Идеальные Солдаты

Из полной темноты меня звали голоса. Я не разбирал слов, но мог чувствовать… что-то. Призрачное тепло сквозь густую черную воду, скованную льдом анабиоза. Трое были далеко, один — рядом, но и его хватало, чтобы успокоиться. Желтые крылья огненной птицы. Синий огонь газовой горелки. Языки пламени крошечного костра. Уверенно протянутая рука. Мечта. Цель. Обещание. Помощь. Даже покрытая коркой плотного льда, звезда-гигант грела, подбадривала, тянула вперед, за собой. Как фонарь на дороге, в непроглядной тьме. Сопротивляться морозному сну я не мог, но хотя бы пришел в себя. Исчезла паника, испарилась в океане огня. Он справится. Мы справимся. Наружу нас вытащили на Орфее. Мой протез болтался бесполезной кишкой, но его все равно, перестраховки ради, зацепили фиксаторами, после этого надев наручники. Я даже не противился. Пусть лучше не двигается, чем работает против моей воли. Горло саднило, дышать было больно, говорить — и того хуже. Над старым шрамом поперек шеи теперь пульсировали остро и жарко четыре новых глубоких ссадины. Фениксу проснуться не дали. Я видел, как его достают из саркофага — жалкий, как потухшая свечка, мокрый и едва дышащий, у стоящих неподалеку Саши и Дока он вызвал усмешки. Но я знал, что пока его звезда горит, ничто не страшно. Возможно, стоит послушать судьбу, заново повернуть вечное колесо. Убить, чтобы спасти. Исчезнет Петер Ларссон, молодой адмирал космофлота, но где-то в другом человеке вспыхнет, родится из пепла Феникс. Стоит ли это того? Даст ли мне что-либо? Будет ли полезным? Об этом же думал предыдущий Ящер? Конвойные с пустыми лицами, точно как те, кто встретил нас на Квазаре. Отличались черты, но выражение было схожим. На попытку вырваться я получил по затылку до фейерверка перед глазами. Со мной не церемонились. Толчок в спину и пошел вперед. Путаница коридоров Орфея, знакомая до рези в желудке, до сведенных зубов. Все снова поменялось, сдвинулось с места, но на восприятие не влияло — я помнил каждый отсек, в котором бывал, без разницы, куда его переставили. Их ведь не передвигали специально, чтобы меня запутать?.. На Орфее было пусто. Не толпились по углам терраформаторы, не топали в коридорах инженеры, не выглядывали из кабинетов девочки-лаборантки. Станция будто вымерла. Осталась только горстка солдат и мы. За редкими иллюминаторами я видел зеленый диск Эвридики. Мы были дальше, чем мне запомнилось — кажется, ушли с орбиты внутрь системы, ближе к бордовому солнцу. И продолжали движение. Задавать вопросы было бесполезно. Меня провели по одному из жилых Колец и доставили в незнакомую комнату. Наручники не сняли, завели внутрь в них и оставили так. Двери закрылись с обреченным шипением. На полу в уголке сидел Томми. Сразу бросился в глаза синяк на половину скулы — сопротивлялся? Утихшая было злость вновь заворочалась внутри. Обидели Томми и хотели уйти безнаказанными? Наивные идиоты. Он посмотрел на меня красными, зареванными глазами. Волосы у него были мокрыми, видимо тоже недавно из разморозки. - Я думал, больше никого из наших не увижу, - его тихий голос дрожал отчаянием, поднимая градус моей злости. - Они забрали Терру и Лолу. Я не знаю, где они, не успел ничего понять. Дядя Саша правда собирается нас убить? - Не он один, - слова давались с трудом, и не только из-за покореженной собственным протезом трахеи. - С ним еще кое-кто. Что важнее, ты в порядке? Тупой вопрос, но я не мог его не задать. Томми поднял руки. Такие же стальные браслеты, как у меня, пересекали запястья. - Вытащили из анабиоза и сразу на цепь посадили, будто я собака. Убежать не дали, по морде врезали… Терра права, мы просто щенки. Что теперь делать, Джейк? И где Феникс? - У них, - я оглядел комнату. - Вылезем отсюда и заберем его. Все как-то связано с его искрой и вспышкой на солнце. И еще зачем-то им нужно много людей. Пытаются наградить Сашу бессмертным сознанием… Понятия не имею, как. - Плана, я так понимаю, нет? - протянул Томми грустно. Моего молчания оказалось достаточно. Он уткнулся носом в тощие коленки. Видеть, как дрожат его плечи, было чертовски неприятно. Я был самым жалким старшим братом на свете. От невозможности пошевелить правой рукой начало неметь плечо. Спина затекала, как не повернись. Закусив губу, я обшарил стены и вернулся к дверям. Пустая комната, крошечный иллюминатор с видом на удаляющуюся Эвридику, дверь без возможности открыть изнутри. Включись мой протез, я бы вспорол ее, как крышку консервной банки, но… Черт. Ни на помощь позвать, ни выбраться самим. Только ждать? Ненавижу! Томми поднял голову. - Знаешь, в анабиозе я чувствовал наших, - сказал он. - Тебя, Акулу, Стрекозу, особенно Феникса. Понял, что вы все живы и успокоился. Будто теплом подуло. До сих пор никак не выходит вернуться на обычное зрение. - Ты гений, - догадался я. - Это может помочь хоть о чем-то узнать. Давай, оглядимся вокруг. Вдох-выдох. Раз, два, пульс по счету. Алая звезда Томми протянула ко мне руки-протуберанцы. - На станции всего два десятка солдат, - сказал он, уставившись в никуда, перебирая пальцами нити событий, как струны. - У нашей двери двое. О, видишь, в центральном ангаре? Там твой «Арктур», с ним «Сириус» Акулы, рядом «Ригель», его выгрузили из Квазара. Он очень потрепан, вряд ли взлетит, но… Эх, добраться бы туда. Может, смогли бы сбежать. - Я так далеко не вижу, - меня пробрала дрожь. Глаза Томми горели не слабей, чем обычно у Феникса. Раздутая красная звезда щупальцами лезла из его грудной клетки, цепляясь за стены и пол вокруг, пронзая их насквозь, обвивая лианами нити событий. Багровое сияние плескалось наружу тягучей рубиновой кровью. Я инстинктивно отодвинулся к дальней стене. Томми не шевелился, но воздух вокруг него рябил, потоки энергий сталкивались, закручиваясь маленькими вихрями. - Стрекоза и Акула где-то в этой системе, рядом, - не открывая рта, сказал он будто прямо мне в голову. - Я вижу их в космосе, обе неподалеку от Орфея. - Они в порядке, - я не смог сдержать облегченного вздоха. Акула цела! Дышать стало легче, уверенности прибавилось, будто плечи расправило. В панике мечущийся разум медленно двинулся в сторону нормы. - Полковник, Ронг, Джерри? - о них вспоминать пришлось чуть ли не силой. Томми потряс головой. - Не знаю. Все засвечено искрами-гигантами… и слишком далеко. Зато я вижу, что Феникс буквально над нами. Может, метров двадцать наверх. Но перед этим — коридоры, коридоры. Губы Томми не шевелились, произнося слова. - Говори вслух, а то жутко, - попросил я. Феникс действительно был где-то рядом. Я чувствовал тепло сверху, со стороны потолка. Размеры Кольца позволяли — там вполне мог быть второй этаж или новые отсеки вплотную к нашему. В голове начинало шуметь. Долго смотреть извне не получалось, я вернулся, оставив это на Томми. Тот, кажется, дискомфорта не испытывал никогда. - Мы не можем выбраться отсюда? - спросил он. - У меня протез не двигается, как парализовало, - объяснил я. - Этот твой док что-то сделал, теперь он у них под контролем, как рука какого-нибудь дурацкого робота. - Какой док? - голос Томми взлетел на октаву. - Черт, все равно узнаешь, - мрачно проговорил я, отвернувшись. - Тот парень, что зашил мне руку на Нижней Земле и, похоже, пересадил часть Искры Феникса на кусочек галактиониевой основы под сердцем. Брат нашей Меган, пропавший кучу лет назад во время индокитайского конфликта. И доктор, что дал Искру тебе, пока держал в больнице у Ларссона… Это один человек. Томми сжался в комок. Не было долгих лет взросления, исчезла подростковая колкость и остатки напускной самостоятельности. Огромные, широко распахнутые глаза таращились на меня в ужасе. Он совершенно по-детски протянул руки. «Помоги. Защити». Я опустился рядом с ним на пол, он сразу вцепился мне в одежду, уткнулся лбом в плечо. Чертов протез, сцепленный с левой рукой наручниками, мешал даже по голове его погладить. Инструмент для достижения цели превратился в тянущую на дно помеху. Мы ничего не можем сделать?.. За дверями послышались громкие голоса. Разорвал душную тишину станции короткий крик, рявкнул следом выстрел. Я подтолкнул Томми к дальней от входа стене, прикрывая собой. В дверь что-то ударилось, сползло по ней шорохом. Приглушенный вопрос с той стороны: - Эй, ты там? Ящер, Волчонок! Терра снова принялась стучать. Я вскочил, поднимая за собой Томми. - Мы здесь! Живы, не ранены. Дверь изнутри не открыть! - Значит, попробуем снаружи! Берегись! Звук выстрела, вспышка. Посыпались во все стороны искры, запахло гарью. Электронный замок вырвало с мясом, только остались торчать лохмотьями кудри внутренней обшивки и провода. Терра заглянула в комнату держа пистолет наизготовку. Под ногами у нее валялись без чувств двое наших охранников. - Мертвы? - спросил я, подталкивая Томми к выходу. Терра покачала головой. - Это же мальчишки безвольные. Когда все кончится, спасибо скажете, что солдаты выжили. У Феникса на безопасности «своих» бзик не меньше, чем у тебя, Ящер. Только для него все солдаты — свои. - Больше никого в отсеке нет? Кажется, Доку и Саше плохо знакомо слово «безопасность», - переступая через раскинувшиеся на полу тела, сказал я. - Терра, где Лола? - В «Арктуре», - она напряженно смотрела по сторонам, потом присела, обшаривая охранников. - «Ригель» не годится для полета. Не волнуйтесь, в ангаре. безопасно. «Арктур» почти цел, его успели починить, и меня он даже узнал. Чудо, что я вас нашла. Искры я не вижу, зато чувствую, когда вы… смотрите. И уж точно могу узнать взгляд нашего Томми. Так и поняла, куда идти. Мы недалеко от центрального ангара. Выбраться и сбежать будет не сложно, но… - Феникс, - кивнул я. - Без него не уйду, - подтвердила Терра, продолжая хлопать охрану по карманам. - Так, есть ключ! Давайте сюда руки, оба! Избавившись от наручников, мы обезоружили охрану и перебежками добрались до люка в следующий отсек. Томми начал шепотом ныть, что не подписывался на такое и вообще комбез военный надел только потому, что штаны кофе испачкал, а стрелять ни за что не станет. - Даже в Дока? Он тебя обманывал! - Особенно в Дока! - губы Томми дрожали. - Я все еще думаю, что ты ошибся, Джейк. В коридорах Орфея все еще было тихо и безлюдно. Никто не бежал к нам по тревоге, никто не целился из-за углов. Шаги отдавались в пустоте коридоров эхом. - И здесь никого, - напряженно пробормотала Терра. - На всей станции почти нет людей. Сколько, говорите, здесь солдат? На весь гигантский муравейник Орфея — всего два десятка? То, что даже Квазар отчалил, правда, но… Бред. Ловушка! - Или по какой-то причине Саше не нужны свидетели, - предположил я. - Он задумал что-то со вспышкой на солнце, Орфей сменил орбиту и движется к нему. Может ли быть так, что люди рядом только помешают его планам? Томми потряс меня за плечо. - Не знаю, что там куда отчалило, но тут недалеко пытается начать стыковку какой-то мелкий транспортник или что-то такое. Знакомый силуэт… «Поллукс»! Там наши девчонки, точно! Он пошел первым, мы за ним. Терра продолжала настороженно вертеть головой. Неужели никому не было дела до того, где и какой корабль пытается пристыковаться к Орфею? Отсек, в который мы вышли, был округлым и бежевым. Именно сюда стыковался наш корабль, когда Саша и Феникс впервые привезли меня на Орфей. Встреча со Стрекозой и Акулой едва не обернулась перекрестным огнем. С ними были полковник и Джерри. Доказывать, что это мы, а не солдаты противника, пришлось выглядывая из-за угла на свой страх и риск. Акула кинулась мне навстречу, едва увидела. Прижалась без слов, уткнулась лицом мне в грудь. Я знал, что между нами было когда-то. Я врал себе, что все давно изменилось. Она отодвинулась, заглянула в глаза. - Вы в порядке. Волновалась. Что случилось? Где Кэп? Я пересказал все вкратце. Меня слушали внимательно, даже Томми притих. На слова о том, что сердцем Феникса управляет Саша, полковник не сдержался и тихо выругался. Хмурый, бледный, седой, он выглядел больным, несчастным стариком. Терра рядом тоже больше не казалась девчонкой. Морщины взрезали ее лоб каньонами. Шрам через бровь покраснел и налился кровью, разные глаза потемнели. - Значит, опять будем вытаскивать нашего командира, - сказала она, и полковник кивнул в ответ. - Надеюсь, в этот раз обойдется без смертей. Кстати, где вы оставили Ронг Ли? - Нам не удалось сделать полный прыжок, - пояснил полковник. - Выскочили почти у Эвридики. Совпадение или судьба — рядом был транспортник Аристея, шел с задания пустым и всего с двумя пилотами. Джейк, думаю, ты знаешь капитана Надежду Штерн, она нам помогла. Я отправил Ронг с ней на их станцию. Она обещала подключиться к Сети и оповестить население о грядущей вспышке, но если ее устроят прямо сейчас… Стрекоза пролезла между нами юркой змейкой. - Идем к Фениксу. Ты сказал, Джейк, здесь осталось чуть больше дюжины солдат. Я убью каждого, кто тронет его хоть пальцем. Переглянувшись с Акулой, Джерри вытащил из «Поллукса» ящик с инструментами. - Погодите бежать сломя голову. Чувак, дай я руку посмотрю. Конечно, я не биоинженер, но в технике шарю. Может, хоть сгибаться будет… - Должно быть устройство, через которое Док перехватывает контроль, - подсказал я, садясь на пол и снимая куртку. Джерри без особых церемоний отодрал от протеза все крепления, свинтил защитное покрытие и заглянул внутрь. Ощущений не было, будто он копался в стоящей рядом со мной машине, а не в части моего тела. - Выглядит не сложнее, чем гипердвигатель. Сейчас мы его… Только комм нужен, посмотрю, где промежуточный центр управления может быть. Терра дала свой комм. Джерри вытащил из моего плеча какой-то проводок и подсоединил к нему. Я отвернулся. Подобное уже происходило однажды. Только картинки, без ощущения тела — когда Меган шила рану на моем левом предплечье. Тогда я чувствовал себя просто мясом. Сейчас — игрушечным роботом. Десятком минут спустя я ругнулся, понимая, что начинаю чувствовать боль и давление. Джерри сразу убрал руки. - Смотри, я подвел основной пучок галактиониевых волокон напрямую к нервам, что тянутся из плеча, - сказал он. - Представления не имею, к чему оно идет, я же не врач, но посредник теперь точно в сеть не включен. Простенькая была штука, но хитрая, не догадаешься, если не знать, что случилось. По идее, какая-то часть должна начать слушаться, попробуй. Не было отклика от кисти и пальцев, но я уже мог согнуть локоть и пошевелить плечом. Вернулась часть ощущения положения руки в пространстве. Спине сразу стало легче. Акула помогла мне подняться. - Этого хватит, на большее нет времени. Уверен, что протез меня больше не предаст? - Уверен, чувак. Там же простейшая электрическая цепь, только запитано от твоего мозга! Все будет в порядке. - Нужен план действий, - убедительно высказался полковник, собрав всех вокруг себя. - Мы не знаем, где враг и как он поступит. Нужно вытащить нашего адмирала и не дать Саше запустить вспышку на солнце. Неизвестно, чем она обернется для жителей системы. - Возьму «Сириус», - подала голос Акула. - Прыгну к Поясу Астероидов. Заберу свой флот. Закрою Кассандру. - Лучше «Арктур». Твой корабль менее точен в прыжках, - посоветовала Терра. - В суматохе можешь потерять контроль и промахнуться. Акула поджала губы. - Нет. Вам нужнее. Там ждет Лола. Вам нужно будет уходить. «Сириус» быстрее в обычном космосе. Я справлюсь. - Действуй, - тут же решил полковник. - Очевидно, на Орфее мы почти что одни. Станция движется по прямой к центру системы, видимо Кузнецов хочет вывести ее на максимально низкую орбиту. Предлагаю попытаться перехватить управление. Стрекоза, справишься? Центр должен быть в Хорде. Она медлила. - Феникса спасут и без тебя! - я подтолкнул ее локтем в бок. - Пилот из тебя явно лучше, чем солдат. Или думаешь, ты для него последняя надежда? Стрекоза даже не среагировала на толчок. - Хорошо, займусь Хордой. Доверяю его вам. Девчонки одновременно вытащили оружие. Я поймал Акулу за рукав. Напряженная, сосредоточенная, она посмотрела на меня и мягко улыбнулась. - Вернусь. Всех спасем. Все будет хорошо. Я всегда с тобой. Нужно было ответить что-то важное, очень важное. Что-то сказать. Что-то успеть. - Еще будет время, - тихо сказала она. И я разжал руку. Они со Стрекозой разбежались по коридорам Орфея в разные стороны, одна к ангару, другая к Хорде. - Терра, иди за Акулой, - попросил полковник. - Дочка Гарсии в «Арктуре», верно? Отведи туда Томми и включай двигатели. Будь готова к взлету. Не сможем вытащить всю станцию — смоемся на личных кораблях. Томми сопротивлялся, но Терра не стала церемониться. Даже я не был против, когда она увела его, заломив руку за спину. Напоследок он обернулся и крикнул мне: - Джейк, надери Доку задницу вместо меня! Пусть знает, что мне такая семья, как он, не нужна! Втроем с полковником и Джерри мы добрались до отсека с лестницей. Пол под нами вибрировал. Орфей мелко дрожал. Откуда-то слышался приглушенный расстоянием звон и далекий грохот. Искра Феникса была рядом — только руку протянуть. Первым наверх поднялся полковник. На счет три он выкрутил люк и схватил стоящих рядом с ним солдат за щиколотки, стаскивая за собой вниз. Началась неразбериха. Выстрелы наверху. Полковник целиком исчез в люке. Джерри в два прыжка забрался за ним. Я не отставал. Как в ледяную воду нырнув, с разбегу упал под пленку материального мира. Озирался, искал Феникса, вертел головой по сторонам. Кто-то попался под неуклюже сжатый титановый кулак. Кто-то получил с ноги по почкам. Я не обращал внимание — шел вперед, забыв даже про опасность нарваться на пулю. Но никто уже не стрелял. Не осталось способных оказать сопротивление. Почему же здесь было так мало солдат? Конец коридора я узнал. К нему, как и раньше, стыковался личный кабинет Саши Кузнецова. У дверей вповалку лежали четверо солдат. Пульс, дыхание… кто-то даже шевелился, вращал безумными глазами, дергал конечностями. Искр не было ни у одного из них. Полковник и Джерри встали за моей спиной, тяжело дыша. - Что за чертовщина? Мы из еще не трогали. - У них нет Искр. Работа Кузнецова, уверен. Феникс там, за этой дверью. Я его вижу, чувствую. Волны энергий, разноцветье частиц. Озадаченные звезды по ту сторону обшивки Орфея. Красный карлик, близко, очень близко. Голубой сверхгигант еще ближе. Тепло под тончайшей корочкой сонного льда. Я рванул дверь на себя, кое-как зацепившись протезом. Кажется, на ней был электронный замок. Мышцы спины взвыли, но я послал их к черту. В кабинете Саши, посреди хаоса записей, техники и бумаг стоял Док. Руки в карманах халата, взгляд искоса, улыбка в бороду. - Вы вовремя, господа. Джерри и полковник одновременно вскинули оружие. Отобранные у охраны пистолеты стреляли вовсе не пулями. Красные точки прицелов скользнули по лицу Дока. Тот только поморщился. - Ящер, вижу, от моего контроля ты избавился. Похвально. Есть еще одна вещь, о которой, я уверен, никто не думал. Разжалась левая рука полковника. Металлические пальцы безвольно повисли. Он выругался и перехватил пистолет одной правой. А потом Док что-то сказал. Три тихих, безобидных слова. «Во имя Содружества». Пистолет Джерри уперся мне между лопаток. Я обернулся, недоумевая. Пустое лицо, мертвые глаза, сиплое дыхание монстра. Джерри покачал головой. - Прости, чувак, ты враг. Врагов нужно убивать. Я успел уклониться только потому, что до сих пор двигался чуть быстрее, чем позволяли возможности тела. Дернулся вниз, отбил его руку. Выстрел обжег стену. Полковник схватил Джерри за плечо, оттаскивая назад. - Ты что творишь?! Джерри смотрел вперед, как зомби. - Нужно без колебаний убивать плохих людей, - забормотал он, как мантру. - Нужно без колебаний… Вы тоже враг, сэр. Вырвавшись, он нырнул под руку полковника и ударил ему в живот. Я перехватил его руку в новом замахе, но левой мог не так уж и много. Ответный удар Джерри пропустил вскользь, уклонился быстрее, чем мы ожидали. Потяжелевший от возраста полковник не мог угнаться за ним, маленьким и юрким. Зато сквозь изнанку мог я. Бить его правой было нельзя, зато схватить — пожалуйста. Немые, выключенные галактиониевые нервы ответили на бешеный стук моей искры. Металлические пальцы сжали его плечо, рванув вниз. Ребром левой я ударил по шее, вырубая его. Вдох-выдох. Меня выкинуло в материальный мир. Джерри сполз нам под ноги мягкой тряпичной куклой. Сука, я знал, что есть какой-то подвох! Всегда знал. Мое поколение, не боящееся смерти. - Что у них в головах?! - крикнул я, озираясь в поисках Дока. - Эй, это ваша вина, я знаю! Все дети, что росли рядом, окружали меня с детства! Джерри, Лола, Дылда, Рыжий… даже Ронг изменилась после того, как подралась со мной в Академии! - С чего мне тебе отвечать? - голос Дока откуда-то из-за стеллажей с бесконечными папками, книгами и записями. Уложив Джерри к стене, мы с полковником заглянули туда. Док стоял у заваленного бумагами стола, в кресле рядом с ним сидел Феникс. Глаза закрыты, голова опущена на грудь — без сознания, все еще спит. - Я выключу его сердце, если шевельнетесь, - пригрозил Док. Под моим взглядом он прикусил язык. - Выключай! В крайнем случае я убью его сам. Ты знаешь, Феникс не боится очередной смерти! Полковник рядом со мной судорожно вздохнул. - Не надо… Без этого… Док усмехнулся. - Смотри-ка, Ящер! Полковник Джонсон сентиментален, как влюбленный подросток! Нет, мне определенно есть, чем вас шантажировать. Я сделал шаг вперед. - Это бесполезно, Док. Ты совсем тупой? Думаешь, полковник меня остановит? Отвечай, где Саша и что будет с местной звездой. Док спрятался за стулом Феникса, выглянул из-за лохматой светлой макушки. - Я похож на злодея из комиксов, который рассказывает героям свой план? Не дождетесь. Он коснулся чего-то, задел, когда прятался. Я разглядел тончайшие провода-сосуды, тянущиеся куда-то вверх от затылка Феникса. Док вытащил обе руки из карманов. В левой была матовая пластинка пульта управления. Он держал палец над сенсором, в какой-то паре миллиметров. - Нажму и он умрет, - пригрозил Док. - Остановится сердце. Полковник, опустите пистолет. Я таращился на другую руку. Галактиониевая «указка». Длинный блестящий щуп с острым концом. Заныли мои шрамы на виске и предплечье, вторили им швы на горле. - Ящер, будь хорошим мальчиком и подойди ко мне. Ни одна искра не будет лишней для нас с Сашей, потому твою мы тоже заберем. Очень жаль, что вы не привели остальных, а я надеялся на это. Тепло под корочкой льда. Живое. Я сделал шаг вперед. Док протянул мне галактиониевый щуп. - Ты знаешь, как он работает. В висок или в затылок, без разницы, оно само дотянется до затылочной доли и войдет в резонанс с альфа-ритмом. Все как в гиперпрыжке. Сделай это и никто не умрет… пока не умрет. Еще шаг. Трепет искры. Все одновременно. Феникс открыл глаза. Я нырнул куда-то глубоко, на самое дно океана огня. Смялась пленка материального мира. Док меня больше не видел. Взвыли натянутые корабельными канатами нервов мышцы. Мой протез сжал левую руку Дока, ломая запястье. Феникс вскочил, хватаясь за его правую. Крик взрезал барабанные перепонки. Вдвоем мы уронили Дока на пол. Он дергался давленой крысой, жуком под подошвой ботинка. Выпал пульт управления, покатилась под стеллажи «указка». Левой рукой я перехватил Дока за шею. Феникс выпрямился, повел плечами, качнул головой. Вытащил, морщась от боли, галактиониевый щуп из затылка, оборвал идущие к нему провода. - Чертовы паразиты, - сказал он, отбрасывая щуп в сторону. - Идиоты, вы действительно не понимаете, с кем имеете дело. Док шипел и ругался. - Все уже кончено. Вы не успеете нас остановить… Я заткнул его, хорошенько приложив лицом об пол. Он принялся плеваться кровью из разбитых губ. - Где Саша? Почему Орфей движется к солнцу? Что сделает вспышка? - Излучение Кузнецова, - ответил за него Феникс. - Я многое слышал, пока дрых здесь. Можно подумать, какая-то там остановка сердца сможет мне помешать. Они хотят спровоцировать вспышку на солнце, чтобы сверхактивное излучение Кузнецова внутри звезды волной окатило систему. Раз в три недели Гекуба, Кассандра и Эвридика встают практически на одной линии. Жидкую и нестабильную атмосферу Гекубы сдует, расплавит солнечным ветром и захватит ее соседок. Они хотят собрать все искры жителей разом и каким-то образом отдать Саше. Док скрежетал зубами. Я снова тряхнул его за загривок. - Это правда, мразь? Вот зачем вам собирать здесь людей! Вот зачем выгонять всех из Солнечной Системы… Неужели вообще все было ради того, чтобы потешить самолюбие ученого психа? - Где Саша? - увидев, что Феникс в порядке, полковник вновь смог собраться и стоять прямо. Голос его был тверже стали, тон резал скальпелем. - Он не ответит, - фыркнул Феникс. - Этого и не нужно. Я все видел, Томми помог. Все это время, весь этот сон, я чувствовал вас четверых, всех разом. Идемте. Джейк, выруби этого урода… - Это за Томми, - сказал я, крепче перехватывая Дока за шкирку. Вновь повстречавшись лбом с твердостью пола, он закатил глаза и отключился. Я подтащил его к стене. Потом на всякий случай вытащил свой ремень и затянул ему руки, цепляя к ножке стола. Одной левой я разучился работать. Пальцы правой снова не слушались. Узлы выходили слабыми. Мышцы болели все разом. Лопались сосуды в глазах. Тело было перегружено. - Еще не все, - Феникс выглядел не лучше меня. - Идем к Сашке. Нельзя дать ему запустить вспышку. Полковник подхватил Джерри на руки. Протез его левой кисти так и не пришел в себя. Мы оставили кабинет Кузнецова и пошли по коридору. Феникс уверенно вел нас к Хорде. - Акула отправилась за планетарным флотом, - сказал я, догнав его. - Стрекоза в центре управления Орфеем, пытается остановить корабль. - Уже не получится, - бросил через плечо Феникс. - Даже у нее. Слишком большая скорость. Мы падаем в звезду. Саша этого и добивался. Лабиринты коридоров. Гравитация, вызванная вращением Колец и отсеков, пропала, ее сменила искусственная сила тяжести Хорды. Пол не переставал дрожать. Саша находился в хвостовом отсеке, у самых двигателей. Построенную там лабораторию я не узнавал. Раньше подобного тут точно не было. Но даже сотню раз перестроенный Орфей открывал перед Фениксом любые двери. Саша Кузнецов не обернулся, когда мы вошли. Путаница проводов. Молочный блеск галактиония отовсюду. Вот куда уходили последние запасы, а вовсе не на гиперпространственные корабли. В голове у Саши тоже был щуп. Торчал из затылка, прямо под жидким хвостиком волос, воткнутый в зрительный модуль, как Ронг втыкала провода. Даже без ухода в изнанку я видел его искру. Щупальца протуберанцев сквозь ребра. Коричневый, тусклый свет, болезненный и страшный. Бледнее алого гиганта Томми, бледнее красного карлика, на который падал Орфей. - Что, все-таки очнулся? - Саша не оборачивался, но я знал, он говорит с Фениксом. - Думаешь, это что-то изменит? Все уже случилось. - О чем ты говоришь? - Феникс был почти спокоен. Только волосы шевелились от жара. - Мы еще далеко от солнца. Орфей не пересек даже орбиту Хрисеиды, второй из планет. Саша покачал головой. - Вы упустили нужный корабль. Можно подумать, Квазар был нужен мне для красоты. Нет, он уже должен коснуться короны… или же сделает это с минуты на минуту. Еще полчаса на течение всех реакций — и конец. Да здравствует, названное в честь меня излучение Кузнецова! Ты останешься с носом, Петька. Пусть не напрямую, не так, как мне хотелось, но твоя Искра, как и Искра каждого в этой системе, достанется мне. Он наконец повернулся, снисходительно улыбаясь. Посмотрел в лицо Фениксу и отшатнулся. Задорный, горящий нахальством взгляд. Уверенная поза, прямая спина. Кончик носа под потолок — более наглую морду было придумать сложно. - О, в этом все дело? Я думал, будет страшнее. Мы не сговариваясь шагнули вперед. - Я стану бессмертным, - в удивлении выпалил Саша. - Остальные погибнут, наверное, но мне до них дела нет. Истина важнее, чем какая-то там горстка людишек. Еще и не все на Кассандру сбежались. Ерунда, те, кто остался на Земле, родят новых… Еще шаг. Он начал паниковать. Рука Феникса тяжело и властно легла ему на плечо. - Саша, ты сошел с ума, - мягко сказал он. - Мой прадед мечтал о бессмертии, - огрызнулся Саша. - Мой дед думал о том же. Мой отец не смог ничего поделать, хотя все они видели перед собой тебя! Ты не тронешь меня, потому что это бесполезно. Я знаю, ты сентиментальный дурак, как и все твои чертовы солдатики! Сможешь убить меня своими руками? Того, кого знал еще с прошлой жизни? Нет! Сегодня ты сдохнешь, даже твою искру смоет волной К-излучения, как мусор океанским прибоем! Я стану бессмертным, а ты сгоришь! - Думаю, ты все перепутал, - почти ласково ответил Феникс. Запахло паленым. Я отвернулся. Полковник отвел глаза. Саша начал кричать. Датчики дыма замигали красным. Крик Саши сбился на визг. Я отошел подальше. Вонь жареного мяса. Стало нечем дышать. Даже сквозь плотно закрытые веки было слишком светло. Взмокла спина, начали тлеть волосы. Захлебывающийся от боли визг вонзался в уши штопором, доходя до самого мозга. Мы с полковником вышли в коридор. Дымом тянуло даже здесь. Орфей снова встряхнуло. Феникс вышел минуту спустя. Руки и комбез его были чистыми. Ни капли крови, ни капли сажи. Только навязчивый запах гари. За иллюминаторами Хорды разлилось бордовое зарево. Мы приближались к звезде. Тишина. Только рушилось, трещало что-то вдалеке. Не выдерживали скорости полета хрупкие конструкции Орфея. - Патрик, собери мальчишек, кого сможешь, - глядя в пол, попросил Феникс. - Загрузи на «Поллукс», в нем больше всего места, да и он совсем рядом. До ангара далеко. Вам нужно уходить. Полковник едва не уронил Джерри. Я думал, он ударит Феникса. Видел, сколько сил потребовалось, чтобы сдержаться. - С ума сошел?! Я никуда не полечу один! Не снова! - Со мной остаются Джейк и Стрекоза, ничего не случится, - махнул рукой Феникс. - Ну, пожалуйста, Пат, без твоей помощи ничего не выйдет. Я закончу тут, а ты лети на Эвридику. Спаси парней, они ни в чем не виноваты. Хреновый будет из меня адмирал, если буду разбрасываться своими идеальными солдатами. Кроме того, нужно срочно приказать закрыть купола городов. Я бы отправил маршалов, но здесь нужны обе по-своему. - Думаешь, у Саши все-таки вышло? - севшим голосом спросил полковник. - Уверен, что вышло, - кивнул Феникс. - Я чувствую скорую бурю. Лети, бери «Поллукс», он ближе всего пристыкован. Джерри тоже с собой захвати. Уверен, он не понимал, что делает. - Они предали нас… предали вас, адмирал! - полковник выглядел несчастным, сгорбленным стариком. - Я должен… я помогу вам! - Ты поможешь мне, если спасешь моих солдат, - Феникс был непреклонен. - Это приказ. - Да, господин адмирал, - полковник отвернулся. - Постарайтесь вернуться. Я… не хочу снова вас хоронить. Едва он покинул Хорду, как пол ушел из под наших ног. Стены качнулись, словно пытаясь сдавить нас прессом. Мы попадали друг на друга. Заорала над головами сирена. А после вырубилась гравитация. Космос за иллюминаторами залило ярким алым, будто Орфей уже достиг самой короны. Скользнули между звезд языки протуберанцев. - Началось, - вздохнул Феникс, поднимаясь на ноги. - Черт, достанется же первым планетам… Сейчас раскачается адская машина и вдарит жестким излучением, потом по списку… что там Саша говорил? Полчаса и волна К-частиц? Искры задует, как огоньки свечей. Если не остановлю звезду раньше, спасать будет некого. - Опять все на себя берешь? - возмутился я. - Больше-то некому! - развел руками он. - Встреть Стрекозу из центра управления, забирай на «Арктур», к Терре. Я тут один справлюсь. - Вот почему ты отправил полковника, - понял я. - Собираешься сделать что-то очень тупое и геройское? Феникс улыбнулся так широко, как смог, откинул волосы со лба и гордо уперся руками в бока. - Именно! Прыжок прямо в красный карлик — только сегодня, только в нашем цирке! Вся Хорда мне не поможет, потому придется отстыковать головной модуль, как мы сделали с Осью Академии. Кажется, я даже помню, как им управлять. - Ты же сдохнешь, - поразился я. - Сгоришь, как Саша и сказал! - Посмотрим, - засмеялся Феникс. - Я велик, прекрасен и непобедим! Орфей снова тряхнуло. Нас завертело в Хорде, как в стиральной машине. Погас свет, переключился на аварийное мерцание. Приложившись головой, я на секунду перестал соображать. Отсек залило алым огнем, защитная пленка иллюминаторов едва справилась с жаром. Заскрипели, рушась, конструкци. Орфей задело краем протуберанца. С грохотом складывались внутрь себя лаборатории. Взрывался кислород и баки с топливом. Центробежная сила прижала меня к полу, Феникса толкнула наверх. Следующим, что я увидел, было безумное лицо Дока. Залитое кровью, оно возникло прямо над плечом у Феникса. Слишком слабо затянул ремень? Он остался в сознании, перехитрил нас? Феникс почти успел повернуться. Почти успел поднять руку, защищаясь. Невесомость и недавние травмы сделали движения издевательски медленными. Гребанная галактиониевая указка блеснула ножом в руке Дока. Острый конец вспорол Фениксу грудь. Полетели во все стороны тугие алые шарики. Спустя секунду оказавшись рядом, я поймал Дока за воротник халата и с размаху ударил правой в лицо, не сдерживаясь. Пусть я почти не мог сжать кулак. Пусть пальцы не слушались и молчали рецепторы. Титановые костяшки вмяли его нос внутрь черепа. Полезли осколками кости, брызнули крошкой зубы. Мы отлетели друг от друга, он впечатался головой в потолок, я с трудом успел ухватиться за стену. Сирена выла. Огненный ад за окнами втягивался обратно в поверхность звезды на скоростях, недоступных Орфею. Мы продолжали падать. Феникс зажимал рану на груди и пытался улыбаться с прежней уверенностью. - Хорошо, что Стрекоза не видит, - голос стал тише. - Спасибо, что спас. Дополз же до нас, говнюк. Я думал, он вырубился... - Больше явно не встанет, - ответил я, подплывая ближе. - Эй, ты в порядке? - Жить буду, - с готовностью ответил Феникс. - По крайней мере столько, сколько потребуется. Чертовы галактиониевые щупы… Сирена оборвалась на полузвуке, захрипев, словно в агонии. Гравитация включилась сама собой. Мы рухнули на пол. Алый свет из окон был ярче аварийных ламп. Я видел, как морщится от боли, пытаясь сесть, Феникс. Его левая рука повисла плетью, явно не способная двигаться. - Ты точно в порядке?! - Не волнуйся за меня, - баранья упертость. Засигналил мой комм. Я вывел громкую связь. - Феникс, Ящер, это Терра! - ее голос охрип и едва прорывался сквозь помехи. - Купола на Эвридике закрыты! Ронг Ли успела передать сообщение в Сеть! Но Кассандра… - Куда дотянулся протуберанец? - потребовал ответа Феникс. - Орфей едва не сожгло. Что с планетой? Терра?! Шипение помех. Я встряхнул комм, будто это могло помочь. Проще было добежать до «Арктура» самим, но Феникс вряд ли мог теперь идти. - Терра! Терра, прием! - Феникс… Акула вывела флот… часть вышли близко к звезде… уничтожены... «Сириус» погиб, Феникс. Нет сигнала. Мне показалось, что станцию вновь закрутило в бешеном хороводе. Тело стало легким, будто гелием накачаным. Мысли пропали, как мокрой тряпкой стертые. Всегда с тобой, значит? Тишина. Звук сирены исчез, как выключенный. Нет сигнала. Нет. И меня нет. Невозможно. - Терра, повтори, тебя не слышно! - голос звучал чужим, незнакомым. - Терра! Шипение помех. Магнитное поле звезды рвало наши планы в клочки. Какое-то поле. Какой-то там звезды. Я отупел. Что-то потерял. Чего-то не успел. Умер. Невозможно. Схватив Феникса за воротник, я подтащил к себе. - Ты слышал, что она сказала? Что она сказала?! - Этого не должно было случиться, - шепотом выдавил Феникс. Левая рука его не поднималась. Пальцы правой заскребли по семиугольнику с птицей. До крови, до обломанных ногтей. Закусив губу, я заставил себя думать. Заставил голову работать. Заставил тело отзываться на раздражители. Отключиться от чувств. Я здесь, я сейчас. Еще могу… еще должен. Перехватил запястье Феникса, отодвинул силой. Мне в глаза заглянули два острых, как битые стекла, осколка синего, доставая до самой Искры. Насколько тяжело его ранили? Почему мне нет до этого дела? Кислая, удушающая волна злости росла, росла, поднималась во мне. Нет, я здесь, я сейчас. Отключиться. - Сильно ранен? - Неприятно, черт возьми, - прошипел Феникс, прислоняясь к стене. - Как бы я в таком виде не рухнул в звезду до того, как что-нибудь сделать успею. Сбитое дыхание. Дрожащей рукой он потянул вниз молнию порванной куртки. Майка пропиталась кровью и липла к телу. Рана пересекала старый, страшный шов, как от вскрытия. Из-за нее он набух и готов был вот-вот расползтись пополам. - Забавно, легкое больше не работает, - Феникс пытался храбриться, но голос сдавал с потрохами. - Грудной мышце каюк. Не знаю, почему еще не встало сердце. Ерунда, это мелочи, бывало и хуже. Был и яд, и нож в спину, и костер… Все пытки и каждая смерть, которую ты только можешь представить. Умирать мне уже не страшно, правда, сперва надо кое-что сделать. Держась за стену, он пошел в сторону головного отсека. Я схватил его за локоть. Даже если я отупел, что-то потерял, чего-то не успел. Даже если я умер. Все равно приходилось действовать. И думать. Насильно. Слова получались угловатыми. Злость душила кислятиной. - Ты сдохнешь раньше, чем доберешься туда. Мне придется помочь тебе управлять. Он затряс головой. Спутанные волосы били по глазам. - Это самоубийство, значит, можно только мне! - Уверен? Ты слышал, что сказала Терра? - говорить было больно. Феникс хмурился. - А если это ошибка? Кроме того, тебя ждет Томми, забыл? Мальчишка столько страдал… хочешь лишить его единственной семьи? А как же твоя цель, Джейк?! Наша смерть сможет сбить тебя с пути, неужели это так? Томми. А еще Лола. Джерри и Ронг. Меган. Я могу о них думать, я должен думать о них. И что-то, что-то еще. Была какая-то цель, ради которой все это затеялось. Нет, сбить с пути меня ничего не может. Нельзя умирать, пока не закончил. Пока не достиг. - Так не честно! - со злости Фениксу хотелось врезать, но страшно было даже прикасаться. Будто он сломается, рассыплется на части прямо здесь. Феникс продолжал ползти и ползти по Хорде. - Ты уже не маленький, чтобы верить в честность. Там, в «Арктуре», Терра с ребятами, - прошептал он, останавливаясь, чтобы перевести дыхание. - Уйдешь с ними. А я лягу на низкую орбиту и погашу вспышку. Наверное, будет очень светло, не пропусти мой последний выход на сцену. Ты когда-нибудь видел, как взрываются звезды? - Ты умрешь? - Петер Ларссон умрет, - Феникс пытался улыбаться, но выходило хреново. - Искра — даже не знаю. Возможно, излучение Кузнецова меня сожрет. Если честно, я даже надеюсь на это. Я устал, Джейк. Если все кончится так, я не против. - Врешь, - оборвал я. - Врешь, сволочь. Если вселенная бесконечна, то тебе нужна твоя вечность, чтобы осмотреть ее всю, ты же сам говорил! И как же конкуренция? Ты свой адмиральский пост мне просто так отдашь, без боя?! Слабак! Мне было не до церемоний. Вырубить эмоции не удавалось. Улыбка Феникса поплыла, скривилась. Выступила кровь на губах, вздулся пеной алый пузырь. Вдох с усилием, сквозь сипение. Его грудная клетка ходила ходуном. - Боюсь, что это вполне возможно — продление моего заключения в человеческом теле навечно. Знаешь, в чем я тебе завидую, Джейк? Твоя жизнь неповторима. Другого такого не будет никогда, хоть сто тысяч лет проживи человечество. Эта комбинация генов и условий, в которых ты развивался, за всю историю больше никогда не встретится. А я повторялся сто тысяч раз. Как пародия сам на себя. Копия очередной копии. - Херня, - перебил я. - Думаешь, ничего не изменить?! Ты несешь чушь, чтобы не дать мне лететь с тобой! Чертова паника сквозила в каждом моем слове. Теперь не за нее — за него. Сердце гремело по ребрам, грохотало колесными парами поездов, громом посреди низких серых туч. Он сплюнул кровь и вытер рот, продолжая улыбаться. - Обычно люди взрослеют, меняются. Вечный Феникс неизменен. Колесо Сансары не остановить, Уроборос не выплюнет свой хвост. Да, я обретаю новый опыт, но… кажется, снова и снова повторяю старые ошибки. Однажды это должно закончиться. Его била дрожь — от потери крови? От страха. - Ладно. Тогда тебе просто нужен я, - сунутый под нос кулак заставил его заткнуться. - И полковник Джонсон, и Терра… все мы. Лети, можешь сдохнуть один, если хочешь! Но, знаешь, когда я встречу тебя в следующей жизни, то заставлю извиниться за каждую дурацкую ошибку! - Если встретишь… - кровь текла из уголка рта по подбородку, капала на воротник. - Ты уверен? Согласен на такое? Я не стану приказывать… - Черт, да попроси ты уже! - не выдержал я. - Попроси помощи по-человечески. Ты скоро умрешь, другого шанса не будет. Сам говорил, что никогда не врешь, а сейчас именно этим и занят! Феникс закрыл глаза. Улыбка окончательно стала гримасой. - Так заметно? Это странно. Неправильно. Почему-то мне все-таки страшно, хотя, казалось бы, столько раз уже видел старуху с косой… Нет, ты прав. Я не хочу, чтобы это стало настоящим концом. Пожалуйста, Джейк, найди меня нового, воспитай другим, у тебя получится. Может быть следующий я сможет все починить и исправить. На последнем слове он зашелся кашлем. Комбез на груди намок от разошедшихся швов, под ним я почти вправду видел, как пульсирует в ране, за ребрами, за взрезанными грудными мышцами белое металлическое сердце. Он как-то стеснительно и нелепо прикрыл грудь ладонью, словно тонкие пальцы могли удержать сердце на своем месте. Стрекоза появилась из ниоткуда, маленькая, сосредоточення. Подхватила Феникса под руку, не давая упасть. Всегда неподвижное лицо ее заострилось, глаза запали. - Центр управления безвозвратно испорчен, - сказала она. - Джейк, я слышала Терру. Я знаю… но она ждет тебя в ангаре. Уходи, я справлюсь. - И ты иди с ними, Шэр! - возмутился Феникс. - Это не игрушки! - Ты не сможешь вести корабль в таком состоянии, - тихая уверенность давно принявшего решение человека. - Я получше прочих знаю, как управлять Хордой. Доберемся вместе. - Ни за что! Уходи, это приказ, - командный тон у него больше не получался. - Плевать на приказы. Он пытался ее оттолкнуть, но только испачкал кровью. Капли под его ботинками собирались в лужицы. Пальцы Стрекозы скользили по ткани его комбеза. Начала трещать обшивка Хорды. Корабль встряхнуло. Огненным цветком распустились за иллюминаторами новые языки багровой звездной короны. Орфей приближался к красному солнцу, миновав Хрисеиду и пересекая орбиту ближайшей планеты, Дианты. Здесь уже бушевало пламя, протуберанцы молотили космос, выжигая все, что попадалось на пути, не оставляя ни единого шанса. Один из них убил Акулу. Следующий встретит Феникса? Действительно. Солнечный ветер не жег меня — холодил. Не осталось сил держать себя в руках. Потерял. Не успел. И с ними то же самое. Голова не работала больше. Крошечная Стрекоза протащила Феникса через последний отсек и усадила к стене. В голове Хорды было два кресла пилотов, но они не собирались управлять вдвоем. Она схватилась за люк и зыркнула на меня строго. - Вали на «Арктур», Джейк, Томми ждет. Помнишь? Не только Феникс бессмертен. И я, и она, мы родимся заново. Ты найдешь. Я хотел ответить, но звуки застревали. Драли горло изнутри когтями, взрывались и лопались хрусталем в легких. Скребли по ребрам. Феникс поднял голову в последний раз, нахально вздернул курносый нос. Голос стал тише шепота, улыбку залило алым, словно свет красного карлика уже до него добрался. - Это обещание, понял?.. Ну, еще увидимся, Джейк. Осколки синего неба и желтого солнца, яркие даже сквозь мутную воду ревущей реки. Жар перегретой звезды-сверхгиганта, способный испепелить, уничтожить, утопить в океане огня, где от температуры в клочки рвутся даже атомы, сейчас как и тысячу раз до этого он толкал меня вперед, будто теплой ладонью поддерживал. Стрекоза нажала кнопку блокировки дверей. Люк закрылся. Я не успел ничего. *** Пискнул сигнал потери герметичности. Задуло по полу, начало падать давление. Зашипели маневровые, головной отсек Хорды отстыковался и завертелся в космосе, замедляя свое падение. Я увидел его мазком безупречно белого в алом свете за иллюминатором — а потом заработали на полную двигатели, он ушел из поля зрения и исчез. Стрекоза оставалась отличными пилотом. Датчики давления вопили в тревоге. Все несчастные остатки Орфея трясло. Я заставил ноги двигаться и побежал к ангару. Терра уже закончила с упаковкой саркофагов и ждала в кресле второго пилота. Для меня было выдвинуто запасное третье. - А Стрекоза и Феникс? - хриплый, искаженный болью и отчаянием голос. Лоб ее был разбит, глаза залиты кровью. - Остановят вспышку. Погасят излучение Кузнецова. Руки на рычаги управления, шлем на голову. «Арктур» всем компьютерным мозгом потянулся ко мне, как заскучавший без хозяина щенок. Ангар вокруг нас сминался, рушился. Стены и пол вибрировали, как при землетрясении. Снаружи был огонь. - Уходим на полной скорости и сразу прыгаем, - скомандовала Терра. - В системе оставаться нельзя, нужно отойти хотя бы за Меланту. Остатки планетарников вышли из гипера, сейчас строятся у Кассандры. Судя по датчикам, уже идет волна жесткого излучения. Надеюсь, они справятся. - Не поможем им? - мысли ворочались медленно, как сквозь вязкий кисель. - Сбежим? - Щиты «Арктура» вспышку не выдержат! - одернула Терра. - Планетарники справятся, Кассандра не пострадает. Патрик и Ронг Ли уже занимаются Эвридикой. Это не побег, Ящер, это попытка хоть что-то спасти! Хоть кого-то! Ее голос сорвался на крик и камнем упал в пустоту. Моя голова все еще не работала. - Десять секунд до взлета, двадцать до прыжка! «Я всегда с тобой». - Взлет, приготовься к вводу иглы! Восемь, семь… «Найди меня нового, воспитай другим». Феникс, Акула, они были частью меня. Но основа, стержень, этим осталось другое. Цель. Я закрыл глаза и посмотрел иначе. Кольнуло в затылок, сдавило грудь перегрузкой. Снова пошла носом кровь, пачкая шлем. Начали вечный хоровод далекие звезды, закрутились в спирали. Где-то позади нас, невидимая и неслышимая здесь, в гиперпространстве, вспыхнула звезда. Вздыбились на миллионы километров алые протуберанцы. Мы вынырнули на орбите Меланты будто специально в нужный момент. Двадцать световых минут расстояния дали отсрочку на время прыжка. Мы видели то, что уже случилось там, в центре системы. Растущая яркость красного солнца, как новые языки пламени на тлеющих углях. Едва звезда разгорелась, распухла, едва взлохматилась разросшейся короной, как в тот самый миг ее скрыли из виду всполохи другого огня, горячее, ярче. Сгорел головной отсек Хорды Орфея, став погребальным костром для одного из лучших пилотов Ойкумены и для адмирала флота Содружества. Рожденный в этой ничтожной материальной точке, растущий со скоростью света, огонь креп и набирал температуру. Плавился и горел водород, гелий, металлы. Менялся цвет. Красные, рыжие, желтые перья огненной птицы, после, через накал белизны до голубого свечения и дальше. Крохотная алая звездочка под ним успокоилась и затихла. Колыхнулась тончайшая пленка поверх гиперпространства. Едва родившаяся голубая звезда лопнула мыльным пузырем, не позволив себе дойти до критической массы, не коснувшись короной планет, не спалив их избыточным жаром. Системе достался только видимый свет. Утонули в океане гиперпространства волны излучения Кузнецова. Петер Ларссон погиб. Синяя звезда-сверхгигант погасла. *** «Арктур» дрейфовал в открытом космосе, в пустой, необитаемой зоне далеко за орбитой Меланты. Топлива осталось всего на один прыжок. Энергии обычных двигателей хватало лишь для маневров. Пока мы болтались без дела, Терра запустила разморозку саркофагов, настроила связь с полковником Джонсоном. Вымыла кровь с лица. Достала что-то из еды. Я молчал. Ее глаза были сухими, когда она вернулась в кресло, пристегнулась ремнями и вырубила всю связь. - Значит, снова искать. Проснется твой кудрявый Волченок, спросим, видит ли он, куда двигаться дальше… Все не так плохо. Ни слова ей в ответ. Терра смотрела в одну точку. - Они сделали то, что хотели, все трое. Шли до конца. Фениксу не привыкать — смертью больше, смертью меньше. Мы, людишки, для него так, временное развлечение. Я знал, что она не права, но сил открыть рот просто не было. Терра сгорбилась в кресле, насколько позволили ремни. - Ничего страшного не случилось, мы успели. Патрик передал сообщение, что планетарный флот смог погасить большую часть излучения. До К-волн не дошло благодаря Фениксу, так что… Осталось только сказать Патрику об этом. Боже мой, как сказать это Патрику? Только теперь она начала плакать. Я оставался пуст. Когда Томми вылез из отсека саркофагов, протирая глаза и ежась от холода, Терра уже успокоилась. Он неловко зацепился за скобу в потолке, подтянулся к моему креслу и заглянул в лицо. Не знаю, что он увидел, но просто спустился на пол и сел у моих ног. Лола вышла парой минут позднее. Огляделась с недоумением, посмотрела на меня. Подплыла поближе, зачем-то двигая ногами, как в воде. Коснулась моей руки. Я бросил взгляд вниз — комбез был почти чист от крови. Только пара пятен остались от раны Феникса. Только пара гребанных пятен от него и ничего от нее. Когда Лола протянула ко мне руки, я не сопротивлялся. Закрыл глаза и закрылся сам. Аккуратные маленькие ладони гладили меня по голове, путались в волосах. Я зажмурился крепко, как смог, но веки все равно жгло от соли. Через пару часов до нас добрался первый корабль. Медленный транспортник мигал незнакомыми огнями, подобравшись на расстояние прямой видимости. Терра насторожилась, подняла щиты. Поступил запрос на установку внешней связи. Терра приняла немедленно. Голос Дылды заставил меня вздрогнуть. - Эй, я этот корабль ни с кем не спутаю. Патлатый, Терра, вы там? Живы, значит. Разрешите стыковку? Со мной довольно странный гость, не бойтесь. Да, я гарантирую вашу безопасность. Транспортник подплыл ближе, синхронизируя скорость с нашей. Мы с Террой переглянулись. - Дылда нас предал, остался на Кассандре. Возможно, он попытается обвинить нас в смерти президента и адмирала флота. Слова до сих пор отдавались в моем горле резью. - А говорит, что гарантирует безопасность, - протянула Терра. - Думаю, стоит оставить щиты и снова выйти на связь. Пусть скажет все, что нужно, без личной встречи. Я включил микрофон. - Эй, Дылда, слышишь? Мы не пускаем на борт предателей. Иди к черту со своими гостями! Тяжкий вздох был мне ответом. - Во-первых, Джейк, меня зовут Виктор. Ты так и не удосужился запомнить мое имя? Во-вторых, здесь со мной мистер Свен Ларссон. Он хочет поговорить лично. Желай мы вас убить, сделали бы это раньше. После долгих сомнений мы с Террой все-таки опустили щиты. Она взяла пистолет, я разрешил стыковку. Когда кишка перехода уткнулась в люк и подтвердилась герметичность, Ларссон выглянул из нее первым, поднимая руки в понятном каждому жесте. Дылда выбрался следом за ним, тоже мигом попав под прицел. - Мы безоружны. Хотим поговорить, - попросил Ларссон. В невесомости он двигался даже хуже Лолы. Размашистые, широкие движения не помогали, только делали его смешным и нелепым. Правда, я смеяться, кажется, разучился. - Джейк, мой разговор будет касаться тебя, - сказал Ларссон, кое-как зафиксировав себя напротив меня. Я скрестил руки на груди, как смог. Протез оставался деревянным и косым. - Ну, говорите, сэр. Я вас слушаю, но не обещаю ответов. Ларссон не осторожничал. - Мой сын сделал это? Петер… Феникс остановил вспышку? - Да. - Он погиб? - Да. - А искра… Я отвернулся. - Понятно, - проговорил тихо Ларссон. - Что случилось с президентом Кузнецовым? - Сгорел вместе со станцией, - мой тон должен был пугать, но ничего не выходило. Свен Ларссон кивнул. - Думаю, нам придется пойти друг другу навстречу. Всплыли кое-какие данные, скрываемые Орфеем. Ваша милая Ронг Ли любезно продала их мне за очень круглую сумму. - Что за данные? - нехотя спросил я. - Причины галактиониевого безумия и шизофрении у людей, - ответил Ларссон. - Орфей далеко продвинулся в изучении. Мы ошибались. Кузнецов и тот Док водили нас за нос. Прямой связи с вашими Искрами нет. - Отлично, - радоваться я пока что не мог. - И что вы хотите от меня? - Компромиса, - пояснил Ларссон. - Сейчас начнется хаос. Представьте себе — погибли разом президент и адмирал. Кого обвинят? Или Лунный Союз или… меня. Особенно после утреннего происшествия на Кассандре. Предлагаю вам выступить с публичным заявлением о моей непричастности к случившемуся. В ответ я прекращу любые попытки мешать вашей жизни. И еще кое-что… - Не жирно ли? - оборвал я. Ларссон потер покрасневшие глаза. - Кое-что для вас. Сейчас до власти попробуют дорваться всевозможные шакалы. Для президента вы молоды, но для адмирала… Как показал мой сын на своем примере, ничего невозможного нет. Я помогу с продвижением. Займите пост. Он бы этого хотел. Я покрепче стиснул зубы. Не забывать о дыхании. - Думаете, я дурак? То, чего он бы хотел, оставим ему. Я делаю только то, чего хочу сам. Даже если это приводит к ошибкам, даже если толкает меня в тупики и добавляет проблем. Да, мистер Ларссон, я стану адмиралом, но не через ваши подачки и не так. - Вы слишком самонадеянны, - качал он головой. - Есть люди, которые выскажутся против, если я не надавлю. Многие влиятельные личности хотят прекратить военную диктатуру в стране и избавиться от адмирала, и только я считаю, что огромная территория нуждается в жесткой руке у власти. - Мы не в королей и королев играем, - отрезал я. - Феникс мне по наследству свой трон и корону не передал. Он добивался адмиральского звания целых две жизни — думаю, мне хватит одной. Спасибо за предложение. Терра бросила взгляд на приборы. Радар мигнул и запищал предупреждением. - Неопознанный корабль в двадцати минутах от нас, Ящер. Думаю, это Патрик. Каковы наши дальнейшие действия? Жду приказа. - Сперва, выгоним этих… помощников. Затем встретимся с полковником. Я расскажу ему все сам. Нужно будет решить кучу вопросов. Узнать, как Док и Саша командовали нашими солдатами и Джерри? С чем действительно связано гиперпространственное безумие? Могут ли люди жить без искр? Ведь у тебя же выходит. А после… после придется постараться. Феникс так долго строил Содружество, что бросить его я не смогу. К тому же, наши цели вполне совпадают. Ты сказала, сейчас нам остался только поиск? Нет. У меня есть другая задача. Своими силами, своей дорогой, своими ошибками, я достигну того, о чем мечтал с детства, без разницы, сколько у меня рук, без разницы, будет ли кто помогать. Пойду дальше по карьере офицера. И стану адмиралом в мире без войн.