Почему ты боишься, что твоё сердце разобьётся? оно же бумажное.

Математика, конечно. То единственное, чему Женя могла посвятить жизнь. То, что успокаивало её после очередной порции агрессии от отца. Девушка вздохнула. Математику она открыла для себя буквально год назад, абсолютно случайно. Будем честны, — в тот вечер она искала способы мучительной смерти. Какой-то шутник на одном из форумов предложил заняться математикой, и Женя, ведомая интересом, что же там такого жуткого в этом предмете, буквально утонула в формулах в первый же вечер. А потом как-то так вышло, что за день она прочитала сначала Куранта, потом Кнута, где мало что поняла, а потом взялась просто разбирать все незнакомые моменты, пока не увидела, что бОльшая часть проблем упирается в пробелы в школьных знаниях. Так девушка в течение месяца прочитала несколько учебников по математике. Формулы помогали отвлечься. Мать, заметившая интерес ребенка, притащила ей солидную стопку разных книжек по всему: математическому и функциональному анализу, топологии, геометрии, комбинаторному анализу и прочим жутким вещам. В конце концов, Женя стала коротать своё время за чтением разного рода учебников. Отец увлечение не поощрял, потому что считал, что это глупо, иногда даже открыто насмехался над дочерью, мол «какой из тебя математик». И, Анна Егоровна, по Жене не видно, что с её уровнем социальности, ей не стать учёным или исследователем? Хотя, наверное, Женя бы взялась за написание научной работы. Или исследование чего-нибудь. Ей, по сути, хватит нескольких лет, чтобы структурировать знания, восполнить все пробелы в знаниях… Девушке было комфортно рядом с Анной Егоровной. Хоть докторка и постоянно задавала какие-то вопросы, она не требовала приказным тоном (как это делает отец) немедленно ответа. И вообще ответа. Это в целом было мало похоже на беседу клиент-психотерапевт. Скорее какая-то полудружеская недобеседа. Монолог Анны Егоровны. Но Жене было комфортно. Эта докторка буквально своим видом, своими жестами успокаивала девушку, в которой обычно моментально нарастала паника во время общения с людьми. Время летело незаметно, и под конец сеанса Женя уже не выглядела такой отрешенной. Она слушала мелодичный голос и периодически кивала или мотала головой, в зависимости от вопроса. Анна Егоровна достаточно быстро уловила, что на вопросы с ответом «да» или «нет» Женя ответит с большей вероятностью (и вообще услышит его и даст понять, что слушает), чем на какие-либо другие, и умело пользовалась этим. Ровно через два часа раздался стук в дверь. Отец, конечно же. Он заглянул в кабинет, но не успел ничего спросить: Анна Егоровна его опередила. — Дайте нам закончить. Я скажу, когда вам можно будет войти. У Жени внутри всё болезненно сжалось. В какой-то момент она успела вообще забыть, что есть ещё мир, кроме этого мелодичного успокаивающего голоса и едва уловимого запаха кофе, исходящего от психотерапевта. И пусть она не выглядела, наверное, как человек, который хочет общения. Ей не хотелось уходить. — Нам пора уже заканчивать, — улыбнулась Анна Егоровна девушке уголками губ, — Я думаю, нам стоит видеться дважды в неделю, и плюс, в случае чего, мой рабочий номер, — психотерапевт протянула Жене свою визитку, — Если вдруг что, проблемы или ухудшения в состоянии — пиши. По поводу времени — это обсудим с родителями. Тебя устроит такой вариант? Женя сунула визитку в задний карман штанов и, помедлив, кивнула. Единственное, что не давало сейчас ей покоя — необходимость уйти отсюда. — Жень, ты сама осознаешь причины своего поведения. Пожалуйста, в качестве небольшого домашнего задания — подумай, чисто теоретически, как ты можешь изменить свою жизнь в лучшую сторону. И что для этого нужно. Это необходимо тебе. Не твоим родителям. Тебе. Я не требую от тебя ответа, но рассмотри варианты. Женя слабо улыбнулась. Анна Егоровна улыбнулась в ответ и, подойдя к двери, жестом подозвала отца девушки. — Ну? — тут же спросил он. Женя медленно выдохнула. Всё хорошо. Всё хорошо. По крайней мере здесь её не дадут в обиду. Она хотела в это верить. — Стоит остановиться на двух консультациях в неделю, этого будет достаточно. По поводу длительности терапии сказать точно пока сложно, — коротко обрисовала ситуацию Анна Егоровна. — Как прошёл сеанс? — Женин отец сунул руки в карманы. — Нормально, спасибо, — кивнула психотерапевт. — А подробнее? — нахмурился мужчина. Ему было почти пятьдесят, но на свой возраст он выглядел достаточно хорошо: идеальная выправка, бывшего солдата, густые тёмные волосы и почти никаких морщин. — Что вас интересует? — с интересом спросила Анна Егоровна. Женя напряглась, и это не ускользнуло от внимания доктора. — Мы можем поговорить наедине? Мне нужно знать детали, — произнёс отец. — Зачем? — психотерапевт удивлённо повела бровью вверх, — Вам все предыдущие психологи и психотерапевты рассказывали о течении сеансов? — Практически все, — медленно кивнул Женин отец, а сама Женя невольно поёжилась. По сути так и было. Он постоянно цеплялся к ней с претензиями после того, как переговорит с очередным недо-врачом. Пару раз даже бил девушку просто потому, что она игнорировала «замечательных специалистов». Девушка уже начала жалеть о том, что повелась на приятный голос Анны Егоровны. — Нет, извините, врачебная тайна. Я не знаю, чем руководствовались предыдущие специалисты, — проговорила психотерапевт, скользнув взглядом по Жене, — когда выдавали вам подобную информацию. — Я в долгу не останусь, — упорно продолжил отец, абсолютно игнорируя существование Жени в кабинете. — Не сомневаюсь, — Анна Егоровна рассмеялась от, по сути, попытки всучить ей взятку, — Но, нет, извините. Можно организовать совместный сеанс с Женей, вами и матерью, чтобы выявить проблемы, но не думаю, что в этом будет смысл сейчас. — У нас нет проблем, — хохотнул отец, — Проблемы только у моей дочери. Женя медленно считала в своей голове, начиная со ста вверх, пытаясь не фокусироваться на словах отца. — Как хотите, — Анна Егоровна расправила плечи, — Четверг и вторник вас устроит? — Вполне, — кивнул отец, — Но я жду заметных результатов. — До свидания, — кивнула психотерапевт, игнорируя последнюю фразу, — Женя, жду вас завтра. Девушка моргнула, возвращаясь в реальность. Стало грустно. Не хотелось уходить. Хотелось закутаться в плед и долго-долго слушать Анну Егоровну. — Пошли, — позвал отец, направляясь к выходу. Женя кивнула доктору и быстрым шагом двинулась следом за мужчиной. От Анны Егоровны не ускользнула заторможенная реакция девушки рядом с отцом, и она в мысленный список добавила пунктик о том, чтобы больше выяснить о взаимоотношениях Жени с отцом.