Продолжение истории

      Он приближался ко мне. Слепящее солнце озаряло его пшеничные локоны, его голубые глаза цвета моря сияли, как два сапфира, на лице растянулась широкая улыбка. Я почувствовала, как его ладони легли на мои хрупкие плечи. Как же приятно было оказаться под тяжестью мужских рук. Его тело было таким тёплым. По тому, как были взлохмачены его волосы, можно было понять, что он только-только выбрался из постели. Я знала его сильную любовь ко сну и привычку часами валяться в кровати, поэтому не стала будить и пошла на пляж одна. — Ты могла бы предупредить меня. Я стал волноваться, когда не обнаружил тебя рядом, — его голос успокаивал и обволакивал меня.       Улыбнувшись, я лениво пробормотала: — Ты так крепко спал, что мне стало жалко будить тебя, — удовлетворенный моим ответом, он притянул меня к себе. Наши губы сплелись в ленивом поцелуе. Солнце слепило глаза, раздавался тихий шелест волн, казалось, чувство эйфории буквально стояло в воздухе. Как же я хотела, чтобы этот момент длился вечно…       Очнувшись всё в том же прогнившем месте, я почувствовала, как сильно кружилась моя голова. Я просидела здесь около трёх дней. Я не могла судить точно, так как через запыленные многолетней пылью окна почти не пробивался солнечный свет. В комнате было очень душно, стоял спёртый запах пота. Все тело жутко зудело. Как же мне хотелось принять прохладный душ и смыть с себя всю грязь, кровь и пот. Но еще больше мне хотелось есть. За все это время, он ни разу не зашёл ко мне. Похоже, он решил оставить меня умирать. Что ж, вскоре его планам будет суждено сбыться. Интересно, что добьёт меня раньше — голод или нехватка кислорода?       Рядом со мной лежали какие-то коробки со старым хламом. Ко мне в голову пришла мысль о том, что возможно там будет что-то, что поможет мне освободиться от цепи и сбежать из дома. В попытке встать вновь падаю на пол, я настолько обессилила, что для меня составляет трудность даже удержаться на коленях. Приходится ползти. Еле дотянувшись до одной из коробок, я пододвигаю её к себе. Её содержимое меня немало удивило. Там было всё: от детских игрушек до коллекций раритетных фильмов для взрослых. Из этой горы я вытащила большие садовые кусачки. В этот момент послышались те самые шаги. Быстро спрятав инструмент, я приготовилась к самому худшему.       Дверь распахнулась. В комнату ворвался яркий, слепящий свет. Глаза тут же заслезились. Я зажмурилась от резкой и нетерпимой боли, после чего услышала его усмешку.       Открыв глаза, я увидела тарелку, на которой лежали мои любимые сэндвичи с джемом и арахисовой пастой. Не медля, я накинулась на еду, как дикое животное на кусок сырого мяса. Проглотив, я почувствовала ужасную боль, всё сжалось изнутри, желудок словно вывернуло наизнанку. Еда пошла наружу. Меня вырвало на промерзший деревянный пол. Мой организм слишком отвык от пищи. Я чувствовала, как все тело ослабело, казалось, все силы были выкачены. Мне пришлось приложить усилия, чтобы поднять голову.       Прямо передо мной стоял Брамс. Он стоял и наблюдал за мной, за тем, как я накинулась на еду и как меня вырвало. Ему доставляло удовольствие следить за моими страданиями. Как же мне хотелось кинуться, снять эту дурацкую маску и расцарапать всю рожу этому подонку. Но даже при большом желании я не смогла бы встать без посторонней помощи. Собрав все свои силы, я кое-как выдавила из себя: — Что тебе нужно?.. Чего ты хочешь?       Он просто смотрел на меня своими проникающими в душу глазами, ничего не отвечая. Через несколько минут он вышел, очевидно, оставив меня умирать.       Я закрыла глаза и стала думать о произошедшем. Все это доходит до абсурда — он вырубает меня, когда ему это нужно, а я не могу ничего поделать, он смотрит, как я унижаюсь, и, похоже, ему это нравится. А я тем временем, как безвольная кукла, лежу и жду своей кончины. От этих мыслей в глазах появились слезы. Я почувствовала, как в горле образовался комок. Я не собиралась сдерживаться. Лежа на полу, я рыдала взахлеб. Звуки моего плача раздавались по всей комнате. Боже, какая же я жалкая: прикованная, лежу и ною в своей же рвоте! Пора начинать действовать! Жизнь ни раз испытывала меня на прочность. Мне пришлось пройти через многое: издевательства в школе, побои Коула, потеря ребенка… Я докажу этому ублюдку, что меня не сломить. Я выберусь отсюда, чего бы мне этого не стоило.       Неожиданно ход моих мыслей прервал стон, доносившийся из соседней комнаты. Я узнаю этот голос. Малькольм… Он жив! Я достала кусачки и из-за всех сил стала давить на их рукояти. Цепь никак не хотела поддаваться, но спустя несколько минут мне удалось освободиться от её оков. Мысль о Малькольме придавала мне сил. Подобравшись к стене, я увидела небольшую трещину между досок. Сквозь неё увидела его голову. Похоже он лежал, облокотившись о стену, возможно, тоже прикованный. — Малькольм! Малькольм, ты слышишь меня? — Гретта? Господи, ты жива, — его голос напугал меня, он был настолько измучен. Казалось, его подвергали тяжелым пыткам. — Малькольм, надо выбираться из этого места. Ты можешь идти? — Я слышу, как он идет сюда. Попытайся выбраться, ты должна выжить! -его голос оборвал звук от резко распахнувшейся входной двери.       В комнату вошел Брамс. В его руках был какой-то старый чемодан-сейф, с которыми люди обычно ходят на работу.