали небольшие трапециевидные ребра. В них-то и скрывались микро-насосы, над которыми знатно поколдовал Ясуши. По нашим подсчетам, радиус действия наручей был сейчас в пределах метра, но Ясуши прямо-таки загорелся идеей увеличить его. Пока безуспешно.       — Держи, — протянул мне парень прибор на левую руку. — Думаю, сегодня лучше пусть автор идеи потестит.       — Слушай, не преуменьшай свои заслуги, — поворчала для вида я, хотя улыбку было скрыть тяжело. Ведь, по сути, мы в первый раз показывали кому-то свои наработки помимо учителя и наших друзей по исследовательской группе.       Прибор тихо защелкнулся на руке, и я несколько раз согнула и разогнула ее в локте, чтобы еще раз убедиться, что нет дискомфорта. Ясуши остался за столом, положив перед собой толстенный блокнот и небольшой пульт, с помощью которого он мог управлять устройством удаленно. На финальном этапе мы планировали сделать так, чтобы управлять им можно было непосредственно сенсорами в перчатках, а пока что ограничились пультом.       — Я буду следить за показаниями в программе, — махнул в сторону компьютера Ясуши. — Как только пойдет перегруз, я вырублю систему, — тут он начал что-то быстро печатать. — К тому же, я оставил рабочими каналы лишь на тыльной стороне, учти это. О, и еще, Комори — можно получить образцы твоих спор прежде, чем мы начнем? Я задам нужные параметры в программу. Они ведь не сразу прорастают?       — Ну, чем выше влажность, тем быстрее растут грибы, — пояснила девушка.       — Ясно. Сегодня мы никаких экспериментов не проводили, чтоб здесь была влажность повышенная, так что все должно быть в порядке. Вот, — Ясуши протянул Комори чашку петри, а мне — небольшой респиратор. Свой он уже закрепил на шее. Что ж, это имело смысл, грибные споры мелкие.       Пока они возились со спорами Комори и введением параметров, я вспомнила кое-что еще.       — Ясуши, а мы будем смешанный тест проводить? — спросила я.       Тот отвлекся от компьютера, пару секунд обдумывал что-то, а затем чертыхнулся.       — Я и забыл совсем. Ладно, дай мне еще пару минут, я обозначу условия.       Я кивнула, а потом прошла к оставленному в углу рюкзаку. Покопалась немного, после чего вернулась к ребятам.       — Мы хотим потом дать смешанную нагрузку, твои и мои споры, — сказала я Комори, протягивая при этом небольшую бутылочку. — На всякий случай возьми себе пока это средство — оно от парализации. Если почувствуешь вдруг онемение, то намажь этот участок, или сразу скажи нам. Прости, от усыпляющих спор у меня пока препарата нет, его надо переработать.       — Хорошо, — коротко усмехнулась Комори. — Да и сон это не так страшно.       Я лишь улыбнулась в ответ. Впрочем, то, что я нервничаю, явно было заметно. И хотелось не ударить в грязь лицом, и мешали некстати вернувшиеся мысли о препарате от усыпления, формулу которого еще предстояло переделать, поскольку текущая версия работала уже не так эффективно. Но это все можно было рассмотреть после, а сейчас лишние волнения были ни к чему.       — Ладно, я готов, — сообщил Ясуши, закончив с вводом данных.       Я подняла руку с устройством, в тот же момент Комори взмахнула ладонями. Я лишь заметила слабые облачка, которые тут же исчезли из поля зрения. Наверное, хорошо, что мы с Ясуши надели респираторы.       Система тихо загудела, фильтры пришли в движение. Тестирование началось.