Дикая охота. За степными ветрами

Она буквально вихрем влетела в шатер королевы, чуть не столкнувшись нос к носу с одной из охранниц Шедавар – Этанэ, которая как раз отдергивала входной клапан. Пробормотав неловкие извинения, девушка заозиралась, ища взглядом правительницу клана Вар. Та стояла у своего походного стола, опираясь на него широко расставленными ладонями, и отросшие волосы падали ей на лицо, скрывая его. Услышав сбитое дыхание Ивы, Шедавар подняла голову – и несколько мгновений они просто смотрели друг другу в глаза, а затем девушка сипло спросила: - Что случилось?.. - Я не звала тебя, - прохладно отозвалась королева, выразительно приподняв бровь. В другое время это, быть может, возымело бы нужный эффект – однако не сейчас. - Что случилось?! – теперь вопрос прозвучал требовательнее, хоть Ива и слышала, как дрожит ее голос. Шедавар выпрямилась – и ее тон тоже изменился, став гораздо резче. - Если не уйдешь сама, я собственноручно тебя выволоку, понятно? - Королева, я хочу… - попыталась еще раз Ива, когда Шедавар рявкнула: - Знающая Ива, немедленно покинуть мой шатер! Ива замерла, глядя на нее во все глаза и дыша, словно загнанный зверек. Это продолжалось несколько долгих секунд, а в следующий миг девушка ощутила, как ноги ее подкашиваются, а глаза начинает щипать. Она сама не поняла, как это произошло – но вдруг осознала, что стоит на коленях перед Шедавар и даже не пытается сдержать слез, которые горячим потоком покатились по щекам. - Пожалуйста, я молю тебя, ты ведь сама все знаешь, пожалуйста! Скажи мне, где она, что с ней, я не вынесу, если ты не скажешь мне!.. Пожалуйста, королева, скажи, не гони меня, я все сделаю, жизнь отдам, только скажи!.. Она почти задыхалась от этой муки, что стала нестерпимой и терзала все нутро – да так, что Иве хотелось вырвать собственное сердце, лишь бы только не чувствовать этой жестокой боли. Лицо Шедавар потемнело, и девушка внутренне сжалась, ожидая ее гнева, однако ничего не произошло. Королева прикрыла глаза на короткое мгновение, потерла пальцами веки, тяжело и долго выдохнула – а затем взглянула на Иву, и та увидела, как что-то почти неразличимо переменилось в ее лице. - Встань. И утрись, не хватало мне здесь твоих представлений, - бросила она, отворачиваясь. Ива послушно поднялась на ватных ногах, с трудом заставив себя стоять прямо и нетерпеливо смахивая обжигающие слезы с лица. Видимо, напряжение все же достигло точки, когда она больше не могла сдерживаться. И ей было стыдно так себя вести и рыдать перед королевой – однако тревога за Аллэи вытеснила все посторонние мысли, и Ива со смесью нетерпения и ужаса ждала, что скажет королева. Шедавар наконец снова взглянула на нее, и девушке показалось на один миг, что черты ее странно истончились: то ли от боли, то ли от усталости, - Чего ты хочешь от меня? - Скажи мне, что с Аллэивар, - почти прошептала Ива, боясь даже моргнуть. Взгляд королевы был тяжелым, и выглядела она мрачной. Повременив несколько секунд, Шедавар наконец ответила, вновь как-то болезненно выдыхая: - Я не знаю, Ива. - Как это? – вмиг похолодела девушка. Ее колотила дрожь, и Ива инстинктивно обхватила себя руками, пытаясь защититься. - Вот так, - Шедавар вышла из-за своего стола, принимаясь расхаживать перед Ивой, пока та смотрела перед собой – и ничего не видела, - В лагере нет никого. Знающие постарались выяснить, что произошло, но тени зафиксировали только сообщение Аллэи. Видимо, она пыталась передать его нам – но для этого нужны ведьмы; тени просто впитали ее слова. - Что она сказала? – задать этот вопрос было страшнее всего. Ива ощутила, как подкатывает к горлу то ли крик отчаяния, то ли всхлип, и, чтоб сдержаться, прикусила язык так сильно, что во рту железом отозвался привкус крови. - Что лагерь пуст. В нем никого не оказалось, когда Знающие переправили ее через Врата, - Шедавар остановилась, скрестив руки на груди. На Иву она не смотрела – но девушка чувствовала, что королева нервничала. Она продолжила, и залеска слушала ее, словно заговоренная, - Она сказала, что будет двигаться в сторону лагеря объединенного войска. Ведьмы говорят, что тени раздражены и яростны, им понадобилось время, чтобы успокоить их. По их словам, это означает, что Аллэивар обошла ловушки. Во всяком случае, тень не взяла ее. Ива чуть не застонала вслух от облегчения – однако эта лихорадочная радость длилась не больше секунды. Встрепенувшись, она горячо заговорила, подаваясь вперед: - Но это ничего не меняет – она в опасности!.. Если там залески, если там дикие… Она одна на Тракте – а может, и в лесу, и до лагеря еще надо добраться, это же далеко! - Ты думаешь, я не понимаю всего этого? – осведомилась Шедавар – огонек в глазах-пламенниках блеснул, но затих, сменившись пеленой усталости. Она негромко проговорила, - Я знаю все это, Ива. - Тогда мы должны что-то сделать, королева! – девушка смотрела на нее умоляюще, готовая вновь броситься к ней в ноги – лишь бы только та не гнала ее вон, -Мы должны спасти ее! - Именно этим я и намерена заняться, как только ты покинешь мой шатер. Ива, я должна подумать. Единственное, чем ты можешь сейчас помочь – это не мешать, - наверное, что-то такое отразилось на лице девушки, что королева сурово добавила, - Я говорю тебе это только потому, что знаю, как дорога тебе Аллэи. Однако в этой ситуации твое вмешательство не поможет ничем. Мы найдем ее. Я приму решение – и отправлю за ней ведьм, или Ищущих на химерах. В любом случае, все, что можешь сделать ты – это сидеть смирно в лагере. И не паниковать раньше времени. - У нее нет времени, пока мы будем решать, что угодно может происходить прямо сейчас! – отчаянно воскликнула Ива – она уже не боялась, что королева рассердится на нее за пререкания. Ей было страшно как никогда в жизни, и с каждой секундой становилось только страшнее, - Да, химеры идут быстро – но этого все равно не достаточно, а Знающие… - Что ты предлагаешь, в таком случае?! – взгляд королевы стал еще тяжелее, а голос прозвучал щелчком хлыста. Ива застыла, хватая ртом воздух и не зная, что сказать ей – а затем с жаром заговорила: - Отправь меня, королева, я отыщу ее! Я… я использую свое умение, постараюсь услышать ее – и приведу в лагерь. - Ты уже делала это раньше? – Шедавар смотрела пытливо и требовательно, и сейчас вопрос ее вдруг показался слишком жестоким; потому что Ива уже знала, что с учетом всего королева попросту не позволит ей пойти за Аллэивар. - Не с Аллэи, - превозмогая себя, все же ответила девушка. Шедавар, судя по всему, так и думала – и лишь утвердилась в собственных мыслях по поводу Ивы, потому та поспешно добавила, - Но я уверена, что у меня получится! Я должна узнать ее, я знаю, что услышу ее! Я смогу это сделать!.. Вдруг полог шатра откинулся, и внутрь вошла Унавар – за ее спиной Ива успела заметить еще нескольких ведьм, довольно сильных. Знающая, не обратив внимания на Иву, подошла ближе к королеве, взволнованно выдыхая: - У нас есть мысли насчет того, как найти ее, королева. Мы пришли обсудить это с тобой. Шедавар нетерпеливо кивнула им, и Унавар собиралась было начать, когда королева вновь обернулась к Иве, подходя ближе, и негромко проговорила: - Ива, этот способ может быть ненадежным – и опасным для тебя. Аллэивар не желала бы, чтобы ты рисковала собой в этой ситуации, - девушка хотела возразить, но Шедавар остановила ее движением руки, - Без разговоров. Сейчас ты выйдешь из шатра и будешь ждать. Время идет – коли ты хочешь помочь, не затягивай его. И, - она чуть сощурилась, и теперь в голосе ее Ива ясно услышала предупреждение, - Без глупостей. Свое Исключительное право ты уже использовала – и за любую выходку будешь отвечать уже иначе. Ты останешься в лагере и с места не тронешься, ты будешь ждать. Понятно? Последние слова она проговаривала отрывисто и четко – а еще смотрела в упор. Королева ждала ответа, но Ива не могла даже шелохнуться, чтобы хоть головой качнуть: ее словно парализовало. Шедавар все верно поняла – сейчас девушка готова была даже без приказа – и без дозволения – королевы броситься хоть куда, лишь бы не сидеть сложа руки; ждать, пока ведьмы все обговорят с королевой, пока приступят к своему плану, пока отыщут Аллэи – ей было немыслимо. Однако взгляд королевы буквально заставил ее покорно кивнуть, и Ива сдалась: - Я не покину лагерь, королева. Обещаю. - Я позову тебя, когда потребуется, - с этими словами Шедавар отвернулась – сейчас Ивы для нее больше не существовало. Не слыша совсем ничего, девушка, с трудом соображая, как переставлять ослабевшие ноги, зашагала к выходу из шатра королевы, а в голове было пусто-пусто, будто в расколотой скорлупке. А еще – боль никуда и не думала деваться, расползаясь по телу колючей лозой, и от нее тоже спасения не было. На улице, стоило только отойти подальше от поста охранниц королевы, ее тут же поймала Зирравар. Ива была настолько потерянной, что не сразу поняла, что кто-то тянет ее за рукав – только бездумно пошла в ту сторону; уже потом, через несколько мгновений, до нее дошло, что молодая Знающая завела ее за одну из палаток и теперь встревожено смотрит на нее своими золотыми совиными глазами. - Ну что там, Ива? Что королева?.. - Ничего… - прошептала ей Ива, невидяще глядя перед собой. Зирра сосредоточенно свела к носу пепельные брови, ожидая продолжения, но девушка понятия не имела, что ей еще сказать. Она так и стояла бы безвольной куклой, если бы Знающая вдруг не обхватила ее за плечи и хорошенько тряхнула. - Ива, на меня смотри! – Зирравар вдруг легонько похлопала ее по щекам, и девушка вздрогнула – скорее, от неожиданности. Сфокусировавшись на лице молодой Знающей, Ива открыла рот, чтобы ответить ей, но слова никак не шли, вылетели все из головы, будто бы она их позабыла. Зирра сама заговорила, обеспокоенно разглядывая ее, - Ты бледная, словно нелюдь… Расскажи мне, что сказала Шедавар? Что у них там происходит? Меня старшие Знающие сразу от палаток развернули… С большим трудом осмысливая собственную речь, Ива пересказала ей разговор с королевой – сделать это оказалось очень тяжело. Все происходило будто бы не с ней, и она не могла осознать того, что случилось. Странно: словно сквозь вату до нее доходило, что сейчас Шедавар будет о чем-то договариваться со Знающими, действовать. А ей запретили что-либо делать, и безвольность оплела все ее тело – руки, плечи, обвила стан, сделав мышцы непослушными и слабыми. И от этого было горше всего. - Я ничего не могу сделать… - закончила она, вновь чувствуя, как на ресницах собирается влага, - Совсем ничего… У меня было Право Знающей, но я истратила его еще на точке оборонной линии. Королева взяла с меня слово, что я не уйду из лагеря, и… Зирравар сосредоточенно слушала ее, все так же хмуря брови, а затем, когда слов у Ивы не стало, вдруг схватила ту под руку и куда-то повела. Шагала она очень энергично, и ослабевшая девушка едва поспевала за ней, то и дело смаргивая слезы и ругая себя на чем свет стоял. Вместо того, чтоб собраться с силами и взять себя в руки, она ревела от страха и собственной бесполезности – а где-то была Аллэи, ее Аллэи, которой просто необходима была помощь! Наверное, даже в заточении у Лилен она не ощущала такой всепоглощающей безысходности – пускай и отчаяние ее тогда границ не знало; но тогда на кону стояла ее жизнь, а не жизнь женщины, без которой для Ивы и мира бы не было. И совладать со страхом за себя было невероятно сложно, а укротить страх за любимое существо – и вовсе казалось ей непосильной задачей. - Ищущая Келевар, - робкий и тихий голос Зирры заставил ее поднять голову; зачем-то Знающая вновь привела ее к шатру королевы – они стояли перед одной из охранниц Шедавар, и та выжидающе глядела на них. Молодая ведьма, переминаясь с ноги на ногу, еще чуть понизила голос, - Ищущая, если королева Иву вдруг потребует – мы будем у меня в палатке. Я пригляжу за ней, чтобы… ну, на всякий случай. Пришла сказать вот, чтоб долго ее не искали… - Хорошо, девушка, - Келе взглянула Иве прямо в лицо – и в том взгляде залеске почудилось сострадание. Однако ей было совершенно не до того, и потому она, даже не осмысливая разговор ведьмы с Ищущей, покорно потащилась дальше за Зиррой в сторону той части лагеря, где разместились ведьмы – благо, Дом Знающих обосновался недалеко от королевского шатра. Из всех каст клана ведьмы, пожалуй, устроились с наибольшим комфортом – их палатки были не просто спальным местом; внутри оказалось достаточно пространства для того, чтоб свободно помещался небольшой стол, раскладной стул и личные вещи Знающих, которых мог и целый сундук набраться. Больше эти палатки напоминали шатры, пускай все же были поскромнее, чем походный дом королевы. У старших ведьм, более опытных и требовательных, места было еще больше – его занимали переносные стеллажи со всевозможными склянками, книги и свитки, котелки и разномастные весы с наборами крохотных гирь, еще невесть что… Зирра, как молодая и бестолковая, по мнению той же Уны и прочих, Знающая, не могла позволить себе подобной роскоши, потому палатка ее оказалась скромной. Землю устилали шкуры – пускай и порядком облезлые, побитые молью и временем; Ива смутно помнила, что в шатрах старших Знающих лежали роскошные, лоснящиеся шкуры, мягкие и теплые даже на вид, а уж на ощупь… Здесь же такого не было. Половину пространства занимало спальное место Зирры – устроенная наподобие гнездышка постель с кучей тканных узорных подушек и двумя, кажется, одеялами; вторую половину занимал как раз стол с раскрытой книгой и светильником, в котором мерно горел колдовской огонек, кособокий низкий табурет и довольно скромный сундучок. По углам Зирра расставила плошки, в которых благоухали высушенные травы – их горьковатый летний аромат наполнял палатку молодой Знающей. В другое время Ива с удовольствием бы похвалила Зирравар и оценила бы этот неказистый уют, однако ныне она была не в состоянии обратить свое внимание ни на что вокруг. Зирра усадила ее на одеяла, заботливо подпихивая к ней подушки – их было тут и впрямь полно. Затем ведьма подошла к своему сундучку, открыла его и принялась рыться в нем. Ива бездумно наблюдала за ней, совсем не соображая, что та делает – потому не сразу поняла, что от нее хочет Зирравар, когда перед лицом замаячила небольшая фляга, оплетенная цветными нитками. - Что… - попыталась спросить девушка, и Зирра безапелляционным тоном заявила: - Пей. Глоток лишним не будет. Не бойся, я плохого не стала бы советовать, а тебе надо бы сейчас, - с этими словами она и сама отпила немного из фляги – видимо, желая подать пример. Ива послушно отхлебнула, охнув от неожиданности; она решила, что во фляге окажется вино, или мед – однако там была какая-то настойка, горькая от трав и жгучая, словно жидкий огонь. - Этим обычно отпаивают тех, кто в горах перемерз, - сообщила ей Зирра, вкручивая пробку, пока Ива пыталась отдышаться, - Сейчас придешь в себя. Много не нужно, оно хорошо разгоняет кровь. Так-то тени могут помочь, если рядом Знающая, но коль нет, пользуются таким средством. Она спрятала флягу обратно и уселась напротив Ивы, перебрасывая через плечо мешающуюся толстую косу. Еще некоторое время Зирра разглядывала ее, а затем, глубоко вдохнув, наклонилась поближе и прошептала: - Ну? Что будем делать? Ива, все еще ощущавшая себя сноходицей, сначала даже не поняла, о чем говорила Зирра. - О чем ты? – вопросом на вопрос ответила Ива, тоже инстинктивно понижая голос; слабая эмоция все же пришла – недоумение. Зирравар нетерпеливо заерзала на месте – кажется, она была взволнована. - О ком. Ищущая Аллэивар, знамо дело! Нужно что-то предпринять! - Именно это я и сказала королеве, - горько усмехнулась Ива, опуская взгляд на свои ладони. Вновь они казались ей совсем слабыми, не способными ни уберечь, ни оружие удержать… «Тихие» руки, в силу которых даже она сама не верила, - И ты уже знаешь, что она мне ответила. Я не могу уйти из лагеря. У меня нет Исключительного права. - Зато оно есть у меня, - как-то смущенно улыбнулась ей Зирра, и Ива уставилась на нее как на умалишенную. Женщина заговорила еще тише – и так быстро, словно пыталась поскорее убедить собеседницу в том, что идея и впрямь хороша, - Королева с тебя глаз не спустит, это так – а я вот ей не сдалась. Да и в принципе никому, ты сама знаешь, - она широко улыбнулась - и эта улыбка совершенно не вязалась со взглядом, в котором таилась печаль и глубоко упрятанная обида. Впрочем, это длилось долю секунды – дальше Зирравар продолжила, - И я легко могу покинуть лагерь; Знающие будут заняты сейчас, и меня не хватятся. Мы можем открыть мне Врата куда-нибудь на Тракт, и я пойду ей навстречу, теней вперед погоню… ну, попытаюсь. Я думаю, что у меня может получиться! А когда найду Аллэивар – мы вернемся в лагерь! И даже если королева спросит с меня, я всегда могу сослаться на Право!.. Придумаю, что наплести и чем его оправдать, это уже не так сложно… Ну? Что скажешь? - Даже не думай об этом, - категорически возразила ей Ива, и энтузиазм на лице Зирры, только разгоревшийся, поутих – на смену ему пришло непонимание. Она явно собиралась спорить, но залеска замотала головой, - Ты меня слышишь? Даже не думай, Зирра, ты с ума сошла? Как ты намерена искать ее? - С помощью теней, - с готовностью отозвалась Зирравар, и Ива тут же остановила ее: - Это опасно. Для этого нужен опыт не меньше, чем у Уны, или Эйле, или той же Кадари. Даже если бы твоих сил хватило на то, мы бы с тобой и Врата не открыли. Я не умею. Даже в помощь не смогу. Да и как бы ты добиралась обратно? Хоть с Аллэи, хоть без – ты не сможешь открыть Врата Сторон без другой Знающей. - Я смогу переправить Ищущую, - заупрямилась Зирра. Она была настроена крайне решительно – и, судя по всему, совершенно не понимала, что ее план никуда не годился, - А сама отправлюсь к лагерю, и… - Зирра, это бессмысленно и опасно, нет, - устало перебила ее Ива. Зирравар еще смотрела на нее – и выглядела так, словно собиралась биться до последнего и действовать независимо от того, согласится ли залеска поддержать ее или нет. - Я хочу помочь, Ива! – шепотом воскликнула Знающая, с жаром сжав кулачки, - Хочу послужить своему клану, и… - Ты никак не послужишь своему клану, если умрешь где-то на Тракте, или если тебя поймают залески или дикие, или если тень выйдет из-под твоего контроля! – Ива начинала терять терпение, - Ты слышишь меня, Зирра? Мы с тобой не откроем Врата Сторон, пойми: я не способна, меня никто не учил, и я не собираюсь рисковать тобой, хоть с Исключительным правом, хоть без него! – Зирравар набрала в грудь воздуха, собираясь ответить, но Ива не позволила ей. Накрыв ее руки своими, девушка заговорила – теперь гораздо мягче, - Поверь мне, у тебя будет возможность доказать и себе, и всему клану, что ты – Знающая не хуже других, что у тебя хватит сил преодолеть любую трудность. Просто всему нужно свое время. Мы не справимся сейчас – ни ты, ни я. Я не сумею помочь тебе. Поэтому… поэтому будем ждать. Королева знает, что делать. Она спасет Аллэивар. А мы не будем мешать. Судя по тому, как снова пережало гортань, Ива и сама не особо верила в это – однако что еще ей оставалось? Зирравар тоже затихла – только вздохнула тяжело да сжалась как-то. Затем Знающая обняла Иву, и некоторое время они просто сидели так; от этого совсем не становилось легче, но девушка уже хотя бы не плакала. Боль тоже никуда не делась, как и страх, и обманывало то поверье, что говорило: от добра бежит печаль, к плечу добро – и грусть с плеча. Так приговаривала ее бабушка, когда Ива ребенком плакала; бабушка обнимала ее, и все как-то само проходило, успокаивалось, и того было достаточно. Это уже позже Ива узнала, что порой тепло не залечивало и не утешало. И прямо сейчас, склонив голову на плечо Зирры, она понимала это еще глубже. Кажется, они просидели несколько минут, обнимая друг друга. Наконец Зирравар мягко отстранилась; выглядела она смурной и расстроенной, однако у Ивы не было никаких сил, чтоб как-то поднимать ей настроение. Закряхтев, Зирра поднялась с подушек и угрюмо пробурчала: - Пойду хотя бы чаю принесу – не просто же сидеть, коль уж вот так все… - и, поймав внимательный взгляд Ивы, отмахнулась, скривившись, - Да не стану я тайком от тебя Врата открывать!.. Все ты верно говоришь: не справлюсь я. А подсобить нам вряд ли кто захочет. Ох, небо… И Зирравар вышла, оставив Иву одну в своей палатке. Девушка слышала, как затихают ее шаги – поскрипывал под сапожками утоптанный снег. Когда звук совсем исчез, она уткнулась лбом в колени, подтянув их к груди, и замерла так, прикрыв глаза. Под веками разливалась теплая темнота, и в этой темноте ей виделось что-то милосердное. Хорошо было не глядеть ни на что – только слушать, как за плотными стенами палатки жизнь творит саму себя, отзываясь голосами всех своих детей, и как эти голоса заплетаются в звук – в шум, гомон, треск и эхо, набирая силу и становясь частью целой песни. Даже сейчас в том ей виделась красота. Осознание пришло так резко, что Ива вмиг выпрямилась, боясь потерять мысль, цепляясь за нее всем своим существом с отчаянием человека, мучимого жаждой. Шедавар сказала ей практически то же самое, что она сама сказала Зирре несколько мгновений назад; однако в плане самой Ивы смысл был. Она действительно могла попытаться применить свой дар – и попробовать услышать Аллэивар сквозь расстояния! Надежда загорелась было теплым огоньком где-то в груди – однако практически сразу же радость ее померкла. Даже если я услышу ее, все равно ничем не смогу помочь: даже точное количество верст от лагеря определить не смогу, разве что местность… Но Гарварна огромна, и Тракт тоже… Боги, должна же быть хоть какая-то польза от этого дара, что же мне… Ива смотрела на огонек в настольном светильнике Зирры – и лихорадочно соображала. Нет, она не могла ждать – достаточно было ей тех дней ожидания, что она провела в Аэль-Роадане, считая дни до встречи с Аллэи и молясь о том, чтоб та выжила и вернулась к ней. Что бы она сама ни сказала Зирре – а сидеть сложа руки было выше ее сил. Решение пришло к ней спустя еще минуту – а вместе с ним и неуверенность. Ива колебалась, сомневаясь в том, была ли удачной эта идея; но время шло, а других у нее не было – и в конце концов она решилась, прошептав самой себе: - Будь что будет… Дальше было проще – закрыть глаза, отыскать тишину, за ней – поток песни, в ней – отдельные ноты: тихие теплые воды и ветер, заплутавший в ковылях. Махаравья. И с мольбою, тихое – помоги, когда пришел ответ. Когда Зирравар вернулась с двумя большими чашками, от которых валил серебристый пар, Ива первая шагнула к ней и очень тихо заговорила – так, чтобы никто не услышал их за пределами палатки: - Сейчас сюда придет друг: я попросила его о помощи. Не знаю, согласится ли он – и может ли сделать что-либо в принципе. Но в любом случае – не пугайся его. И в расширившихся глазах Зирры промелькнула тень понимания.