Зеркальная Алиса. Генри.

      — Я уже начинаю к этому привыкать, — проворчала я, сравнивая свои ощущения и потягиваясь всем телом. В отличии от предыдущих катаний на кролике, в этот раз никаких последствий не ощущалось. Из-за кустов на уже знакомой полянке выглядывали любопытные мордочки духов.       — Итак, начнем с основ, — ушастый наставник положил руку мне на талию, второй поправляя мои части тела и попутно давая указания. — Всегда держи голову ровно и не сутулься. Существует не так много основных шагов…       — А мне можно вообще не танцевать? — Жалобно поинтересовалась я, поднимая на него умоляющий взгляд, но Генри был непреклонен.       — На балу с королевой всегда танцует обладатель наивысшего титула, так что хоть один танец тебе придется запомнить, — видимо, всё-таки сжалившись, он уточнил. — Дальше можешь отказаться танцевать, всё равно ни у кого духу не хватит пригласить королеву.       Спустя полчаса я с уверенностью могла собой гордиться. То ли я была самородком в этой области, то ли из Генри вышел отличный учитель, но за всё это время я ухитрилась ни разу не споткнуться и даже выучить полагающиеся движения.       — Неплохо, — прокомментировал граф, кивая и в очередной раз протягивая мне руку. — Давай последний раз с самого начала, только умоляю, не пытайся смотреть на свои ноги. И прекрати делать такое суровое лицо, а то ты даже Квентина испугаешь.       — Угу, — мрачно насупилась я, принимая его руку и пытаясь следовать наставлениям. Я уже сбилась со счета, сколько раз мы повторяли, но была вынуждена признать, что довести мои движения до автоматизма — идея весьма хорошая. Уже не приходилось задумываться о шагах, и меня посетила безумная мысль, что танцующая в полумраке леса пара — это весьма романтично. Подняв взгляд, я наткнулась на задумчиво изучающие меня рубиновые глаза, блестящие в сумерках совсем по-неземному. Слишком близко. Я чувствовала его дыхание и, как мне казалось, даже биение сердца.       — Ким… — Тихо выдохнул Генри, мгновенно разрушая волшебство момента, ибо, вздрогнув, я оступилась, наступила ему на ногу, и мы повалились на землю.       — Ой ё! — Мой немузыкальный сдавленный вопль прорезал полуночный лес, вспугнув нескольких духов.       — Ты в порядке? Дай посмотреть, — ушастый капитан оказался в разы более сдержанным, хотя и выглядел не лучше меня. Во время падения мы ухитрились соприкоснуться губами, но, поскольку это всё-таки был удар, а законы физики в этом были не менее жестокими, нежели в моем родном мире, итогом стали две разбитые губы.       — Я как-то иначе себе представляла свой первый поцелуй, — простонала я, чувствуя во рту металлический привкус и посасывая рассеченную изнутри губу. Как оказалось, для шуток было еще рано.       — Поце. — Вспыхнув как маков цвет, мой самопровозглашенный учитель танцев вскинул руки к губам.       — Извини, я тебе еще и на ногу наступила, — сев на земле, я попыталась выдать улыбку, но, судя по всему, от боли моё лицо перекосило, и получившаяся гримаса не удалась.       — Ты прости, я… — На Генри было жалко смотреть, но ситуацию как ни странно спас его питомец. До этого мирно выпасавшийся где-то на краю опушки, он гигантским прыжком преодолел расстояние до нас и, играясь, боднул хозяина в голову, повалив того на землю. Пока незадачливый граф пытался отпихнуть от себя жизнерадостную морду, я вспомнила о некоторых особенностях кроликов и представила, что сейчас…       — Ох! — Я зажала рот рукой, невольно зажмурившись и постанывая. Смеяться всё еще было очень больно.       — Прекрати! — Наконец высвободившийся и изрядно помятый, Генри смог подняться на ноги, с укоризной смотря на меня. — Мне стоит знать, почему ты смеёшься?       Я отрицательно мотнула головой, не в силах подняться. Вся эта ситуация была настолько нелепой, что мой смех уже превращался в крайне нервный. Видимо, защитная реакция от смущения. Ведь по факту мы и правда поцеловались, просто… Очень неудачно и с последствиями. Стоило бы выкинуть этот факт из головы, но по традиции мысли, которые больше всего не хочешь думать, настойчиво отказываются покидать мою и без того не особо здоровую голову.       — Мы должны возвращаться, — я невольно умилилась, заметив, как забавно дернулось его кроличье ухо, уловившее полуночный колокол.       — Да… Стой, — поднявшись, я потерла лоб, пытаясь сформулировать мысли. — Слушай, у тебя нет какой-нибудь мази или средства от… Ну, просто если мы так заявимся, могут неправильно понять.       — Я уже думал об этом, — ловко вскочив на своего уже успокоившегося скакуна, Генри подал мне руку. — Всё в замке осталось, так что будем надеяться, что нам повезет, и мы никого не встретим по пути.

***

      — Вот так, готово. Вы выглядите потрясающе, — удовлетворенно кивнул Теофилас, оглядывая результат своей вредительской деятельности. К моему счастью, местное противоотёчное сработало как надо, и от вчерашней травмы осталась лишь небольшая ранка и нехорошие мысли. Как назло, сегодня расстаравшийся модельер затянул мой корсет едва ли не вдвое туже обычного и выглядел так, будто его как минимум номинировали на нобелевскую премию за самое беспалевное убийство.       Сдав меня с рук на руки вежливо улыбающейся горничной, этот садист-самоучка торопливо ретировался, а меня повели на бал. Войдя в услужливо распахнутые двери, я оказалась на балкончике над бальным залом. Народ явно уже веселился, дамы выпрыгивали из корсетов всех цветов и размеров, напоминая мне какой-то попугайник. Покачивающаяся под потолком, люстра пускала причудливые зайчики, весьма успешно заменяя дискошар. При моем появлении все притихли, так что по лестнице я спускалась в гробовой тишине, мысленно молясь всем богам, чтобы не упасть. Встретивший у подножья лестницы, Квентин галантно подал мне руку, и сразу же заиграла музыка.       — Вы восхитительно выглядите, моя Королева, — восхищенно выдохнул он, ожидая, пока я приму его приглашение.       — А… Да, спасибо, — немного помедлив, я всё-таки приняла его приглашение, здраво рассудив, что наверное он и есть обладатель самого высокого титула. Пока мы шли к центру зала, сопровождаемые одобрительными шепотками, я мысленно повторяла шаги и украдкой озиралась в поисках знакомого силуэта.       «Где ты, зараза ушастая, мне как никогда нужна моральная поддержка», — мысленно воззвала я.       — Ваше Величество, — поклонился герцог и устроил руку на моей талии, притягивая к себе. Начав танец, я мысленно вознесла хвалу Генри и его педагогическому таланту. Несложные движения, отработанные накануне до автоматизма, давались легко, и я уже было воспряла духом, как, наконец, поймала в зале знакомый взгляд, от которого едва не сбилась. Вопреки ожиданиям, радости в нем не читалось, а выражение лица было крайне недовольным.       — Теперь Ваше Величество может танцевать с кем пожелает, — шепнул мне на ухо Квентин, едва стихли аплодисменты, и стремительно вышел из зала.       Вновь заиграла музыка, и по залу стали разбредаться танцующие парочки, а я невольно застыла, зацепившись взглядом за пару рубиновых глаз. Он никого не пригласил, просто стоял, прислонившись к стене, и задумчиво изучал меня, словно что-то обдумывая. Затем, немного помедлив, отставил бокал и неспешно направился в мою сторону.       — Моя дорогая Королева, — вид коленопреклонного Генри ввел меня в ступор. — Не окажете ли мне честь танцевать с Вами?       Не найдя подходящих слов, я молча подала ему руку и с удивлением отметила, что нервозность отступает на второй план. То ли потому что вчера мы всё это уже проходили, то ли из-за того что рядом со мной был человек, ставший самым близким в этом королевстве — привычный страх опозориться отступил куда-то на задворки сознания.       — Ты же помнишь, что я знаю только один танец? — Спохватилась я, ощутив привычное касание рук.       — У тебя всё получится, доверься мне, — тихо выдохнул он и счастливо улыбнулся, смотря на меня. — Ты прекрасно выглядишь…       — Спасибо, — такие глаза я привыкла видеть скорее у Квентина, но шутить на эту тему не стала. — Только мой корсет медленно убивает меня.       — Я потом скажу пару ласковых Теофиласу, — рассмеялся ушастый капитан, нежно улыбаясь мне. Танцевать с ним оказалось в разы приятней и привычней, нежели с герцогом, вдобавок его запах… Я никогда не обращала на это внимание, но внезапно поймала себя на том, что невольно принюхиваюсь к своему партнеру. От странных мыслей меня пробудил тихий голос. — Вот и всё…       — А? Да… — Неохотно отпустив его тёплую руку и проследив взглядом, как он выходит из зала, я раздраженно закусила губу. Это что, традиция — сваливать из зала после танца с королевой? Тряхнув головой и не дожидаясь других претендентов на королевский танец, я торопливо вышла на балкон.       Лунный свет озарял двор с фонтаном, наполняя колышущиеся на ветру листья мистическим мерцанием.       «Прям как в сказке, ” — подумала я и тут же невольно усмехнулась своим мыслям. Я ведь и нахожусь в сказке. Вдали от дома, родных и друзей, даже не зная, смогу ли я когда-нибудь вернуться. А если и смогу, то… Захочу ли я возвращаться? Что ждет меня, вернись я в свой родной мир? Дом, работа, а в будущем семья и…       — Кимико! — Раздавшийся голос прервал мои тяжкие размышления. — Ты так красива сегодня, к чему это печальное лицо?       — Генри? — Я удивленно посмотрела вниз, где в темноте белели знакомые платиновые волосы. — Ты чего там в кустах засел?       — Говори тише, — зашипел ушастый капитан. — Танец еще ничего, но оставаться наедине просто так…       — Общественность не поймет? — Скептически хмыкнула я, мысленно обкладывая эту набившую оскомину общественность в три этажа.       — Именно. Никто не осудит тебя за интрижку после свадьбы, но до этого — будет большой скандал.       — Ничего себе у вас нравы, — тихо присвистнув, я оперлась на перила балкончика и, призадумавшись, вглядывалась в темноту.       — После появления наследника тебя никто будет винить в таких слабостях, — почти невидимый в полумраке, Генри пожал плечами. — Это обычное дело для аристократов.       — Для тебя тоже? — Тихо выдохнула я, прикрывая глаза.       — Нет, мне этого не понять, — слегка помедлив, печально ответил он и, видимо, догадавшись, что я ожидаю более развернутого ответа, пояснил. — С той Королевой всё было по другому. С самого детства мы были вместе, и когда она заперлась в башне, я чувствовал себя преданным. Она могла поговорить со мной, я бы принял любое её решение, но она просто отгородилась от всех.       — Прости за то, что я не твоя королева, — в его голосе было столько горькой тоски, что даже мне захотелось взвыть.       — Не говори глупостей, — отрезал посуровевший граф. — Да, ты не она. Но сейчас я хочу защищать тебя, а не её!       — Мм? — Я удивленно посмотрела на него и слегка стушевалась под его уверенным взглядом. Невольно вспомнились собственные мысли, которые я обдумывала аккурат перед его приходом. Работу и серые будни я может и пережила бы, но последний пункт… Муж. Смогу ли я с кем-то так же дурачиться? Будет ли кто-то в моем мире так же заботиться обо мне и защищать? Нет. С первых дней в этом мире я знала, с кем я хочу быть до конца жизни.       — Я знаю, что это не правильно, но я не могу отступиться от тебя. Пожалуйста, выбери меня! — Он протянул мне руки с решительностью человека, поставившего на кон всё.       — Это уже входит в привычку, — пробормотала я и, воровато оглянувшись во избежание нежелательных свидетелей, перемахнула через перила.       — Сумасшедшая, а если бы я не поймал? — Горячо выдохнул Генри, прижимая меня к себе и зарываясь носом в волосы.       — Тогда бы у меня было на один пункт больше из списка того, что можно припоминать тебе до конца наших дней, — тихо ответила я, едва ли не урча от теплых объятий. Вот оно. То самое, из-за чего я никогда не соглашусь вернуться обратно.