Нападение на Королевский Двор

Flashback. Роуз в коме. POV Роуз Момент, когда я открыла глаза, оказался странным — словно кто-то развязал узел в моей голове, и мир хлынул в меня ярким, почти болезненным светом. Боль была где-то на границе сознания: далёкая, как шум океана, но отчётливо существующая. Дышать было тяжело. Казалось, воздух пытается вырваться обратно из лёгких. Но всё же это был мир. Не чёрная бездна. Не огонь. Не подвал, в котором меня держали. Я очнулась. И я была жива. Я стояла на зелёном лугу — трава холодила ступни, ветер касался кожи так мягко, будто извинялся за своё существование. Небо было удивительно чистым, неправдоподобно синим. Слишком правильным. Слишком идеальным. И уж точно не похожим на реальность, где меня разрывало на части. Где огонь пожирал кожу. Где крики звучали последним признанием в верности. Но здесь… Не было боли. Не было ожогов. Не было страха. Я провела ладонью по животу — там, где должна была быть отметина от одного из ударов, — и не ощутила ничего. Ни рубца. Ни даже неприятного ощущения. Лишь тепло собственного тела. «Так не бывает», — подумала я. Головокружение напомнило: с телом не всё в порядке. Но здесь, среди этой тишины, даже оно казалось несущественным. Передо мной возникло кафе. Такое уютное, будто вырезанное из детских воспоминаний. На столике лежали пончики, покрытые шоколадной глазурью, и дымился кофе — мой любимый, крепкий, пахнущий домом. Я сидела, смотрела на дымящуюся чашку и не понимала: Как я здесь оказалась? Почему мне не больно? Где те крики? Тот огонь? Та тьма? И вдруг — за спиной раздался знакомый голос. — Нет, малышка, ты не умерла. Ты просто спишь. Я резко обернулась. Передо мной стояла она. Ева. — Как… Вы здесь? — слова рвались, путая воздух. — Почему? Что происходит? Старушка улыбнулась — спокойно, так, как улыбаются только те, кто знает больше, чем говорят. Её глаза, мягкие и тёплые, были полны смысла. — Не важно, как я оказалась у тебя в сне, — сказала она тихо. — Важно, что я должна тебе сказать. Я слушала, не понимая, где заканчивается сон и начинается правда. — Таша и те, кто мучил тебя… больше не причинят вреда, — произнесла она. — Их больше нет. Но для тебя всё только начинается. Слова эхом ударили в виски. — Что значит — начинается? — прошептала я. Ева приблизилась, её лицо стало серьёзным. — У тебя есть два дня, девочка. Два дня, чтобы выйти отсюда. Если не проснёшься — останешься в этом сне навсегда. — Почему… два? — я едва дышала. — Что будет, если… — Ты растворишься, — ответ был жестоким и мягким одновременно. — Как те, кто не вернулся. Когда она сказала это, её фигура начала меркнуть. Таять. Будто ветер, подхвативший пепел. — Ева! Подожди! — я шагнула вперёд. — Что мне делать? Как проснуться? Её голос донёсся откуда-то снизу: — Вспомни, ради кого ты живёшь. Ради кого должна вернуться. И она исчезла. Мир дрогнул. Небо стало темнее. И вдруг передо мной возник другой силуэт. Высокий. И до боли знакомый. — Адриан? — выдох сорвался сам. Ивашков стоял напротив, но когда я коснулась его, пальцы прошли сквозь тело, как сквозь туман. — Маленькая дампирка… — он грустно улыбнулся, но в его голосе слышалась тревога. — Как же ты умеешь напугать. Он наклонился ближе, и я ощутила, как дрожит воздух вокруг него. — Тебе пора просыпаться, — сказал он. — Иначе мы не успеем тебя спасти. — Что происходит? — голос дрожал. — Я помню только огонь… и то, как она… — Таша пыталась сжечь тебя, — он не стал см smягчать. — Мы нашли тебя быстро. Но когда ворвались внутрь… твой организм уже не справлялся. Ожоги покрывали большую часть тела. Рёбра, лёгкие… всё было слишком тяжело. Он опустил голову, словно ему было стыдно. — Мы не знали, выживешь ли ты. Три дня врачи боролись за твоё тело. Но твоё сознание ушло. Глубоко. Настолько, что даже мы… — взгляд его дрогнул, — …даже мы не могли дотянуться. — «Мы»? — прошептала я. — Лисса, Соня и я, — он слабо улыбнулся. — Мы пытались достучаться. Но ты ушла слишком далеко. Прошёл месяц. Месяц, Роуз. И сегодня… — его глаза блеснули. — Сегодня мы получили ответ от врачей. У нас два дня. Только два, чтобы ты вернулась. Мир вокруг начал рассыпаться. Воздух стал холодным. Кафе исчезло. Пончики рассыпались в пыль. Не осталось ничего, кроме тьмы, что тянула меня назад. — Адриан! — я протянула руку. — Не уходи! Он тоже таял. — Ты найдёшь дорогу, — тихо ответил он. — Ты всегда её находишь. Его голос стал эхом. — Проснись, Роза. Пожалуйста… И он исчез. А тьма сомкнулась надо мной. End of flashback.

***

POV Автор Прошло два дня после того, как врачебная комиссия приняла страшное решение. Аппараты, что поддерживали жизнь девушки-на-грани, должны были быть отключены утром — тихо, официально, «по медицинским показаниям». Беликов подписывать документы отказался. Королева — тоже. Но протоколы Двора были беспощадны. Последняя минута тянулась как тягучая конфета. Врачи подняли руки к выключателям. И в эту секунду — тихий, рваный, почти болезненный звук: кашель. Он прорезал палату, словно молния. Аппараты пискнули, датчики дрогнули, линия пульса ожила. Девушка дернулась, грудь поднялась, лёгкие судорожно втянули воздух — и мир вернулся в неё. Её веки дрогнули. Мир был белым, ослепительным, как снег. Она зажмурилась, затем медленно раскрыла глаза. Перед ней — размытые силуэты. И один — ближе остальных. — Роуз? Ты меня слышишь? — голос наследницы духа дрожал так, будто вот-вот сорвётся на рыдание. Хезевей попыталась улыбнуться, но вышло только неуверенное движение губ. — …Лисса… Королева согнулась пополам, обняла подругу, прижимая к себе осторожно, как будто боялась причинить боль. — Ты не представляешь, как я боялась… — её слова текли, как вода из треснувшей чаши. — Ты была почти… почти ушла. Мы готовились прощаться. Но ты вернулась. Ты вернулась к нам. — …Как долго я спала? — слабый шёпот. — Месяц. — Лисса перевела дыхание. — Сегодня врачи уже… — она прикусила губу, — …собирались отключить аппараты. Слова ударили сильнее любого огненного шара. Месяц. Она спала месяц. И всё это время боль в реальности не могла добраться до неё. — Почему я не проснулась раньше? — спросила девушка, тяжело сглатывая. Василиса опустилась на стул рядом. — Мы пытались. Я, Соня, даже Адриан… — она вздохнула. — Твоё сознание защищалось. Слишком глубоко. Даже дух не мог пробиться. Потом, мягко, серьёзно: — Только духовный наследник нашёл путь. Он зацепил тебя в Сумраке. Он почти… привёл тебя обратно. Стражница прикрыла глаза, чувствуя, как воспоминания сна и реальности переплетаются. Её охватило огромное облегчение… и странный страх. Но самое тяжёлое ещё было впереди. — Лисса… — дыхание дрогнуло. — Что со мной? Почему… я чувствую… что-то ещё? Королева замолчала. Смотрела на неё пристально, с трепетом. — Это… чудо, — наконец произнесла девушка. — Ты носишь ребёнка. Это ваш ребёнок. Она взяла её руку. — Ты не изменяла Дмитрию. Никто даже не думал об этом. Это произошло… само. Это подарок. Это жизнь. Слова падали в воздух, как мягкие снежинки, и каждая оставляла след внутри. Роуз замерла. — …Я беременна? — еле слышно. — Да. — наследница духа кивнула. — И он… или она… держала тебя здесь. Держала в реальности. Дала тебе шанс. Наш ребёнок. Мысль ударила сильнее любых слов. Она положила ладонь на живот — пока ровный, неподвижный — и внутри будто что-то вспыхнуло. Не огонь боя. Не боль. Жизнь.

***

POV Роуз Слёзы налились в глаза внезапно, как весенний паводок. Никакая сила мира, никакая логика не могли объяснить это чудо. После месяцев боли, отчаяния, потерь… внутри меня зарождалась новая жизнь. Мой ребёнок. Наш ребёнок. Это было больше, чем я могла вынести. И легче любого воздуха, который я когда-либо вдыхала. Я хотела смеяться. Плакать. Кричать от счастья. Я повернулась к Лиссе, чьи глаза до сих пор не могли скрыть страха, беспокойства и любви ко мне. — Я не могу поверить… Это правда? Мы будем родителями? — я все ещё не могла произнести эти слова спокойно. Лисса осторожно улыбнулась, погладив меня по плечу. — Конечно, Роуз. Это чудо. Ты — наша сила, а этот ребёнок… он будет твоим лучшим отражением. И мы все будем с тобой. Но всё это было не сравнимо с тем, что я чувствовала, когда в дверь вошел он. Дмитрий. … POV Дмитрий Когда я узнал, что Роуз очнулась, я почти не мог поверить. Я ждал этих слов столько времени, столько ночей не мог спать, молился, чтобы она вернулась. И вот, стоя на пороге её палаты, я был так переполнен эмоциями, что не знал, что сказать первым. Вижу её лицо, её глаза, которые только что вновь увидели этот мир, и просто не могу больше молчать. Я подбежал влетел в палату так быстро, будто сердце само швырнуло его вперёд. Слышал крики врачей, шаги, шум… но главное — услышал, что девушка в постели дышит. Я остановился у порога на миг. Просто чтобы убедиться, что не спит. Она подняла голову. Наши взгляды встретились. И стержень, удерживавший его все эти недели, сломался. Я оказался у её постели за секунду, обнял так, будто боялся, что она снова исчезнет. — Ты… вернулась, — голос сорвался. — Ты снова здесь. Слышишь? Я… я чуть не потерял тебя, Роза. Прижал её к себе макушкой, закрыв глаза. Мои плечи дрожали — впервые за столько лет. Роуз положила руку ему на щёку. — Я здесь, — прошептала она. — И никуда не уйду. Я вдохнул глубоко, словно впервые почувствовал воздух. — Ты моя жизнь, — прошептал он ей. — И теперь… — он коснулся её живота едва заметно, с благоговением, — …у нас будет семья. Её глаза расширились — и тут же наполнились светом. — Мы будем родителями… — слова сорвались, и голос задрожал. Он кивнул, прижимаясь лбом к её лбу. — Да. Мы справимся. Вместе. … POV Роуз Я знала это. Чувствовала в каждом вдохе. Мы пережили ад. Потеряли слишком много. Но в конце пути, в центре всей этой боли — зарождалась новая жизнь. И впервые за долгое время я не боялась. Не сомневалась. В тот момент, лежа в его объятиях, я знала: теперь ничто нас не разрушит. Мы — семья. Мы — живём.