Последний Аватар

В этом волшебном месте, где самые заурядные цветы были вдесятеро больше земных аналогов, где воспоминания о тусклых днях своей родины исчезали за душистыми дымками и ароматами, неудобства той жизни словно пропадали. Реальность вокруг становилась прекрасной. Никто ещё не пролетал по такому, образно говоря, собору со стенами из гигантских цветов, между этими неохватными древесными стволами величиной с небоскрёб. Это круче любой вообразимой туристической поездки. Несмотря на усталость, Ричард понемногу впал в задумчивое спокойствие, которое для него связывалось с мгновениями, когда он держал Сашу в объятиях. Этот душевный покой был оглушительнее всех его прежних чувств. Вместе с тем Ричард привыкал к этому месту целые месяцы, но только недавно начал ценить каждый день, проведённый здесь. А теперь, форсируя проект, пришло время отстраниться от созерцания красоты. Они с Сашей поспешили, как он считал, действовали прямолинейно; стоило лишь его супруге встретиться с братом и всё пошло наперекосяк. Чистой воды авантюра и небрежность — ужасное поведение для учёных. Впрочем, многое ли они потеряли? Салли достаточно адекватно отреагировал на их незапланированное появление — какое-никакое достижение. Но другая иная реакция лидера Синей Флейты могла погубить все их благие начинания. Если бы не родственные связи с Максимом, их бы вполне вероятно убили, или пытали. Сложно оценить ситуацию. — Значит, вы поэтому пришли сюда? — спросил Джейк, обстоятельно выслушавший непрошенных гостей. — Вы боитесь, что мы узнаем нечто запретное? — торопливо поинтересовался Ричард. — Последний пункт об археологических изысканиях был добавлен лично нашей группой, вернее, Сашей, и он не имеет отношения к приказам вышестоящих ведомств. Чистая инициатива. Нейтири неловко повернулась и посмотрела на планшет Ричарда, который держал в руках её муж, старательно изучавший бегущие в нём строчки текста. За годы, проведённые в обществе небесных людей, она многому научилась: подтянула земную речь, избавилась от акцента, малостью стала разбирать письмена английского языка, ознакомилась со множеством понятий, далёких от культуры На’ви, достаточно глубоко познала сколь огромны пределы, лежащие за порогом её мира, ныне словно сжавшегося до капли росы в бескрайнем лесу. Но это не открывало перед ней всей картины. То, о чём сейчас говорили во сне ходящие, протекало вне понимания будущей цахик. Ещё в школе небесных Sa’nok поведала ей о людях, ищущих истории, сокрытые в глубине времён. Окружающий мир, являющийся проявлением Эйва, в понимании народа хранит историю в себе. Голоса предков священны и в той же степени обыденны — как воздух, которым дышит каждое живое существо — память прошлого неотъемлемая часть всего вокруг. Но небесные не таковы. Они не могут видеть и им приходится смотреть. Благодаря Норману она теперь тонко уловила эту грань между такими близкими словами, имевшими для На’ви иные духовные и культурные скрепы, чем для людей неба. — Мы уничтожим всех, кто войдёт к нам без спросу. — Голос Джейка был сух. — Земля слышала наши слова. Вы слышали. Саша вздрогнула и посмотрела на Макса, но тот мягко улыбнулся и сделал ей знак успокоиться и дослушать. — Возможно, — наконец произнёс Салли, — я был достаточно глух к голосу разума в те времена, но у меня были основания так поступать, и до сих пор не уверен, что желаю отказаться от тех слов. Ричард шагнул к Саше и приобнял её. Под ногами земля, освещённая светом фонарей, вокруг пандорианский агав с замершими неподвижно листьями-мечами и тревожная тишина. — Джейк, — наконец прервала безмолвие Саша, — мой брат высоко ценит тебя и вашу с ним дружбу. Поэтому я и рискнула многим и сразу же обратилась к тебе. Я хочу заверить тебя, — она взглянула в глаза Нейтири и Нормана, — вас всех в том, что мы здесь лишь для того, чтобы говорить и заново познавать этот мир. Мы не угрожаем оставшимся людям или народу На’ви. Она отстранилась от Ричарда и, приблизившись к Максиму, взяла его крошечную руку в свою ладонь. — Я верю ей Джейк, — сказал Макс, — как себе. За пределами Пандоры нет никого, кому бы я мог довериться, как ей. Неожиданно Джейк усмехнулся, потому что одни лишь эти слова, в которых скользнуло глубокое убеждение в честности близкого человека, превратили его из мифического Торук Макто в постаревшего морпеха, которому, в конце концов, может понадобиться помощь. — И так, — Джейк развёл руками, — ещё раз: что вы ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хотите? Ричард выступил вперёд. — Если говорить о проекте: мы надеемся, что в конечном итоге это будет похоже на отношения между странами на Земле. Дипломатические отношения, культурный обмен, возможная в будущем торговля. Пандору и На’ви могут признать суверенной нацией. — Зачем? — усмехнулся Джейк. — ОПР по-прежнему отвечает за всё, что за пределами солнечной системы. В чём им выгода от нормализации отношений? Зачем всё так усложнять, если можно разбомбить наши поселения? Одна женщина уже сказала мне, что ничего хорошего ждать не стоит — нам отомстят за нашу дерзость. И что? Сейчас Земля вдруг говорит нам: будем дружить? Норман ткнул в сторону Джейка пальцем и добавил к его словам. — Мы готовились к войне и знаем, что ваше присутствие здесь не сулит ничего хорошего. Джейк, я тоже не уверен в честности их слов… — ОПР ныне не на первых ролях, — покачала головой Саша. — Администрация Межпланетной Торговли курирует дела корпорации последние два десятилетия. Все издержки, вызванные кризисом на Пандоре и последовавшим аналогичным, но более тяжким на Земле, мы всё-таки покрыли. Политические встряски на государственном уровне до сих пор отдаются неприятным послевкусием, но, кажется, ситуация налаживается. Отношение к Пандоре неоднозначное... это правда и всё же... — Благодаря тому, что вы продолжали поставлять нам минерал, мы смогли не увязнуть с головой в междоусобицах за контроль над энергоресурсами в солнечной системе, — вставил Ричард. — Более того мы смогли вернуться сюда, что казалось невозможным в такие сжатые сроки. И это благодаря всестороннему развитию научных отраслей, особенно в энергетике. На Земле, пусть и со скрипом, учли вашу посильную помощь. — За пределами Пандоры минерала больше, чем мы могли оценить в ранние годы освоения системы Альфа Центавра. Сейчас его у нас с избытком. Та безумная и неоправданная с точки зрения рационализма авантюра руководящего состава АМТ удалась и окупилась. — Саша улыбнулась Норману и Нейтири. — Вашему Народу больше нечего бояться. Полагаю, — она заметила скептический взгляд Джейка, — мне не стоит ожидать, что вы этому поверите. Но вот, что скажу: я видела ваше послание, да, и до сих пор помню, как ужасно была потрясена тем, что сотворила корпорация, успевшая натворить не меньше жутких вещей и на самой Земле. Но теперь всё изменилось. Некоторые люди, вроде тех, которые прилетели сюда, выучили кое-какие уроки. Не стали ангелами во плоти, но что-то да обрели, переосмыслили — капля в море, согласна. Но разве не счастье, что сейчас мы просто стоим здесь и говорим на языке цивилизованных существ, а не речью огня и топора? И правда, что выгоду люди ищут всегда, — Саша указала на луны Полифема — в вечернем небе сияли солнечные «соты» космических станций, — справедливый упрёк, но Пандора отныне самостоятельна в выборе. За вас не решают. Если вы, На'ви, пожелаете, то мы всегда будем открыты диалогу, если нет, то мы продолжим двигаться дальше к звёздам, но, к сожалению, уже без вас. Поверьте, я убеждена, что вы сможете многое выиграть, начав эти отношения с чистого листа. Немного помолчав после её слов, Джейк сказал. — Я услышал тебя. — Но то, что вы можете предложить нам, так или иначе, способно сделать всё лишь хуже, — тихо произнёс Норман, всматриваясь в звёздное небо. — На’ви не знали потрясения страшнее, чем появление небесных людей. Каждая эпоха их истории, ознаменованная явлением новой Великой Скорби — всех тех катаклизмов и конфликтов — совершенно ничто. Но стоило явиться нам…, — он осёкся, — вам, то всё рухнуло в один миг. А вселенная перестала быть такой простой и ясной, — Норм посмотрел в глаза Нейтири, — правда? — Да хватит вам! — воскликнул Макс. — Джейк, ты ведь не будешь притворяться, что На'ви ничего не узнали от нас, немых небесных? Мы только и делали, что вываливали на самых заинтересованных из них знания Земли. Твои дети и твоя супруга доказывают это. Плюс ко всему те лекарства, которые мы им дали, ту врачебную помощь, которую я и несколько моих ребят оказываем племенам… — Музыка, — неожиданно произнесла Нейтири, тепло улыбнувшись удивлённой Саше. — Да, они любят нашу музыку, — поддержал Максим. — Находят её странной, многие и слов-то не понимают, но слушают. Порой — не всегда — собираются после ужина и вместо своих напевов, как они привыкли, сидят кружком, вслушиваясь в раскаты грома Стравинского или мелодичную игру Дебюсси. Эхо культуры чужого мира уже коснулось их сердец. Мы учимся сосуществовать. Норм, — Макс обратился к другу, явно порывавшемуся выразить несогласие такой позиции, — благодаря нашей с тобой работе детская смертность в клане Синей Флейты и в прочих племенах снизилась втрое. Ты едва будешь жаловаться, так как твой собственный первогодок не выжил бы без лекарств и помощи людей, вроде меня. У Норман кольнуло сердце, он гневно взглянул на Максима, посмевшего так предательски использовать сей факт, затем чуть изменился в лице и просто благодарно кивнул. Распалился, да и забыл, что его друг сделал для него, Зари и их счастливого чада, ставшего сильным охотником. — И я согласен, что мы должны быть очень осторожны в отношении того, что мы привносим в этот мир, в их культуру, — признался Макс. — То же и в отношении демографической ситуации, явно идущей в гору после нашей врачебной практики. Мы можем нарушить баланс, но я, честно скажу: не позволю им умирать так бессмысленно, как бы дурно не обернулось моё вмешательство. — Да, — нехотя присоединился Норман, — На'ви не заперты в криокапсулах. Они продвигаются сквозь времена самостоятельно, кто бы из людей что не говорил о довлеющем контроле Эйвы. Некоторые из археологических изысканий, на которые, кстати, рассчитывают наши… гости, проводились ещё когда люди впервые появились на Пандоре; тысячи лет назад На’ви охотились луками, укрощали икранов, воспевали жизнь у пламени костра и под сенью Древней Ивы — это неизменно. И не похоже, что мы можем повернуть часы вспять и заставить На’ви забыть о нашем существовании. — Он обернулся к супруге Джейка. — Нейтири, я задавал тебе этот вопрос раньше, но, прошу, ответь ещё раз: ты хотела бы, чтобы небесные никогда не прилетали на Пандору? Нейтири не ответила сразу. Она не задумалась над вопросом, нет, ей этот ответ был известен. Но воспоминания требуют внимания — все эти грустные и счастливые моменты жизни. «Мы просто плывём по течению», — прозвучал далёкий голос сестры, идущий, казалось, из самого сердца. — «Бурные и спокойные потоки сменяют друг друга, наполняя нашу жизнь событиями разного толка: заставляя плакать от бессилия или радоваться каждому сладкому мгновению. Но разве течение виновато в этом непостоянном ритме?» Она теперь и вправду мало что чувствовала по поводу мрачных событий прошлого и даже отчасти понимала, что была в те времена не так испугана, как надо бы. Впрочем, может, это не так уж и плохо, потому что если она по-настоящему испугалась бы, то ничего не смогла бы предпринять. Её мир не станет прежним, но сейчас важно лишь то, что она обрела и сберегла. — Если так, то я бы никогда не встретила моего Джейка или других хороших небесных людей, — произнесла Нейтири. — И у меня бы не было моих прекрасных детей. — Она взяла Джейка за руку. — Я бы не хотела, чтобы вы все ушли, несмотря на зло, которое ваш народ принёс нам. Верны и другие мысли: во мне осталось не так много ненависти, как должно быть на самом деле, но всё же я бы не позволила большинству ваших сородичей ступать по землям моих предков. Вот, что я думаю. — Мне нужно поразмыслить над этим…, — шумно выдохнув, Джейк покачал головой. — И самое главное: отзовите другие команды. Я не потерплю присутствия неизвестных мне небесных на землях На’ви. Вы очень безмозгло поступили, подсылая своих коллег к нам. Их вполне могут убить, если раскроют, не надо обманываться мыслью, что я не натаскал охотников вычислять аватаров, даже если они и похожи на нас изнутри и внешне. — Конечно! — Ричард был вне себя от радости. — Мы понимаем, что такое решение потребует время и принимать его единолично вы не в праве. Руководитель нашего проекта не будет против таких мер, раз уж необходимый контакт нами установлен — мы отзовём другие группы. — Я так приятно удивлена вашими словами, — сказала Саша, внимательно, будто увидев заново, разглядывая всех и каждого, — Максим, Нейтири, Норман, Джейк. Мы с Ричардом много говорили о сегодняшнем дне, разобрали столько вариантов того, как этот разговор мог пойти не туда..., и я рада, что этот счастливый момент настал, что мы сделали шаг навстречу, как новые друзья, и как цивилизации. Ричард несколько смущённый словами жены, откашлялся и спросил. — Мы уже очень долго поддерживаем связь с нашими аватарами. Возможно ли оставить их где-нибудь в безопасном месте, чтобы мы могли отдохнуть? Быть может, мы сможем продолжить разговор завтра или, когда вам это будет удобно? И не беспокойтесь за наших банши, они странные, да, но самодостаточные и не агрессивные… Остальные согласились с этим, и их привели в общежитие для аватаров, в котором отдыхали тела нескольких из оставшихся на Пандоре людей. Саше и Ричарду показали две пустые койки, где они могли бы разместиться. Саша обняла Макса, и они так обыденно, будто и не было всех этих потрясений, попрощались до завтра. Со стоном облегчения Ричард лёг на жестковатое покрытие кровати и закрыл глаза… ... чтобы открыть их в капсуле связи. После мгновения дезориентации он распахнул капсулу и взглянул в сторону. Саша уже была на ногах, гибкими движениями разминала затёкшие от продолжительного сеанса связи конечности. По какой-то причине она всегда восстанавливалась быстрее. Он оглядел пластиковую мебель стерильного отсека их жилого блока в верхнем кольце космической станции «Осирис»: кипы научных журналов и плакаты с китайскими иероглифами на стенах, на которых изображались стилизованные рисованные джунгли Пандоры. Благодаря мягкому желтоватому освещению глаза не кололо. — Ты в порядке? — спросила она через плечо. — Да, всего лишь устал. Несмотря на то, что их человеческие тела бездействовали во время сеанса связи, это всё равно было не то же самое, что и сон. А последние месяцы в довесок оказались тягучими и утомительными. Ричард и Саша прибыли в систему Альфа Центавра почти год назад. Три месяца они привыкали к своим аватарам и упражнялись в заученных ещё на Земле языке и обычаях На’ви. Затем прошло ещё два месяца прежде чем им разрешили спуститься. Долгое ожидание. Первая высадка, первая связь, полёты на икранах, отождествление себя с миром вокруг. Бешеный водоворот эмоций. Они были осторожны, без приказа не шли на контакт. А после нескольких недель акклиматизации руководитель проекта наконец дала отмашку. Поначалу — мимолётные встречи с одиночными охотниками и небольшими группами На'ви вдали от Адских Врат, чтобы разведать почву. Позднее они смогли проводить ночи в отдалённых деревнях на восточном побережье, всё дальше удаляясь от центра континента. На удивление им удавалось действовать свободно. Несмотря на достаточно высокую подготовку, были сомнения в гладкости реализации проекта, но их в самом деле принимали за местных и проблем не возникало. По большей части. Даже подружившись и став постоянными гостями клана повелителей икранов, Ричард подозревал, что в некоторых иных деревнях их будут вспоминать недобрым словом: «Какие всё же странные охотники были, посетившие нас не так давно». И лишь однажды они с Сашей были вынуждены быстро ретироваться из племени рыболовов на южном побережье, совершив какое-то преступление, вероятно, если так можно выразиться, религиозного характера. Они до сих пор не разобрались, что же сделали не так… Видимо, это как-то связано со словами Джейка… Наконец, пришло время для контакта с людьми. Специалисты на станции легко смогли подключиться к навигационной сети, используемой на Пандоре, и отслеживали передвижения людей по трекерам в вертолётах и импортном переносном оборудовании — какая беспечность для тех, кто ожидал смерти с небес, но, видимо, их это не волновало уже многие годы после возвращения землян. Саша была очень взбудоражена возможной встречей с братом, которого не видела столько лет. Не сказать, что и до этого с ней было просто, но чем ближе становился день встречи, тем тяжелее Ричарду удавалось совладать с импульсивной супругой. Собственно, Ричард уже подумывал, что вся эта подготовка и секретность были излишними. В конце концов, им удалось связаться с Максом без сучка и задоринки. Смысла скрываться не было, но, тем не менее, он предположил, что это может быть важно позднее. В начале стоило убедить людей на Пандоре и На’ви, что небесные могут быть хорошими гостями с царём в голове. Саша часто говорила, что, если план не сработает и Салли выставит их прочь, им может быть приказано сворачиваться. Это очень усложняло реализацию проекта, ведь даже повелители икранов не сделали их частью клана, а Салли бы не молчал — весть о небесных на землях Пандоры разошлась бы живо и всё пошло бы прахом. Со стоном Ричард выбросил своё тело из капсулы. Саша крутилась вокруг, разговаривая по коммуникатору с их руководителем. Он улыбнулся. Воссоединение с братом оживило милую супругу, вдохнуло в неё новую жизнь и подарило ей новое желание действовать — годы забот и жутких потрясений на Земле, о которых умолчали они в своём повествовании Джейку, казалось, изъели Сашу, но она делала всё возможное, чтобы прибыть сюда и воплотить мечты в реальность. Он был очень рад за неё. — Давай примем душ, перекусим и хорошенько выспимся. Саша улыбнулась в ответ, но с сожалением покачала головой. — Нас ждут с докладом. И самое главное, она прибыла… — Уже!? — Ричард с тоской подумал о конце беспечных деньков. — Да, её корабль ушёл к Пандоре не на много позже нашего. Саша стянула через голову серый свитер. Чуть ниже левого груди начинался старый шрам, который исчезал за поясом брюк. — Переоденься и идём, не будем заставлять нашу старушку ждать.