***
Несмотря на то, что благодаря усердным тренировкам Гарри удавалось сохранять достойную физическую форму и врожденную ловкость, чему бы позавидовали многие более молодые агенты (и самоконтроль пятилетнего гиперактивного ребёнка, — как часто ворчал Мерлин), ничто не могло изменить тот факт, что ему уже за сорок пять, и трансконтинентальные перелеты через множество часовых поясов ударили по нему сильнее, чем ранее, несмотря на то, что он воспользовался специальным самолётом Кингсман. И именно поэтому, только когда он высадился на Сэвил Роу и уже прошёл почти весь путь до знакомого бара, он вспомнил, что сейчас вечер субботы. Он прошёл сквозь огромную шумную толпу людей, разумно используя свои локти для этой цели, и, зайдя внутрь, тут же увидел Эггси, стоящего в другом конце бара. Парень поймал его взгляд и подмигнул, но не подошёл, занятый разговором о чём-то, носящем жуткое название «Бетономешалка»*. Гарри неловко приблизился к бару, и его тут же грубо оттолкнули к стойке без остановки болтающие подростки в скудных одеяниях (Боже мой, это что, виниловые лосины?), и Гарри начал планировать тактику отступления. Эггси, безусловно, был занят, а он может вернуться и в другое время — но Гарри должен был лететь послезавтра на миссию в Минск, и ему очень бы не хотелось потерять эту крохотную частичку времени, которую он мог провести с Эггси. — Могу вам чем-нибудь помочь, сэр? — неизвестный голос ворвался в его мысли, и Гарри встретился глазами с прелестной девушкой, чьи светлые волосы были собраны в тугой хвост, а сама она была в чёрном жилете, таком же, какой Гарри каждый раз видел на Эггси. — Вы, должно быть, Роксана, — он протянул свою руку девушке, — Меня зовут Гарри Харт, я- — Вы один из постоянных клиентов Эггси, я знаю, — улыбаясь, перебила она. — Зовите меня Рокси, я так много о вас слышала, что кажется, что мы знакомы уже тысячу лет. Могу ли я что-нибудь сделать для вас, пока вы ждёте его? Гарри, колеблясь, бросил быстрый взгляд в сторону Эггси, но тот был поглощён спором, и отчаянно жестикулировал руками, держа в одной ярко-зелёный лайм, а в другой — бутылку Бейлис. — Было бы чудесно чего-нибудь выпить, — признался он. Рокси выжидающе промолчала, надеясь на продолжение, и Гарри запоздало осознал, что никогда не спрашивал у Эггси названия коктейлей, которые тот делал для него. Он усиленно начал вспоминать описание первого коктейля, который пришёл ему на ум, красно-белую смесь, которая до боли напоминала последствия его недавних миссий, а вкус был до умопомрачения свеж, с нотками кокоса и цитрусовых. — Кокосовый ром и лайм? — задумавшись, нахмурилась Рокси, — Что-то знакомое, но я никак не могу…О! — вдруг победоносно вскрикнула она, и узнавание пронеслось на её лице, а голос прозвучал именно в момент полного затишья. — Вы хотите «Секс с барменом!» Через её плечо Гарри заметил, как Эггси внезапно будто примёрз к одному месту, а на его лице застыло выражение полного ужаса. — Прошу прощения? — слабым голосом переспросил Гарри, неуверенный, что услышал всё правильно. — «Секс с барменом», — терпеливо повторила Рокси, уже смешивая необходимые ингредиенты. — Это название коктейля. Кокосовый ром, Трипл сек, сок лайма, гренадин и Севен Ап, с каплей Бейлис в середине. Вот, пожалуйста, держите, — Она подвинула ближе к нему стакан коллинз*, наполненный знакомой красно-белой жидкостью. Гарри уставился на коктейль и осторожно сделал первый глоток. Вне всякого сомнения, это был тот же самый напиток. — А если, — медленно проговорил он, — я спрашиваю так, для общего развития — если я хочу коктейль с водкой, джином, апельсиновым соком и- — Тогда вы просите о «Медленной удобной отвёртке, прислонённой к стене», — без промедления выпалила странное название Рокси, и глазом не моргнув. — А если я закажу коричнево-зелёный коктейль, который на вкус как дыня, то- — Тогда вам нужен «Быстрый секс». — А… — замялся Гарри, туманно припоминая события того вечера, наполненного алкоголем и малым количеством крови в его сосудах; тепло руки Эггси на своих плечах, и его весёлый голос, говорящий «Я дам тебе столько, сколько ты их пожелаешь», — а если вы предложите мне напиток — или несколько — со сливками, шоколадным ликёром и нотками апельсина… — Значит, я дам вам «Кричащий оргазм», — девушка наклонила голову набок, — Вы флиртуете? Если так, то я начисляю вам очки за изобретательность. — Увы, но нет, моя дорогая, — ответил Гарри, и Рокси разочарованно поморщилась, — Но, — задумчиво протянул он, — я начинаю подозревать, что кое-кто как раз и пытался пофлиртовать. Он посмотрел в конец бара, но Эггси там уже не было. __________________________ «Бетономешалка»* — коктейль, состоящий из Бейлис и сока лайма; один из популярнейших коктейлей, известен своей необычной манерой употребления и консистенцией; Коллинз* — стакан цилиндрической формы с прямыми стенками.4 (кокосовый ром, Трипл Сек, сок лайма, гренадин, Севен Ап и Бейлис с вишенкой сверху)
20 апреля 2018 г., 20:00
К облегчению Гарри, ничего не изменилось после того вечера.
Он более чем просто боялся, что что-то изменится между ними, когда вернулся в бар первый раз. Гарри провёл большую часть своей взрослой жизни, выстраивая свой образ, как доспехи, скрывая свои настоящие чувства за аристократизмом и защищая себя острым как бритва остроумием. Для него позволить Эггси увидеть под этой маской одинокого мужчину средних лет — было унизительнее, чем если бы тот увидел его голым.
Но Эггси едва позволил ему произнести пару слов в жалкой попытке извиниться, тут же перебив мужчину.
— Всё в порядке, — утешающе похлопал он Гарри по плечу, — Ты не первый чувак, который одиноко напивался ночью, ты и не последний.
Эти слова ужалили сильнее, чем молодой человек мог себе представить. Гарри знал, что Эггси флиртовал со всеми на рефлексе, видел его очарование, обращённое к другим клиентам, но предательское и коварное чувство надежды в уголке его сознания всегда хотело верить, что улыбка, которая направлена Гарри — немного теплее, чем обычно, а взгляд, которым парень его окидывал — нежнее. Слова о том, что он был лишь одним из многих, безжалостно растоптали это хрупкое чувство.
По крайней мере, было видно, что Эггси к нему привязан. Когда бы Гарри ни заходил, в какой час, поздней ночью или ранним утром, Эггси всегда выходил к нему, обезоруживающе улыбаясь, а после подвигал к нему какое-то чрезмерно сладкое варево, и они вдвоём начинали разговаривать обо всём и одновременно ни о чём — о матери и сестренке Эггси, о трудностях Рокси на учёбе, о последней поездке Гарри за границу (отредактированная версия, ради общего блага) — пока не появлялся новый клиент, требующий внимания бармена.
Конечно, Гарри мог бы довольствоваться и этим. Если чувства Эггси к нему сугубо платонические, тогда просто не было смысла заявлять о своей безответной любви как в каком-нибудь романтическом кино восьмидесятых, разрушив все их тёплые отношения, которые они построили. Они могли бы быть добрыми друзьями, если бы на пути Гарри не встало его неудобное (и постоянно растущее) чувство влюблённости.
Через пару недель весь его предельно логичный и разумный план покатился ко всем чертям.