Благими знамениями по миру магии

Когда все, кроме Гарри, лишившегося еды из-за наказания, поужинали, чета Дурслей уединилась в гостинной на семейный совет. На повестке дня стоял вопрос, как же поступить с их приёмным сыном. Гарри на цыпочках подошёл к двери гостинной и замер. — Тоже мне «друзья». Будто у него могут быть друзья? — задал вопрос Вернон и чуть погодя сам же на него ответил. — Чушь собачья! Не могут быть! — Это были те двое мужчин, о которых я тебе рассказывала, — меланхолично ответила Петунья. Насколько было видно с положения Гарри, она сидела на диване и смотрела куда-то в одну точку, возможно на телевизор, а мистер Дурсль энергично расхаживал по комнате. — Я могу поклясться, что вдалеке видела ту самую чёрную машину. Они хотят завербовать его на свою сторону. «На какую ещё свою сторону? — подумал Гарри. — Неужели она знает, кто они такие?» — Не понимаю, как ты можешь так спокойно относиться к этому. Они под нелегальным предлогом пробираются в наш дом, устраивают тут балаган и всячески тебя унижают! Но и этого им мало, они ещё уводят у нас из-под носу это отродье, чтоб мы тут сидели и места себе не находили, а к вечеру возвращают его с усмешечкой: «Посмотрите, ваш сын называет совершенно посторонних людей друзьями. Мило, неправда ли?» Ха! Да как бы не так! Он гневно ударяет кулаком по столу, а точнее, по лежащим на нём канцелярским кнопкам, которыми Дадли недавно пытался прикрепить к стене свой рисунок. Сдавленно проклиная всё на свете, начиная от производителя кнопок («Дурацкие китайцы, понапридумывают же!»), учителя рисования («И за что мы ему деньги платим?») до почему-то Гарри («Вот он — корень всех наших проблем!»), он плюхается на диван, рядом с женой. — Мне категорически не нравится твоё молчание, Петунья. — Пусть вербуют, — вздыхает она. — Мы не можем так это оставить. Ты подумала, что скажут соседи, когда увидят этих двоих? А что мы им ответим, когда они спросят, где наш миленький-маленький Гарри? Скажем, что ходит он чёрт знает где и чёрт знает с кем? — Ты можешь что-то предложить? — Предлагаю не выпускать его из дома до конца лета. Когда пойдёт в школу, будет оставаться там на полный пансион, я даже готов доплатить. Забирать его будем только по выходным, в это время пусть сидит у себя в чулане и делает уроки. — Это не выход. Во-первых, они могут забрать его из школы. Во-вторых, они могут телепортироваться хоть сюда, опять же забрать его с собой, а мы и не заметим. Я не знаю, Вернон, не знаю, что нам делать… «Телепортироваться?» Гарри не замечал за двумя мужчинами способности телепортироваться. Зачем им нужна была бы машина, если бы они умели это делать? У ангела, конечно, должны быть крылья, коих Гарри тоже не видел, но полёт на крыльях и телепортация — это вещи абсолютно разные. — Не нервничай, милая, мы что-нибудь придумаем. — Вот почему все семьи, как семьи — нормальные и честные люди. Почему на нас такое клеймо? Да ещё и у Гарри того и гляди начнут странности проявляться! Сначала мальчик подумал, что «клеймо» было сказано про него, но из дальнейшего обращения стало понятно, что речь велась о чём-то или о ком-то другом. Что же тогда клеймо? И какие странности у него начнут проявляться? — Знаешь, что он натворил вчера за обедом? — продолжила сетовать Петунья. — Сковорода по его воле сама переместилась с плиты в раковину. У меня чуть сердце в пятки не ушло, когда я увидела, как она летает! — Надеюсь, Дадлик этого не видел? — Нет, слава богу. Но боюсь, что рано или поздно он может что-то заметить. Из-за своей же чокнутой сестрицы я должна голову ломать как уберечь от беды сына. Я знаю, что так думать грешно и не по-людски, но знаешь, иногда я думаю, что лучше бы у меня не было сестры вообще, чем такая. — Дорогая, не кори себя. Если бы у меня в роду тоже был бы волшебник, прости, что произнёс это слово… «Волшебники! Эти двое, кажется, с катушек слетели.» По его мнению, мистер и миссис Дурсли меньше всего были похожи на людей, которые верят в магию, зубных фей и троллей. Они даже само слово «волшебство» терпеть не могут! Как-то раз, Гарри хотел пересказать тётушке сказку о мудром волшебнике Мерлине, но стоило ему лишь заикнуться, как его на неделю лишили сладкого. «— Волшебник, подумать только! Не существует никаких волшебников, заруби себе на носу. И где ты только таких слов нахватался?» С тех пор Гарри эту книжку больше не видел. Как и любую другую сказку, в которой упоминалось то, что должно упоминаться в любой приличной, уважающей себя сказке: магия, колдовство, странности всякие. Дальше Гарри слушать не стал. Дурсли больше не употребляли никаких запрещённых слов и перевели тему обсуждения на то, какую меру наказания назначить мальчику. Гарри это было уже не интересно. Он бесшумно прошёл обратно в чулан и стал раздумывать над услышанным: «Он сказал: « Если бы у меня в роду тоже был бы волшебник…» Моя мама была волшебницей? Получается, что и я тоже волшебник?»

***

В то же время, в Лондоне. — Не знал, что ты умеешь так вкусно готовить, — опустошив тарелку за считанные минуты, довольный Кроули откинулся на спинку стула. — За шесть тысяч лет кто угодно научился бы, — скромно потупился Азирафаэль. Щёки его покрылись румянцем. С одной стороны, надо бы признаться, что еду он заказал, но с другой стороны в кой-то веки услышать комплимент из уст демона было так приятно. — Я не научился. — Значит, кто угодно, имеющий остатки совести. Ты в это время учился опустошать ресторанные запасы и подделывать деньги. Кроули поднялся из-за стола. — Ты редкостная зануда, ангел. Ладно, не буду испытывать твою гостеприимность. Большое спасибо, всё было очень вкусно и чем-то напоминало стряпню из кафе напротив, но это, конечно, бред, ведь ты всё готовил сам… — Останься, пожалуйста — М? — Мне нужна твоя помощь, — задумчиво протянул Азирафаэль. — Мог бы и не спрашивать — я согласен. Ибо вопреки твоим словам — совесть у меня всё же есть. Так что сделать нужно? — Явно не то, о чём ты подумал. — Обижаешь, ангел, мои догадки чисты как перышки на твоих крыльях. — Мне нужно перебрать кое-какие старые книги. Демона передёрнуло. Мелкие услуги и помощь — это, конечно, хорошо и несложно, да вот только перебирать букинистическую коллекцию Азирафаэля он бы и врагу не пожелал. — Ты знаешь, только сейчас вспомнил — у меня цветы не политы… Срочно нужно их полить, а то, сам понимаешь, засохнут. — Но ты обещал. — На то я и демон, чтобы не держать свои обещания. Под строгим взглядом ангела Кроули стало некомфортно и в который раз он понял, что растерял всё своё демоническое достоинство, ведь ещё каких-то лет сто назад он ни за что не прогнулся бы из-за таких мелочей. — Это никак не подождёт? Прям приспичило? — Ага. Демон вздохнул. — И много же у тебя книг? — Четыре стеллажа. Да не делай ты такого страдальческого выражения лица, работы там от силы на полчаса. — Всего-то навсего. Они прошли в подсобное помещение. Кроули был здесь впервые. Как уже говорил ангел, здесь стояло четыре стеллажа, однако книги были не только в них. Они были повсюду. Ими был завален весь компьютерный стол (сам компьютер тоже был где-то там, в глубине), они лежали на полу и на единственном в комнате стуле. Стоял характерный запах пыли и старой бумаги, от которого непременно, не будь они оба эфирными существами, закружилась бы голова. — Только не говори, что где-то здесь посеял жизненно необходимую тебе сейчас книгу. — Именно. Но самого страшного ты ещё не знаешь. Я не помню ни её названия, ни автора. Кроули нервно сглотнул. — Как же ты предлагаешь искать? — Ну я помню, что она такая тяжёлая, толстая… и не то, чтобы старая, скорее выполненная под старину. — Издеваешься? — Мне она очень-очень необходима, — медленно ответил Азирафаэль. — Помнишь шрам на лбу у Гарри? В виде молнии. Это сложно объяснить, но у меня словно что-то щёлкнуло в голове, когда я его увидел. Недавно - лет пять назад, я читал какую-то книгу, которую сначала принял за бред очередного бульварного фантаста и хотел уже было её выбросить, но меня удивило издание: приличный переплёт, кожаная обложка. Дорогая вещь. Я решил закинуть её куда подальше до лучших времён. Вот, собственно эти времена и настали. — И? История твоего склероза не особо помогла мне. Я по-прежнему не знаю, как её искать. У тебя тут все книги в кожаных обложках и все стоят целое состояние. Ангел поморщился, поправил съехавшие на нос очки и неуверенно продолжил: — Это было что-то вроде сборника исторических событий то ли выдуманного, то ли параллельного мира. Так вот в одной главе было что-то о шраме. Именно в виде молнии и о каком-то мальчике; ты, наверное, назовешь меня параноиком, но я вдруг вспомнил, что того мальчика тоже звали Гарри. — Я не буду перечитывать все книги, чтобы найти одну единственную. — И не надо. По-моему, она так и называлась: «История чего-то там или кого-то там». В названии должно быть слово «история», теперь я точно вспомнил. Под то и дело сыпавшиеся в сторону ангела проклятия, они всё-таки принялись за работу. — Чтоб ты долго жил, ангел. Откуда у тебя столько хлама? А главное, зачем он тебе? — У меня была долгая и насыщенная жизнь. Всякое пригождалось. Например, та самая книга, которую мы ищем. Как хорошо, что я ее тогда не выкинул. — Лучше б выкинул, — проворчал демон. — Вот скажи на милость, зачем тебе «Методы порчи и заклинаний»? На кого ты порчу наводить собирался? На меня? Или на Гавриила? — Не мели ерунды. — Или «Избавление от бородавок народными средствами». Серьёзно? — Издание шестнадцатого века. — И тогда печатали такой бред? — Как видишь. — В жизни не поверю. Тебя надули, ангел. Азирафаэль покачал головой. Повисла тишина, изредка прерывавшаяся репликами демона вроде: «История Месопотамии. А вдруг то?» или «История рода Романовых. Не смотри на меня как на идиота, как объяснил — так и ищу». Он уже ни на что не надеялся, когда спустя два с половиной часа после начала поисков он машинально озвучил название очередной книги, как ангел тут же вскочил с места и закричал: — Она! Она самая! От резких вскриков, а после и нахлынувшей на него радости, Кроули чуть не упал со стремянки, на которую взобрался для того чтобы дотянуться до верхней полки стеллажа. Он передал огромный пыльный том ангелу. Витиеватыми золотистыми буквами на книге было написано: «История магии». — Какая же это была глава? Где-то в конце, вроде… Сейчас найду, сейчас… — ангел быстро перелистывал страницы и поминутно чихал от летящей с них пыли. — Давай быстрее, мне тоже интересно. — Да где же она… Вот. Точно. По мере их углубления в текст глаза их становились всё шире и шире от удивления. Когда глава подошла к концу, Кроули вынес вердикт: — Ангел, мне кажется, Бог нас всех серьёзно обдурил.