Мой милый братишка

Суббота

      Утром меня разбудила Полина, сказав, что завтрак давно готов, и что мы можем поговорить, пока многие ещё спят. Я была укрыта одеялом. Ночью я подумала, что мне это приснилось. Кто-то, видимо, побоялся, что я замёрзну. И бояться было чего. Уже с утра шёл ливень, резко похолодало. В доме тоже было прохладно. Варя суетилась, готовила завтрак для остальных, но, кроме нас троих, все ещё спали, а время близилось к полудню. Я не могла даже смотреть на еду, в доме воцарилась давящая атмосфера, напряжение распространялось даже от Вари. Кажется, что спокойствие сохраняла лишь Полина, которая, как ни в чем не бывало, ела омлет. Варя, выключив плиту, закрыла дверь на кухню.       — Я не могу после вчерашнего вечера успокоиться всё ещё, крови боюсь до ужаса, а тут… — Варя села на стул напротив нас с Полиной. Она всегда была впечатлительной, а разнимать дерущихся пьяных людей наверняка пришлось впервые.       — С чего у них вообще драка завязалась? — спросила у неё я, искренне не понимая, из-за чего Захар не только полез в драку, но и схватился за нож. На это должны быть причины посерьёзнее.       — Не знаю! Они собирались спать идти вроде бы, первым в дом Ваню завезли, потому что ему через порог в дом тяжело самому заезжать на коляске. Я попросила, чтобы Стас занёс в дом то, что из еды на столе осталось, Захар, видимо, на веранде тогда остался, его вообще не видно было. Потом вот мы услышали, что они драться начали. Как я поняла, Стас первым ударил, а Назаров из-за этого как с катушек слетел. Мы их в коридоре растащили, а потом Стас сказал, что, прежде чем обвинять его в чём-то, нужно сначала доказательства найти. Ну, Захар нож со стола на кухне схватил и на Стаса накинулся. А последствия вы сами видели…       Из рассказа Вари я всё равно не могла понять, с чего началась их драка. В чём Захар вообще мог обвинять Стаса? Насколько я знаю, раньше они не ссорились, не было причин на это, или же мне просто многое не рассказывали.       — Я поняла, кажется, — немного промолчав, сказала Полина, — когда Соболь в аварию попал, и узнали, что это не случайность, то много теорий было, кто мог бы его убрать. И Захар со Стасом друг друга подозревали. Успокоились потом, конечно, но в пьяном угаре часто вспоминают об этом. Тут вполне могло быть то же самое. Стас очень бурно реагирует на обвинения в его сторону.       Слова Полины оказались для меня полной неожиданностью. Ни Стас, ни Захар ничего не говорили мне про такие нюансы их взаимоотношений, да и про Ваню они не распространялись.       — Так Захар с Ваней друзья ведь вроде, почему тогда Стас его подозревал? — Варя заметно нервничала, дёргалась, она не знала про компанию Шарипова ничего, потому что Юра всё скрывал от неё, о чём просил и нас с Полиной. Но сейчас не тот случай, чтобы что-то утаивать. Мы все, по своей воле или нет, оказались завязаны.       — Просто у Вани были разборки с Шариповым, Захару тоже доставалось, он метался между лучшим другом и работодателем. И был слушок, будто Андрей как-то говорил Захару, что будет лучше, если тот сделает так, чтобы Соболь не мешался под ногами. И потом вот эта авария. Да и Стас за несколько дней до этого Соболю угрожал, что убьёт. В общем, тут много кого можно подозревать.       Кажется, вот почему многие не могли мне сказать про Ваню. Возможно, для кого-то его имя — табу. И Лёля, наверное, так злилась на меня из-за этого же. И Стас с Захаром молчали… Вот только почему они подозревали друг друга? И почему Ваня с Андреем конфликтовали? И не мог ли Андрей убрать соперника? Так, нет, это уже не моё дело, не стоит копаться в прошлом чужих людей. Мне хватит и своих проблем. Да кого я обманываю! Мне очень жаль Ваню, видно, что ему тяжело смириться с тем, что он инвалид. Хочется пожалеть его, помогать хоть как-то. Мне интересно, что думает сам Ваня о покушении, кого он подозревает. Я уверена в одном: Стас не мог. Я до последнего буду стоять на этом. Он может избить, угрожать, но Стас не убийца. Да и Захар тоже. Не в этом случае.       Лёгок на помине, Ваня открыл дверь и заехал на кухню. Мы с девочками смогли быстро переменить тему разговора, чтобы он не догадался, о ком мы говорили. Соболев нашёл на подоконнике какие-то таблетки и выпил сразу две. Варя возмутилась, таблетки оказались обезболивающими, и Ваня уже принимал несколько. Соболев что-то бурчал себе под нос о том, что ему совсем не спалось, всё мешало. Как я поняла, у него болела спина со вчерашнего дня, а таблетки никак не помогали. У Вани снова не получалось справиться с коляской с первого раза, но от нашей помощи он отказался.       Стоило Соболеву оставить нас одних, как Варя снова подняла тему о Захаре, точнее о моих планах касаемо наших отношений. Она считала, что нам лучше расстаться, потому что пьяный человек показывает своё истинное лицо, и Захар в таком случае может быть попросту опасен. Варя резко сменила своё отношение к нему после вчерашнего инцидента, решив, что Захар лишь притворяется хорошим парнем. Полина же встала на сторону Назарова и принялась защищать его, говорила, что здесь логика Вари не работает, просто Захару нужно научиться справляться со своей агрессией и тогда всё будет нормально. Я слушала каждую из них, но сама окончательно не могла решить, с чьей точкой мнения я согласна больше. Я попросту не знала, что мне делать. Стоит ли нам продолжать отношения? В любом случае я не должна решать всё одна, нужно сначала обсудить всё с Назаровым лично. Но, что бы не решили мы касаемо нас двоих, главная проблема в их со Стасом разборках, недопонимании. Пока они не придут к какому-то соглашению, мне лезть к ним не имеет смысла. Я хочу быть с Захаром, но всё больше начинаю его бояться. Не знаю! Не понимаю, что делать.       Спор Полины и Вари пришлось прекращать мне. В конце концов, это моя личная жизнь, и я сама решу, что буду делать дальше. Я часто прислушивалась к мнению подруг, но в данном случае мне нужно обдумать и решить всё самостоятельно. Девочки ненадолго замолчали. Они часто не сходились во взглядах на какие-то вещи. Вскоре проснулся Стас, который стонал о том, как у него всё болит, а я только закатывала глаза на это. Полина как-то сразу оживилась, стала предлагать Стасу поесть, даже сама налила ему чай, хотя до этого не хотела вставать с места. Но Стасу было всё равно на заботу со стороны моей подруги, он почти сразу ушёл будить Юру, чтобы поговорить о чём-то. Все стали вести себя так, будто вчера ничего не произошло. И это лучшее решение, на мой взгляд. Ваня так и не смог уснуть, поэтому ему ничего не оставалось делать, как сидеть со мной и Варей на кухне, но он то молча слушал наши разговоры, то отвечал всего парой слов на вопросы Вари. Полина же ушла перебинтовывать Стасу руку.       Мне безумно хотелось спросить про Захара, о котором на какое-то время все забыли. Он так и не выходил из комнаты со вчерашнего вечера. Но при Варе я не стала ничего спрашивать, а сходить к Захару самой было немного страшно, как бы глупо это не выглядело. Варю вдруг осенило, что она планировала топить баню сегодня. И тут же у нас появилась проблема, потому что дрова нужно колоть. Варя совсем забыла предупредить нас об этом и спросить, умеет ли вообще кто-то колоть дрова. Помимо этого, дом тоже не помешало бы протопить, иначе ночью мы будем замерзать. Соболев сказал, что может покомандовать Стасом, если тот согласиться попробовать. Но я уверена в том, что от Стаса толку ноль. Силы у него, конечно, хоть отбавляй, но это ещё ничего не значит, да и рука даст о себе знать, скорее всего. Стас всё же решил попробовать, и нам пришлось вытаскивать Ваню на улицу, чтобы он мог руководить. Полина наблюдала за всей развернувшейся картиной из окна кухни, пока мы с Варей готовили ужин. Совсем скоро вернулся злой, как собака, Стас, у которого, как я и думала, дело шло плохо. Ваня только орал на него, поэтому брат и не выдержал. Большего я и не ожидала. На Стаса я злилась не на шутку. Мне не хотелось разговаривать с ним о вчерашнем или принимать ту или иную сторону. Пусть разбираются с Захаром сами, только меня оставят вне своих конфликтов. На Назарова же у меня такой злости не было, мне хотелось защитить его перед всеми.       Немного пожаловавшись нам о скверном характере Соболева, Стас снова вышел на улицу. А меня почему-то клонило в сон, на меня свалилась дикая усталость, поэтому я, предупредив девочек, решила уйти в комнату, чтобы поспать пару часиков. Наверное, просто я снова просыпалась ночью каждый час, но уже не помню этого. Такое бывало со мной, когда приходилось спать на новом месте, после оставался ужасный недосып. Я завалилась на кровать, хотелось закутаться в одеяле и накрыть голову подушкой, чтобы отдохнуть от всех. И мои глаза закрылись под грузом усталости.       Я просыпалась практически через каждые полчаса, почти моментально стараясь сконцентрироваться на звуках в доме. Постоянно слышала голоса из кухни, но сразу засыпала обратно, даже не понимая, кому эти голоса принадлежат. В последний раз меня растолкала Варя, сказав, что подошла моя очередь идти в баню. Я очереди, конечно, не занимала, но и спорить не стала. А хотелось снова лечь спать, не ходить никуда. Радовало, что со мной никто не пошёл, меньше всего хотелось с кем-то разговаривать после сна. Вода смыла с меня лишнее напряжение, неожиданно захотелось чего-то сладкого. Когда я вернулась в дом, то заметила, как Стас с Ваней сидели на веранде и ели торт, запивая его пивом. И, если честно, этот тортик меня манил, хотелось присоединиться, но я прошла мимо. Оставалось навязчивое чувство неудовлетворённости.       Стоило мне уединиться в комнате, как в дверь постучали. В проёме показался Захар. Если честно, я обрадовалась, увидев его. Он хотел поговорить со мной. В общем-то, я хотела того же, поэтому сразу разрешила ему пройти в комнату.       — Оправдываться я не буду, сам во всём виноват, просто… Прости меня. Стас твой брат, и я должен был сдержаться, но не вышло, — Захар чуть прикусил свою нижнюю губу, смотрел в пол, не решаясь взглянуть мне в глаза. В этот момент мне показалось, что передо мной маленький ребёнок. От меня не скрылось и то, как сильно Захар волновался, пока стоял передо мной. Он всё это время потирал ладони, время от времени начиная будто пересчитывать свои пальцы. Ему срочно нужно было что-то покрутить в руках. Я заметила такое поведение, когда Захар нервничал, почти сразу. Этим они были очень похожи со Стасом. Мой брат делал точно также.       Меня передёрнуло от парочки резко возникнувших в голове воспоминаний. Я кивком пригласила Захара сесть рядом со мной. И как только он оказался сбоку от меня, я положила голову ему на плечо.       — Захар, вам со Стасом нужно что-то решать, иначе ничем хорошим это не кончится, — больше всего мне хотелось перемирия между Назаровым и братом, чтобы не находиться меж двух огней хотя бы какое-то время. Захар пообещал мне попробовать поговорить со Стасом, но мы оба понимали, что вряд ли это поможет. Но, как оказалось, сегодня они вполне смогли сходить в баню вместе для экономии времени и даже не сказали друг другу ни слова. Прогресс.       Немного посидев в тишине, я попросила Захара принести мне что-нибудь сладкое, чтобы самой не выходить никуда. Вернулся он уже с шоколадкой и чашкой чая, мельком сказав, что Варя теперь смотрит на него с большим недовольством. Пока я наслаждалась шоколадом, Захар о чём-то задумался. Только спустя несколько минут он спросил, что я думаю по поводу его поездки в Котлас. Ему всё же захотелось побывать на могиле матери, но его терзали сомнения по этому поводу. Я поддержала его, ему нужно отпустить обиды на маму, и, возможно, хотя бы после её смерти это станет более выполнимой задачей. Он решил, что поедет через несколько дней, чтобы не встречаться с малочисленными родственниками, которые явно будут ему не рады.       Я не могла не радоваться тому, что мы с Захаром обсудили хотя бы какие-то моменты. Мне безумно хотелось, чтобы он остался со мной в комнате на всю ночь, но я понимала, что скоро должна вернуться Полина, поэтому отправила его к себе. Стоило Захару выйти из комнаты, как он столкнулся со Стасом, который, по всей видимости, собирался укладываться спать. Я насторожилась, переживая за то, что они снова могут вцепиться из-за этой мелочи, но вмешался Соболев. Только после этого я смогла выдохнуть с облегчением. Хотя бы один день без происшествий.

Воскресенье (повествование от лица Стаса, напоминаю)

      Сегодня я окажусь дома. Это не может не радовать, поскольку два дня на даче у Вари дались мне нелегко. Кажется, что у каждого в доме на выходные была цель взбесить меня. Особенно отличился Назаров. Да, я виноват в том, что решил его напоить, но именно ему приспичило поднять тему покушения на Ваню. Сука! Я старался не говорить об этом, потому что мы оба были в неприятном положении тогда, а Назарова вдруг понесло. Когда этот придурок поймёт, что я не имею никакого отношения к той аварии? Не разбираюсь я в машинах от слова «совсем», да и не было у меня мотива. Пусть Андрюха и друг детства, но я не пошёл бы на убийство ради него, тем более не стал бы вредить Ване. Мы с ним ссорились незадолго до аварии, но это мелочи. И мои угрозы тоже. Я же до последнего буду думать, что это покушение — дело рук людей со стороны. Андрюха хотел избавиться от Соболева, но не думал об убийстве. Иногда мне в голову приходили мысли о причастности Назарова, потому что он знал о Соболе многое, о его любви к скорости точно. Не складывалось лишь то, что именно Захар первым нашёл Ваню и повёз в больницу, не дожидаясь приезда скорой. Хотел убить — оставил бы умирать.       Но это было не последним, чем Назаров смог вывести меня из себя. Надя приняла его сторону, я уверен в этом. Иначе она хотя бы попыталась поговорить со мной. А в итоге, я совсем не понимаю, обиделась она на меня или просто решила сохранять нейтралитет. Мой план не только провалился, но и добавил мне проблем. Ничего, дома, когда мы с Надей снова останемся одни, всё станет понятнее. Быстрей бы уже. Надоело видеть вокруг сплошную ваниль. Я только стал привыкать к нежностям Нади с Захаром, как появились ещё и Юра с Варей. Они сейчас постоянно вместе, это раздражает, потому что Юра мой друг, мне он необходим. Даже поговорить сейчас не с кем, потому что Кабанов единственный, кто может просто выслушать, а не лезть в чужое дело. Я ничего не имею против Вари, но всё больше злюсь из-за того, что она буквально украла у меня проверенного человека.       — Стас, давай поговорим, — блядь, снова Назаров. Я могу хотя бы покурить один? Специально ушёл на улицу, чтобы никто меня не трогал. Уеду отсюда при первой же возможности. Назаров тоже закурил, встав рядом со мной. Говорить нам не о чем, как я считаю. Извиняться я ни за что не буду и от Захара этого не прошу.       — Я считаю, что нам нужно прекратить лезть друг к другу. В частности, это касается тебя, — от слов Назарова у меня всё сжалось внутри. И я снова чувствую, как всё тело заполняет злость, которой срочно нужно выйти наружу. Но надо держаться. Вдох-выдох.       — А я считаю, что тебе нужно уйти из жизни моей сестры. Тогда и я лезть к тебе не буду. Хороший компромисс, правда? — мои слова вызвали у Назарова лишь усмешку. Сволочь. Надо было вчера облить его кипятком.       — Ты же знаешь, что этот вариант меня не устраивает. Я предлагаю следующее: ты оставляешь в покое нас с Надей, а я стараюсь меньше попадаться тебе на глаза. И тему про Соболя мы тоже закрываем навсегда.       — Не дождёшься, — я уже давно вынес свой вердикт, но до Назарова всё никак не доходит это. Да что ж он такой тупоголовый?! Видимо, Надя всё же права в том, что я слишком упрямый. Не хочу отпускать её так быстро. Она моя.       — Значит, к компромиссу мы не придём.       Неужели он понял, что я просто так не отстану? Мне всё равно, сколько это займёт времени, но я доведу Назарова до такого состояния, что ему просто надоест встречаться с Надей. Покой Захару будет только сниться. Назаров заткнулся, сказать было больше нечего. Я не хотел дальше стоять с ним рядом, пошёл в дом, но Назаров окликнул меня, когда я уже открывал дверь.       — Стас, мне надо будет уехать на несколько дней, проконтролируешь моих товарищей?       — Ладно, — я был готов на всё, лишь бы Назаров уехал куда-нибудь, чтобы отдохнуть от него. Не хочу видеть его рожу хотя бы пару дней. Мне, конечно, стало интересно, куда этот придурок намылился, но спрашивать я не стал.       — Стрелов, а ты представляешь, что мы можем породниться через пару лет? — он явно решил поиздеваться надо мной, видно по его лицу. Смеётся над моей реакцией.       — Назаров! Иди в пизду, — я захлопнул за собой дверь. Никогда мы не станем родственниками, Наде не быть Назаровой. Только через мой труп. Блядь, да пошёл этот Назаров! Родственник… Тьфу, думать противно. Да даже если я бы не хотел сам заполучить Надю, то до последнего стоял бы против их союза. Срочно нужно выбросить из головы мысли об этой парочке. Осталось ещё немного, и мы уедем домой.       Благо в комнате, где Варя расположила меня, никого не было. Я и сам не знал, куда все подевались, когда успели только. Чтобы хоть как-то отвлечься, я включил телевизор. Надежда Назарова… Абсурд. А если они с Назаровым, действительно, потом поженятся? Может, у меня не выйдет их разлучить. Кем Захар будет мне приходиться? Блядь, да какая разница! Не хочу я, чтобы он мне вообще кем-то был. Ебал я в рот такую родню. Так, хватит думать об этом. По телевизору шёл непонятный сериал, на котором я попытался сосредоточиться. А если Надя родит Назарову детей, то, получается, что мои племянники будут носить его фамилию. Час от часу не легче. Да какие дети?! Хватит с меня телевизора.       — Ты с утра не с той ноги встал что ли? — я вздрогнул, услышав рядом с собой голос Юры. Радует, что не Соболев, который сразу полез бы не в своё дело. Я кивнул в ответ. Вот только снова говорить Юре о своих претензиях к Назарову я не стал, иначе Кабанов точно заподозрит что-то. Он и так как-то раз говорил мне, что моё поведение похоже на ревность к девушке, а не к сестре. А о моих чувствах к Наде никто знать не должен.       — Слушай, поговорить хотел с тобой, пойдём на улицу, — быстро сходив до кухни и обратно, попросил меня Юра. Да почему именно сегодня всем нужно поговорить со мной? Почему нельзя было этого сделать вчера, например? Моих нервов не хватит до вечера. Только бы у Юры не было серьёзных проблем.       Мы вышли на улицу, после чего Юра повёл меня в сторону беседки. Нас никто не должен был услышать, Кабанов переживал за это. Что-то здесь не так. Он не знал, с чего начать разговор, только попросил не переживать по мелочам. И вот теперь я точно буду волноваться, лучше бы Юра не просил об этом.       — В общем, когда меня ножом пырнули, то я думал, что ничего не взяли. Деньги, телефон — всё на месте было. Но потом я понял, что в тот день со мной флешка была с информацией, которую Шарипов просил собрать. Возможно, она просто выпала из кармана ветровки, я не знаю. Но факт в том, что, если информация эта попадёт не в те руки, то плохо может быть многим. И я не знаю, стоит ли заранее предупреждать кого-то об этом, понимаешь?       — Так, стоп, а я почему должен переживать? Меня это как касается? — мне было совсем непонятно, о какой информации вообще идёт речь. Если Шарипов вновь просил досье на кого-то из клиентов, то явно никто не стал бы нападать на Юру, чтобы препятствовать этому. Да и меня вряд ли кто-то тронет, я никакой важной роли не играю.       — Это может относиться к Наде, — Юра говорил абсолютно серьёзно. И его слова меня напугали. Вот только в чём дело, я всё также не понимал, ждал разъяснений.       — Меня Шарипов впервые за всё время попросил собрать информацию не о клиентах. Он сказал, что ему нужно полное досье на Захара, Ваню и Лёлю. Причём просил указать все детали, вплоть до того, где сейчас их родственники проживают. Я упустил некоторые моменты, потому что мне показалось странным такое рвение, да и не всё я смог узнать. Семья Лёли, например, будто испарилась, о них никакой информации за последние два года нет. И на флешке этой было всё! И просто представь, если она оказалась не у тех людей. У Соболева большая семья, много рычагов воздействия, а у Захара лишь Надя, поэтому я и решил предупредить тебя. Стас, что делать? — кажется, это первый раз, когда Юра спрашивает у меня совета. До этого он всегда знал решение каждой проблемы. Здесь же мы оба оказались в тупике.       После предупреждения Юры мне захотелось быстрее отвезти Надю домой и запереть в квартире, чтобы она вообще никуда не выходила. Даже если флешка просто-напросто потерялась, я не смогу теперь успокоиться. Но в данном случае опасность может грозить и другим. Что же делать-то? Вроде бы стоит сказать, предупредить всех троих, но панику без причин не хочется разводить. Вот только если мы не скажем сразу, а что-то случится с семьёй Соболева, то он не будет разбираться и искать виновных, прибьёт нас с Юрой за компанию. Обсудив все возможные варианты, мы пришли к выводу, что лучше всё же оставить эту новость между нами. Действовать будем по обстоятельствам.       Однако мне теперь стало ещё тяжелее находиться в доме. В моей голове крутились образы Вани, Лёли и Назарова. Почему Шарипов просил собрать на них данные? Уже столько времени прошло, Соболь отошёл от дел, Лёля теперь девушка Шарипова. И тут вдруг Андрей решает что-то проверять, он вполне может всё узнать у Лёли, она вряд ли будет что-то скрывать. Либо же я тоже чего-то не знаю об их прошлом. В моей голове не сходилось, почему именно эти трое. Чтобы не думать о них лишний раз, я договорился с Надей, что мы уедем раньше. На удивление, она быстро согласилась, пожаловалась, что чувствует себя неважно. Выглядела она соответствующе, возможно, успела простудиться в ночь с пятницы на субботу, а сказалось это не сразу. Надо было всё же привести её в дом в тот вечер, но я, честно говоря, струсил, не хотел раздражать Надю лишний раз своим присутствием. Когда мы, наконец, поехали домой, на душе стало немного спокойнее, но мне до безумия хотелось узнать, что скрывает Шарипов и интересующая его троица…