Нападение на Королевский Двор

POV Дмитрий Поле боя наконец-то затихло, но эта тишина не приносила облегчения. Напротив. Будто само пространство издевалось над теми, кто только что сражался и умирал. Я шёл меж тел медленно и осторожно, словно боясь споткнуться о очередное человеческое поражение. Большинство мёртвых были теми, кого уже нельзя было вернуть — существами, потерявшими душу задолго до сегодняшнего рассвета. По приблизительным подсчётам, наши силы уничтожили почти две сотни не-мёртвых. Победа? Да. Но какой ценой? Пятеро дампиров. Пятеро моих товарищей, учителей, учеников… детей, которых я учил драться так же упорно, как учил себя когда-то. И среди них лежал Питер Зеклос — мой подопечный, за которого я когда-то отвечал. Я опустился рядом с телом бывшего подопечного. Глаза юноши оставались открытыми, глядя в серое небо бездонной пустотой. Я осторожно прикрыл их и покачал головой. В груди болезненно сжалось — чувство знакомое, почти обыденное… и всё же всегда новое. Плечо ныло, левая рука горела от пореза — глубокого, неровного. Но я продолжал идти. Пока ещё мог. Пока не найду ту, что была для меня важнее собственной жизни. Она сражалась на другом фланге — так решил штаб. Стратегически верно. По факту… сердце рвалось туда, где находилась моя Rозa. Там, где одновременно был опаснейший участок боя и мой самый большой страх. Я почти добрался до больничного крыла, когда услышал крики. Паника рвалась из западного коридора, и я автоматически свернул туда. Шаги ускорились. Каждый удар сердца больно отдавался в висках. И вдруг — знакомый голос командира. Ганс стоял, тяжело дыша, в крови, но не своей. На руках он держал тяжёлое, обмякшее тело. Тело дорогой мне девушки. Её голова беспомощно лежала у него на плече. Губы синели, кожа была такой бледной, словно вся жизнь вытекла вместе со снегом под ногами. Мир перестал существовать. Осталось лишь одно — отчаянное, болезненное, почти животное желание услышать её дыхание. И я услышал. Едва заметный вдох. Незначительный. Но реальный. — Передай её мне, — мой голос сорвался на хрип, но я не мог ждать. Ганс кивнул, и я осторожно подхватил бесчувственную девушку. Она была тяжёлая — не физически, а морально. Раны на боку, высохшая кровь на шее, неестественный угол левой ноги… Всё кричало о жестокой битве, которую она выдержала. Вырвала. Забрала у смерти. Я прижал её к груди, чувствуя, как почти неощутимо поднимается и опускается грудная клетка. Каждый вдох был подарком. И понёс хрупкую воительницу в медицинское крыло. Быстро, уверенно, не позволяя себе дрожать. Потому что слабость я мог показать позже. Но не сейчас.

***

POV Роуз Сознание выключилось резко, но внутри тьмы меня встретил удивительно спокойный сон. Там не было ни крови, ни криков. Лишь солнце, запах свежей травы и смех. Мы с Лиссой сидели на одеяле у озера, как обычные девчонки. Мы говорили о глупостях, хохотали над мелочами. Её семья жива. Моя — целая. Наставники — просто добрые взрослые, а не вечно уставшие бойцы. Морои — обычные люди со своими странностями. Никакой боли. Никаких стригоев. Никакой войны. Но в этом спокойном мире не было моего Бога. Не было любимого голоса. Не было того, кто стал для меня светом. И я захотела проснуться. Сначала пришли голоса — приглушённые, но резкие, тревожные. — Пару дней страж Хезевэй не сможет вставать. Сломано ребро, несколько глубоких рваных ран, укусы. Состояние тяжёлое, но стабильное. Это была школьный целитель — доктор Олендзки. Его спокойный тон умел внушать уверенность, даже если человек лежал с половиной сломанного тела. Но за его словами последовал другой тембр. Голос, который я узнала бы среди тысячи. Я открыла глаза. — Лисса? — голос был хриплым, сухим, будто я сто лет не говорила. Передо мной — светловолосая наследница. Усталая, но живая, живая, живая. — Что ты здесь делаешь? Почему не у моих родителей? — Тихо, — она нежно сжала мою руку. — Не напрягайся. Я попыталась подняться — и тут же пожалела об этом. В грудной клетке будто вспыхнуло пламя, ребро пронзило болью, а мир поплыл. Но прежде чем я упала обратно, чьи-то сильные руки аккуратно уложили меня. Те руки, чьё прикосновение я знала бы даже после смерти. Беликов кивнул, не говоря ни слова. Лицо его было спокойным, но взгляд… В нём горело что-то слишком личное, слишком живое. В коридоре послышалось ворчание, и в палату вошёл Ивашков в сопровождении привычной доли сарказма. — Ну вот, маленькая боевая фурия снова в сознании. Мир может вздохнуть спокойно. — О да… великолепно себя чувствую, — хмыкнула я, но смех сорвался в кашель. Мне подали стакан воды — рука огненного мороя дрожала едва заметно. Я пила жадно, будто впервые за долгие дни. — Может, ускорим процесс с помощью магии? — предложил Кристиан, глядя на меня так, будто видел призрак. Целитель вмешался сразу: — Нет. В этот раз — никаких чар. Лисса нахмурилась: — Но почему? Мы же можем облегчить боль… — Ваше Величество, её травмы не смертельны. Обычное лечение пойдёт ей на пользу. И… иногда душа должна пройти путь вместе с телом. Я закрыла глаза, но внутри всё ещё пульсировала тревога: — Соня? Майкл? Все живы? — Да, — уверила меня светловолосая моройка. — Майкл помогает с похоронами, Соня в лазарете. Никто из наших не погиб. Сердце чуть отпустило. Но память тут же подбросила другой образ — Мейсона. Его улыбку. Его смерть. Боль в груди усилилась. Я заметила, как мой наставник неловко поправил одеяло — раненая левая рука была перевязана. — Ты тоже получил? — я нахмурилась. — Мелочь, Роза. Просто порез, — тихо ответил он. Но я видела — скрывал. Потому что думал не о себе. Блондинка кивнула врачу, и тот удалился. Как только дверь закрылась, девушка без всякого предупреждения плюхнулась рядом и обняла так крепко, что я едва не вскрикнула от боли. — Я чуть не свихнулась, — прошептала она. — Не вздумай больше так меня пугать. Я улыбнулась. Слабо, но искренне. И только теперь заметила — она перекрасилась. Новый оттенок делал её старше и сильнее. — На кого было направлено нападение? — спросила я. — Пока неизвестно. Но точно не на меня — меня не было во Дворе, — ответила наследница. — Стригои не атакуют просто так, — добавил мой страж. — Особенно не в таких количествах. Возможно, целью был кто-то… или что-то другое. — По предварительным подсчётам, их было около трёх сотен, — вмешался Крис. — Кто-то пропал? — спросила я. — Нет, но списки проверяют, — кивнул мой наставник. — Альберта и Майкл уже работают. Светловолосая моройка погладила меня по руке: — Отдыхай. Завтра всё обсудим. Она и Адриан вышли. Дверь мягко закрылась. И внезапно мир стал тише. В палате остались только двое — мой любимый и я. И я знала: впереди будут вопросы, кровь, новые раны и новые тайны. Но сейчас всё это казалось далёким. Потому что рядом был он. Потому что мы оба были живы. Потому что — впервые за долгое время — всё вокруг было тихо. И безопасно.