Глава 3 - В клетке
6 октября 2011 г., 19:28
Вечерело. Сквозь густо растущие деревья лениво скользили лучи заходящего солнца, а небо на горизонте из ярко-красного превращалось в бардовое, словно окропленное кровью. И на нём появлялись первые звезды, которые, казалось, грустно наблюдали за тем, как землю поглощает вечерний сумрак. Со стороны Морозных гор спустился ледяной ветер, принеся с собой редкий снег, заставляя ёжиться от холода. Снежинки медленно опускались на землю, забирая из неё последнее тепло и придавая происходящему вокруг вид совершенно необычный и волшебный.
Андерс развел костер, проведя по воздуху дрожащей от холода рукой, и сложенные домиком сухие ветки вскоре весело затрещали, согревая озябшие руки. Элен достала из своей кожаной походной сумки накидку из жесткой ткани и накрыла ею лейтенанта, который продолжал всё также лежать на земле без чувств и, что так не свойственно было этому человеку, вполне мирно ничего не делать. Его перетащили ближе к костру, чтобы мужчина совсем не замерз от неприветливого холода, который обычно был в этих местах, и сейчас оставалось только размышлять, что же делать до того, как командир очнется.
— Ты уверен, что с ним всё нормально? — обеспокоенный тихий голос нарушил застывшую тишину, и Андерс, до этого с интересом наблюдавший за храмовницей, лишь удивлённо приподнял брови. Элен растерянно взглянула в его сторону: — Кажется, он побледнел ещё сильнее.
— Он попал под "Дробящую темницу", — сообщил Андерс, придвигаясь к костру ещё ближе. — Это сложное заклинание, не многие могут сотворить что-то подобное, да ещё и такой силы... Должно быть, та старуха была не простым магом, — рассуждал парень. Если бы он был хоть немного серьёзнее, то задумался бы о том, что эта отступница делала в таком месте. Она была отступницей, без сомнения, и о её силе можно было только гадать. Ясно было одно: даже не все чародеи в Башне могли освоить одно из самых сильных заклинаний магии духа, а эта ведьма использовала его и даже не выглядела истощённой... Но это явно было сейчас на последнем месте в списке того, что могло бы поселиться в голове этого беззаботного юноши.
Элен оценивающе осмотрела тёмную мантию мага и снова порылась в своей сумке. Не нужно было быть экспертом, чтобы понять: тонкая ткань мантии – явно не лучшая защита от холода. Она взяла с собой всего две накидки – для себя и для Вилмара, а на третьего человека и не рассчитывала. И, не смотря на то, что и сама замерзла, окликнула мага, который взглядом гипнотизировал трепещущие языки пламени в костре.
— Спасибо, миледи, — усмехнулся Андерс, когда поймал аккуратно свёрнутую накидку, брошенную ему, — а то я уже заледенел здесь, — он как-то плутовато прищурился, накидывая неприятную на ощупь ткань себе на плечи, наблюдая за тем, как девушка устало обошла лежащего на земле Вилмара и опустилась перед костром, обхватив руками колени. Ветки, поглощаемые яркими языками пламени, с весёлым треском ломались, создавая какую-то приятную музыку, сопровождаемую медленным танцем кружащихся в воздухе снежинок.
— Всё никак не могу понять вас, храмовников, — усмехнулся маг, заставив Элен отвлечься от своих мыслей. — Вот ты возишься со своим лейтенантом, хотя ещё час назад он готов был тебя разорвать на части. Ты отдала мне свою накидку, хотя должна, вроде бы, ненавидеть меня, — он замолчал, наблюдая за её реакцией со своей неизменной улыбкой на лице, но храмовница только задумчиво устремила взгляд куда-то вдаль. Она и сама не могла понять, правильно ли поступает. — До этого момента мне встречались либо сумасшедшие типы, которые кричали что-то о Создателе и о том, что я – истинное проявление зла в этом мире, — Андерс удовлетворенно хохотнул, отмечая про себя, что, возможно, он и правда в последнее время ведет себя как настоящее зло. — Либо, как я их называю, "молчаливые рыцари", которые просто делают свою работу. Приятные ребята, но их я встречаю очень редко.
Маг с интересом рассматривал девушку, сидящую рядом, словно она была какой-то диковинной вещицей, которую довелось увидеть впервые. Хотя, что уж лукавить, этот маг был неравнодушен ко всем девушкам, какие только попадались на глаза.
Каштановые волосы Элен растрепались после долгого путешествия, лицо немного побледнело, то ли от холода, то ли от пережитого страха, и на щеках отчетливо виднелись высохшие следы крови Вилмара, которой она, должно быть, случайно испачкала лицо в панике. В светло-серых глазах отражался огонь от костра, а по сдвинутым бровям и плотно сжатым губам можно было судить о столкнувшихся в её голове противоречиях, которые она, впрочем, не спешила озвучить.
— Всё это я не так себе представляла... — Элен угрюмо опустила взгляд. — Да и, к слову о странности, — она, наконец, улыбнулась и взглянула на собеседника, чуть наклонив голову, — Ты, кажется, не торопишься сбежать от нас?
— Не тороплюсь, — подтвердил Андерс и довольно потянулся, чувствуя, что тепло от костра наконец-то помогло согреться. — Я уже пять раз сбегал из Башни, и каждый раз меня ловили храмовники, — он с удовольствием отметил, эта храмовница теперь разглядывала его лицо. Он любил привлекать внимание к себе, а с подаренным Создателем обаянием это было не так уж сложно сделать. Правда, маг опустил некоторые детали, а именно – как его ловили. Обычно ему редко удавалось вернуться в Башню целым и невредимым, но вряд ли он стал бы рассказывать об этом.
— Значит, ты убегаешь для того, чтобы тебя поймали? Чего же ты хочешь?
— Жизни, любви и свободы. Что еще нужно человеку? — усмехнулся Андерс, отодвигаясь от костра и прислоняясь к стволу большого дерева за своей спиной. Казалось, что этот парень совсем не умел говорить серьезно. Или просто не хотел? Но она вдруг вспомнила о собственном прошлом. «Наверно, мне не следует знать, почему он так себя ведёт» — подумала девушка, опускаясь на холодную землю рядом с магом. «В конце-концов, у каждого есть свои секреты...»
***
Элен следила за тем, как снежинки медленно кружились в воздухе, опускались на промороженную землю или таяли ещё до того, как коснутся языков пламени костра. Холодную тишину нарушал только весёлый треск, не было слышно ни крика ночных птиц, ни даже собственного дыхания. Это завораживало, усыпляло, заставляя веки слипаться, но храмовница боролась с желанием заснуть – ведь маг мог сбежать. Но Андерс, похоже, всё-таки говорил правду – бежать он не собирается. А если и соберётся – найти его будет не так уж сложно. Главное - держать филактерию подальше от него. — Знаешь, а огонь из костра может перекинуться на деревья, если подует сильный ветер, — сонно заметила Элен, спустя некоторое время. — Твоя правда, — согласился маг и достал правую руку из-под покрывала. Он покрутил пальцем в воздухе, и к костру стали по одному подкатываться камушки, большие и маленькие, и обкладывать его по периметру. — Здорово, наверно, быть магом? — произнесла девушка, заворожено следя, за тем, как камни сами выстраиваются вокруг костра. Раньше ей не доводилось видеть магию, кроме той, которой пользовались храмовники. Но это было совершенно другое дело. Настоящая магия, которую считают проклятой. Только вот за что? Ведь в простом передвижении камней нет ничего плохого, как и в разжигании костров. — Наверно, — улыбнулся маг и притянул к себе небольшой кусок влажной теплой земли, оттаявшей рядом с костром. Смяв его рукой, Андерс замахнулся и кинул землю в Вилмара, получив болезненный толчок локтем под рёбра со стороны Элен. — Знаешь, я ненавижу храмовников, — тихо сказал он, с отвращением глядя на лежащего без сознания мужчину. Элен стало не по себе. — Наверно, это ужасно, когда за тобой постоянно следят… — она попыталась представить Башню Круга, каменные стены, высокие потолки, длинные коридоры и просторные залы, в которых любое движение отдается громким эхом по всему этажу, а храмовники, словно бездушные изваяния, следят за каждым взмахом руки, за каждым шагом, знают о каждом твоем вздохе… Образ мгновенно исчез, когда на плечи Элен вдруг опустилась теплая рука мага. Храмовница нахмурилась и сбросила руку с плеча. — Да, но только когда за тобой следят всякие мрачные типы вроде твоего лейтенанта. А вот прогулки по Ферелдену с парой храмовников на хвосте — не такое уж скучное занятие, — хохотнул Андерс. — Если бы всё было иначе, я бы тосковал по побегам из Башни. И по наказаниям. И даже по старине Грегору! Элен ничего не ответила, только улыбнулась этому умению даже о серьезных вещах говорить в шутках. Усталость сделала своё дело, заставляя глаза закрыться. Не было сил сопротивляться, и когда девушка уже совсем сдалась, сон накрыл её с головой, отодвигая на задний план всё остальное.***
Первой утром проснулась Элен по старой привычке вставать еще до того, как поднимется солнце. Было еще достаточно темно, но всё же отлично видно лежащего не на своем месте Вилмара. Очевидно, ночью он проснулся и перебрался поближе к костру, потому как от угольков до сих пор шла мелкая струйка дыма. Под подбородком было мягкое и теплое плечо Андерса, а лбом Элен уткнулась в щетину на его щеке. «Так-так, это слишком близко» — подумала она. Храмовница осторожно попыталась убрать голову, чтобы не разбудить мирно спящего мага. Правая его рука снова покоилась на её плечах, так что Элен оказалась в ловушке – либо неудобно сидеть и ждать пока Андерс проснется, либо разбудить его. Она вдруг вспомнила слова мага о том, что жестоко будить человека, который видит хороший сон, и усмехнулась. По блаженной физиономии парня можно было сказать, что снилось ему и правда что-то приятное. — Ммм, мистер Пушистиус… кис, кис… — пробормотал во сне маг, — оторви этим храмовникам головы… — Элен не смогла сдержаться и тихо захихикала, случайно толкнув Андерса, от чего последний встрепенулся и с глупым видом произнес: — Что… киса? — Прости, — уже громко засмеялась она, — я… не хотела будить… Мистер Пушистиус!.. — она не могла перестать хохотать, от чего проснулся и сэр Вилмар и начал оглядываться по сторонам, пытаясь придти в себя. Смех сразу же прекратился, Элен испуганно замерла, а Андерс обиженно отвернулся. Храмовница попыталась быстрее выбраться из объятий мага, который растерянно следил за её действиями, похоже, вообще не понимая, где он и что здесь делает. — Элеонора! – громко позвал её храмовник, у которого сна уже не было ни в одном глазу. Кажется, с ним уже было всё в порядке, раз уж он начал своё утро со вполне здорового крика. И он продолжил вчерашнюю лекцию: — Поверить не могу! Ты ведь не была никогда худшей ученицей... а сейчас ты просто позоришь Орден своим поведением! – Вилмар сверлил глазами свою подчиненную, которая пыталась найти подходящие слова, чтобы объяснить ему, что же всё-таки случилось, но тут деликатно вмешался Андерс: — Здесь вы серьёзно ошибаетесь. Если уж вы желаете кого-то лишить жизни сегодня, то, как мужчина, я готов закрыть даму своей грудью, — Андерс оттолкнул Элен и издевательски взглянул на хвамовника, который от подобного просто пришел в ярость. — Замолчи мальчишка, тебе ещё повезло, что ты можешь говорить. А будешь язвить, я собственными руками вырву твой язык! — Даже не знаю, хочу ли я спрашивать, для чего нужна подобная жестокость… — Андерс с совершенно невинным выражением лица вскинул брови, — И где вы… — он не успел договорить, когда Элен больно ткнула его в спину, пытаясь заставить замолчать. К счастью, следующую шутку маг всё-таки смог проглотить, иначе довел бы лейтенанта до бешенства. — Хотя, стоило предположить, что случится что-то подобное. Викор всегда нежничал с тобой. И я всегда говорил, что женщины только ослабляют наш Орден! Ты думаешь, что я забыл о том, как ты не подчинилась моему приказу, Морнер? — Дело в том, что когда Вы уже отдали приказ, — снова вмешался маг, — она заметила приближение другого отступника и пыталась Вас предупредить. Но Вы не слушали, и отступник сначала сбил Вас с ног Каменным кулаком, а затем Вы попали под Дробящую темницу. Отступник скрылся, потому что мы с мисс Элен бросились вам на помощь. Кстати, у этой милашки отлично получается рассеивать магию, — на одном дыхании выпалил Андерс, и в воздухе повисла минутная тишина. — Ну и я скромно залечил Ваши ужасные раны, оставленные Темницей. Скажите спасибо вашей подчинённой, потому что если бы не она, я бы вряд ли соизволил Вам помочь, — довольно закончил маг, подняв левую руку в воздух, и она засветилась мягким магическим сиянием. Вилмар, сдвинув брови, перевел взгляд сначала на Элен, потом на довольную физиономию мага, явно о чём-то быстро размышляя. В любом случае, он должен был привести мага в Круг целым и невредимым. И в любом случае, эти оба действовали ему на нервы. — Опусти руку, — без эмоций произнес храмовник. Андерс нехотя повиновался. — Где была Ваша голова, Элеонора, на этот раз? — возобновил он свои гневные поучения, — Или Вы действительно решили, что любой маг с радостью останется с Вами в лагере на ночь, вместо того, чтобы перерезать Вам глотку во сне? Или, почему бы просто сразу не отдать магу его Филактерию? Раз уж Вы так любезно предоставили ему свободу действий, — мужчина, нахмурившись, протянул руку, глянув на Элен, которая только сейчас осознала, в какой опасности могла бы оказаться, будь вместо этого ученика здесь кто-то другой, — Филактерия всё ещё у тебя? Девушка, опомнившись, пошарила в карманах, достала амулет Андерса и отдала Вилмару, который поспешил спрятать вещицу в своем походном мешке. — Надеюсь, вы оба хорошо выспались, потому как мы через несколько минут уходим, командным тоном произнес он, и добавил: — Ах да, — лейтенант немного помедлил, обдумывая правильность своего решения, и всё же несколько приглушенно произнес: — Спасибо тебе, — Элен только удивленно взглянула на него. Что ж, теперь она себя чувствовала не такой уж размазнёй. На этом разговоры и закончились. Все быстро собрались. Вилмар туго связал руки Андерсу, Элен закрепила на спине свой щит, а меч отправился на своё место в ножны на поясе. Девушка затолкала в сумку покрывало, а второе накинула Андерсу на плечи и завязала, как накидку, но даже так от утреннего мороза было трудно защититься. Когда они отправились в путь, Лейтенант шёл впереди, маг и храмовница следом, еле волоча за собой ноги. — А что, мне он "Спасибо" не скажет? — тихо поинтересовался Андерс. — Ни тебе письменной, ни устной благодарности. Это ведь я ему вроде как жизнь спас? Нет? Мне приснилось? — но ответа не последовало. — А вообще, он суровый тип. Не такой суровый, как Грегор в ярости, но тоже ничего, в общем-то... — Так, маг, а ну, иди впереди, — скомандовал Вилмар, которому надоели перешептывания за спиной. Маг как-то безразлично пожал плечами и обогнал храмовника, который болезненно ткнул ему в спину рукоятью своего меча. — Параноик, — закатывая глаза, буркнул Андерс. Элен продолжала молчать, следуя за командиром. Так в скором времени все трое вышли на Имперский тракт и по чистой прямой дороге направились к Башне Круга, которую уже отсюда было отлично видно. Настроение Андерса сразу испортилось. Не долго ему удалось побывать на свободе — всего пару каких-то жалких дней, и то всё это время маг только и делал, что замерзал в Морозных горах и убегал, а теперь его снова запрут в Башне и заставят выполнять какие-нибудь полезные работы в течение месяца, если не больше. Парень хотел сильнее закутаться в накидку, но связанные руки не позволяли. К концу дня все трое уже приближались к пристани на озере Каленхад. Небо затянуло тучами и начал моросить мелкий дождь. Такая погода была вполне обычной в Ферелдене – дождь и слякоть, которые до такой степени портили дороги, что по ним было просто невозможно пройти. На причале стоял, скрестив руки на груди, старый лодочник Кестер в своем темно-коричневом плаще с закинутым на голову капюшоном. Мужчина явно оживился, увидев приближающихся храмовников, которые вели с собой мага. — О, мистер Андерс, — усмехнулся Кестер. Маг устало закатил глаза, с ненавистью глянув на Башню Круга. В этих местах его все знали – даже этот старик. Точнее, особенно этот старик, так как Кестер был настоящим охотником за свежими новостями. А с его болтливостью порой было трудно смириться. — Нам бы переправиться, — известил лодочника Вилмар. Кестер оглядел их всех и, скрипнув зубами, ответил: — Как обычно, по серебряку. За каждого. — Ха, в прошлый раз ты взял по шестьдесят медяков, я точно помню, — весело заметил Андерс и, оглянувшись на своих спутников, насмешливо добавил: — У бедного мага денег нет. Совсем. — Грабёж, — вздохнул Лейтенант, и протянул лодочнику три серебряных монетки, которые жалобно звякнули, ударившись друг о друга. — Мне казалось, что переправа для храмовников должна быть бесплатной. Давно я не был в Круге… — Всем ведь нужно как-то выживать. Прошу на борт, — пригласил их Кестер, указывая на дряхлую лодчонку, скромно приютившуюся у причала. Удивительно, но в ней поместились все четверо, да ещё и место осталось, и лодка спокойно доплыла до самой Башни, хотя Элен была уверена, что они все вместе пойдут ко дну на полпути. Вилмар попросил Кестера подождать несколько минут, а сам затолкал Андерса в Башню, который вдруг начал упираться, не желая попадать в свою клетку обратно. Но лейтенант напомнил ему, что собирается сделать с его языком, и Андерс повиновался. В конце концов, раньше надо было думать о побеге. Элен была в Круге впервые. Здесь было тепло, но не слишком уютно, даже по сравнению с улицей. Всё было примерно так, как она себе представляла, разве что, не так мрачно: повсюду были лишь голые каменные стены, и от их угнетающего действия не спасали даже красные коврики с символикой церкви и символикой храмовников, развешанные тут и там. Кое-где у стен стояли столики, заваленные книгами или каким-нибудь хламом. Потолок в самом зале около главного входа в Башню был высоким, в отличие от потолка в коридорах. И в зале высоко расположились маленькие окна, так, чтобы никто не мог добраться до них. Помещение освещалось с помощью факелов, которые разместили на стенах. И яркие огоньки заполнили пространство тёплым мерцающим светом. Нельзя было сказать, что ей понравилось здесь, но она осматривала всё завороженным взглядом. Андерс угрюмо поплелся за лейтенантом, метая полные ненависти взгляды в стороны стоящих у дверей солдат. Впереди, выглянув из-за спины Вилмара, Элен увидела стоящего храмовника в светлых, почти белых доспехах. Судя по всему, это был командор, и он горячо спорил с каким-то пожилым чародеем. — Грегор, у нас гости, — обратился к храмовнику чародей, поглаживая свою седую длинную бороду. Элен вспоминала описания магов в книгах. Что ж, этот чародей вполне соответствовал описаниям даже из сказок: длинная седая борода, длинная мантия, пронизывающий мудрый взгляд, не хватало только посоха в руках. Грегор обернулся и сощурился, взглянув на Андерса. Главный храмовник в Башне вполне оправдывал свое звание, даже будь бы он в обычной одежде, все равно, бывалого воина в нём заметить было бы не сложно. — Ты?! Снова ты! — с ужасом воскликнул командор, взглянув на светловолосого мага. — А кто же ещё! – весело отозвался Андерс. Элен подавила смешок и заметила, что чародей тоже лукаво улыбнулся, а Грегор, казалось, хотел разорвать бедного мага в клочья. Хотя этого парня бедным назвать было довольно-таки сложно. — Ирвинг, я говорил, что надо усмирить этого щенка уже давно. Так и будем за ним бегать, пока он окончательно не сбежит? Ему ни за что не пройти Истязания, — закипал храмовник, Андерс скрестил руки на груди, нахмурившись. — Или ты ждешь, когда он станет магом крови или одержимым? Обещаю, однажды ты доиграешься, и на твоем лбу будет красоваться клеймо Церкви! — Успокойся, Грегор. Он всего лишь глупый ученик. Пройдет Истязания, и эти выходки закончатся. Верно, Андерс? – чародей серьёзно взглянул на него, а маг только пожал плечами. — Ну конечно! Я стану милым, белым и пушистым, как мой кот Пушистиус. Стану мяукать, но потом всё же заключу сделку с духом, любящим взрывы, и взорву вашу Башню и освобожу магов Ферелдена от гнета церкви! – маг с совершенно безумным выражением лица поднял руки вверх, от чего жесткая накидка, которую дала Элен, упала на пол. И когда Вилмар успел развязать ему руки? — Видишь? — Грегор закатил глаза, махнув рукой и обратившись к чародею, а затем повернулся к Андерсу. — Когда это произойдет, я предпочту лично проткнуть тебя мечом, — храмовник ткнул мага пальцем в грудь, очевидно, показывая, куда именно войдет меч. — Но не раньше, — усмехнулся Ирвинг и взглянул на храмовника, стоящего неподалеку, — Будьте добры, проводите нашего ученика в спальни. — Я и сам могу дойти, — со злостью Андерс глянул на чародея, а Грегора наградил испепеляющим взглядом и быстрым шагом направился к спальням. Элен была готова расхохотаться, наблюдая за этой сценой, но воздержалась, встретившись с суровым взглядом своего лейтенанта. Но вдруг из-за двери, за которой скрылся маг, раздалось громкое и радостное восклицание «Мистер Пушистиус!» и тихий хохот храмовников у главной двери. — Что за сумасшедший дом… — устало вздохнул Грегор, потирая лоб, и тут обратил внимание на лейтенанта Вилмара. — Этот чёрт сведет меня с ума… Быстро же вы его нашли… — сокрушенно заметил он. И весь его вид говорил о том, что рыцарь-командор в последний раз отдыхал, наверно, когда-то в прошлом году. — Да, у Элеоноры… большой потенциал, — усмехнулся храмовник, толкнув Элен вперед. — Меня бы, наверно, сейчас в живых не было, если бы не её отличная способность… убеждать, — он положил свою тяжёлую руку ей на плечо. Впервые в жизни лейтенант хвалил её! Это было невероятно. От этого типа Элен никогда и слова доброго не слышала, а тут хорошая рекомендация её будущему командиру. Здорово, ничего не скажешь. — Хм, — задумался Грегор, — Викор столько тебя хвалил. Тебе ведь всего 16 лет? – Элен утвердительно кивнула. — Думаю, ты освоишься, поначалу трудную работу никто не поручит. Говоришь, искусство убеждения? — он обратился к лейтенанту, а затем снова перевел взгляд на свою новую подчиненную. — Тогда, ради всего святого, заставь этого чёртового ученика заткнуться. Пусть сидит себе спокойно где-нибудь… — Успокойся, Грегор, — доброжелательно произнёс Ирвинг, — Поднимайся в свой кабинет, а здесь я сам разберусь. Ну что же, — чародей обратился к Вилмару, когда командор, тряхнув руками, развернулся и в ужасном расположении духа скрылся за большой дубовой дверью, — лейтенант? Думаю, тут ваша миссия закончена. — Вилмар кивнул и, попрощавшись, поспешил удалиться, пожелав своей бывшей ученице удачи. — Что-то случилось? — обеспокоенно поинтересовалась Элен, Ирвинг тепло улыбнулся. — Трудно поддерживать порядок в одиночку, и в одиночку пытаться установить свои правила. Думаю, Грегор это и сам понимает, только вот сделать ничего не может. По крайней мере, опять же, в одиночку. Эм… Каллен, верно? – чародей обратился к храмовнику, стоящему у дверей, — Память совсем уже не та… Покажи своей новой сестре по оружию Башню и отведи в спальни. Я сообщу капитану, чтобы тебя заменили. Молодой мужчина, стоящий около главного входа в Башню, шагнул навстречу к Элен и велел следовать за ним. Он был выше храмовницы почти на голову. Его доспехи немного отличались от других – были не такими массивными, как, например, у командора, но это не мешало им так же звенеть от любого движения. — Меня Каллен зовут, как ты уже, наверно, поняла. А ты Элен? Редко тут встретишь храмовниц-женщин. Точнее, в нашей Башне таких вообще нет. Но я вовсе не имел ввиду, что женщины хуже мужчин... просто... — Уверяю тебя, с любой работой я справлюсь не хуже, чем остальные. Давно ты здесь? — Ну… — парень задумчиво почесал затылок, растрепав свои рыжеватые волосы. На вскидку, он был старше Элен на пару лет, примерно одного возраста с Андерсом. — Где-то год, может, чуть меньше, — предположил храмовник. — Здесь время словно идет по-другому. Трудно считать, мы же в основном в помещении находимся. Это спальни учеников, — он указал рукой на открытые двери справа по коридору. Девушка мельком заметила сидящего на кровати Андерса, держащего в руках рыжего полосатого кота. Андерс тоскливо проводил их взглядом и снова переключился на кота. — Здесь двери ведут в подземные пещеры, там хранятся амулеты учеников, ещё не прошедших Истязания, — произнес Каллен, указывая на массивные двери. — Если не хочешь попасть туда на дежурство, не ввязывайся в неприятности. Я всего пару раз там был, но мне хватило... Уверяю тебя, хуже места просто не видал. Там холод зверский. А это, как ты догадалась, библиотека. Маги, наверно, гордятся своей коллекцией, — заметил храмовник, когда они проходили мимо высоких стеллажей с огромным количеством различных книг. — Тут есть даже какая-то запретная секция, как говорят маги, только я её что-то пока не видел. Может, где-то за стеллажами… В библиотеке было больше всего народу, здесь собрались и ученики, совсем еще дети, подростки и взрослые, и маги, прошедшие Истязания, и чародеи. Многие, увидев новое лицо, с интересом смотрели на Элен. Конечно, еще никто из них не знал, что вскоре им придется смотреть на неё с совсем другим выражением лица. — Тут, дальше по коридору, ещё кухня есть, а также комната, где маги практикуют какие-то особо опасные заклятия. Мне ещё не доводилось присутствовать на них, но другие говорят, что зрелище просто потрясающее, — мечтательно рассказывал парень, проводя своего рода экскурсию. Элен с интересом оглядывалась по сторонам, рассматривая всё вокруг. Они поднялись на второй этаж. Здесь всё выглядело получше, чем этажом ниже. Стены были украшены не только символикой церкви, но и различными затейливыми узорами, которые, судя по всему, делали сами маги. — Здравствуй, Овейн, — обратился Каллен к магу, стоящему напротив двери. — Добрый день, — учтиво ответил он, но как-то странно он говорил, заметила Элен. — Я раньше Вас здесь не видел. Вы, должно быть, та самая храмовница из… Астершира? — Верно, мое имя Элен, а вы..? — Я отвечаю за склад магических предметов, моё имя Овейн. — Ладно, думаю, вы ещё успеете поболтать, – Каллен толкнул девушку в сторону двери, ведущей в круговой коридор. — Он усмирённый, и больше не смотри на него с таким лицом, — тихо произнес он. — Тут много усмиренных, они даже не обижаются, когда спрашиваешь их о прошлой жизни. Странные они, но такие же люди, как и мы с тобой. Элен знала, что такое обряд усмирения, но человека без чувств и эмоций видела впервые. На втором этаже жили маги, прошедшие Испытания, и чародеи, взявшие себе учеников. Также здесь находилась ещё одна библиотека, в которой было довольно много народу. Несколько чародеев с интересом и недоумением рассматривали новое лицо, появившееся в Круге. На второй этаж обычных посетителей не пускали, даже не всем ученикам разрешалось здесь находиться. Также здесь было несколько пустых комнат, и несколько комнат, забитых старым хламом. Каллен всё причитал, что никому нет дела до этого хлама, а убрать его надо. Третий же этаж отличался от предыдущих. Здесь находился большой зал, который, очевидно, использовали для каких-то церемоний, поэтому магам здесь бродить уже не разрешалось. Несколько высоких статуй пророчицы Андрасте, высокий потолок, белые колонны - всё это придавало месту вид совершенно удивительный, но всё равно, слишком холодный, чтобы его полюбить. На этом же этаже находились и комнаты отдыха для храмовников. Но этаж был как будто полностью пустой, и от этого Элен стало не по себе. Наконец, добрались и до четвертого этажа, где находились комнаты храмовников. Здесь тоже почти никого не было, и коридоры были не очень хорошо освещены. — Днем здесь редко кто-то бывает, все в основном на своих постах, в классах на первом этаже, или за пределами Круга, охотятся на магов… В общем-то и всё. На четвертом этаже еще находится зал для Истязаний, но там я никогда ещё не был, — парень провел Элен прямо по коридору и указал на открытую дверь: — Твоя комната. У храмовников, как и у старших чародеев, у каждого, своё личное пространство, в отличие от учеников. Своя личная комната… после жизни в Церкви с её тесными помещениями, где все в одном месте, наверно, это просто мечта, да? Я вот был очень рад, когда только узнал. — В Астершире я жила не в церкви, — сообщила девушка. — Деревня почти заброшена, так что два самых больших дома обустроили под так называемые казармы. Там мы по 10 человек жили. Весело было, особенно зимними вечерами, когда холодно, — она довольно хихикнула. — Все парни боролись за честь приютить меня в своей кровати зимней холодной ночью. — Вот как, — Каллен смутился, — здесь такое не приветствуется… Хоть с магами, хоть с храмовниками, так что осторожнее. Да и зимой тут не холодно. — Это не то, что ты подумал. Я же пошутила. — Здесь слушать не будут! Чуть что – сразу дежурить в подземные ходы к филактериям, а там знаешь как холодно? Эти подземелья находятся под самим озером. Сразу из головы вылетят все ненужные мысли… да и нужные тоже… Красивый здесь, кстати, вид из окна, — мечтательно вздохнул Каллен. — Только на третьем и четвертом этажах большие окна есть, потому что от земли высоко. Наверно, чтобы маги не сбежали – отсюда спрыгнуть – это верная смерть, даже если в воду попадешь. — Очень… похоже на клетку, — заметила храмовница. Парень на это только пожал плечами: — А что делать? За магами надо следить, нравится это нам или нет, — он задумчиво сощурился, словно вспоминая что-то. — Кажется, всё. Располагайся, и запомни, где находится твоя комната, а то потеряешься. Потом зайди в кабинет Грегора. Он находится в конце коридора. Не забудь спросить про доспехи, а то нельзя здесь не при парадной форме ходить, — и с этими словами Каллен поспешил удалиться, — Ах да, если что, обращайся ко мне, я помогу. Моя комната здесь, — он развернулся и указал на закрытую массивную дверь. — Спасибо, Каллен, — поблагодарила его Элен и зашла в свою новую комнату. Высокий потолок, чистые каменные стены, без рисунков и ковриков церкви. Большая кровать посреди комнаты – слишком большая для одного человека. На полу красный большой ковёр, ширма сбоку – совсем не такая, как та старенькая развалюха в Астершире. В углу пустая стойка для доспехов и оружия, которыми Элен сразу решила воспользоваться, сбросив с себя тяжелый щит и меч, которые ей вручил сам сэр Викор пару лет назад, а свою кожаную сумку с пожитками бросила на пол. За стенкой, впритык к которой стояла кровать, оказалось еще свободное пространство, где стоял шкафчик со свежими полотенцами и ведром с теплой водой, а рядом расположилась ванная. Храмовница глубоко вздохнула и опустилась на свою кровать, раскинув руки в стороны. — Ну вот я и дома, — устало пробурчала она себе под нос. — У этой клетки совершенно нет ничего общего с Астерширом. Кажется, я буду скучать даже сильнее, чем предполагала…
