Подарок на Рождество

До состояния белого каления Шерлока Холмса могут довести лишь избранные. Избранные идиоты. И избирают их, судя по всему, исключительно в полицию. Ничто не предвещало беды и гнева консультирующего детектива, обрушившегося на голову некоего инспектора и его подчинённых, включая всех присутствующих собак. Но это было потом… С утра же Шерлок решил всё-таки не ограничивать общение с Лестрейдом смсками и лично рассказать дело, несмотря на выходной инспектора. Когда Майк побежал на утреннюю прогулку, Шерлок в приподнятом настроении легко встал с постели и через полчаса уже был в Скотланд-Ярде. Он не скупился на подробности в своём повествовании: куда, когда, что, каким путём, где ждать, где взять, как действовать… чем в конце концов довёл половину собравшихся по приказу Лестрейда полицейских до крайнего раздражения. Что Шерлока слегка удивило, он специально следил, чтобы в его речи не появлялось слово «идиот». Как показывала практика, если им говорить это слово до того, как они что-то должны сделать, то из опять же идиотского чувства противоречия и желания показать, кто тут умнее, они делают всё с точностью до наоборот. Единственное, что вызывало некое внутреннее волнение, — это вопрос «как». Как именно взрывчатку привезут, но Шерлок рассчитывал найти ответ на месте. Вернулся домой он в приятном расположении духа и увлёкся очередным экспериментом, пока есть время до операции. Первый тревожный звоночек раздался после обеда. «У нас всё готово, как ты сказал, но тебя в парк я не пущу» — категорично заявило сообщение от Лестрейда. «Пытаться пройти незаметно тоже не стоит» — пришло ещё одно, когда Шерлок уже подобрал слова для ответа. «Твой брат в курсе и со мной согласен» Шерлок подавил жгучее желание запустить телефоном в окно. Или в Лестрейда. С Майкрофтом. Если постараться, можно даже сразу в обоих… Как же это раздражает, чёрт возьми! Больше двух лет Шерлок работал в одиночку под прикрытием, в том числе и на опасно близком расстоянии к террористам, и никого не волновала эта ситуация. А теперь его отстраняют заботящиеся родственники с переживающими друзьями от дела, которое он же им и решил, как какого-то малолетку! От раздражения, что волнами захлёстывало с ног до головы, Шерлок не углядел за экспериментом и микроволновка, жалко пикнув, слегка взорвалась. Майк, что всё это время тихо сидел под столом, грея босые ноги Шерлока (теперь он снимал ботинки дома ради этой живой грелки), упал на пол и спрятался под стул, накрыв лапами уши. А когда убедился, что больше взрывов не будет, то мигом подскочил к Шерлоку, проверить всё ли с ним в порядке. Дымящийся от раздражения Шерлок (то есть дымилась микроволновка за его спиной, но Шерлок тоже чувствовал нечто подобное) не обратил на него внимания, печатая сообщение в ответ: «Если завтра на воздух взлетит половина парка — о том, кто в этом виноват, узнает весь Лондон. А следом и весь мир. Я смогу это устроить. SH» И отправил сразу двоим. Он, разумеется, будет там, но о приятном расположении духа уже не могло быть и речи… *** Уставшие полицейские, продежурившие умопомрачительное количество часов на холоде в парке, недовольно перешёптывались. Недовольство было вызвано полным неурожаем на террористов и других подозрительных личностей. Замаскированные под обычных собак тем, что их хозяева были одеты в гражданское, полицейские собаки совсем не по-полицейски поскуливали и жались к ногам, то есть к теплу. Ничего. Парк жил своей обычной жизнью, которая его буквально-таки захлестнула, когда наблюдательные посты заняли специально обученные создавать видимость беззаботной жизни люди. Ничего. Парочка бездомных вольготно прохаживались по аллеям, прекрасно сознавая свой вклад в это дело. Никакие специально обученные люди не способны так естественно вливаться в городскую жизнь, как они. И продрогший, но до крайности возбуждённый жизнью Шерлок Холмс, который в данный момент прикуривал у отчаянно стучащего зубами Билли вожделенную сигарету, прекрасно это знал. Ничего. Лестрейд вздохнул и провёл рукой по волосам. Ещё немного, и он готов будет поверить, что Шерлок — никогда не ошибающийся Шерлок — на этот раз ошибся, и теракт произойдет где угодно, но только не здесь. Ничего. Тридцать первое декабря, шесть сорок утра и никаких признаков страшных людей с красными мешками с надписью «бомба». По специально отведённой дороге, не превышая установленную скорость, в сторону зоопарка проследовал не особо большой, но всё-таки грузовой автомобиль, от обычных автомобилей отличающийся разве что ярко-розовой ухмыляющейся обезьяной на задних дверцах. Шерлок на радостях чуть не проглотил сигарету, завидев его. Специально обученные люди остановили автомобиль, замаскированные под неполицейских собаки запрыгнули в кузов и обнюхали его содержимое. А потом с кислыми мордами вылезли обратно. Создающие видимость люди вздохнули в кустах особого назначения. Опять ни-че-го. Сигарета, даже не успев потухнуть, была с силой смята пальцами и выброшена. Кусты особого назначения взволнованно зашевелились, когда к инспектору, что стоял в некотором отдалении от места хоть каких-то событий в этом сонном парке, подлетел какой-то бездомный и стал нахально и яростно требовать у него денег на кофе. Или что там ещё нужно бездомным от замаскированного под обычного прохожего, любящего утренние прогулки инспектора. — Шерлок! Там нет ничего! Никакой таинственной взрывчатки! Только пара спящих без задних ног бегемотов, которых привезли из клиники. И вообще какого черта?! Я запретил тебе здесь быть! — Это они! Я знаю. Там должно быть что-то! — Собаки ничего не нашли. — Если вам под нос сунуть протухшую селедку, вы почувствуете запах персиков? — Что? Н-нет… какие персики?! — Что это за автомобиль? Кто перевозил животных? — Фирма для перевозки животных, — внезапно Грег почувствовал себя идиотом. — Название! — рявкнул Шерлок. — Сейчас, сейчас… — по рации Лестрейд спросил название фирмы, которое было указано в документах. — «Голубой кит»*. — Что?! — «Голубой кит», а что? — Чёрт… это они. И теперь они знают, что здесь кругом полиция! И могут взорвать бомбу в любую минуту. — Шерлок! Ты слышишь? Нет взрывчатки. Мы ничего не нашли. На всей территории парка. — Значит, так искали! Ген идиотизма, видимо, передается даже собакам. Я иду в зоопарк. — Шерлок, ты спятил! — Там же ничего нет, инспектор. Мне нечего бояться. И не слушая возражения и просьбы не сходить с ума, Шерлок повернулся и быстро зашагал в сторону зоопарка прямо по газонам, игнорируя витьеватые дорожки. Выругавшись, Грег поспешил за ним. Они подходили к воротам, как вдруг за спиной раздался громкий лай. — Майк?! Какого чёрта, я же сказал гулять не здесь! Вслед за несущейся к Шерлоку собакой как раз бежала Нэнси с поводком в руке. — Мистер… Холмс! Он… сорвался! И побежал! — кричала она. Шерлок понял, что что-то не так. Майк подбежал, схватил его за штанину и стал тянуть в сторону от ворот. — Шерлок, — Грег ничего не понимал и хотел разобраться, — что это за собака? — Некогда объяснять. Он хочет, чтобы мы шли за ним. Веди! — скомандовал Шерлок и побежал. Они обогнули высокие главные ворота зоопарка. Теперь забор, затерявшийся в кустах, был ниже, и Майк легко его перепрыгнул, Шерлок перепрыгнул вслед за ним. Грег вздохнул и перелез, чуть отставая от несущегося дальше детектива с собакой. На территории зоопарка был большой пруд. Перепрыгивая лавочки, Майк несся вдоль него. Шерлок старался не отставать, перебирая в голове варианты… Как вдруг, вывернув из-за киоска, услышал плеск воды. Меж веток огромной ивы был виден мост, а под мостом Шерлок увидел расходящиеся по воде круги, в центре которых капюшон жёлтой куртки и рыжую макушку. Это была та самая, черт побери, маленькая девочка! — Лестрейд, «скорую»! И людей в здание! — закричал Шерлок бежавшему позади Грегу. Майк прыгнул в воду. Шерлок сбросил куртку на берегу и прыгнул следом. — Шерлок!!! Вода, наверное, была ледяной. Шерлок не заметил. В сознании было абсолютно пусто. Только цель и установка достигнуть её. К месту, где была видна девочка ещё несколько секунд назад, Майк подплыл первым, нырнул под воду и вскоре вынырнул на поверхность с зажатым в зубах капюшоном. Он поплыл к берегу, и через пару метров Шерлок обхватил руками бесчувственную девочку, выбросив кляп из её рта. Руки и ноги её были связаны грубой верёвкой, одним прикосновением Шерлок проверил пульс — он был, но слабый. Выбравшись с ней на берег, он нашел в кармане своей куртки нож и перерезал верёвку, помог выйти воде из легких и откашляться. Девочка медленно стала приходить в сознание. Затем он снял с неё промокшую одежду и завернул в свою тёплую куртку. — Я видела… видела… — пробормотала девочка. — Что? Что ты видела? — Шерлок подхватил её на руки, приближая к себе, чтобы расслышать. — Я знала, что… там… там был кит! Я… знала… Шерлок успокаивающе погладил её ладонью по лбу и даже зачем-то поцеловал. Джон так делал… с Рози… В голове заело только одно: «успел... спас...» Шерлок выдохнул. Всё тело скрутило прошедшей по позвоночнику судорогой. Ах, ну да… вода всё-таки была холодной. Шерлок вспомнил, что терпеть не может зиму. * * * Мир возвращался чем-то мягким и мокрым. Не то, чтобы Шерлок отключался, нет, он просто не обращал на этот мир никакого внимания. Стиснув зубы и переборов судорогу, он с девочкой на руках пошёл в сторону ворот зоопарка, куда должна была подъехать «скорая». Потом на автомате передал девочку в руки врачей. Отошёл от машины и остановился, бездумно наблюдая, как уезжает машина. В этот момент мир и стал возвращаться мягким, мокрым и обжигающе-горячим языком Майка, которым он лизал его руку. — Майк… Ты молодец… Шерлок моргнул. И ощутимо затрясся всем телом от холода. — Шерлок! Какого чёрта ты там стоишь?! — совсем близко послышался крик Грега. Ещё раз моргнув, Шерлок увидел вторую «скорую» и поморщился. — Вы их взяли? — задал он вопрос, подойдя к Грегу, что стоял у машины. — Взяли. Они как раз вскрывали чучело второго бегемота. — Я так и знал… — Шерлок, откуда у тебя собака? — Долгая история, — бросил он, принимая на плечи одеяло. — Его зовут Майк. — Сэр, вам… — начала было молоденькая врач скорой, но Шерлок её перебил: — В больницу я не поеду, — категорично заявил он. — Моя машина в двух шагах, я могу отвезти тебя на Бейкер-стрит, — предложил Грег. — Гав! — То есть, вас обоих, конечно, — поправился он, улыбнувшись собаке, и присел погладить. — Майк. Хороший пес, хороший. Как ты только понял, что ей нужна помощь… — У собак превосходный слух и отменное чутьё, — вставил Шерлок. Для собаки в машине тоже нашлось одеяло. Шерлок сидел на бортике, а Майк сидел перед ним, положа голову на колени. Оба в одеялах, мокрые, лохматые, но довольные, что у них всё получилось. Неуверенно к ним подошла Нэнси, Шерлок ей улыбнулся синими губами и сказал передать Билли, чтобы всё наблюдение было снято. Она пообещала и погладила на прощанье Майка по макушке, за что тот её «поцеловал» в щёку. Грег умилённо наблюдал за этой сценой. Когда она ушла, без зазрения совести конфисковав оба одеяла, они втроём перебрались в машину Грега и поехали на Бейкер-стрит. — Мать девочки работает в зоопарке, сегодня у неё ночная смена, — стуча зубами, начал Шерлок, не дожидаясь вопроса, — придя на работу к матери, она увидела, как террористы вскрывают чучело, её заметили и решили избавиться. Но стрелять в помещении не стали из риска быть обнаруженными. На территории зоопарка никого не было, если бы не Майк, её бы нашли не раньше полудня. — Ууууав, гав! — Да-да… Чёрт, ведь подсказка была у меня под носом всё это время! Balaenoptera musculus, — ухмыльнулся Шерлок. — Кто? — спросил Грег. — Голубой кит. Она росла без отца… Девочка, — в полголоса сказал Шерлок, — и должно быть придумала, что в пруду живёт огромный кит… — Уууу… — прижался к боку Шерлока Майк. — Об этом она тебе сказала, да? — Уав. — Ну… зато теперь она будет помнить, что видела его. И в какой-то степени, это может перекрыть воспоминание об обстоятельствах, в которых она побывала… — Ты считаешь, что это хорошо? — искренне не понял Грег. — Я считаю, что это не так плохо. — Уав. Когда они приехали, Шерлок ожидаемо попал в руки взволнованной его мокрым видом миссис Хадсон. — Они спасли девочку, — с гордой улыбкой поведал Грег. — И Лондон, — полузадушенно прохрипел Шерлок. Затисканный спаситель умоляюще посмотрел на Грега и увидел в его руке телефон. Вздохнул. Следующим в списке избавителей от любви домовладелицы был Майк. И он понял взгляд хозяина. — Гав-гав-гав! — напомнил он, что тоже участвовал в операции. Миссис Хадсон переключилась на собаку, и Шерлок, вздохнув свободно, пошёл наверх. По мнению Шерлока Холмса, горячий душ — одно из высших достижений человечества. Когда он вышел и завернулся в самый тёплый халат, который только был, то стал совсем добрым и довольным. Лондон был спасён. Маленькая девочка тоже. Мысли медленно текли по стенам Чертогов, как горячая патока. На кухне Миссис Хадсон готовила какой-то особенный суп для своего «мальчика» и уютно шебуршала кастрюлями, пакетами, ложками, продуктами и всем остальным, что попадалось ей под руку. Прошлёпав к дивану, Шерлок шмыгнул носом и свернулся на нём в калачик. Вымытый Майк подошёл к нему, понюхал, посмотрел и меланхолично залез на Шерлока сверху, распластавшись по всей его площади, ради этого развёрнутой из калачика. Шерлок не был против. Шерлок был очень даже «за», поскольку тело собаки на пару градусов горячее человеческого. Да и не только поэтому… а просто… приятно… В общем, проснулся Шерлок ближе к вечеру, когда услышал на лестнице шаги Джона. Тот пришёл, как и обещал. Пришёл с Рози. О чём Шерлок узнал сразу, поскольку, лёжа на спине и запрокинув голову на подлокотник, увидел как она, улыбаясь до ушей, тянет руки к его голове. А Джон, аккуратно поставив её у подлокотника (рост как раз позволял дотянуться, куда надо), наслаждался видом терзания и запутывания и без того взбитых до непотребства волос друга. — Привет, Шерлок! — Ууав. — И Майк, конечно, — благодушно поздоровался Джон. — Джон, я думаю, Рози нужно купить больше игр, развивающих мелкую моторику. Как можно больше. — Не надейся, что она отстанет от твоих кудрей. — За что… — вздохнул Шерлок и зажмурился. — Миссис Хадсон рассказала, что вы сегодня сделали. — Написать в блог не получится. Дело с терактом засекречено. — Но о спасении девочки я написать могу, не вдаваясь в подробности. — Лишнее, — легко отмахнулся Шерлок. И почувствовав, как маленькие пальцы перестали сосредоточенно выдергивать его волосы, он открыл глаза. Выглядывая из-за его головы, Рози с любопытством смотрела на всё так же лежащего на груди Шерлока Майка. А Майк смотрел на неё. Переглянувшись, Шерлок с Джоном стали ждать дальнейшего развития отношений. Майк слез с согревшегося хозяина, а заодно и с дивана, и осторожно подошёл к замершей Рози. Понюхал её, внимательно посмотрел, и лизнул самым аккуратнейшим образом. С визгом: «бабака!» Рози повисла на его шее. Шерлок порадовался, что на какое-то время избавлен от пытки. Но, кинув взгляд на часы Джона, поправил себя: не на «какое-то», а ровно на двадцать три часа с учётом праздничных пробок, когда всем в городе приспичит кататься туда и обратно по родственникам, которых в обычное время никто и знать не желает. Шерлок никогда этого не понимал… Джон, кажется, заметил перемену в его мыслях — держать лицо сейчас совсем не хотелось. Но ничего не сказал. Шерлок был благодарен. — Если ты не против, мы сегодня останемся здесь. Чтобы не пропустить, если у тебя начнется воспаление легких. — Это будет захватывающее зрелище, — шмыгнув носом, прогнусавил Шерлок. — Я не против. — Отлично. Пойду скажу миссис Хадсон, что ты проснулся и рад отведать её особенного супа. — Угу. По правде сказать, Шерлоку было не просто тепло. Он прекрасно осознавал, что сейчас у него слегка поднялась температура. Этого стоило ожидать после заплыва зимой в ледяной воде. Шепнув на ухо Майку, чтобы держал Рози подальше от него, Шерлок поднялся. И тут же понял, какой опрометчивый поступок совершил. Когда тело поняло, что оно проснулось и может требовать внимания к себе, то пустило дрожь от макушки до самых пяток и взбунтовалось против резких подъёмов с такого удобного, а главное, горизонтального дивана. Ладно, может быть, температура поднялась не «слегка», а чуточку больше… Как это обыкновенно бывало, у миссис Хадсон Джон немного задержался. А потому, когда пришел, Рози и Майк уже были самыми близкими друзьями и сидели в обнимку в шерлоковом кресле. Шерлок же сидел на кухне с ногами на маленьком стуле за столом, похожий на сонного воробья, и задумчиво смотрел на пустой стол. Джон подошёл и приложил ладонь к его лбу. — У тебя температура. — Я знаю. — Сейчас принесу градусник. — Если что, он в буфете. Заодно проверь, появились ли там наручники. Джон озадаченно нахмурил брови, но полез проверять. Наручники оказались на месте, Шерлок усмехнулся этому факту, а Джон так ничего и не понял, наблюдая за хитрой улыбкой, с которой Шерлок смотрел на миссис Хадсон, когда покорно ел суп. * * * Шерлок был отправлен Джоном спать, когда часы ещё не пробили заветные двенадцать ударов. Надо сказать, Шерлоку удары были безразличны, так что он спокойно уснул, закинувшись таблетками. Майк не заставил себя долго ждать, он беспардонно отворил дверь в спальню, забрался на постель и прижался к груди Шерлока. Тот улыбнулся сквозь сон. Умный, очень умный… и до крайности заботливый пёс… Кажется, это был тот идеал собаки… который Шерлоку и не снился… Несмотря на таблетки, Шерлок плавал во сне, как в ванне с ледяным кипятком. Вязко расплывались и стекали по стенам обрывки воспоминаний прошедшего дня, капали на лоб и глаза расплавленным воском. Водоворот картинок и ощущений, казалось, просочился в грудь и завертелся внутри с новой силой. Пальцы мерзко похолодели и затряслись, а ладони и лицо покрылись липким потом. Шерлок падал и взлетал одновременно. Его разрывало на мелкие кусочки, которые потом с невероятной скоростью вбивались друг в друга. Пространство сужалось до кончика иглы и тут же расширялось до бесконечности. Хотелось бежать из своего тела… Но внезапно всё остановилось, когда собака, залаяв, спрыгнула с постели. Стук в дверь. Ещё раз. Лай. Топот. Никто, чёрт побери, не открывал, а стук продолжался. Настойчивый, со звонким лязганием молотка. Бьёт прямо по черепной коробке. Терпеть это невыносимо. Настолько, что тело поднимается с постели и несёт разжиженный мозг из спальни. Красная, пульсирующая гостиная. Не потушили огонь в камине… Семнадцать чёртовых ступеней. Дверь, ручка… В лицо брызжет влага, под футболку просачивается холод, закручиваясь в животе. Женщина. За тридцать, есть муж и маленький ребенок. Мозг на автомате выдаёт скудную информацию. На большее он, сваренный в собственном соку, оказывается неспособен. Собака вьёся вокруг, добавляя верчения в и без того ходящее ходуном пространство. И лай. Знакомый до дрожи. И… ещё что-то… в женщине. Неуловимое. Кровать, мокрая от пота. Мерзко. И шёпот. — Шерлок… Совсем близко. У лица. И лай, лай, лай… тихий, издалека. — Шерлок… Сердце падает, когда мозг осознает. Призраки. Его призраки. Мэри наклоняется совсем близко. И шепчет что-то. Не получается разобрать. Вдохнуть глубоко тоже не получается из-за сковавшего тело иррационального ужаса. Рука натыкается на шерсть собаки. Длинную и коричневую. Пальцы зарываются в неё, такую мягкую и ощутимо реальную. Такую знакомую с самого детства. И хочется прижаться к сухощавому телу. Хочется обхватить руками и не выпускать… Он спасёт, он здесь… он всегда… Тихо улыбаясь, Мэри гладит ладонью по лбу, убирая мокрые волосы с лица. Пальцы сжимают шерсть до побеления костяшек. Мэри накрывает их тёплой ладонью. Дрожа, они медленно разжимаются со скрипом сухожилий. На лице мокро. Шершавый язык собаки слизывает пот. Вместе с пальцами расслабляется всё тело. И держать слёзы больше не получается. — Шерлок… Снова гладит и улыбается. Целует в лоб. Отстраняется и, мерцая, уходит вместе с собакой по тусклому жёлтому свету из окна. *** — Джон, Джон… Его трясли за плечо и настойчиво выпинывали из сна. Джону не нравилось. Но потом он вспомнил, где он, и заставил себя проснуться. — Миссис Хадсон? Что случилось? — Ох, там Шерлок… — Что? — Мне кажется, ему хуже. Шерлоку в самом деле было хуже. Температура подскочила до опасных значений, он метался по кровати, мокрый от пота. Майк сидел рядом и тревожно смотрел на Джона, умоляя того сделать что-нибудь. Джон делал. Заставил друга проглотить сильные лекарства, влил побольше воды. Обтирал лицо и тело прохладным полотенцем. К счастью, признаков пневмонии он не обнаружил. Вздыхающая Миссис Хадсон была настоятельно командирована в свою квартиру, когда время перевалило за три часа ночи. Потом сон стал ещё беспокойнее. Как Джон ни пытался, Шерлока не получалось разбудить. Пальцами он вцепился в шерсть собаки, а тело было напряжено до предела. Но в какой-то момент пальцы медленно разжались и тело расслабилось. Джон увидел, как из-под прикрытых век друга потекли слёзы. Он не знал, что ему снилось, из-за температуры это могло быть всё, что угодно, даже самое нереальное, как картины Дали. Но это было не важно, совершенно не важно. Поддавшись порыву, Джон просто обнял Шерлока, прижав к груди. И сидел так, гладя его спину. Как совсем недавно сидел с болеющей дочкой. — Дж-Джон… — глухо пробормотал Шерлок, приходя в себя. — Что ты делаешь? — Ничего я не делаю. Спи. Сейчас спадёт температура. — Нет. Ты что-то делаешь… Меня не обмануть… так просто… — Я тебя обнимаю. Помнишь, ты меня обнимал? Вот и я тебя обнимаю. Так что заткнись и спи. — Ладно… — и отключился. Джон тихо усмехнулся такой исполнительности. Рассвет осторожно вползал в комнату. Пятясь и озираясь по сторонам, он касался бледно-голубым светом занавесок, пола, кровати… зарылся в золотистую шерсть собаки и тронул чуткие руки доктора. Погладил лоб и завитки волос спящего на кровати хозяина комнаты, в которую он без спроса просочился. Впрочем, рассвету не нужно спрашивать разрешения. Он обязательно приходит, рано или поздно. Поэтому люди всегда могут быть уверены в нём.