Арка Смерти

Депрессия Сириуса росла как грибы после дождя. Его случай вполне можно было назвать: «Тысячи надуманных и реальных причин ненависти к себе». После окончания войны и возвращения в мэнор прошел месяц, но их отношения с Люциусом не улучшались, а становились все хуже день ото дня. Сириус почти не выходил из комнаты, появляясь только на семейных ужинах. От завтраков он регулярно отказывался, а обед просил принести в комнату. Они практически не разговаривали, как когда-то в коттедже, и не спорили. Сириус замкнулся в себе, стал все чаще отказываться от еды и опять сильно похудел. Нуждаясь в тепле и энергии Люциуса, он стал терпеть до последнего, прежде чем все-таки сдавался и звал того к себе. В сексе он совершенно перестал проявлять былую открытость и страстность, и Люциусу иногда казалось, что он выполняет какую-то обязательную и малопривлекательную процедуру, в результате которой его ожидала небольшая премия. И это ему, привыкшему получать наслаждение в постели, решительно не нравилось. Но и сделать он с этим ничего не мог, потому что Сириус упорно считал себя виноватым в смерти людей никому не нужным убогим калекой-сквибом, несмотря на все попытки убедить его в обратном. Зачем ему возня со столь несговорчивым партнером, Люциус и сам не знал, однако продолжал день ото дня предпринимать новые попытки, чтобы помочь Сириусу и вернуть ему жажду жизни. Тщетно. Возможный выход из ситуации внезапно предложил Драко, видевший, как отец безрезультатно ищет подход к Блэку. — Нужно, чтобы он пообщался с Поттером, — сказал Драко в один из вечеров, когда они вдвоем с отцом сидели в столовой, а Сириус, быстро поев, вновь сбежал в свою комнату. — Что это даст? — Не знаю, но вроде бы Блэк, насколько я могу судить из разговоров и сплетен, что удалось уловить пока я скрывался у Билла, сильно привязан к крестнику. А Поттер… он такой… он и мертвого расшевелить сможет. В нем же энергии, как у бешенного пикси. — Бр-р, до сих пор не могу привыкнуть, что ты одного из Уизли называешь по имени, — поморщился Люциус. — Что до Поттера… это вообще-то неплохая идея, ведь тогда, два года назад, именно при помощи Блэка Темный Лорд заманил его в Министерство. Только вот… как бы встреча с Поттером для нас самих не обернулась нежелательными последствиями. Пока про Малфоев забыли, но стоит напомнить о себе, и опять навалятся проблемы. Хотя… теперь у нас есть некоторые козыри. — Это какие же? — Тебя вынудили принять метку силой, да и ты уже год как под защитой Ордена Феникса, твои Уизли это подтвердят. Тут и Веритасерум не страшен. А я… у меня есть другой козырь. — Блэк? — Ну, с одной стороны, Поттер мне должен за крестного, а с другой… Это тебе знать не обязательно, ты не слишком хорошо владеешь Окклюменцией. Люциус во избежание неприятностей не собирался говорить сыну, что умеет противостоять действию Сыворотки правды. Ему уже удалось много лет назад обмануть правосудие, прикинувшись, что действовал по принуждению и зачастую даже под Империо. — Ну так что? Позовешь Поттера? — немного напряженно спросил Драко, чем немало удивил. Но Люциус постарался не показать этого. — Да, только не решит ли он, что мое письмо — ловушка? Однажды он на такую приманку уже клюнул. — Я могу пригласить его на встречу и там рассказать про Блэка. Думаю, мне он поверит больше, чем тебе. — Я чего-то не знаю? — Люциус пристально посмотрел на сына. — Поттер во время своих странствий тоже какое-то время жил в Ракушке. И там мы наконец-то нашли общий язык. Правда, это стоило Флер разгромленной гостиной и раскуроченных клумб в палисаднике, — с мечтательным выражением лица улыбнулся Драко. Люциус на это только покачал головой, догадываясь, что сын, кажется, понял: его чувства к Поттеру, о котором он постоянно со злостью и затаенным отчаянием рассказывал в каждый свой приезд из школы, очень далеки от ненависти. Впрочем, с Драко можно побеседовать и позже, да и то только в случае взаимности Поттера. К тому же чувства чувствами, а наследника тот Малфоям не родит. — Хорошо, сын, полагаюсь на тебя в этом вопросе. Как договоришься, я сообщу Блэку. Драко довольно улыбнулся, но тут же попытался придать себе безразличный вид. С Поттером в итоге договориться оказалось намного проще, чем с Блэком. — Я не пойду! — уперся тот рогом, стоило Люциусу рассказать ему, что к ним на ужин приглашен Гарри. — Мерлин, Сириус, ну в чем дело? Это же твой любимый крестник! Неужели ты не хочешь увидеть его? Да и он, наверняка, жаждет убедиться, что это не россказни и ты на самом деле жив. Да Драко еле уговорил его дождаться сегодняшнего вечера, а ты капризничаешь. — Я не хочу, чтобы Гарри видел меня таким! — Он ткнул пальцем в черный глаз. — Тем более, он боится и ненавидит дементоров. А я… — Да сколько же будет продолжаться это самоковыряние?! — вспылил Люциус. — Или только у одного тебя горе, а все остальные в масле купаются? Или мне нужно посыпать голову пеплом и наложить на себя руки за то, что, приняв метку и последовав за Темным Лордом, я послужил источником несчастья всей семьи? Ты думаешь, Нарцисса всю жизнь мечтала испытывать бесконечные унижения, чтобы потом оказаться работником госпиталя? А Драко нравилось пытать пленников и выискивать способ убийства Дамблдора? И во всех их бедах виноват я! Но я не жалею себя, а продолжаю жить, стараясь сделать их жизнь — и твою, между прочим, тоже! — чуть легче и приятнее. Сириус некоторое время удивленно разглядывал Люциуса, заставляя отчего-то испытывать смущение и волноваться. — Ну что ты так смотришь?! — не выдержал Люциус в конце концов. — Просто не ожидал от тебя. — Я что, по-твоему, совсем скотина бесчувственная? — Нет, хотя частенько производишь именно такое впечатление. И я очень благодарен тебе за все, что ты для меня делаешь. Знаешь… побывав в шкуре дементора, я был вынужден переосмыслить свою прошлую жизнь. Ведь на самом деле я не сделал ничего хорошего. Даже крестнику в помощи отказал, когда он в ней нуждался… И, возможно, для всех было бы лучше, если бы я действительно умер. Не перебивай! — вскинул он руки. — Но, может, ты и прав. Раз уж судьба в твоем лице дала мне второй шанс, наверное, стоит его использовать… — И?.. — Хорошо, я встречусь с Гарри. — Люциус приложил огромное усилие, чтобы скрыть вздох облегчения, но Блэк внезапно слабо улыбнулся и добавил: — Я знаю, что ты испытываешь. Не держи при мне маску безразличия, пожалуйста. Когда ты не скрываешь свои эмоции, мне в голову хоть не лезут всякие упаднические мысли. — Я постараюсь, — усмехнулся Люциус. — Но знаешь как трудно одолеть въевшуюся с годами привычку? — Догадываюсь. Так что? Когда там придет Гарри? — Уже через час. — Тогда мне нужно привести себя в порядок. — И Сириус, поднявшись с постели, направился в ванную. Поттер пришел даже раньше указанного времени. Он опасливо осматривался и нервно теребил рукав парадной мантии, в котором, Люциус не сомневался в этом, скрывалась волшебная палочка. Встрече со старшим Малфоем он явно не обрадовался, но старался сохранять видимость приличий и вести себя вежливо и учтиво. Атмосферу неплохо разряжал Драко, взявший на себя роль дипломата, потому как Поттер явно не горел желанием общаться с хозяином дома. Однако в ожидании Блэка поговорить им все-таки пришлось, потому что Драко не знал всех нюансов истории появления их гостя. — Меня удивляет одно: почему вы решили помогать Сириусу? На вас это не похоже, — дерзко спросил непрошибаемый гриффиндорец. — Вы, мистер Поттер, так хорошо меня знаете? — не скрывая сарказма, поинтересовался Люциус. — Наслышан. — Слухи не всегда бывают правдивы, более того, они, как правило, в большинстве своем состоят из лжи. Что же до Сириуса… Причин на самом деле немало. Но первой из них была обычная благодарность еще тогда, когда я даже представить не мог, кто скрыт под довольно жуткой личиной дементора. Какое бы мнение у вас обо мне ни сложилось, но Малфои умеют быть благодарными. А Сириусу пришлось вытерпеть очень многое, прежде чем он вновь принял нормальный… ну, почти нормальный человеческий облик. — Что это значит, мистер Малфой? — Увидите. Они замолчали, но тишина длилась недолго, так как в гостиную медленно и даже как-то боязливо зашел Блэк. — Сириус! — подорвался из кресла Поттер. Но тот отпрянул от него, вжавшись спиной в дверь. — Сириус, ты что, меня не узнаешь? — Нет, Гарри, я очень рад тебя видеть, и чувствую, что ты тоже, но… Мне бы хотелось, чтобы ты посмотрел на меня внимательно и выслушал мою историю. — Я и так смотрю на тебя. Ты сейчас похож на того Сириуса Блэка, которого я встретил на третьем курсе после твоего побега из Азкабана. Единственное, видно, что здесь у тебя весьма комфортные условия проживания и ты не истощен от голода и холода. — Насчет холода я бы поспорил, — хмыкнул Блэк. — Но, Гарри, посмотри мне в глаза. Эта чернота... она со мной постоянно. — Это как-то мешает? — Гарри перевел встревоженный взгляд на Люциуса. — Нет, но она не исчезает, и вряд ли я когда-нибудь обрету прошлый цвет глаз. — Эй, Сириус, я же не жениться на тебе собираюсь, — напряженно рассмеялся Поттер. — Мне, по большему счету, все равно как ты выглядишь. Главное, чтобы ты получал необходимый уход и лечение. — Но оно не лечится! — слегка повысил голос Блэк, затем отвернулся, закусив губу. — Так же как и потеря магии. — Сириус! — Нет, Гарри, давай присядем и немного поговорим. — С этими словами он опустился на самый краешек кресла, стоявшего ближе к двери, словно собирался сбежать в любую минуту. — Можете вы оставить нас одних? — повернулся Поттер к молчавшему до сих пор Люциусу. — Нет. — Почему? — Потому что я знаю всю эту историю от начала до конца и не услышу ничего нового, — отрезал Люциус. Поттер, кажется, хотел возразить, но, кинув взгляд на Сириуса и видя, что тот не против, кивнул. Сириус начал свой рассказ с момента падения в Арку Смерти. Говорил он долго, не стесняясь самых неприглядных подробностей. Порой Люциусу казалось, что он даже слегка сгущает краски в надежде вызвать у крестника отторжение и ненависть. Умолчал он только о характере способов, которыми они совместно с Люциусом боролись с недостатком в теле тепла, отметив лишь, что в одиночку не справился бы. По окончании монолога Сириуса Поттер резко вскочил и все-таки кинулся к нему обниматься. — Я очень сожалею, что тебе довелось пережить все это. И мы обязательно найдем способ, как избавиться от всех последствий и вылечить тебя окончательно. Ты только верь мне! — Он немного отстранился и, по-прежнему сжимая ладони Сириуса, пристально взглянул тому в глаза. И в тот же миг Сириус резко вскрикнул и свалился без чувств. — Что с ним? — растерянно обернулся к Люциусу Поттер. — Не знаю! Привести Сириуса в чувство оказалось непросто. За это время Люциус договорился с Поттером о том, что тот немного поживет в мэноре и использует свой статус героя для того, чтобы добиться у Визенгамота признания Блэка и Малфоев невиновными, а также подключит все связи, в частности — невыразимцев, чтобы помочь Сириусу с его проблемами. Сириус пришел в себя где-то через час. — Что со мной было? — удивленно спросил он у Люциуса, заметив, что лежит на собственной постели. — Глубокий обморок. Мы с мистером Поттером уже сбились с ног... — Гарри! — вскрикнул Блэк и, когда тот склонился к нему, резко отпрянул в сторону. — Сириус, ты опять? Мы же вроде уже обо всем договорились. — Прости, Гарри, просто… в твоих глазах я сумел увидеть твои мысли. Ты думал об Арке и о дементорах. — Ты же говорил, что эмпат. А это… — Легилименция, — перебил Поттера Люциус. — Да, но почему такого никогда не происходило с тобой? — удивленно глянул Блэк в ответ. — Хм… — Люциус ненадолго задумался, затем протянул ладонь и посмотрел Сириусу в глаза. — Попробуй теперь. Результатом стал густой румянец, вызвавший довольную улыбку Люциуса. Да, картинки их ночного времяпрепровождения, которые он специально припомнил, были весьма жаркими и возбуждающими. — Но почему? — немного взяв себя в руки, спросил Сириус. — Откуда это все взялось? Я ведь никогда раньше… — Потому, что я всегда держу окклюментивные щиты, — пояснил Люциус. — Привычка. А сейчас я их снял. И могу предположить, что мистер Поттер не владеет этой ментальной практикой. — Ну да, — кинул тот почему-то виноватый взгляд на Сириуса. — Снейп меня так и не научил. — И вообще, что за похоронное настроение? — поддел Блэка Люциус. — Считай это компенсацией за пропавшую магию. Насколько мне известно, беспалочковыми ментальными практиками владел только Темный Лорд и вроде бы Дамблдор. А ты приобрел такую возможность безо всякого обучения. — Еще один подарок от сущности дементоров? — Но это же здоро… — вмешался Поттер, но заметив предупреждающий взгляд Люциуса, резко исправился: — Мы обязательно со всем справимся, Сириус. Но самое лучшее уже произошло: ты остался жив! И это главное. — Чтобы ты там себе ни навыдумывал, Блэк, — Люциус нашел его ладонь и смело посмотрел в глаза, так и не восстановив щиты, — но я тоже рад тому, что так случилось, а с остальным мы разберемся. Сириус долго смотрел в ответ, и в какой-то момент недоверие сменилось робкой надеждой, а затем и смущенной улыбкой. Люциус не сомневался, что то, что сейчас видно в его мечтах, о которых он и сам пока боялся задумываться, поможет Блэку справиться с депрессией и придаст уверенности и сил. Что же до прочего... Вопросов оставалось много, но Люциус рассчитывал, что при помощи Поттера они найдут на них ответы.