Это просто цветы

Самандриэль пришел в себя, ощущая адскую головную боль. Что было очень и очень странно, ведь ангелам такое понятие, как боль было незнакомо. Он не спешил открывать глаза, сперва попытался коснуться головы, но у него не вышло. Поднять руки он не мог. Самандриэль открыл глаза и осмотрелся. Он находился в странном помещении, смутно напоминавшем подвал, но выхода разглядеть не получалось. Сам он сидел на стуле и не мог пошевелить руками, прикованные цепями к полу наручники не давали ему этого сделать. Он увидел начертанные на металле руны. Именно они и блокировали его ангельскую сущность. Сейчас он чувствовал себя, скорее человеком, чем могучим воином небес. Впрочем, это объясняло и головную боль. — Черт, — ругательство сорвалось с губ Самандриэля, а сам он все же попытался наклониться, чтобы понять, что не так с его головой. — Я предпочитаю, чтобы меня называли демоном. Черт — это так примитивно, да и не совсем верно, сам должен знать, — рядом с Самандриэлем появился Кроули. — И почему я не удивлен твоему появлению? — Нужно посмотреть правде в глаза, что без внезапно завладевшего душой Адама Джошуа, я бы не справился. Но он появился как нельзя кстати, а твой дружок опоздал. — Нет у меня никакого дружка. Почему сразу не убил? — Это было бы слишком скучно. И я видел твои цветы, — усмехнулся Кроули. В следующую секунду нож, зажатый в руках Кроули оставил глубокий порез на руке Самандриэля. Ангел закричал. Самандриэль, чьи ощущения раньше притупляла благодать, сейчас прочувствовал все. Адская боль, казалось, пронзила все тело. Судя по вспыхнувшим желтым символам на острие ножа — он не был простым. Такие Самандриэль видел только на картинках в ангельской библиотеке. Ангелы изучали все, что было известно о демонах, чтобы быть более-менее готовыми ко встречи с ними. Но сейчас Самандиэль не был уверен, что к подобному можно подготовиться. — Они не будут заживать, — усмехнулся Кроули, — как думаешь, какие цветы распустились на теле твоего дружка? Тебя же это беспокоит? Самандриэль пытался выглядеть невозмутимо, но слова Кроули попали в цель. После вспышки боли, именно о соуле он и подумал. Вспомнил, как цветы впервые пробились сквозь кожу его весселя. Как незабудки ярким голубым пятном выделялись на бледной коже. Он ощутил тогда смесь разных чувств: благоговение, трепет, боль, восторг и страх. Вскоре все чувства прошли, уступив место страху. Ангелам не положены соулы. Плата за любовь всегда слишком высока. Эту истину с самого появления на свет Самандриэлю вбивал в голову Кастиэль. Ангел должен выполнять миссию, думать только о своем подопечном. Если он, как Самандриэль, ангел-хранитель. Но Самандриэль все равно видел в глазах Кастиэля печаль. Он знал, что слишком часто люди не верят в Бога, не верят в ангелов. Тогда благодать угасает, ангел перестает чувствовать себя нужным — он становиться лишь тенью. Таким был и Кастиэль. С каждым годом таких, как он, становилось все больше. Вера людей слабла. — Чего ты добиваешься? — прошипел Самандриэль, глядя, как Кроули оставляет на его коже несколько неглубоких порезов. — Красиво. Правда? — Кроули молча наблюдал, как ангельская кровь стекает по руке Самандриэля, капает на пол, образуя небольшую лужицу. — Мне всего лишь нужно, чтобы ты удовлетворил мое любопытство. Например, рассказал как много известно вам о демонах? Или просветил об ангельских слабостях? — Решил, что я стану отвечать на твои вопросы? Или поверю, что после этого ты меня отпустишь? — усмехнулся Самандриэль. — Словно у тебя есть выход. Твои раны не заживают, — произнес Кроули, — что скажет Кастиэль, узнав, что среди ангелов соулмейты? — Думаю, что у него хватит ума спрятаться. Ты и сам знаешь, что я почти мертв. — "Почти" — не значит мертв, — рассмеялся Кроули. А следом вонзил кинжал возле ключицы и провел лезвием по груди до живота. Порез не был особо глубоким, но Самандриэль еле сдержал крик. Теперь он уже был готов к боли. И не собирался сдаваться. Пусть хоть на куски его рвут, но от него Кроули ничего не узнает. Ни за что. Еще один удар. Снова и снова. Самандриэль потерял счет ранам, времени и словно бы вовсе перестал существовать. Он свыкся с болью. Свет очень мягкий, обволакивающий. Самандриэлю нравился Рай. Было приятно осознавать, что он несет ответственность за чужую жизнь. Чувство гордости переполняло его. Странно, что ангелы не выглядели такими же счастливыми, как он. — Они глупы, — ответил Кастиэль на вопрос Самандриэля, — не понимают, как им повезло. — Быть забытыми, — бросил проходящий мимо ангел, больше похожий на тень. Перья опадали из его крыльев, оставляя за собой дорожку из пепла. Кастиэль сказал Самандриэлю не обращать внимания. Но образ падающих перьев и пепла продолжал преследовать Самандриэля. Ангел оказался не нужен человеку. Человек перестал верить. Самандриэль хотел быть нужным. Боль вырывала его из воспоминаний. Или это был сон? Самандриэль уже не осознавал, что реально, а что нет. Но боль стала сильнее. Он чувствовал запах горелой плоти. Масло. Святое масло, что так губительно для ангелов. А значит, Кроули ослабил оковы. Но Самандриэль чувствовал, что раны затягиваются слишком медленно, а значит сил у него почти не было. — Я заставлю тебя говорить, — голос Кроули доносился словно издалека. Громче всего Самандриэль слышал собственные крики. А еще он понимал, что Кроули и сам не верил своим словам. От Самандриэля сейчас мало толку. Он не сломался, а теперь его вессель слишком истерзан, и сил почти не осталось. Впереди только смерть. И Самандриэль ждал ее, как благо. Он наконец-то будет свободен. Святое масло прожигало кожу. Оно превращало кожу в пепел. Пепел из крыльев никому ненужного ангела. Всем им дорога туда. В забвение. И сейчас Самандриэль хотел рассмеяться. Свой путь он прошел быстрее.

***

Ландыши слишком нежные и хрупкие. Бальтазар был готов любоваться ими часами. Так они прекрасны. Но он не мог себе этого позволить. Ландыши распускались по всему телу, прорываясь сквозь кожу весселя. Их было слишком много, а значит его соул в опасности. Его соулу нужна помощь. И Бальтазар знал, от кого нужно спасать. Он видел, как на руке Самандриэля появились незабудки. На том самом месте, где Бальтазар только что получил рану. Он видел это. Но увидел слишком поздно. Кроули успел забрать Самандриэля раньше. Раньше, чем Бальтазар смог ему помочь. Работать с ведьмой было противно, но Бальтазар выдержал. Ему нужно было найти Кроули, ему необходимо найти Самандриэля. И ведьма ему в этом помогла. Направила по нужному следу. Правда плата оказалась довольно высока. Бальтазар отдал ей часть своей благодати, но оно того стоило.

***

Самандриэль понимал, что его смех выводил Кроули из себя. Тот уже не сдерживался, нанося удары по лицу. Кроули хотел выиграть, но победа ускользала из рук. Жаль, что все это уже бесполезно. Самандриэль чувствовал, как незабудки заполняют все его тело. Он был близок к финалу. Спасти его никто не сможет. Незабудки везде, их слишком много. Странно, что Кроули этого не видел. Очередной удар. И пустота. Боль исчезла. Самандриэль не чувствовал, что Кроули рядом. Он поднял голову и попытался открыть глаза, но ничего не вышло. Да и какая разница, от чьей руки принять смерть? Разве это так важно? Самандриэль закашлялся. Он не видел, но был уверен, что на пол возле его ног падали незабудки. Множество незабудок. Незабудки голубые. Самандриэль любил голубой цвет. — Все будет хорошо, — шепот раздался совсем рядом. Самандриэль не поверил словам. Но чьи-то руки сняли с него наручники. Он упал, словно кукла, но его подхватили. Тепло. Это все, что чувствовал Самандриэль. Тепло касалось его губ. Незабудки исчезли.