Спор и последствия новогоднего желания.

Отложив расчёску, Фролова стоит в коридоре перед зеркалом и разглядывает собственное отражение. Интересно, кто-нибудь бывает доволен увиденным на все сто процентов? Точно не Оксана. Девчонка убирает распущенные волосы назад и, повернувшись боком, задирает длинную футболку, чтобы лишний раз убедиться в необходимости похудеть. Похлопав себя по чуть округлому животику, Фролова разочарованно выдыхает. Ей никогда не нравилась её фигура, хотя все вокруг в один голос твердили, что лишний вес и Оксана — вещи несовместимые. И это на самом деле так. Однако девчонка упорно продолжает комплексовать по этому поводу. Телефон, лежащий на тумбе, коротко вибрирует. Чтобы понять, на что именно среагировал гаджет, не нужно даже смотреть — всё и так понятно. Оксана бегло осматривает своё лицо, накидывает кофту, обувается и, взяв сотовый, уже кладёт кисть на дверную ручку, как вдруг останавливается.

«Может, не идти?»

«Почему я согласилась?»

«Зачем вообще всё это нужно?»

Фролову терзают сомнения. Она смотрит на часы — без пятнадцати семь. Папа никогда не отпускал Оксану куда-либо по вечерам, он находил для своей дочки интересные занятия дома, поэтому девочка не рвалась на улицу и не питала большой любви к прогулкам. Но теперь это, похоже, сыграло с Фроловой злую шутку — когда долго что-то запрещают, то при первой же возможности волей-неволей хочется это попробовать. Как говорится, запретный плод сладок. На телефон приходит ещё одно сообщение, и, выдохнув, Оксана решительно выходит из квартиры и закрывает дверь. За несколько часов до этого. — Серёга. Оксана непроизвольно закатывает глаза, но, назвав своё имя, на рукопожатие отвечает — вежливость ограничений не имеет и распространяется на всех. Парень снова улыбается и поворачивается к Грише, чтобы продолжить прерванный разговор, но тот вскакивает с места: — Садись, Оксан, я себе другой стул принесу. Поблагодарив, девчонка занимает предложенное место, оказываясь напротив нового знакомого. — Ой, ой, ой, какие мы галантные, — посмеиваясь, комментирует рыжий действия своего, видимо, друга и откидывается на спинку. — Серый, ты, конечно, долбоёб, но с ней, — разноглазый, подсаживаясь посередине, указывает пальцем на одноклассницу, — веди себя нормально, понял? Серёга прищуривается, но, поджав губы, пару кивает. А вот Оксана перестаёт что-либо понимать вообще. И разговор двух парней о чём-то своём — это последнее, в чём бы Фроловой хотелось разобраться, она и не слушает толком. Гораздо интереснее, с чего это вдруг Гриша так... заступается что ли? Влюбился? Нет, точно нет — Оксана сразу отметает это наивное женское предположение. О какой влюблённости может идти речь, если они никогда не общались? Симпатия или банальный интерес, не больше. Но и этот вариант Фролова убирает сразу.

Она не может кому-то нравится.

Когда эта мысль поселилась в её светлой голове? Оксана и не помнит даже. В младших классах она общалась с мальчиками, даже побольше остальных девочек, но там никто не смотрел на то, есть ли у тебя косички и носишь ли ты платье, важнее была игра: маленькая Фролова носилась с пацанами по дворам, играя в казаков-разбойников, лазила с ними по стройкам и не стеснялась голить в прятках. Дети ведь не смотрят на пол — если с тобой весело, значит, дружить можно, а остальное не так важно. Но время идёт, наступает подростковый период, и на передний план выходят различия между девочками и мальчиками. Дети начинают изучать свой подрастающий организм, находя несоответствия с противоположным полом, а потом проявляется и интерес. Это естественно и никого не обходит стороной. Первый раз Оксане понравился мальчик в седьмом классе. Он был красивым, умным и пользовался уважением среди одноклассников. Как к нему подступиться и что вообще со всем этим делать, девочка не знала. Поговорить об этом с мамой уже тогда не было возможности, а папа стал чаще задерживаться на работе. Руководствуясь исключительно собственной интуицией, Фролова твёрдо решила, что для начала с объектом симпатии нужно подружиться, а что как не общие интересы сближает людей? Оксана стала интересоваться компьютерными играми, начала ходить на волейбол и чаще появлялась во дворе, чтобы «стать своей» в его компании. Но девочку ждал крупный провал: за учебный год им, конечно, удалось стать друзьями, но Фроловым пришлось уехать на всё лето из-за папиной работы, поэтому, когда наступил восьмой учебный год, тот мальчик уже дружил с одноклассницей. Тогда Оксана впервые подумала о том, что общение с противоположным полом — это не её. Убедиться в этом окончательно ей помогли знакомые парни, воспринимающие её только как друга и сверстницы, которые в девятом классе уже вели активную личную жизнь. Когда на переменах, девчонки, собираясь стайками, обсуждали, кто с кем поцеловался или даже переспал, Фроловой сказать было нечего, она молча слушала и жалела. Жалела, что не такая, как они. Не гуляет вечерами, не пьёт, не умеет заигрывать с парнями и не носит коротких юбок.

Она другая.

И поэтому она не может нравится.

Тогда почему Гриша заступился за Оксану? Почему так резко попросил этого Серёгу вести себя с ней нормально? Может, дело и не в девчонке вовсе. Оксана поднимает глаза и начинает осторожно, будто побаиваясь, рассматривать нового знакомого. Рыжие лохматые волосы забирают большую часть внимания и заставляют задержать взгляд на себе почти на минуту. Фроловой нравится этот цвет. Если бы она когда-нибудь и решилась покраситься, сменить свой неприметный, как ей кажется, скучный, естественный оттенок на что-то более интересное и яркое — это точно был бы рыжий цвет. Парень худой и, наверное, симпатичный. Не красавчик, чтобы точно сойти с ума, но и не урод. Девчонка допускает мысль, что он мог бы ей понравиться, но, заранее зная, что успеха в этом деле не будет, решает не думать обо всём этом и старается отвлечься.

Вдруг их глаза пересекаются.

На несколько секунд, на одно мгновение, но Оксану прошибает. Эти глаза не несут в себе ничего хорошего. Непонятный, не то зелёный, не то голубой цвет излучает веселье, но не то, которому можно доверять — не граничащее с детским счастьем чувство, а скорее что-то близкое к азарту, к безумию. Серёга улыбается и рассказывает Грише какую-то непонятную хрень, размахивает руками и часто матерится. Кажется, речь идёт про вечеринку, связанные с пьянством приключения и прочую ерунду. Речь идёт о том, о чём Фролова могла только слышать. Алкоголь, сигареты, наркотики, тяжёлая музыка — атрибуты подростков, ведущих разгульный образ жизни, подростков, считающих себя взрослыми и отрывающихся на всю катушку. Оксана не такая. Оксана послушная дочь. Она хорошо учится, не имеет вредных привычек, а по вечерам сидит дома. Она не знает, что такое свобода. — Окс, — Гриша щёлкает пальцами перед её лицом, — ты чего зависла? Серёга ухмыляется, когда девчонка, встряхнув головой, перестаёт неосознанно на него пялиться. Ей становится неловко. — Уже полшестого, тебе домой не пора? — тихо, словно беспокоясь о чем-то, интересуется разноглазый. — А, да, конечно, нужно идти, ещё уроки делать... — растерянно тараторит Оксана, поднимаясь с места и хватая с вешалки пальто. — Завтра каникулы, — с далеко не дружелюбной усмешкой говорит Серёга и тут же получает за это подзатыльник. — Извини, он не хотел, — объясняется Гриша, натягивая неловкую улыбку, — поэтому чтобы искупить свою вину, он тебя проводит. — Яяя?! — возмущается рыжий, за что получает второй подзатыльник и, потирая место удара, бурчит что-то похожее на «провожу, провожу». — Может, не стоит? — подаёт голос Оксана, завязывая шарф. — Я и сама могу дойти. — Нет, нет, нет и нет. Серёже совсем не сложно, ведь так? Так. Поэтому одеваемся, выходим и идём по домам, — хлопнув в ладоши, Гриша встаёт, шарится в карманах и достаёт двести рублей, кидая их на стол. — Сколько я тебе буду должна? — серьёзно спрашивает Фролова. — Нисколько, — подмигивает ей одноклассник и, захватив свои вещи, шагает к эскалатору. — Не задерживайтесь, черепахи.

*****

Что нужно, чтобы заставить человека сделать то, от чего он отказывается? Нужно предложить ему что-то, что будет в разы хуже. Это работает везде: например, маме нужно, чтобы её дочь помыла посуду, но та отнекивается — достаточно сначала припугнуть лентяйку уборкой во всём доме, а потом предложить ей якобы более простую задачку в виде грязных тарелок. Человек склонен выбирать из двух зол меньшую. Когда Гриша оставил Оксану наедине с Серёжей, она расстроилась. Компания этого рыжего парня ей нравилась намного меньше, чем общество странного одноклассника, да чего уж там — не нравилась совсем. В самом начале разноглазый жутко напрягал Фролову, но сейчас, увидев, что бывает и хуже, ей очень хотелось, чтобы Гриша вернулся. Хлестков, Оксана всё-таки вспомнила фамилию своего одноклассника, оказался нормальным парнем: добрым, весёлым и внимательным. Чего точно нельзя было сказать о шагавшем рядом Серёге. Узнав адрес, он удивился и, извинившись за эмоциональное «Нихуя себе!», объяснил, что живёт в том же доме. Следующие десять минут они шли молча. Подходя к дому, Фролова мысленно молилась, чтобы то, что этот рыжий пацан внимательно на неё смотрит, оказалось лишь плодом её воображения. — Какой подъезд? — Третий. — Них..чего себе, так мы, получается, соседи, — пришёл к "неожиданному" выводу Серёга, что Оксана решила никак не комментировать. — Слушай, — начал рыжий, заскочив в подъезд первым и стряхнув снег, — а ты есть Вконтакте? Твою мать. От неожиданного вопроса девчонка даже остановилась, но, когда парень уже поднимался по лестнице и глянул на неё через пролёт, дёрнулась и поспешила его догнать. Что же делать? Зачем он спрашивает? Что ему говорить? У Оксаны голова бы взорвалась, если бы не напористый Серёга. — Я к тому, что если захочешь познакомиться поближе, то можешь написать мне. Сергей Осипов, по аватарке узнаешь. Остановившись на лестничной клетке третьего этажа, парень обернулся и вопросительно посмотрел на Фролову, которая неопределённо пожала плечами. — Так, ну, моя хата тут, — Осипов показал на квартиру пятьдесят шесть, — а тебе куда? — Сюда, — честно ответила девчонка, хлопнув ладонью по двери с номером пятьдесят четыре. Сначала Оксана хотела соврать. Хотела подняться на пятый этаж, подождать, пока пацан уйдёт, и потом вернутся домой, но какой в этом смысл, если они, блин, живут на одной площадке, и он может это узнать в любой момент. Правда ведь всегда всплывает. — Теперь ты обязана добавить меня в друзья и прийти к нам сегодня! — восторженно произнёс Серёга. — Куда прийти? — Ну, что-то типа небольшой вечеринки, — тут же отвечает парень и, заметив, что положительной реакции на такое приглашение нет, добавляет: — Да тебе понравится! Фролова, вежливо и как-то нервно улыбаясь, отходит к своей двери, доставая ключи. — Придёшь? — с надеждой спрашивает Осипов, наблюдая за тем, как девчонка справляется с замком. — Я подумаю, — почему-то обещает Оксана и отворачивается. — Там будет Гриша! — выкрикивает рыжий последний аргумент прежде, чем дверь с цифрами пять и четыре закрывается, спрятав за собой хозяйку квартиры.

Она же придёт?

Дома у Фроловых как обычно тихо. Девчонка стаскивает портфель с плеч и, откинув его в сторону, сползает по двери вниз, садясь на пол. Спёртый воздух не даёт дышать полной грудью и Оксана впервые чувствует себя заложником в этих четырёх стенах.

Или не впервые?...

Одиночество никогда не было проблемой для Фроловой, оно, напротив, давало чувство спокойствия и ощущение свободы. Разве это не прекрасно, когда ты сам решаешь, что тебе делать и можешь заниматься, чем угодно? Кажется, не всегда. Оксана жмурится и бьётся затылком об дверь. Ей нужен совет. Простой, банальный блять совет, а рядом — никого. Душная трёхкомнатная квартира и девочка-подросток один на один с собственными проблемами. Не давая себе заплакать, — до этого же жила как-то и ничего, а тут даже причины весомой нет, — Фролова поднимается и, раздевшись, идёт на кухню, чтобы поставить чайник. Открыв окно нараспашку, Оксана вдыхает холодный влажный воздух и чувствует, как по спине и рукам пробегают мурашки. Для домоседа она слишком редко открывает окна, ей так скоро нечем будет дышать. Когда чайник, вскипятив воду, отключается, девчонка в домашней одежде наливает чай и, усевшись в бесформенное кресло-пуф, которое уже давно переехало из зала на кухню, заходит Вконтакте. Зачем она ищет этого Осипова — чёрт его знает, но спустя пару минут голубые глаза уже изучают чужую страничку. Наткнувшись на фотографию в знакомом месте, Оксана машинально ставит лайк. Не сразу поняв свою оплошность, Фролова, чуть ли не вскрикнув от ужаса, быстро снимает отметку «мне нравится», но уже слишком поздно. Не проходит и минуты, как прилетает заявка в друзья, а следом и сообщение: Сергей, 17:55 Нашла всё-таки :) Девчонка принимает заявку и, прочитав сообщение, не знает, что теперь делать. Наверное, надо что-то ответить. Сергей, 17:59 Классные фотки ;) На экране вспыхивают одно за другим уведомления «Сергею Осипову понравилась ваша фотография». Оксана не понимает, как на это реагировать, но только умом — на лице же мгновенно проявляются естественные эмоции: едва-едва заалевшие щёки и поджатые, чтобы скрыть улыбку, губы. Кажется, кто-то смущается. Оно и неудивительно: что сложного в том, чтобы вогнать в краску девчонку, которая не общается с парнями и совсем не привыкла к комплиментам?

Оксана, 18:08 Эм.. Спасибо

Сергей, 18:10 Чем-то занята? Чёрт, нужно быть порасторопнее. Фролова кусает губы и свободной рукой теребит завязки на кофте, потому что чувствует себя как тот бегемот из известной песенки, который не умел танцевать, только вместо бегемота — Оксана, а вместо таких простых танцев — умение общаться с противоположным полом. Никому не нравится чувствовать себя неловко, поэтому девчонка и ненавидит разговаривать с незнакомыми парнями, сразу возникает стойкое ощущение того, что ты полная дура... Сергей, 18:21 Похоже, занята... А я хотел поболтать :(

Оксана, 18:23 Нет, не занята, прости, что не отвечала. Можем поболтать :)

Нажав кнопку «Отправить», Оксана откидывает телефон и, размахивая руками, хватается за голову. В ней борется слишком много всего: стеснение, желание не показаться полной дурой и произвести хорошее впечатление против страха, привычки не заводить новых знакомств и избегать парней. Зачем она это написала? Почему она написала именно это, а не что-то другое? Она же не хотела общаться с этим Серёгой, зачем это дурацкое «Можем поболтать :)»? Ещё и со смайликом! Со смайликом, мать вашу! Ещё и извинилась в начале... Телефон пиликает, вырывая Фролову из собственного внутреннего мира, и она с опаской смотрит на гаджет. Дотянувшись до мобильника, Оксана чувствует, как пульс долбит где-то в висках и, решив не мучить себя ещё больше, открывает диалог. Сергей, 18:26 Отлично, раз ты настроена на диалог, приходи ко мне ;) Идти не далёко, так что около семи жду ХD

Ёб. Твою. Мать.

Оксана сглатывает и замирает на месте. Сердце бешено бьётся в груди, в горле стоит ком, а ладошки потеют. Вот так выглядит пиздец. Доигралась? Допрыгалась? Мы же не можем сразу послать куда подальше или хотя бы «нет» сказать. Конечно, это же может его обидеть, задеть его чувства. А сама что чувствуешь, когда тебя парень, парень блять, в гости зовёт? Фролова чувствует страх. Она боится. Одно дело ходить в гости к своему другу, единственному, кстати говоря, и совсем другое — идти в квартиру к незнакомому парню. Дурацкая боязнь застилает глаза настолько сильно, что Оксане в голову даже не приходит мысль о том, что она может просто не идти. Да и если бы пришла, то ничего бы не изменилось: отказывать как-то неловко, а придумывать повод значит врать.

Итог один: она идёт.

Когда со сборами покончено, телефон, лежащий на тумбе, коротко вибрирует. Чтобы понять, на что именно среагировал гаджет, не нужно даже смотреть — всё и так понятно. Оксана бегло осматривает своё лицо, накидывает кофту, обувается и, взяв сотовый, уже кладёт кисть на дверную ручку, как вдруг останавливается.

«Может, не идти?»

«Почему я согласилась?»

«Зачем вообще всё это нужно?»

Собравшись с духом и выдохнув, Оксана решительно выходит из квартиры и закрывает её на два оборота. Подойдя к двери, Фролова в сотый раз за день замирает и вновь начинает кусать губы. Из чужой квартиры слышится громкая, наверняка долбящая по ушам музыка. Там девчонку ждёт другая обстановка, другой мир. Стоит ей занести руку, чтобы постучать, как дверь открывается и на пороге стоит рыжий парень в футболке и шортах. На его лице появляется довольная ухмылка: — Я уж думал ты не придёшь, — он протягивает Оксане руку. Фролова, зажавшись, смотрит на кисть перед собой, потом на Серёгу, на кисть, на Серёгу. В голове вдруг всплывает ассоциация с лисом. С хищным лисом. Девчонка сглатывает и...

...протянув руку, заходит в квартиру.