Однажды ангел и демон влюбились в друг друга

Новая школа встретила Исака самым ужасным способом. Не считая насмешек по типу «Смотрите, этот парень надел бабушкин свитер!» его не любили за способности. Возможно, они думали, что новенький будет значительно отставать по программе, но Исак знал даже больше. Он был довольно асоциален, поэтому времени на книги и серфинг в интернете было предостаточно. Во всяком случае, шесть дней в неделю он стабильно посещал школу. Возможно, он не хотел, но идти против матери, доставляя ей больше проблем, чем есть не хотелось. Погода тоже была не ахти. Будто все ополчилось против бедного Вальтерсена, который просто хотел добраться до школы будучи не снесенным ветром или еще чем нибудь. Во всяком случае у него хватило смелости и терпения, чтобы зажечь сигарету посреди школьного двора. Это было не способом выделиться из толпы, или показаться крутым. Нет, это просто расслабляло и придавало чувство адреналина, ведь если кто-то увидит, то обязательно поведет к директору, а тот в свою очередь расскажет родителям. - Эй, тут не курят! – крикнул в сторону проходящего Вальтерсена, старшеклассник, который стоял в толпе своих одноклассников – На школьном совете решили запретить курение в школьном дворе – он стремительно подходил к остановившемуся Исаку и говорил так быстро и злобно, что Вальтерсен едва мог понять, что он говорил. - Я новенький. Прости, не знал – он бросил сигарету и придавил её уже и так грязным кедом. - Что ты творишь?! – страшеклассник буквально завизжал и от этого на лице Вальтерсена появилась глупая улыбка. – Люди едят здесь! – он поднял сигарету и обернулся на компанию, в которой стоял и кажется молча просил поддержки, но получив в ответ лишь удивленные взгляды перевел взгляд на хихикающего Исака – Ты съешь это дерьмо. – парень выглядел так серьезно настроенным, что улыбка сразу сошла с лица. Возможно, Исак даже ипугался, но не был настроен давать слабину. Вальтерсен даже не смог собраться, как почувствовал сильные руки у себя на плечах и горячую сигарету в районе щеки. Он так запаниковал, что не придумал ничего лучше, как просто плюнуть в лицо незнакомца. Исак никогда не вступал в драки. Конечно, он не признавал, что довольно худой и щуплый для такого, но все было крайне очевидно. У Исака были проблемы с питанием, из-за стресса, по поводу измены отца. Ситуация в семье была такой плохой, что никто не обращал на него внимания, тем временем как сам Исак боролся с депрессией и проблемами с питанием в одиночку. Он ел так мало, что сбрасывал по пять килограмм в неделю. Соответственно выходить из голодовки пришлось самостоятельно, но справившись с этим вернуть прежний вес так и не получилось, и он остался таким же худым. Он убегал со школьного двора в сторону входа в здание смеясь. Возможно, это было достижением. Плохим, но все же это радовало. *** Кабинет мистера Вальтерсена, а именно так называл его Эвен, был жутким и подобающим для бесед, которые тут проводят. По професси старший Вальтерсен был психиатром, и идея приводить домой не всегда вменяемых людей казалась ему вполне нормальной. По крайней мере для всех это было завуалировано тем, что он хочет проводить больше времени с семьей, но Исак понимал, что у него просто не хватает денег на личную приемную. Эвен сидел на большом диване, но все равно вжимался в одно место потому что его действительно пугала эта беседа. Ему не впервой быть на приеме у психиатра, но ужас непонимания и незнания всегда накрывал с головой. - Итак, расскажешь мне, когда начались твои фантазии? Два года назад? Три? – голос так называемого врача был спокойным и низким. Но это не успокаивало, ведь снова приходится впоминать кошмар, который иногда приходит в голову. - Два года назад. И начинаются они одинаково – Эвен пытался успокоится и у него это выходило. Ничего страшного, ведь врачи не знают тебя слишком хорошо, чтобы осуждать или перенебрегать. – Я готовлюсь к великой войне. Обычный будний день. Светлые коридоры школы полные людьми, шумом и бегатней. Но есть Эвен, который превратит этот будний день в кровавое побоище. Который придет в школу в черной одежде и без страха, боли и пощады убьет тех, кого он… - Ты хочешь убить тех, кто обижает тебя? - Тех, кого я люблю. - Что ты чувствуешь при этом? - Многие просят о пощаде. Но я не чувствую боли. Я не чувствую ничего. Мы живем в грязном мире. Это грязный, проклятый и безнадежный мир и если честно, мне кажется, что я помогаю избавить его от дерьма, мочи и блевотины, что в него извергают. Я помогаю ему стать чище и лучше. – он все время наблюдал за эмоциями доктора Вальтерсена, но оно не выражало абсолютно ничего. Будто его только и интересовал этот чертов блокнот, в котором он писал без остановки. – И еще кое что на счет крови… Я её пускаю. Индийцы верят, что в крови живут злые духи и раз в месяц специально делают себе порезы, чтобы освободиться от них. В этом есть что-то толковое. Точно есть, мне это нравится. – Эвен аккуратно повел своими ледяными глазами по лицу сидящего напротив – Думаете, я псих? - Нет… Ты – творческая личность. Я думаю, что ты слишком остро воспринимаешь действительность. - Мама наверно волнуется за меня – глупая фраза, которая вывалась из рта только чтобы перевести тему. - Разумеется. - Она минетчица. Ей нравится это дело. Она все время подсасывала у нашего соседа. Отец узнал и ушел от нас. Оставил меня с минетчицей, представляете? Отвратная ложь – Эвен ехидно улыбнулся, замечая, как серьезное выражение лица Вальтерсена сменяется на более спокойное и улыбчивое. - Я слышал кое что и похуже – доктор покачал головой, будто этот жест покажет правдивость его слов. - Вау… круто. Можете мне рассказать? Обожаю ужастики - Нет, обойдешься – Вальтерсен улыбнулся, не переставая качать головой. Это раздражало - Наш мир… это просто мерзость. Это гадкий, тошнотворный не прекращающийся кошмар. В нем слишком много боли, слишком много. *** Исак забыл, когда в последний раз чувствовал счастье. Настоящеей счастье, которое пропитывает тело и разум, засталяя думать, что это окрыляющее чувство будет преследовать тебя всегда. Он был счасливым ребенком. Идеальные родители, друзья, статус, оценки, возможности. Все было прекрасно, пока его отец не решил, что изменять жене со своей ученицей – прекрасная идея. Исак возненавидел его и в последствии начал ненавидеть все. Его прекрасная юная душа медленно гнила в этом круговороте боли, скандалов и разбитых сердец. Он понимал, что что-то не так. Ненормально принимать каждого человека за угрозу для себя. Ненормально не иметь друзей в 16 лет. Ненормально ненавидеть этот мир и себя вместе с ним проживая самые лучшие годы своей жизни. Это было проклятьем – понимать все и не мочь ничего сделать. Каждый раз заходя в ванну его единственным желанием было утопиться в ванне или порезать вены отцовской бритвой. И этот раз был не исключением. Каждый порез на идеальной коже действовал как успокоительное. Да, это было больно и Исак, будучи нежным мальчиком плакал, ведь это ужасно. То, что он делает сейчас и каждый раз заходя в ванну – ужасно. Но это стало решением всех проблем и некой зависимостью. - Вдоль режь, так кровь сложнее остановить – послышался голос за спиной и глянув в зеркало Исак увидел высокого парня, который почему то улыбался и говорил так спокойно, будто застукал его не за попыткой самоубийства, а чтением книги. - Как ты зашел сюда? – Вальтерсен обернулся, бросив лезвие в раковину. Спрашивать кто это и как он попал в дом смысла не было. - Прежде чем пытаться убить себя, нужно хотя бы закрыть дверь – он снова засверкал своей клыкастой улыбкой и закрыл дверь, скрываясь за нею. «Ты болван, Исак. Он все расскажет отцу»