Ангелы ада

– Как это благородно: пожертвовать своими жизнями, чтобы те двое продолжили свой путь. Пропустив Хиджикату и Аоши вперед, четверо из нулевого отряда оказались лицом к лицу с телохранителями Тёсю посреди древних надгробий, поросших мхом. Ямадзаки, Яманами, Кё и Кюдзю были разделены со своими противниками невидимой границей солнечной и теневой сторон. – Кто сказал, что мы собираемся жертвовать своими жизнями? – изогнул бровь Амагири, – Кё, разве у нас такие планы на сегодня? Ширануи деловито кашлянул: – Мы собирались смотреть бейсбол, а потом ещё это дурацкое телешоу… – А, ну, тогда это в корне меняет дело, – издевательски протянул долговязый телохранитель со шрамом на лбу. – С каких это пор вы якшаетесь с людишками? – поинтересовался самый главный. – Карточный долг – дело чести. А с каких пор вы являетесь телохранителями такого же людишки? – зевнул Ширануи, – Этот бессмысленный разговор навевает на меня скуку. – Ну, и что будем делать, после того, как мы прикончим этих двух смертных? – обратился к Кюдзю рыжеволосый. – А с чего это такие поспешные выводы? – возмутился Ямадзаки. – Потому что ты и твой напарник – люди. В отличие от остальных. Небрежный тон рыжеволосого выводил связного из себя, но даже в такой ситуации, когда преимущество не на твоей стороне, нужно было сохранять непоколебимость. Но сохранять её было невообразимо трудно, находясь среди антуража, от которого так и веяло смертью. Вокруг этих подозрительных личностей – сплошная сырость и тени. – Они – демоны-телохранители Тёсю, – пояснил Кюдзю, – их прозвища – Аса – утро, Хиру – день, Югата – вечер и Ёру – ночь. Так же, как и мы, они обладают рядом способностей, недоступных обычному человеку. – Их что, нельзя убить? – поинтересовался Сусуму у Кё. – Вроде того, – недовольно буркнул тот, – По крайней мере, не обычным оружием. – Убить демонов можно, – Саннан-сан снял очки, поскольку морозный ветер стал покрывать стеклышки льдом, и от них теперь не было никакой пользы, – я кое-что читал об этом в трактате Кодо Юкимуры. Они повелевают силами природного происхождения, а, значит, могут быть убиты силой, не имеющей отношения к этому миру, – Кейске сделал паузу, и добавил, – Или просто задушить. – Знать бы, какими природными силами они управляют, – почесал затылок Ямадзаки. – Сейчас узнаешь, – ухмыльнулся самый высокий из них – Хиру – и потянулся к ножнам, в которых покоился старинный кинжал. Его товарищи последовали его примеру. Но, ни Аса, ни Хиру, ни Югата, ни Ёру не смогли вытащить танто из ножен. – На морозе меч иногда примерзает. Бывает, – улыбнулся Саннан-сан, чья катана с самого начала разговора была предусмотрительно воткнута в землю, – Это несколько облегчает задание. – Знать бы, кто вам его облегчил! – с нескрываемой ненавистью воскликнул Ёру. У него не было сомнений, что мороз среди летнего зноя – дело совсем не человеческих рук. Вот только за все своё существование никто не слыхал о том, кто может повелевать ветром горных вершин, приносящего мороз и снег даже в самый жаркий день. – Что ж, придется поработать руками, – наиграно вздохнул Аса – первый из телохранителей. На лбу всех четверых засиял какой-то таинственный символ. – Н-да, придется повозиться, – вздохнул Кё, – похоже, их оружием будут их сверхспособности, – демон повернулся и спросил: – Я начну, если не возражаете. – Попытаешься меня задушить? – с насмешкой, глядя на него, поинтересовался Аса. – Стану я марать о тебя руки, а как же, – фыркнул Ширануи, вытаскивая своё оружие и прицеливаясь. – А вот мне, видимо, немного придется, – с легкой досадой произнес Кюдзю, похрустывая костяшками пальцев. – Я тоже, так и быть, поучаствую, – зевнул Саннан-сан. Аса, увидав, что Кё целится в него, вытянул руку вперед и пространство сразу же заполнил густой туман. – Ты не понял, – равнодушно произнес Ширануи, перед тем, как спустить курок, – тебе не помогут твои жалкие уловки. Цель уже найдена, и теперь мне не обязательно тебя видеть. Пуля, выпущенная из кольта Кё, описала довольно-таки странную траекторию, просвистела около самого уха Ямадзаки, обогнула Яманами, но попала в итоге именно в первого телохранителя. Она практически насквозь прошила тело Асы, застряв где-то в позвоночнике, и из раны на груди незамедлительно побежали струйки крови. Туман рассеялся, и демон ошеломленно смотрел на собственное тело, не понимая, почему рана не затягивается. Он обратился взглядом к Хиру и увидел, как тот, шатаясь от удара Кюдзю, упал на колени. Из его лба хлестала кровь, а тело стало разлагаться. – Этого не может быть. Мы… мы ведь не люди. Ни одно оружие на свете не способно нас уничтожить…. Кюдзю пристально наблюдал, как корчится от немыслимой боли его враг: – Демонов тоже можно убить. Просто нужно знать чем. – И кому, как не вам, об этом знать, – Аса смотрел на свои руки, на которых стала гнить кожа. – Метеоритное железо, металл богов, – пояснил Кё, – оно не имеет отношения к этому миру. Любой предмет, содержащий его, способен убить даже самого сильного демона. Так что бой с вами был весьма коротким и, увы, неинтересным. – Небесное оружие…. – Хиру истерически расхохотался, понимая, что конец неизбежен. Они столько столетий чувствовали себя всемогущими, думая, что бессмертны. Будучи уверенными, что никакое земное оружие не способно уничтожить их, они не учли той силы, которая существовала вне этого мира. Аса, глядя в глаза своего противника, рассыпался в прах. Та же участь постигла и Хиру. – Они всегда были слишком самонадеянными, – с кривой улыбкой произнес Югата, когда тела его товарищей обратились в прах, – Оружие небес, доставшееся демонам, редкость. В руки людей ему ни за что не попасть. Он повернулся с Кейске, и между его уродливых пальцев сверкнули металлические спицы: – Мне интересно, чем ТЫ собираешься меня убить. У тебя ведь нет ни кольта, ни кастета, а твоя катана сделана из обычной стали. Что же будет твоим оружием? – Мой интеллект. – Хм… что ж… – Югата метнул в юношу спицы и ухмылкой наблюдал, как второй заместитель командующего Шинсенгуми лавирует между надгробных плит, уклоняясь от смертоносных демонических игл. – Тебе не скрыться, самоуверенный человечишка, – воскликнул Югата, отправляя на Кейске новую порцию «угощения», – ты не сможешь убегать вечно. Но Саннан-сан уже не собирался убегать. Он сорвал что-то с шеи и швырнул в сторону. Все иглы мгновенно устремились к новой цели. – Что это было? – не понял Кё. – Это металлическая пластинка с номером и образцом ДНК, – объяснил Ямадзаки, вытаскивая такую же пластинку из-под футболки, – она нужна на случай, если труп невозможно опознать обычным образом. Все шинсеновцы имеют такие. Очевидно, направление демонического оружия задается особыми параметрами. И Яманами просто предположил, что это ДНК. – Так вот как вы называете эту штуку, – протянул Кё. – То, что видят демоны, несколько отличается от того, что видят люди, – Кейске вылез из могильной ямы, в которой скрылся от последней иглы, – для них любой человек – это кровь, которую они так жаждут. Видя человека, им ничего не стоит узнать всё о её составляющей. Это все равно, что набор цифр и символов для необходимой хакерской атаки. – Откуда тебе это известно? – удивленно воскликнул Югата. – Я же уже говорил, – меланхолично вскинул голову Кейске, – Кодо Юкимура в своём трактате подробно описывал не только свои практические исследования. Телохранитель сверкнул глазами: – Тогда тебе должно быть известно, что моё оружие высасывает кровь, и возвращается к хозяину. Но, если оно чует эту кровь где-то ещё… Иглы, воткнутые в металлическую пластинку, вновь поднялись в воздух и нацелились на Кейске. – Они снова преследуют свою цель. Тебе должно быть известно и это: их остановить способен только мертвец. Саннан-сан вытащил из-за спины нечто, напоминающее не то клюку, не то корягу, порезал палец катаной и, проведя им по своему странному оружию, что-то прошептал. – Хитрый лис…– прошипел телохранитель. Все демонические иглы воткнулись в корягу, и ни одна не задела Яманами. – Что это? – вытаращил глаза Ямадзаки. – Берцовая кость, – произнес Саннан-сан, отбрасывая подальше своё «средство обороны», – В могиле завалялась. Он вытащил очки и водрузил их на нос: – Кость мертвеца, на которой есть моя кровь. Твоё оружие обмануто, и больше не представляет опасности для меня. – Лис… – с ненавистью шипел Югата, – хитрый ёкай. Тогда как твой интеллект справится вот с этим? Югата щелкнул пальцами, и прямо на Кейске хлынул светящийся поток. – Светлячки? Яманами прошептал что-то губами и взмахом катаны рассек поток надвое так, что он огибал его с двух сторон: – Заклинание из свитка Юкимуры отгонит от меня любую нечисть. Теперь моя очередь! Саннан-сан плеснул в лицо Югаты отимидзу, а затем, вытащив зеркало, направил на противника солнечный луч, чем заставил его взвыть от боли. Лицо демона словно прожгло кислотой, а тело начало гнить, как у его товарищей. – Что? Почему? – Видишь ли, я не отличаюсь особыми навыками владения клинком, не имею такого оружия, как у этой парочки, но у меня было достаточно времени на исследования сыворотки. И одна особа, которая, к сожалению, не присутствует здесь, однажды натолкнула меня на мысль: почему демоны едят только яблоки? И не используют отимидзу днем? От особого компонента их сила увеличивается в разы, но, если демон выйдет при этом на солнечный свет, он сожжёт его дотла. Вот почему всё демоны из кайданов боятся света. На людей, ставших демонами, отимидзу действует несколько иначе, но для демонов твоего клана смесь отимидзу и солнечного света – это смерть. Нельзя недооценивать великую науку химию, – резюмировал Кейске, больше для себя, нежели для рассыпавшегося в прах Югаты, – Хотя, должен признаться, она довольно нудная. – Так значит, остался только ты, – Ёру окинул Ямадзаки оценивающим взглядом, будто собирался разделать тушу ещё не убитого зверя. Связной, предчувствуя неизбежность поединка, потянулся к намагаки. – Бесполезно, – Ёру слегка небрежно пожал плечами, – твоё оружие предназначено для рубящих ударов. Против демонов оно бессильно. Тебе времени не хватит даже чтобы сделать замах. Так что позволь не обременять тебя попытками. Телохранитель щёлкнул пальцами, и густой мрак окутал Ямадзаки. «Не видно ни зги! Как же я его найду?» Но искать Сусуму никого не пришлось. Стальная хватка Ёру уже сдавила его горло, подняв над землей. «Чёрт! Я так и умереть могу! – Ямадзаки чувствовал, что задыхается, – Нет, я не могу! Я не могу умереть! Я обещал Хикари, что в лепешку расшибусь, но приду на фестиваль! Я же дал слово….. Думай, Ямадзаки!» Но мозг, которому перекрыли подачу кислорода, думать отказывался. Вместо хоть каких-нибудь идей, парня накрыло чувство неумолимо приближающегося конца. Перед глазами мелькали отдельные фрагменты жизни, а в ушах звучал голос Юкиширо: «Ямадзаки, все твое оружие – абсолютная хрень!» Теперь, будучи на волосок от смерти, Сусуму не стал даже спорить: эта заноза всегда была права. Он полный бездарь в оружейном деле. Все, что он может – это орудовать паяльником и отверткой, чиня оружие. А голос в его голове всё не умолкал, куски фраз с разных сторон атаковали уже помутненное сознание: «Может, лучше дашь мне на задание свои инструменты? Ими же убить можно….», «Записывай давай: выбивалка для ковров, гаечный ключ. Да, это всё необходимо, чтобы Аоши и Юки помирились. Ах, да, чуть не забыла: купи ещё отвертку с алмазным напылением…. Конечно, эту нужно! Что за вопросы?!». Глаза Ямадзаки распахнулись: есть! Может, шансов мало, но попробовать стоит. Сусуму полез в карман и, собравшись с силами, воткнул отвертку в живот Ёру и с силой вдавил поглубже. Демон разжал пальцы и попятился назад, пораженный электрическим разрядом, не понимая, что за оружие проткнуло его тело. Ямадзаки откашливался после стальной хватки смерти: – Никогда бы не подумал, что спасением жизни буду обязан её словам о том, что я бездарь…. Яманами с удивлением смотрел на Сусуму, указывая пальцем на рассыпающегося в прах Ёру: – Мой мозг не в состоянии объяснить, как тебе это удалось. Связной, скрипя зубами от боли, опустился на край могилы: – Электричество всё равно, что разряд молнии. А, согласно легендам, это оружие богов. А ещё плюс алмазное напыление…. Да им что угодно проткнуть можно, – Ямадзаки снова зашелся кашлем. Кё и Амагири уже и след простыл, и Яманами присел около него, осматривая багровые пятна от цепкой хватки: – Но, всё же ты сильно рисковал. Сусуму отмахнулся: – Найди Хиджикату-сана и Аоши. От меня сейчас толку мало. Часть моей жизни до сих пор мелькает перед глазами. Яманами понимающе кивнул и побежал к Дому тысячи ветров. Связной окинул взглядом четыре кучки пепла: – И, сдаётся мне, я ещё слышу этот гомерический хохот. Угадайте, чей…. Чикаге ошарашено смотрел на замкома: Хиджиката откупорил склянку с рубиновой жидкостью и в мгновение ока её осушил. Тошидзо, поглотив последнюю каплю сыворотки, почувствовал необыкновенный прилив сил. Ощущение какой-то нечеловеческой энергии наполнило каждую клеточку тела, как будто спали невидимые оковы, в которое оно было заключено до сих пор. Хиджиката мог бы сражаться хоть вечность не только с демоном, но и с любым божеством, бросившим ему вызов. Вот та сила – сила легендарного эликсира, стирающая грань между человеком и демоном. Сила, которая принадлежала Юкиширо, и которой он теперь волен распоряжаться, как заблагорассудится. Титаническая мощь, при помощи которой можно двигать небеса, приказывать ветрам и заставлять волны замирать в ожидании. Тот, кто передал ему это, не солгал: он мгновенно почувствовал себя непобедимым воином, способного свергнуть самого властителя ада. Подумать только, что вся эта мощь скрыта за тонким стеклом, заключена в грани небольшого флакона. Но больше, чем ощущение огромной силы, потрясало выражение лица Казамы. Лицо чистокровного демона перекосило, он нервно вздрогнул и сделал шаг назад. – Очевидно, теперь мы с тобой равны. – Ты никогда не будешь мне ровней, – фыркнул Чикаге, все ещё находящийся под впечатлением не столько от поступка Хиджикаты, сколько от поступка другого лица, не присутствующего здесь. Величайшая тайна была раскрыта и доверена. И кому? Воину без имени, недостойному даже быть оруженосцем. Да, для всего Киото Хиджиката Тошидзо может быть героем, великим мечником и безжалостным заместителем командира. Но для него он так и остался жалким подобием величия былого противника. Он помнил, как из взбалмошного безмозглого юнца вырос великий муж, идущий дорогой воина, чем снискал его, Казамы, особое расположение. А теперь благоговейный образ отважного военачальника то никак не вязался с шинсеновским замкомом, то сливался в единое целое, что и не различишь, где оригинал, а где неудавшаяся у времени копия. Чикаге фыркнул, отгоняя былые воспоминания, и повторил: – Ты никогда не будешь мне ровней, и у меня нет времени тебя учить снова. Не моя вина, что после смерти у людей всё вылетает из головы. Ты можешь обрести силу демона, выпив эликсир, но тебе никогда не обрести того, что отличает нас от людей. Хиджиката удивленно смотрел на Чикаге, искренне не понимая, о чём тот толкует. – Хочешь стать мне достойным противником – заслужи, – демон дважды перевернул катану, приготовившись к новому исполнению сукучи. Он отодвинул правую ногу назад, дважды ударил носком о пол, и исчез. Хиджиката никак не мог понять, куда он подевался – такое исполнение техники сукучи он видел впервые. С какой стороны придется удар, он не знал. Легкий звон фурина – непременного атрибута летнего интерьера – дал понять, что Казама позади, и удар был остановлен, но оба клинка отлетели в разные стороны: катана Чикаге очутилась в метре от фукучо, а меч Тошидзо застрял неподалеку от демона. Оба недовольно фыркнули, даже не думая использовать чужое оружие, и продолжили поединок уже при помощи кулаков. Едва Хиджикате удалось припереть несносного демона к стенке и дотянуться до своей катаны, как тот, воспользовавшись моментом, отпихнул фукучо, и при помощи божественной скорости, очутился у своего оружия. Оба непримиримых противника снова стояли друг против друга, готовясь к последней, решающей атаке. Фукучо чуть выставил левую ногу вперед, и, держа клинок в обеих руках, повернул лезвие влево заточкой в свою сторону. Мгновение – и сталь клинков разрезала воздух в последний раз. Каждый думал об одном и том же: вопреки ожиданиям, противник остался жив, хотя, после этого удара он должен был умереть. Казама первым понял, в чём дело, и объявил: – Она не позволит тебе убить меня. Но того же не позволит сделать и мне. Наша вражда окончена, Хиджиката Тошидзо. – Что? – Ты знаешь, какой удар ты использовал, чтобы остановить мой сукучи? Когда она только успела тебя ему обучить…. Хиджиката посмотрел на катану Чикаге, которую тот все ещё сжимал в руке. Демон с нескрываемым огорчением смотрел на клинок: – Последний тайный меч. Его мощь настолько велика, что способна превратить в пыль даже тамахаганэ. Казама коснулся катаны указательным пальцем, и она рассыпалась, как будто была сделана из стекла. «Так что, жалкая подделка моего ученика, убить тебя мне уже удастся…» Хиджиката смотрел на безоружного демона: – Думаю, теперь обезвредить тебя не составит труда. – Неужели? Интересно, каким образом ты собираешься это сделать? Казама щелкнул пальцами, и клинок Хиджикаты рассыпался так же, как его собственный. – Последний тайный меч – это энергия взаимоуничтожения. Он был создан кланом Айдзу с целью нивелирования скорости сукучи. Ты что, не в курсе, чем несколько столетий назад занимался клан Айдзу? Они вели войну против таких, как мы, – Чикаге все ещё смотрел на то, что осталось от его оружия, – Не думал, что она настолько всё просчитала. – О чём ты? – Согласно древнему кодексу мечников-демонов, если оба врага в поединке лишаются своего оружия, они больше не имеют права встречаться на поле боя как противники. А кодекс – это незыблемое. Кодекс надо чтить. Какой ужас, эта девчонка умнее, чем кажется. Демон отбросил уцелевшую рукоять и вздохнул: – Легендарный клинок Муромасы…. И где теперь я такой найду? Их осталось всего четыре экземпляра…. Настоящий демонический меч, подвергающийся гонениям со стороны властей за свою непобедимость. Меня дважды казнили за то, что я являлся его обладателем. Хиджиката удивленно приподнял брови: – Но, это же было около четырех столетий назад. Казама фыркнул: – А ты думаешь, сколько мне лет? Демон вытянул руку, резко отвел её в сторону, и сёдзи распахнулись: – Прощай, Хиджиката Тошидзо. Казама направился к дверям и остановился перед самым выходом: – Скажи мне, что ты сделал бы, если бы все, что было неправдой, осуществилось? – Что ты имеешь в виду? – Если бы Окита на самом деле был смертельно болен, если бы Кондо был убит, если бы Тёсю одержал победу и все твои мечты, связанные с Шинсенгуми, были разбиты, в живых осталось бы всего несколько человек, а твое имя было бы заклеймено позором предательства…. Ответь, мне нужно это знать. Хиджиката сглотнул. Он о таком никогда не задумывался. Казама, как будто этого и ожидал: – Если бы этот кошмар стал реальностью… что бы ты сделал? Его вопрос оставался без ответа. Тошидзо даже не представлял, в каком бреду такое возможно. Все те, о ком говорил Казама, всегда были рядом: Соджи вечно дурачился во время занятий, Исами чересчур заботился, как будто Тоши был ему родным братом, а вся орава подчиненных постоянно получала от него нагоняи за малейшее отклонение от выполнения приказа и называла его за глаза, естественно, не особо льстивым прозвищем. Всё это повторялось изо дня в день в течение многих лет, и он даже на секунду не мог представить, что может быть как-то иначе. Соджи, Кондо-сан, Мизуки, Чизуру… без них мир вряд ли стоит спасения. Хиджиката твердо произнес: – Я бы сделал то, что велит мне долг. Демон повернулся, и испытывающе посмотрел на него, но фукучо выдержал его взгляд. – Хм… безусый юнец становится мужчиной…. Ах да, чуть не забыл, – Чикаге бросил замкому какой-то сверток, и снова отвернулся, – Передай Айдзу, что тот, кого он ищет столько лет, – не из клана Тёсю. И ещё одно: всегда держи катану для своего любимого удара чуть выше – удар будет намного сильнее. И ещё одно: передай мою похвалу тому, кто тебе это дал, – демон кивнул в сторону разбитой склянки, – я почти поверил. – Стой! Ты не объяснил, почему ты так хотел убить её, но не убил? – Потому что это – не она. Казама взмахнул рукой и исчез в золотом свечении, как будто мгновенно расщепился в пространстве на мириады невидимых частиц. Из плена мыслей Тошидзо вырвал голос его возлюбленной. Чизуру нежно обняла его и уткнулась носом в окровавленную рубашку. Хиджиката одной рукой все ещё сжимал сверток, полученный от демона, а второй обнял жену. – Я так за тебя переживала…. «Потому что это – не она….» – эхом отдались в голове последние слова Казамы. Фукучо ещё раз бросил взгляд на распахнутые сёдзи: – Да, у нас с ним были некоторые разногласия. Но теперь всё окончено. Яманами, добравшийся проверить, как обстоят дела, был остановлен Аоши почти у самого входа до тех пор, пока над Домом тысячи ветров не появилась легкая золотистая дымка. Кейске внимательно изучил взглядом комнату, пестревшую кровавыми иероглифами, и поправил очки: – Похоже, он действительно псих. – Самый удивительный из тех, кого мне доводилось встречать с жизни. – Что? – не понял Яманами. – Нам пора. Хиджиката осторожно взял на руки Чизуру и направился к дверям. Яманами, не задавая вопросов, последовал за ним. Он ещё пару часов назад понял, что эта компания из людей и демонов, не смотря на настороженность по отношению друг к другу, умеет сохранять секреты от непосвященных. И пока ему в их число не попасть…. Ты был моим врагом и жаждал моей смерти. И кто бы мог подумать… ты сделал для меня больше, чем кто-либо. Я с самого начала, с самой первой встречи, сомневался, что ты вообще человек, настолько жестоким ты казался. Но, в итоге, выяснилось, что ты гуманнее, чем все те, кого я когда-либо знал. И никто меня в этом не переубедит. Никто. Я горд, что был твоим заклятым врагом. Теперь только я могу осознать всю честь этого выражения. Я рад, что всё закончилось, и одновременно глубоко этим огорчен. Меня всегда поражало, как недолго в жизни длятся самые значимые мгновения. А иногда заканчиваются, так и не начавшись. Но их отблеск освещает всю оставшуюся жизнь и становится незабываемым. И того, кто вызвал трепет души, невозможно забыть….