Лев и Леди

…Компас укажет, где твой дом, Родной призыв доносится с востока. Компас укажет путь, Приближающий тебя ко мне. Раз мы выберемся из морской пучины, Компас укажет путь, Приближающий тебя ко мне. Там, где ты, — там буду и я…

***

Королевская Гавань Август, 300 г. Солнечный день был ярким контрастом тому, что она чувствовала на самом деле, размышляла Санса, когда паланкин двигался по узким улочкам Королевской Гавани. Шая и Сир Джорах были с ней, беззаботно болтая о предстоящих свадебных торжествах, но Санса почти не обращала на них внимания. Этой ночью она почти не спала, и у нее ужасно болело горло. Реакция Тайвина была не такой, как она себе ее представляла, и никакие мягкие поцелуи на ее шее, покрытой синяками, не могли избавить ее от боли. Сегодня все утренние процедуры оказались настоящим испытанием. Было больно всего лишь повернуть голову, и Сансе ничего не хотелось делать. Однако она не могла сделать себе выходной. Были требования, которые нужно выполнять. Она никогда не завидовала способности Тайрена быстро засыпать, но сегодня она была готова отдать все за нее. Джон Коннингтон тайно вывез маленького принца Эйгона из Королевской Гавани по милости Лорда Тайвина Ланнистера. Лишь небольшая горстка людей знала, что ее муж позволил Коннингтону сбежать с единственным наследником Таргариенов. И большая часть этой горстки людей была мертва, включая Джона Аррена. Возможно, что и это послужило причиной убить его. Список причин для убийства Джона Аррена продолжал расти, а Тайвин так и не приблизился к тому, чтобы выяснить, кто именно убил предыдущего Десницу. Мизинец все еще был главным подозреваемым, но знал ли он о принце Эйгоне, и если да, то как много? Что важнее, действовал ли Мизинец один или кто-то приказал ему убить Десницу? Эта мысль озадачила ее, когда она вспомнила прошлую ночь… Схватившись за горло, Санса упала на пол перед камином, хватая ртом воздух. Задыхаясь, она с ненавистью посмотрела на Тайвина, смотрящего в огонь. Не задумываясь и секунды, Санса пнула его ногой изо всех сил. Как статую, Тайвин не шелохнулся, спокойно принимая очередной удар. — Ублюдок, — еле как произнесла Санса. — Я? — Тайвин поднял брови. — Я поспорю. — Я всего лишь сказала тебе то, что ты хотел знать. — Расскажи мне больше. — Не раньше, чем ты все объяснишь мне, — обижено выпалила Санса. Тайвин наклонился к ней, чтобы помочь подняться, но она ударила его по рукам. Удобная кровать с балдахином так и манила ее. Закутавшись в халат, Санса двинулась к подоконнику, пытаясь как можно дальше встать от Тайвина. Его реакция ошарашила ее. Быть задушенной мужчиной, которого любишь… Тайвин снял камзол и взял свой халат, висевший на спинке стула. Он надел его, а потом направился в гардеробную. Нервно теребя рукав своего халата, Санса попыталась восстановить дыхание, когда он вернулся с ее тапочками. Если с ней что-то случится… — Мы не можем здесь разговаривать, — прорычал он, протягивая ей обувь. — Возьми. Выполнив приказ Тайвина, Санса надела тапочки, прежде чем он схватил ее за руку и потащил за собой. Она затаила дыхание, пока он вел ее в секретную комнату, которую однажды показал. Свет его факела плясал на стенах, пока они спускались по ледяным ступеням. И только когда Тайвин поставил факел в подставку в форме головы дракона, в комнате стало светло и видно все шесть туннелей. — Так это правда, — выдохнула она. — Принц Эйгон жив? — Да, — отрезал Тайвин. — Это должно было оставаться в секрете, но пташки Лорда Вариса все узнали. — Почему ты позволил всем поверить в то, что убил принца Эйгона? — потребовала Санса, когда Тайвин сел на каменную скамью. Он оперся локтями в колени, глядя на нее своими изумрудными глазами. В его глазах плясали гнев и разочарование — два чувства, которые сейчас испытывала Санса. Она чувствовала гнев из-за того, что он стал душить ее, и разочарование из-за того, что простой план убийства Джоффри и замены его Томменом не воплощался в жизнь. Это все напоминало ей о… хаосе. — Это была своего рода страховка для Дома Ланнистеров, — объяснил Тайвин после нескольких секунд молчания. — Если бы Роберт проиграл войну, я мог бы спокойно сказать принцу Рейгару, что спас его единственного сына и наследника от неминуемой гибели, защитив город от его безумного отца. Роберт победил, и я заверил его в своей преданности Дому Баратеонов, убив наследника Таргариенов. Для меня это было удобное решение, которым можно вертеть в любую сторону. Я знал, по каким туннелям пойдет Джон Коннингтон. Я знал, что он спасет мальчика, поэтому решил не впускать солдат в эти туннели. Вместо этого я отправил одного солдата к Джону перед началом битвы, чтобы передать ему письмо, в котором объяснил, что отпущу одного ребенка. Позволю Эйгону жить… — А принцесса Элия и ее дочь? — спросила Санса. — Прискорбные потери… Сир Григор был молод и отчаянно пытался проявить себя. Его отец договорился о браке своего старшего сына с одним дорнийским домом, но вмешалась принцесса Элия и пресекла любые шансы на этот брак. Свадьба была бы выгодна Дому Клиганов, а вмешательство принцессы выставило Сира Григора неугодным женихом в глазах многих. Его семья в то время отчаянно нуждалась в деньгах, а влияние принцессы Элии привело к накоплению новых долгов. Сира Григора невозможно было остановить в стремлении убить принцессу Элию. — Ты его господин и мог остановить его. — Я мог, но что бы это дало? Дорн стал бы искать принца Эйгона, как и сама Элия. Она бы знала, что ее сын пропал без вести при разгроме Королевской Гавани. Это привело бы к новому кровопролитию и перевороту. Элия попыталась бы спасти своего сына, а Роберт выследил бы мальчика и убил его. Он сделал то же самое с детьми Таргариенов, или ты забыла, что их головы преподнесли на нашем свадебном пиру? Санса закрыла глаза и прерывисто вздохнула: — Кто еще знал о твоем плане? — Только горстка участников заговора, включая Джона Аррена. Мне удалось уговорить болвана Роберта, что династия Таргариенов прервалась на Эйгоне. Джон Аррен убедил пьянчугу жениться на Серсее под предлогом, что я не стану поднимать восстание против короля. — А сейчас? — спросила Санса, ее сердце бешено колотилось. — Что нам делать? Как ты думаешь, что произойдет, если Мартеллы поддержат принца, и он приведет с собой армию, чтобы взять свой трон? Семь Королевств не могут позволить себе новую войну. Денег нет, Тайвин. Солдаты устали, еды и так мало, а зима близко. — Если мы хотим свергнуть одного короля, то нужно найти ему замену. — А если принц захочет свергнуть Томмена? Тайвин ничего не ответил, но по его взгляду она поняла, что в его голове крутится вихрь мыслей. Ее муж был всего лишь одним из заговорщиков, и он уже думал о возвращении принца Эйгона, как только согласился убить Джоффри. Он играл в игру престолов гораздо дольше, чем она, и был человеком, который хотел власти, но не был настолько глуп, чтобы лично занять Железный трон. Это был несуразный стул из тысячи мечей. Власть заключалась в том, у кого было настоящее влияние и способность манипулировать. Это был тонкий баланс, который Тайвин держал лучше других. Чтобы иметь власть, не нужно было сидеть на этом глупом троне. И ее муж доказал эту истину. Он был самым могущественным человеком в Семи Королевствах, и на его голову не возлагалась корона. — Ты хочешь позволить принцу Эйгону забрать трон у Баратеонов. Ты всегда хотел этого, и ты воспользуешься своей старой дружбой с Эйерисом. Ты будешь уверять Эйгона, что спас его и никогда не говорил об этом, чтобы защитить внука старого друга, — выдохнула Санса. — Почему? — Это шаг, который поможет нам, даст силу, — спокойно объяснил Тайвин. — Я не позволю какому-то мальчику из-за моря просто так взять трон. Я хочу сделать так, чтобы имя Ланнистеров не было забыто и чтобы мы оставались самой влиятельной семьей в Семи Королевствах. Я хочу, чтобы принц породнился с Ланнистерами и всего через несколько поколений в Королях Таргариенов было больше крови льва, чем дракона. — И что ты собираешься делать? — Мы признаем, что принц Эйгон — законный король, но он не может получить корону без условий. — Каких? — спросила Санса. — Инцест Таргариенов должен быть остановлен, его нельзя продолжать. Старшая дочь принца Эйгона выйдет замуж за Тайрена, а наша дочь выйдет замуж за наследника Эйгона. Я планирую заключить брачные контракты и с моими правнуками, когда Эйгон уже будет сидеть на троне. Я также хочу реорганизовать Малый совет. Каждая палата будет иметь право накладывать вето на законы и решения, которые король попытается принять сам. Каждый Дом будет иметь свое право голоса, и все это уменьшит власть короля. Мы долго страдали от безумных королей. Я хотел бы преобразовать все органы власти на благо нашего Дома. Ограничить налоги, прекратить сбор, Лорды имеют право на надлежащую правовую процедуру… никто никого не заставит взойти на помост, как твоего отца, и обезглавить без суда. Власть и сила обретаются не только на поле битвы, Санса. Она вспомнила о книгах, которые он читал на протяжении всего их брака. Он не просто читал их в свое удовольствие — он читал, чтобы найти доказательства, чтобы убедить других присоединиться к нему, он планировал перехитрить принца. Тайвин понимал, что Железный трон ничего не значит. Он старался уменьшить власть короны и передать ее себе. Встав напротив Тайвина, Санса обхватила его лицо руками и заставила взглянуть на нее: — Запиши свои идеи. Запиши, сколько денег причитается Дому Ланнистеров. Разве мы не Дом, который финансирует корону? У нас больше власти над Железным троном, чем у любого другого Дома. Сделай из этого документ, который принц Эйгон должен будет подписать, чтобы избежать войны. Он мальчик, который хочет вернуть трон. Я уверена, что он сделает все, чтобы заполучить его, даже если для этого потребуется лишить корону той власти, что жаждал, милорд. Он даже не поймет, что сделал, но уже будет слишком поздно. Она слишком хорошо знала своего мужа. Он сделает лазейки, которые дадут Ланнистерам намного больше власти. Он напишет документ, который даст крупным Домам больше полномочий, практически не меняя повседневную жизнь остальных. Санса поняла, что это было начало конца Железного трона и начало чего-то совершенно другого… Тирион громко свистнул, и паланкин остановился. Бес отодвинул шторку и запрыгнул внутрь, сев напротив Сансы. — Я так понимаю, ты разозлила моего отца, — произнес Тирион без какого-либо приветствия после того, как паланкин снова двинулся с места. — Мои слова были не к месту, — возразила Санса, с сожалением глядя на свои руки. — Думаю, так и было, если судить по синякам. — Это была полностью моя вина. Тирион просто приподнял бровь. — И куда ты направляешься? Только не ври мне. Санса подавила улыбку, взглянув на рынок. У ее солдат не было опознавательных знаков, и она не собиралась никому сообщать, куда собирается идти. Она уже заручилась поддержкой пташек Вариса, чтобы они распространили ложную информацию, которая будет передана шпионам Леди Оленны и Серсеи. — Я еду к Лорду Бейлишу, — ответила Санса. — У меня к нему вопрос. А куда собрался ты? Тирион фыркнул, откинувшись на одну из подушек. — Я пытался найти принца Оберина, прежде чем он убьет кого-то. Прибыли гости из Дорна. — Я и забыла об этом, — выдохнула она. — Скоро свадьба, и приезжают гости. — Да, я пошел встретить их у городских ворот, но среди прибывших гостей не было принца Оберина. Мне сказали, что он прибыл в город с рассветом. — И теперь ты ищешь его в публичных домах? — Ну, когда ты знаменит тем, что трахнул половину Вестероса, — пожал плечами Тирион, — думаю, что стоит начать именно с них. — Понимаю. Может быть, он в борделе Мизинца. — А мой отец знает, что ты собралась в бордель? Санса широко улыбнулась. Тайвин не знал, что она собирается в бордель Мизинца. Он был занят делом, связанным с Малым советом и денежными вопросами по поводу королевской свадьбы. Санса была весьма разочарована, когда сегодня утром проснулась одна, но единственным доказательством того, что Тайвин был у нее — было ее кольцо, лежащее на подушке, и сообщение, аккуратно спрятанное внутри. Добыть Слезы Лиса у Бейлиша. Она сожгла записку. Ей нужно было найти яд, который им понадобится, чтобы убить Джоффри. Варис уже согласился отвлечь Бейлиша, пока она будет искать яд. Санса не знала, что намеревался делать Паук, но это не даст ей слишком много времени. Одна из его пташек, шлюха Мизинца, уже передала Варису информацию о местонахождении яда. Это был простой план. Заменить яд на другое вещество, и все же Санса почувствовала, как тяжелый камень сомнений оседает внутри нее. Это было слишком просто. Возможно, жизнь сделала Сансу циничной, но она не могла поверить, что все было так просто. Санса затаила дыхание, когда они приблизились к желтому каменному зданию с большими черными двойными дверями. На камне у двери был вырезан пересмешник — единственный знак, что это здание принадлежало Петиру Бейлишу. Солдаты, одетые в ярко-желтые одежды, стояли на страже у борделя, — значит принц Оберин был здесь. Глядя на Шаю, Санса кивнула. Все складывалось хорошо. Это было идеальное прикрытие, чтобы объяснить, зачем они сюда приехали. Вполне возможно, что Леди Ланнистер решила лично разыскать принца, чтобы поприветствовать его в столице. Когда паланкин опустили, на лице Тириона застыло нечитаемое выражение. Мастер над монетой быстро вскочил на ноги, Бронн уже ждал его возле здания, положив руку на рукоять меча. — Я нашел Вашего пропавшего принца, — лениво сказал он, прежде чем его глаза расширились, когда он увидел Сансу. — Миледи! Санса кивнула в знак приветствия, прежде чем проскользнуть мимо Бронна и Тириона. Шая шла рядом с ней, и ее сердце забилось чаще, когда Сир Джорах пошел за ней. Его рука уже лежала на рукоятке меча, но Санса повернулась и остановила его. — Останьтесь здесь и ждите меня ближайшие полчаса, — мягко сказала она. — Если за это время я не вернусь, Вы должны пойти к Деснице и рассказать ему, где я и что случилось. Сир Джорах покачал головой: — Миледи, я не должен оставлять Вас одну, я поклялся служить и быть рядом с Вами. — Я не беззащитна, Сир Джорах. Вы знаете это лучше, чем кто-либо другой. Останьтесь здесь, я вернусь — обещаю. Сир Джорах был готов с ней поспорить, но она ушла, прежде чем он успел что-то сказать. Тайвин сказал бы ей, что она действовала безрассудно и глупо, оставляя Сира Джораха снаружи. Мизинец вряд ли заговорил бы с ней, если бы рядом был Сир Джорах. Шая выглядела не так угрожающе, и как только она отошлет свою служанку, Санса сможет делать с Петиром Бейлишем все что угодно. К зданию вели всего лишь три ступеньки, а в вестибюле публичного дома висели красные масляные лампы. Богатая обшивка из темного дерева украшала холл, и Сансу удивило, насколько хорошо здесь все было. В помещении было несколько шлюх, но только одна обратила на Сансу внимание. Ее волосы были насыщенно-черного цвета, и она бросилась к Сансе, широко раскрыв глаза. — Леди Ланнистер, — выдохнула она. — Чем я могу Вам помочь? — Проведите меня в кабинет Лорда Бейлиша, — тихо сказала Санса. — У меня есть дела, которые нужно обсудить с бывшим Мастером над монетой. — Лорда Бейлиша сейчас нет на месте, — пробормотала шлюха. — Проведите меня в его кабинет, — сказала Санса. — Я не буду ждать его в холле вместе с распутными девицами. Молодая женщина вздрогнула, и Сансу с Шаей быстро повели к кабинету Мизинца. Посмотрев через плечо на шлюх, Санса увидела, как Тирион вошел в бордель и стал расспрашивать их о местонахождении Оберина Мартелла.

***

Личный кабинет Мизинца был так же хорошо оформлен, как и вестибюль с темными деревянными панелями и темно-синей мебелью. Сансе было трудно запомнить, что они были в борделе, а не в частном доме Лорда Орлиного гнезда. Мебель, оформление комнаты, сложная резьба по дереву… Сансе потребовалось время, чтобы понять, почему комната выглядела так знакомо. Комната была создана по образцу личного кабинета Десницы Короля для такого честолюбивого человека, как Петир Бейлиш. — Пожалуйста, подождите здесь, — мягко сказала темноволосая девица, держась за ручки больших двойных дверей. — Лорд Бейлиш скоро вернется. Двери за ними закрылись, и Санса кивнула Шае. Служанка подошла к двойным дверям и приоткрыла их, чтобы убедиться, что никого не было — Нам нужно поторопиться, — выдохнула Шая. — Мизинец, несомненно, знает, что мы здесь. Лорд Варис сказал, что Мизинец хранит флакон в маленькой коробке с крышкой, которая поднимается при нажатии. Кивнув, Санса подошла к большому столу Бейлиша, который так же был сделан по образцу рабочего стола Десницы, и стала открывать ящики. Шая тоже начала осматривать другие предметы. Бейлиш был неряшливым человеком, и это еще больше усложняло задачу. На письменном столе ничего не было, как и в книжном шкафу. Шая принялась открывать какие-то ящики шкафов у камина. Санса подошла к окну и начала рыться в сундуках. Открыв нижний ящик сундука возле окна, Санса замерла. Там лежал небольшой портрет ее матери. Казалось, прошла целая жизнь с того момента, как она видела мать счастливой. Борясь с желанием протянуть руку и прикоснуться к портрету, Санса быстро закрыла ящик. Они были здесь не для того, чтобы рассматривать портрет ее матери. Услышав счастливый вздох Шаи, Санса подошла к ней. Маленькая коробка из темного дерева лежала в большом ящике, заполненном бумагами. — Он хотел быть уверенным, что никто не найдет его, — мягко объяснила Шая. — Бумаги — это ловушка, нам не нужно вынимать коробку. Они слегка надавили на крышку коробки. На передней части коробки была замочная скважина. Это заставило бы вора поверить, что все ценные вещи находятся внутри, а не в верхнем отсеке. Крышка открылась, и показались три пузырька. — Как мы узнаем, какой нам нужен? — вздохнула Санса. — Дай мне свой браслет, — пробормотала Шая. Санса быстро расстегнула застежку и протянула золотой браслет. Взяв его, Шая разорвала маленькое звено и открыла первый пузырек. — Слезы Лиса безвкусны и не имеют запаха, — объяснила она. — Когда яд касается золота, то окрашивает его в пурпурный. Вот почему всегда подают яд в серебряных чашках. Санса затаила дыхание, когда Шая опустила золото в прозрачную жидкость. Ничего не произошло, Шая закрыла пузырек, поставила на место и взяла второй. Повторив то же самое действие, Санса была поражена, увидев, что золото приобрело аметистовый цвет, когда его погрузили во второй флакон. — Это он, — радостно пробормотала Шая. — Давай проверим последний. Как и с первым флаконом, никакой реакции не последовало. — Два поддельных флакона и один настоящий, — с некоторым восхищением произнесла Санса. Хороший способ запутать вора. Санса достала кольцо из кармана и открыла в нем отсек. Шая чуть-чуть капнула яда в этот отсек, прежде чем взяла пузырек с водой, которым они должны были заменить слезы Лиса. Посмотрев на кольцо, Санса увидела, что отсек ее кольца слегка потускнел. Закрыв кольцо, Санса почувствовала, как замедляется сердце в ее груди. — Слезы Лиса — очень сильный яд, — прошептала Шая, когда Санса надела кольцо на средний палец. — Серебро потускнеет, а золото станет пурпурным. Слезы Лиса растворяются в вине или воде, поэтому кубок не тускнеет. — Где ты этому научилась? — спросила Санса, когда Шая закрыла ящик. — Когда я жила в Лисе, один алхимик был моим постоянным клиентом, — объяснила Шая. — Но он приходил не за моим телом. Он был вдовцом и хотел внимания. Он научил меня всему, что знал сам, а я в благодарность облегчила его бремя одиночества. Он был очень хорошим человеком. Санса поняла, что не может ничего сказать в ответ, а лишь слабо пожала руку Шаи и села на шезлонг у окна. Она слышала суету, крики торговцев, зазывающих людей, и женщин, которые торговались с мясниками. Зловоние города вызывало тошноту. Санса была благодарна садам Десницы за их красота и цветочный аромат, который всегда был с ней. Но она скучала по чистому морозному воздуху Севера. Холодный, свежий воздух, который всегда приветствовал ее ранним утром… тот воздух, которым дышали Робб и ее братья… тот воздух, которым дышал ее отец… Как только эти мысли пришли ей в голову, Санса тут же погнала их прочь. Если бы она поддалась горю, то уже никогда бы не выбралась. Она напомнила себе, что Кейтилин жива. Ее мать со дня на день приедет в столицу, чтобы увидеться с дочерью, и Сансу переполнили надежда и любовь. Она снова окажется в знакомых объятиях… Санса с трудом сдерживалась от крика счастья, представляя, как покажет Тайрена своей матери. Тайвин разрешил Кейтилин переехать с ними в Утес Кастерли. Звуки торопливых шагов по каменному полу отвлекли Сансу от размышлений, когда она увидела, как взволнованный и запыхавшийся Мизинец появился в дверном проеме. Он низко поклонился ей, и Санса встала, склонив голову в ответ. — Леди Санса, — выдохнул Мизинец, входя в кабинет. — Я не знал, что Вы придете ко мне. Я бы лично пришел к Вам, чтобы избавить Вас от неприятного путешествия по моему заведению. — Не волнуйтесь, мне не доставило это особого труда, — заверила его Санса. — На самом деле, мне нужна Ваша помощь. — Понимаю, миледи, — он бросил взгляд на Шаю, и Санса поняла, что ей нужно поговорить с ним наедине. Она улыбнулась Шае и отпустила ее, когда Бейлиш налил себе кубок вина. — И чем я могу быть полезен Вашей светлости? — спросил он, ставя графин с вином на стол и делая глоток красного вина. — Мы были хорошими друзьями с Вашей матерью. Я могу сделать для Вас все, что только пожелаете, Леди Санса. Бокал вина? — Нет, благодарю, — улыбнулась она. — Я счастлива, что Вы так хорошо отзываетесь о моей матери. Я очень скучаю по ней, и мне трудно говорить о семье, когда остальные не хотят и слышать о ней. — Если Вы пришли поговорить о своей матери, я Вас выслушаю, Леди Санса. Я вырос с ней. Мы с Кейтилин связаны, и если разговор о ней Вам поможет, я более чем готов его разделить. Его предложение было заманчивым. Он предлагал ей свободно поговорить о прошлом. Поговорить о тех, кого она любила… вдохнуть жизнь в память о них, но это было опасно. Она должна была не вспоминать своих братьев и отца. Она пришла сюда не для того, чтобы говорить о пропавшей Арье и матери. У нее была цель — отомстить за их смерть, и Санса напомнила себе, что Петир Бейлиш сыграл огромную роль в смерти ее отца, чего она не могла простить. Санса вздохнула, садясь на край дивана. — Боюсь, я здесь не для этого, Лорд Бейлиш. Видите ли, я хочу преподнести королю Джоффри подарок в день его свадьбы, и я надеялась, что Вы сможете помочь мне с выбором. Если Мизинец и удивился, то он не подал виду, когда подошел к ней и сел рядом. Он положил руку ей на плечо. От него веяло мятой, но это не подействовало на нее. — И что Вы хотите подарить нашему королю? — тихо прошептал Мизинец, как будто они были любовниками, которые признавались друг другу в чувствах. — Мы оба с Вами знаем о его… склонностях, — прошептала в ответ Санса, преодолевая отвращение, чтобы играть в игру, которую он начал. — Я знаю, что Леди Оленна будет очень недовольна, если что-нибудь случится с ее внучкой в первую брачную ночь. Я надеялась, что Вы сможете помочь мне раздобыть подарок для короля Джоффри, который… утомит его настолько, что он не сможет поддаваться своим садистским наклонностям. — Вы просите меня отдать королю мой самый лучший товар. — Я прошу Вас помочь мне избежать войны. Вы можете представить себе, что будет, если произойдет такой инцидент? Королева Серсея и Леди Оленна и так в плохих отношениях. Мы же не хотим ухудшить эти отношения. За это можно получить великую награду, милорд. Ее слова произвели нужный эффект на Петира Бейлиша. Он молчал, но она видела интерес в его глазах. — Я могу поговорить с Лордом Тайвином, — прошептала она, придвигаясь ближе к нему, так что ее губы почти касались его мочки уха. — Я расскажу ему, что Вы сделали. Эта идея будет принадлежать исключительно Вам. Я не хочу, чтобы Маргери пострадала. Я могу сделать для Вас намного больше, чем Серсея, милорд. Бейлиш наблюдал за ней краем глаза, и она знала, что ее план работает. Протянув руку, она позволила кончикам пальцев скользнуть по его бедру. Санса наклонилась к его губам. — Вы не хотите помочь мне с подарком для Джоффри? — тихо пробормотала она, почти касаясь своим губами его губ. Бейлиш притянул ее к себе. Раздался мужской крик, и Санса отпрянула от Бейлиша, и Петир вскочил на ноги, распахнул двойные двери своего кабинета и потребовал объяснить, что происходит. Шая заглянула внутрь и бросилась к Сансе. — Быстрее, — выдохнула Санса. — Я уверена, что он что-то заподозрил. Он не дурак. Взявшись за руки, Санса и Шая побежали по извилистым коридорам, по которым они шли со шлюхой Мизинца полчаса назад. С каждым шагом сердцебиение Сансы учащалось, и только увидев парадный вестибюль и знакомые черные двойные двери, за которыми стоял Сир Джорах, Санса с облегчением вздохнула. Прежде чем они смогли подойти к дверям, появились двое мужчин, и Шая остановила ее. Санса увидела темноволосого мужчину, который стоял с солдатом, вытирающим красные руки. Должно быть, они тоже слышали крик. Его руки и одежда были вымазаны кровью. Солдат был одет в доспехи с изображением солнца и копья, но человек рядом с ним был одет по-другому — его одежда была сделана из тончайшего шелка, а на желтом дорожном плаще были вышиты маленькие солнышки. Ремень был туго затянут на талии, а кинжал свободно висел на бедре. Если он и был удивлен, увидев здесь знатную даму, то ничего не сказал. Выйдя из своего укрытия за углом, Санса подошла к нему и остановилась перед ним. — Прошу прощения, миледи, если шум потревожил Вас, — сказал он, поклонившись. — Я… Появление Тириона остановило мужчину. В зале воцарилась тишина. Не зная, что делать, Санса жалела, что не прислушалась к Сиру Джораху. — Это принц Оберин, Санса, — сказал Тирион, нарушая затянувшуюся тишину и поворачиваясь к Сансе. — Как хорошо, что ты тоже уезжаешь, и мой отец не будет мучать меня за то, что я так долго держал тебя в борделе. Мужчина поменялся в лице, и вместо добродушия, которое он проявил к ней, появился гнев. Он бросил в сторону грязную ткань. — Леди Ланнистер, — прорычал он. — Как интересно узнать, что он женился на девушке, которая должна была выйти замуж за короля. Я слышал о Вас. — Принц Оберин, — сказала Санса, делая реверанс, игнорируя его насмешку. — Мне приятно встретить человека, о котором я так много слышала. Надеюсь, Ваше путешествие в столицу не было ужасным. — Дороги ужасны, а в столице воняет, как всегда, — сказал он. — Принц Оберин, если позволите, на пару слов, — вмешался Тирион, как только вернулся Бронн, застегивая брюки. Принц Оберин проигнорировал Тириона и направился к ней. Санса неподвижно стояла, надев на себя маску безразличия. Принц остановился в шаге от нее, и она почувствовала запах апельсинового мыла. Это был приятный запах, и она поймала себя на мысли, что не прочь вдыхать его до конца этого дня. Это было лучше, чем зловоние столицы. Она не знала, как долго стояла, ожидая, когда принц закончит ее разглядывать. — Леди Ланнистер, — сказал принц Оберин, протягивая окровавленную руку. — Не могли бы Вы оказать честь прогуляться со мной? Здравый смысл кричал ей, чтобы она отказалась, но любопытство настаивало на другом. Санса не могла понять, чего хотел от нее принц Оберин, и это еще больше заинтриговало ее. Протянув руку, она пожала его окровавленную руку. — Конечно, мой принц, — сказала она, отвесив реверанс. — Я в Вашем распоряжении

***

Санса неторопливо шла по улицам с принцем Оберином. Он был высоким мужчиной, и она понимала, что такой медленный темп ее ходьбы, вероятно, раздражал его. Санса поймала себя на мысли, что наслаждается осторожностью Тириона, когда он всякий раз оглядывался по сторонам; он был уверен, что за ними следят шпионы Мизинца. Скорее всего, так и было, но Сансу это не волновало. Она хотела, чтобы Мизинец знал, чтобы он спросил, кому на самом деле она предана. Она хотела, чтобы он нервничал. Когда они подошли к городским воротам, то вошли в давно заброшенную Септу. Каменные стены, которые когда-то были покрашены в синий цвет и на которых были изображены лики Семерых Богов, потрескались. На разбитом каменном полу росла трава, а в воздухе витал запах мочи. Сморщив нос, Санса последовала за принцем Оберином. Маленькая комната с наклоненными стенами и сломанными скамьями сама говорила о том, сколько лет уже заброшена Септа. — Вполне подходящее место для светской беседы, — пошутил Тирион, когда принц Оберин закрыл двойные двери. В комнате стоял один стул, который выглядел более менее крепким, и Санса заявила, что займет его. Сев и положив руки на колени, она ждала, когда заговорит принц Оберин. Ей было любопытно узнать, зачем он привел их в эту полуразрушенную Септу. Шаги принца по битому каменному полу были ритмичным, чуть ли не завораживающими. — Есть ли причина, по которой Вы нас сюда привели? Я уже проголодался, — провозгласил Тирион, с издевкой зевнув в конце. Принц Оберин остановился и слегка улыбнулся, заложив руки за спину. — До Вас уже дошли слухи о драконе? Его слова заставили Сансу оторвать взгляд от кольца на среднем пальце. Принц Оберин затеял какую-то игру, она поняла это по выражению его лица. Он знал, что они слышали эти слухи, но Санса хранила молчание. Она ждала, что он скажет дальше. — В последний раз я был в столице много лет назад, на другой свадьбе, — сказал принц Оберин, погружаясь в воспоминания. — Моя сестра Элия и Рейгар Таргариен, последний дракон… их свадьба была грандиозным событием. Моя сестра очень любила его. Она родила ему детей. Пеленала их, качала, кормила их грудью… Элия не позволяла кормилице прикоснуться к ним. А красивый, благородный Рейгар Таргариен бросил ее ради другой женщины… волчицы. Что ж, это послужило началом войны, и эта война закончилась в этом самом городе, когда Лорд Тайвин Ланнистер захватил город и убил Элию и ее детей. — Нас не было там, — неловко сказал Тирион. — Мы… — До меня дошли слухи о последнем драконе, — прервала его Санса, вставая со стула. — Вот почему мы здесь, не так ли? Я сожалею о смерти Вашей сестры и племянницы. Но мне еще больше жаль, что глупые действия моей тети причинили столько боли другим людям. Однако в ту ночь один ребенок выжил. И мы оба это знаем. Тирион с удивлением посмотрел на нее и двинулся к стулу, на котором сидела Санса. Сложив руки перед собой, Санса медленно обошла периметр комнаты, пытаясь решить, что именно сказать. — Джон Коннингтон тайно вывез принца Эйгона, не так ли? И Коннингтон привез принца Эйгона Вам в Солнечное Копье, и при помощи Вашего брата Вы переправили наследника из Вестероса на Восток, где лучшие наставники и генералы подготовили его к роли будущего короля. Я что-нибудь упустила, принц Оберин? — Продолжайте. — И Вы здесь, потому что принц Эйгон готов занять свой трон. — Принц отомстит за то, что Ваш муж сделал с его матерью и сестрой, — заявил принц Оберин, скрестив руки на груди. — Я знаю о том, что случилось с Элией. Григор Клиган изнасиловал ее и разрубил ее надвое своим мечом. — Но мой муж спас его, — мягко ответила Санса. — Тайвин Ланнистер спас Эйгона Таргариена, последнего дракона. Мы с вами знаем, что только благодаря его поддержке Эйгон сможет завоевать трон. Дом Ланнистеров контролирует Речные, Западные земли, Королевские земли, Север… все четыре из Семи Королевств. Вы не сможете выиграть войну только с одним королевством. — А если к нему присоединятся из-за моря? — спросил принц Оберин. — Вы думаете, что здешние люди обрадуются такому вторжению? Нет. Это не даст Эйгону той поддержки, в которой он отчаянно нуждается, — вмешался Тирион. — С нами он получит поддержку четырех королевств. Я думаю, четыре лучше, чем один, принц Оберин, — с гордостью сказала Санса. Санса видела по его глазам, что он хорошо понимал это. Семь королевств восстанут против вторжения Эйгона, и вместо того, чтобы сражаться как отдельные королевства, они восстанут как единое целое. — Варис сказал, что я могу вам доверять, — тихо сказал принц Оберин. — Он сказал, что вы оба самые умные Ланнистеры. Вы также те Ланнистеры, которые желают убрать Джоффри с престола. — Мы открыто не признаем такой заговор, — возразила Санса. — Я считаю, принц Оберин, что мы можем придти к соглашению. Если мы хотим свергнуть короля, у нас уже должен быть претендент на престол. Мы открыты к сотрудничеству. Лорд Варис уже упоминал об одном претенденте, и оказалось, что я не единственный Ланнистер, готовый поддержать его. — Тогда позвольте мне познакомить Вас с одним из таких претендентов, — сказал принц Оберин, подходя к двери, которую Санса едва заметила за покосившимся помостом. — Вы привезли его сюда, — с удивлением произнесла Санса, сумев сохранить самообладание. — Я просто поражена, принц Оберин. Не было никах сомнений, кем был этот юноша. Он был высоким, с серебристыми волосами, которые волнами спадали на его плечи; волосы на висках были зачесаны назад, а черная туника и сапоги были ему в самый раз. Даже его серый плащ был расшит трехголовыми драконами. Его темно-фиолетовые глаза с вызовом смотрели на нее, и Санса подумала, не стоит ли перед ней еще один безумный король. — Рада знакомству, принц Эйгон, — пробормотала она, протягивая руку принцу. Размеренными шагами Эйгон Таргариен подошел к ней и поцеловал ее руку. — Разве я не Ваш король? — спросил он, и от его глубокого голоса по спине пробежала дрожь. — Я не Ваш принц, я Ваш король. — Вы не выиграли битву за трон, — заявила Санса. — Я не могу называть Вас королем, Вы не проявили себя. Сегодняшний разговор может закончиться так: либо Вы примите мою поддержку, либо ее потеряете навсегда. Выбор за Вами. — Ваш муж убил мою семью. — Да, и он это не отрицает. — Он убил Вашего брата. — Да, он и это не отрицает. — Вы хотите, чтобы я принял поддержку от предателя и убийцы? Позволил ему жить после всего, что он сделал? — Ваша семья тоже виновна, — сердито выпалила Санса. — Ваш отец похитил мою тетю и оставил ее умирать в Дорне. Ваш отец позволил восстанию охватить все королевство и почти уничтожил мою семью. Ваш дед сжег моего деда и задушил моего дядю, смеясь над этим. Ей было приятно видеть, как самодовольное выражение сошло с лица принца. Он был молод и высокомерен, думая, что она не сможет играть в его детские игры. — Я могла бы рассказать Вам историю Вашей королевской династии, — прошептала Санса, встав рядом с Тирионом. — Прошлое умерло и никогда не возродится. Если Вы хотите подсчитать чужие грехи прошлого, то сначала убедитесь, что Вы знаете достаточно о грехах своей собственной семьи, принц Эйгон. Подойдя ближе, она почувствовала запах того же мыла, которым пользовался Тайвин. — Вы не сообщили подробностей своего щедрого предложения, — крикнул принц Эйгон, и Санса остановилась. Обернувшись, она медленно подошла к принцу. — У нас есть условия, которые Вы должны выполнить. — И какие же условия? — Я не думаю, что Вы осознаете всю серьезность ситуации. —Так объясните мне, мадам, — язвительно сказал принц Эйгон. Тирион прокашлялся и заложил руки за спину. — Джоффри Баратеон должен нам большую сумму, — стал объяснять Бес, будто перед ним стоял маленький ребенок. — Дом Ланнистеров имеет больше прав на трон просто потому, что мы платим за него. Я полагаю, долг составляет почти пять миллионов золотых драконов. Один миллион уже был выплачен семьями, не желающими, чтобы мой отец получил власть. Если Вы вступите на престол, корона все равно будет должна нам. Смерть не погашает долги предыдущих королей. Королевская казна пуста, и каждый день Джоффри и его мать занимают все больше у Ланнистеров, чтобы оплатить свои расходы. Как видите, Дом Ланнистеров имеет полное право устанавливать любые условия для защиты наших денежных интересов. — И что это за условия? — Мы признаем, что случилось с Элией Мартелл, и передадим Сира Григора Клигана Вашему суду, — сказала Санса, вспоминая все, что говорил ей Тайвин. — Но мы также будем стремиться ограничить Вашу власть, принц Эйгон. Будут добавлены новые своды правил, чтобы избежать появления второго безумного короля. Будет составлен документ, который выйдет в свет со всеми условиями, принятым Семью королевствами. — Четыре из которых контролируют Ланнистеры, — протянул принц Оберин. — Мы также будем настаивать на том, чтобы был прекращен инцест Таргариенов, — продолжила Санса. — Мы уверены, что Маргери Тирелл будет наиболее подходящей женой для принца Эйгона. Выполнив все эти требования, Вы получите поддержку шести из семи королевств. И Вы выиграете без единой битвы и капли крови. — А если я не соглашусь? — возразил Эйгон. — Мы найдем другого претендента на трон, — беззаботно ответила Санса, пожав плечами. — Не заблуждайтесь, принц Эйгон, дни короля Джоффри сочтены. Его брат, принц Томмен, слаб и недолго пробудет на троне. Права династии Таргариенов можно оспорить. Было бы несложно доказать, что линия Баратеонов непригодна для правления. Уже ходят слухи. Можно воспользоваться ими и увидеть, как прервется безумное правления Баратеонов. Это мирная передача власти, милорд. Есть и другой путь. Кровавый путь, путь, который может закончиться падением великих домов и кровью, окрашивающей поля и реки в красный цвет, а крики вдов и детей эхом разнесутся по всей стране. Я считаю, что Вестерос не выдержит еще одной войны. Дорн поддержит Вас, а мы поддержим собственного претендента на Железный трон. Войны обходятся дорого, принц Эйгон. У Вас нет денег, чтобы финансировать такое предприятие. Железный банк не предоставит кредит никому из наследников Железного Трона. Роберт и Джоффри Баратеон уже заняли деньги у банка и не смогли погасить долг. Вы поймете, что Железный банк не предоставляет кредит тем, кто не в силах его выплатить. Такая практика не одобряется, и из-за привычки Роберта и Джоффри Баратеонов Железный банк больше не ведет дела с Железным троном. По его глазам было видно, что он молод и неопытен. Санса знала, что сейчас он не сможет обдумать всю информацию. Принц Оберин внимательно слушал, и по выражению его лица Санса поняла, что он знает все тонкости их политики. Предстояло сделать выбор. Эйгон мог довериться своим предполагаемым врагам и мирно взойти на трон или начать дорогостоящую войну, которая не даст ему гарантии. Санса не могла поверить, что такой подающий надежды молодой человек, как принц Эйгон, выберет последний вариант. Нет, она будет молиться, чтобы он выбрал первый вариант и избавил их от новых войн. Подойдя к двери вместе с Тирионом, Санса остановилась и повернулась к молодому человеку. — Поговорите со своими советниками, принц Эйгон. Поговорите с Лордом Варисом, со своим дядей, — посоветовала она. — Изучите все факты и составьте план по каждому сценарию, который может произойти. Сделайте выводы и выберите тот путь, который подойдет Вам больше всего. Но знайте, что Дома Ланнистеров и Старков могут быть вашими величайшими союзниками или злейшими врагами. Выбор только за Вами. Быть королем — значит нести ответственность за свои поступки. Люди хотят видеть на троне сильного правителя, который знает, как правильно поступить в сложной ситуации и добиться тех результатов, которые принесут мир и процветание его народу. Ведите игру престолов с умом, принц Эйгон. Я обязательно встречусь с Вами на свадебном торжестве, принц Оберин. Хорошего дня. Выйдя из Септы, Санса увидела облегчение на лице Сира Джораха. Ярко светило солнце, пели птицы. Трудно даже представить, что несколько минут назад они говорили на такую серьезную тему. Она знала позицию Тайвина и надеялась, что представила ее именно так, как бы это сделал ее муж, если бы принц Оберин решил поговорить с ним. — Почему мне кажется, что Лорд Варис спланировал эту встречу? — проворчал Тирион, когда они сели в паланкин. — Так и есть, — ответила Санса. — Думаю, он потратил много времени, пытаясь убедить принца Оберина поговорить на эту тему с Ланнистерами, именно с тобой и мной. — Ты могла хотя бы представить, что такой разговор мог произойти? — Нет, но я считаю, что мы можем доверять принцу Оберину. Он не из тех, кто присоединится к Леди Оленне или Серсее. Леди Оленна больше всего на свете хочет короны для своей внучки. Зачем ей поддерживать некоронованного короля, когда уже есть мальчишка с короной на голове? Что касается Серсеи, я даже не могу представить, что у нее и принца Оберина есть что-то общее. Нет, список союзников принца Оберина удивительно мал, и я уверена, что Лорд Варис сделал все, чтобы эта встреча состоялась. — Что ж, встреча прошла успешно, — прокомментировал Тирион, когда паланкин двинулся обратно в Красный Замок. Санса ничего не ответила, потому что он был прав. Принц Оберин и Варис знают, что принцу Эйгону нужна не только поддержка Дорна. Это была встреча, которая помогла увидеть, может ли прошлое отступить, чтобы на трон взошел новый король, прежде чем жажда мести снова охватит весь Вестерос. Откинувшись на подушки, Санса почувствовала себя невероятно измотанной. Ей ничего не хотелось, кроме как закрыть глаза и заснуть, но она не могла. Ей нужно было рассказать Тайвину о том, что произошло, и выслушать его мнение. Санса задумалась. Как на это отреагирует ее муж. Неужели она переиграла и раскрыла слишком многое? Возможно ли, что дракон и лев смогут договориться, не вонзив в друг друга когти?