Не знаю никакого Юнги

      Ну, пострадало пару задниц после тарелок. Ну да, у хозяина одной из них было похмелье. Ну, не получил он чуть от мелкого упыря за покушение на любителя путать пол с сервантом для посуды, ибо тот, видите ли в качалку ходит и старшему заехать может. А старшему похуй, ибо настрой как у киллера и суицидника-эмо одновременно. — Да больно же! — А ты задом прекрати вертеть, тогда и не будет больно. — Да не верчу я ничем!       Глаза к потолку, рука на лицо. «Я живу с долбоёбами: Starter pack». А ведь предлагали же, мол, сыночек, давай с нами. Разница не велика, но мамань хотя бы в хламьё не напивается и на вышки не забирается, как некоторые. Да, король синьки?       Юнги усмехнулся собственным мыслям, а затем накинул на плечо рюкзак. Желание просто отсалютовать и сказать «я волк-одиночка и мне нахуй никто не нужен» специально гасил Джин, который знал, что Чим учится на одном факультете с Юнги. И одного его не отпускал.       «Пливет, я Пак Чимин-и, мне пять лет и я люблю спать с плюсевым длакончиком, а есё бесить своего сталсего друга Юнги-я». Классика. — Да хватит уже его силиконувую задницу лапать. Сейчас проткнёшь, и пока-прощай его самое важное достижение в жизни, — парень закатил глаза, поздно заметив, что в лоб прилетела ложка. Серебряная. Смешно. — Я уже тысячу раз говорил, что она не силиконовая, дебил! — фыркнули ему в ответ. Чимин накинул бомпер и поправил ремень джинс. Парень это заметил это и усмехнулся, направляясь к выходу. — Твой надувной зад уже даже джинсы не сдерживают? — С чего ты это вдруг стал так за ним наблюдать? — Потому что даже у него жизнь интереснее, чем у меня, — он открыл дверь и посмотрел в сторону, уперевшись языком в щёку. — Особенно ночью…       Подъёб определённо засчитан, ибо Чимин подавился то ли воздухом, то ли слюнями, то ли кое-кому стало страшно за свой зад и его ночные приключения. — Чего ты там сказал? — он обернулся, всё ещё кашляя. Иначе бы красное, как острый перец, лицо оправдать было бы нечем.       Тот подталктвал парня вперёд, приговаривая, что они опоздают на лекцию по философии.       Не рассказывает. Да. А схуяли? Не хочет — не будет. И пусть он обижается. И пусть он прошлой ночью чуть не заставил старшего кончить и сам не помнит ни детали. Ни розовенького змеиного язычка, ни милого хрупкого голоска, роняющего «я только попробую и отстану»       Не Юнги проблемы, а алкоголика, забывшего, что он натурал после первого же глотка коньяка.       «А может и мне попробовать?» В голове скользнула эта ненавязчивая мысль, от чего Мин невольно покраснел. В этот момент он почему-то поблагодарил высшие силы за красный цвет крови. Ибо если бы она была голубая, получилось бы не столько неловко, сколько иронично. Не покраснел, а поголубел, в прямом смысле этого слова.       С такими мыслями оба дошли до нужного здания. И как по будильнику, блять, началось. — Расскажи мне, что было ночью, — парень шёл рядом с ним, пока тот внимательно смотрел вперёд, натянув маску равнодушия и невозмутимости, которая теперь после всего произошедшего больше вызывала смех. — Сам вспоминай, алкаш, — Юнги фыркнул, уверенно ведя плечами. От него будто исходило холодом, отталкивающих всех на пару километров от него. А этот всю картину портит своим присутствием и выпрашиванием, что было вечером.       Не видишь, я неприступная скала. Мачо-мен, мать твою. Горячий альфач, вокруг которого крутится мир и шлюхи. А ещё есть пацан, который чуть этого альфача не изнасиловал. — Да блять, забей ты уже. Было и похуй, — парень помотал головой и вдобавок махнул рукой, удаляясь от него в свою аудиторию. Только смысла особо нет. Чимину-то туда же.       До лекции оставалось пару минут. Пару минут выедания мозгов мелким упырём и его дебильно раздражающее дёрганье, которое настолько выбесило бедного студента, что тот чуть нос ему не разбил, пока старался удержать. — Да ты придурок, что ли?       Пак замычал от боли, поглаживая свой нос, а потом зло сверкнул глазами в сторону старшего. Внутри него просыпался маленький чертёнок, а Сатана радостно захлопал в ладоши, злобно хихикая, что Юнги прекрасно слышал и даже чуть вздрогнул. — Ты у меня попляшешь, Юнги-я…       Чимин замедлился на обращении к другу и отвернулся к доске, усмехнувшись, а парня буквально бросило в лихорадку, пока от воспоминаний прошлой ночи его прошибал холодный пот, заставляя тяжко сглотнуть.       Преподавателя всё не было, а Юнги начинало напрягать, что младший слишком вальяжно развалился на стуле рядом с ним. В осадок выбросило то, что тот обнаглел вкрай и положил руку ему на ногу, а после и сжал, не обращая внимания даже на звонкий шлепок по крохотной и идеальной для издевательства ладошке — Убрал свою лопатку для переворачивания котлет нахер… — парень зашипел, пытаясь убрать его руку, на что тот хватается второй. У старшего заметно бегают по кругу глаза с картонкой «СПАСИТЕ SOS БЛЯТЬ» и бьют себя ею же. — Немедленно или…       Не договаривает. Потому что этой самой лопаткой Чимин затыкает старшему рот и медленно прикладывает миниатюрный указательный пальчик к своим губам. Полицию. Полицию, нахуй, и поскорее. Ибо это незаконно. Да Юнги сам сейчас готов податься в ряды «охраны порядка», а то есть, отряд пончикоубийц, лишь бы иметь при себе наручники и убрать эти руки от его лица подальше, пока Мин их не засунул в кое-чью аппетитную задницу.       Он этого не говорил, правда же? Мы же не расскажем?       В эту же минуту Чимин ухмыляется и смотрит на Юна с глазами по пять копеек, а в следующую секунду краснеющего, словно не будем говорить кто, ибо парень продолжает творить беспредел своими культяпками, которые кончиками пальцев касаются ширинки джинс. — Может, всё же расскажешь? Я не хочу делать что-либо против твоей воли, — усмехается Пак, чувствуя руками, как того пробивает дрожь, а потом он еле заметно дёргается. Что такое шантаж и с чем его едят. — Хотя, знаешь, наверное, поздно…       Парень оглядывается и быстро ныряет под парту. Юнги с ужасом смотрит вокруг, а потом вниз, не успевая ударить парня ногой перед тем, как в аудитории оказывается преподователь.       Как бы то ни было, а слушать о моральных устоях и размышлять чисто по-философски гораздо лучше, когда между ног кто-то сидит и звенит пряжкой ремня