Нападение на Королевский Двор

POV Роуз Я смотрела в зеркало, будто передо мной была не я, а чужая девушка в форменном мундире. Ткань сидела идеально, волосы лежали гладко, лицо почти не выдавало бессонных ночей и недавние кошмары. Почти. За спиной маячил высокий силуэт. Русский страж завязывал последние завязки на собственном мундире — движения у опытного воина были точными, спокойными, отточенными годами. Но я знала: под внешней невозмутимостью бурлило напряжение. Жених не позволял себе лишних эмоций, однако его плечи были чуть жёстче обычного, а пальцы налегке сжимали ткань так, будто он собрался на последний бой. Мы не говорили. Только ловили взгляды друг друга в отражении — короткие, немые, наполненные куда большим, чем могли бы выразить слова. Сегодняшнее заседание способно было изменить не только мою судьбу и жизнь человека за спиной, но и будущее всех дампиров, которые ещё только учились держать оружие. Пальцы сами собой скользнули к кольцу на безымянном. Металл был прохладным, лёгким, почти невесомым… Но вместе с этим ощущался тяжёлым знаком ответственности. Мысленно я уже успела представить, как это кольцо будет светиться в лучах утреннего солнца, когда мы будем уходить на дежурство бок о бок. Дмитрий заметил мой жест, остановился, подошёл ближе и положил ладони мне на плечи. Взгляд в зеркале стал мягче. — Ты справишься, — спокойно сказал наставник, и внутри меня будто кто-то убавил громкость тревоги. — Мы справимся, — поправила я и посмотрела на отражение. Двое стражей. Двое людей, которые умудрились выжить там, где другие погибали. Двое влюблённых, которым скоро придётся стать чем-то большим, чем просто бойцами. … В коридоре нас уже ждала начальница охраны. Альберта стояла прямо, как стрела, в своём мундире, будто сама была продолжением стен Королевского Двора. — Совет собрался, — коротко кивнула командир стражей. — Осталось только вас дождаться. Я глубоко вдохнула — так, чтобы воздух обжёг лёгкие. Пора.

***

Заседание Совета. Зал заседаний оказался почти полон. Высокие окна закрывали тяжёлые шторы, рассеянный свет ложился на лица присутствующих. Воздух звенел от несказанных слов и скрытых решений. В центре — белокурая королева. Светловолосая моройка сидела прямо, на троне, который недавно казался для неё слишком большим, а теперь — удивительно естественным. По правую руку — огненный маг, привычно насмешливый и внимательный одновременно. По левую — стул для меня. Чуть позади разместились мои родители. Мать-страж в парадном мундире, суровая и собранная, и отец в идеальном костюме, с внимательным прищуром человека, привыкшего видеть людей насквозь. Членов Совета, старейшин, представителей кланов было много. Альберта, Ганс и Эдди заняли места чуть в стороне, но так, чтобы быть в центре внимания. Даже Джилл, ещё совсем юная, присутствовала — сидела ровно, с тем упрямым выражением лица, которое я знала слишком хорошо. Я опустилась на своё место рядом с королевой, чуть прикрывая левую руку правой — привычка, оставшаяся от больничных дней. С другой стороны русского воина посадили рядом с моройским магом. Жених казался воплощением спокойствия, но я уже давно была слишком хорошо знакома с каждым изгибом его лица. Под маской хладнокровия звенели нервы. — Все в сборе. Можно начинать, — произнесла Драгомир, и в её голосе не дрогнул ни один звук. Стражи у дверей синхронно прикрыли тяжёлые створки. В зале воцарилась тишина, от которой захотелось поёжиться. Первым заговорил конечно Беликов. — Ваше Величество, уже были приняты меры по поиску сбежавшей преступницы? Ответить успел не он, а один из молодых стражей, сидевший рядом с начальником охраны. Эдди наклонился вперёд: — Боюсь, у нас плохие новости. Ей удалось покинуть территорию. По предварительным данным, Наталья пересекла границу через северный коридор. Лицо светловолосой королевы чуть побледнело, но властительница держалась уверенно, почти безупречно: — Есть предположения, куда она могла направиться? — Мы считаем, — вмешался Ганс, — что охотница могла уйти в Восточную Европу. У Озера там старые связи и возможные союзники. От этих слов холод прошёлся по позвоночнику. Ночной сон с подвалом и верёвками вспыхнул в памяти. Голос Таши. Лёд в её взгляде. Злобная решимость. Всё было слишком реальным, чтобы остаться всего лишь ночным кошмаром. — Мы продолжим отслеживать переходы и движения по тем маршрутам, — добавил начальник стражей. — В эти регионы будут направлены лучшие отряды. Я едва удержалась от желания подняться и заявить, что тоже хочу в эти «лучшие отряды». Но сейчас я присутствовала здесь не как горячая головная дампирка, а как часть команды королевы. И как невеста того, кто не отпустит меня в ненужную мясорубку без веской причины. После обсуждения мер по поиску мстительницы, Совет постепенно переключился на другие вопросы. Протокольные речи сменяли одна другую, сухие формулировки с трудом удерживали внимание. Я чувствовала, как терпение тает, словно лёд на солнце. И вот прозвучало то, ради чего мы здесь на самом деле. — Переходим к вопросу возрастного ценза для дампиров. Тишина стала ещё более плотной, как туман. Слово взяла командир стражей: — Мы все понимаем, — произнесла Альберта, — что два дополнительных года обучения — это не гарантия безопасности. Это потеря готовых бойцов. Эти юноши и девушки не просто умеют держать оружие. Они уже сражались, многие — наравне с нами. — Особенно после событий прошлого года, — вмешалась моя мать. — Моя дочь рисковала жизнью не единожды. А ей ещё не исполнилось двадцати. — Это было исключительной ситуацией, — подал голос один из старейшин. Глаза его скользнули в мою сторону, и я почувствовала, как внутри поднимается знакомая волна раздражения. — Это стало новой реальностью, — спокойно, но твёрдо сказал мужчина за моей спиной. Дмитрий не повышал голос, но каждое слово звучало, как удар молота. — Стригои нападают чаще. Враг организованнее. Мы не можем позволить себе держать бойцов в тылу только потому, что им не исполнилось двадцати. Пошёл круг обсуждений. Кто-то говорил о «юной психике», кто-то — о «праве на детство», кто-то — о «жертвах, которых уже было достаточно». В какой-то момент я чуть не сорвалась и не напомнила всем, каково это — смотреть, как друг умирает прямо перед тобой, потому что кому-то наверху показалось, что он «ещё ребёнок». Но не пришлось. Отец поднялся, поправил манжеты, и зал словно немного притих. — Многие из нас хотят жить в мире, где дети не держат оружие, — спокойно сказал криминальный король, который сегодня выглядел почти официалом. — Но мы не в таком мире. Мы в том, где моя дочь в девятнадцать готова была умереть ради вашей безопасности. И не только она одна. Шум поднялся снова, но теперь тон изменился. Голоса, поддерживающие наш вариант, звучали громче. Наконец, голосование состоялось. Поднятые руки, кивок секретаря, короткая пауза. — Большинство «за», — объявила светловолосая повелительница. — Возрастной ценз возвращается к прежнему. Дампиры имеют право начинать службу с восемнадцати. Я почувствовала, как по телу прошла волна облегчения. Это было правильно. Это было нужно. И это означало, что те, кто придут после нас, будут иметь выбор, а не только приговор сверху. Совет завершился. Морои поднимались, тихо обсуждая услышанное. Кто-то бросал в нашу сторону взгляды — одобрительные, недовольные, любопытные. Я чувствовала себя так, будто на мне не мундир, а яркая вывеска. «Смотрите, это та, что опять влезла в историю». Королева обернулась ко мне, глаза светились заговорщическим огоньком. — Ну? — протянула светловолосая владычица. — Когда вы собирались сказать нам? Я изобразила искреннее удивление: — Сказать что? — Роуз! — она театрально всплеснула руками, едва не задев стоящего рядом огненного мага. — Кольцо на пальце — это не просто украшение. Это не сувенир после успешной миссии. — Может, я решила прикинуться солидной дамой? Такие сейчас в моде, — буркнула я. — Или ты тайно вышла замуж где-нибудь в сибирской глуши, — вмешался Кристиан, скрестив руки. — У северян, говорят, свои обряды. — О да, — фыркнула я. — Старушка с козами нас благословила, вручила кольцо из проволоки и сказала, что если я сбегу, меня проклянут до седьмого колена. Беликов тихо рассмеялся — коротко, почти неслышно, но я услышала. Вот так просто — мягкий, немного хриплый смех, и моё сердце на секунду превратилось в растаявший снег. Светловолосая королева наклонилась ближе: — Так всё-таки… Это оно? Вы… обручены? Я замялась. На долю секунды, но этого хватило, чтобы в памяти вспыхнул вчерашний момент: его голос, его руки, кольцо, бархатный полушёпот. И понимание, что если я скажу это вслух, мир чуть сдвинется. Я перестану быть просто Розой Хэзевей, вечно вляпывающимся в неприятности стражем. Стану чьей-то невестой. И в этой мысли было не только счастье, но и странный, новый страх. — Да, — выдохнула я, резко, будто срывая пластырь. — Мы помолвлены. — Слава Духу, — огненный маг закатил глаза. — Я уже начал думать, что конец света наступит раньше, чем вы признаетесь. — Крис! — королева хлопнула жениха по плечу. — Ну что, скажите, что я не прав, — не отступал огненный морой. — Они пять лет смотрели друг на друга, как герои дешёвой драмы. Теперь у нас есть кольцо, осталось дождаться торжественного обмена клятвами и обязательной сценой «поцелуй под аплодисменты». — Не произноси слово «свадьба», — простонала я. — Мы ещё даже дату не обсуждали. Может, вообще всё отменим. Кольцо — чисто эстетика. — Конечно, — ехидно протянула Лисса. — А примерка свадебного платья тоже была «чисто эстетикой»? Я почувствовала, как уши вспыхнули. — Вы следили за мной? — Нет, — королева невинно хлопнула ресницами. — Но у Сони был такой вид, будто она увидела тебя в белом и теперь пересматривает своё отношение к реальности. В её глазах была философская трагедия. Я закрыла лицо рукой. — Превосходно. Теперь по Дворцу будет ходить легенда о том, как Роуз Хэзевей пыталась надеть платье и чуть не задушила себя фатой. Русский воин подошёл ближе, мягко положил ладонь мне на спину. Спокойствие, идущее от него, будто обволакивало. — Мы не торопимся, — сказал сдержанный мужчина, но в голосе звучало то самое тёплое «мы», от которого у меня подкашивались колени. — Но я не хотел больше ждать. Я посмотрела на того, кто стал моим домом, даже когда вокруг был лишь снег и кровь. — И я не хотела, — призналась я. — Хватит откладывать жизнь на потом. Светловолосая королева улыбнулась — мягко, по-доброму. — Только пообещай, что я буду подружкой невесты. — Только если не устроишь девичник с фокусниками, клоунами и стриптизёрами, — буркнула я. — Мне травм достаточно. Крис фыркнул: — Я уже придумал, как минимум, три концепции. — Даже не думай, — одновременно сказали я и русский страж. Когда королевская пара ушла, обсуждая, «подойдут ли живые огненные инсталляции для церемонии», зал заметно опустел. Я прислонилась к холодной стене и выдохнула так, словно отбегала десять кругов вокруг Академии. — Тайна раскрыта, — пробормотала я. — Осталось дождаться газет с заголовком: «Кровавый клинок и Русский Бог официально сказали «да». Дмитрий подошёл ближе. Его пальцы нашли мою руку — твёрдо, уверенно, с той осторожностью, с которой он держал оружие. Я не отдёрнула ладонь. Наоборот, крепче сжала его пальцы. — Ты в порядке? — тихо спросил мой жених. — Ну… — я пожала плечами. — Если не считать, что хочется сбежать в лес и поселиться стаей с медведями. — Ты не любишь холод, — мягко напомнил сибиряк. — Тогда уйду к койотам в пустыню. Стану одной из них, забуду, как меня зовут. Хотя… думаешь, они принимают дампиров? Он не ответил сразу. Просто внимательно смотрел, позволяя мне выговориться, как всегда. Я вздохнула, уставилась в потолок. — Знаешь, всё это… — я качнула рукой, показывая на кольцо, опустевший зал, воображаемые приглашения с завитушками. — Это не просто «оформить отношения». Это новый уровень игры. Только инструкцию к нему никто не выдаёт. И я боюсь, Дим… Боюсь проснуться рядом с тобой однажды и подумать: «А вдруг я всё сломаю?» Он мягко провёл пальцем по моей щеке, заставив закрыть глаза на секунду. — Ты уже ломала, — спокойно сказал русский воин. — Систему. Правила. Ожидания. Но не нас. Нас ты только укрепляла. Через огонь и кровь. — Вот именно, — выдохнула я. — Мы умеем воевать. Умеем выживать, спасать, жертвовать собой. Но вдруг… единственное, чего мы не умеем, — это быть просто счастливыми? Молчание показалось удивительно тёплым. — Научимся, — произнёс мой наставник. — Мы уже учились всему вместе. Разучимся умирать, начнём учиться жить. Я уткнулась лбом в его грудь. Слушала стук сердца, ровный и уверенный. Тот самый звук, который отгонял кошмары лучше любого снотворного. — Только обещай, — буркнула я, — что если я превращусь в невесту, которая истерит из-за цвета салфеток, ты меня оглушишь. — Ты уже спорила с Лиссой о шрифте на приглашениях, — напомнил жених. — Один раз! И то я сказала только, что Comic Sans — преступление против вкуса. — Я запомню это показание, — тихо усмехнулся он. — И предъявлю, когда ты начнёшь спорить о оттенке лепестков на арке. Я толкнула его кулаком в плечо. Он легко перехватил руку, притянул ближе и коснулся губами моего виска. — Всё будет хорошо, Роза, — прошептал русский страж. — С тобой — всегда. И в этот миг я впервые за долгое время позволила себе в это поверить. Пусть мир трещит по швам, пусть враги где-то там собирают свои армии, пусть над нами висит будущее, полное крови и решений. Но сейчас, в этом пустеющем зале, я была не только стражем. Я была невестой. И, чёрт возьми, мне начинало нравиться это ощущение.