Отголоски разбитой души

      Сон. Что может быть лучше сладкого и мирного сна во время походов на земли Ниндзяго? Всё, но ни это для Харуми. Сновидения для неё огромное пространство кошмаров, которые порождал её разум в страхе, в желание искупить свою вину и в более далёком желании быть с тем, кто мог бы её утешать и утопить в своих объятиях. Могу пытался воспроизвести всё вышеупомянутое, однако они же становились самым худшим кошмаром для принцессы.       Заснув на жёсткой траве, недалеко от сгоревшей деревушки, она тщетно пыталась выбраться из оков ночи. Они держали её крепко в наказание. Кошмар не покинет её, пока она его не пройдет от начала до конца, рассмотрев каждую деталь сюжета.       Всеми забытая ночь у моста давно не покидала мысли девушки. Возможно, тогда она впервые испытала сожаления за свои действия, но это не могло подействовать на неё.       Выйдя из двора, она старалась двигаться быстрее в сторону моста над рекой Стикс. В низких домах горел тусклый свет, а где-то там процветал самый современный город в Ниндзяго, Ниндзяго Сити. Вблизи дворца дома сохраняли свою историю. Это были дома с закругленными у конца крышами, о окнами, на которых изображались цветы сакуры или драконы, или прекрасные гейши.       Она шла по мощеной дорожке одна, оглядываясь по сторонам, чтобы понять не следят ли за ней в эту темную ночь. Чем ближе она приближалась к мосту, тем холоднее становилось. Ложь заходила далеко. На ограду моста навис парень со светлыми волосами в зелёной толстовке.       Увидев его, Руми поспешила в его сторону. Тихо к нему она не смогла подобраться, ибо, только ступив на деревянный мост, она вызвала грохот и скрип. Парень обернулся к ней и улыбнулся своей даме самой нежной и теплой улыбкой. Глаза были наполнены наивностью и влюблены в лживую особу, которая не чувствовала ничего. Она готова его обмануть, вонзить нож в спину, если это могло приблизить её к своей цели.       — Здравствуйте, принцесса, — произнес он, очарованный её простой внешностью. Это помешало ему понять, что его последнее слово задело Руми. Ведь она просила называть её по имени, несмотря на титул. И даже если так, по титулу и значению большую роль в Ниндзяго играл парень.       — Я просила, не назвать меня «принцессой», — тихо и грустно произнесла блондинка, подойдя к ограде. — Я ждала этого вечера целый день. Эта «принцесса» мне немного поднадоело.       — Но такова твоя роль. Таков твой титул, — произнес он, подойдя ближе к Руми. От каждого шага ей становилось тошно, он обращался к ней с любовью и верой, не зная истинного облика принцессы.       — А может я не хочу быть принцессой, которую в любой момент могут выдать замуж за знатного человека. Или всё эти вечера и обязанности. Я хочу обычной жизни, где мне не нужно было бы скрывать свою внешность. Носить многослойные платья. Я хочу жить, — последние её слова как гром разнеслись по всей округе, из-за сорвавшегося голоса, в котором чувствовалось отчаяние. Ложь.       — Но не будь тебя народ сошел бы с ума. Ты символ. Символ свободы и прав твоего народа, — протянул парень.       — Они жили без нас десятилетиями. От исчезновения принцессы, ничего не будет.       — Не смей так говорить. Ещё как будет. Это может привести к твоей смерти, горю и страданию твоих родителей. В конце концов, и я не проживу без тебя, Руми, — сказал он, обняв девушку. Казалось лёд в сердце дамы начал таить, но чувства не могли овладеть ею.       Она застыла в стоящем состоянии, будто её поразила молния. Последние слова были куда важнее предыдущих. Ей было принято знать, что кто-то не мог жить без нее. Нет, не из тщеславия, а просто потому что для кого-то она была дорога и значима. Блондинка обняла его в ответ, уткнувшись в его плечо.       Он резко оттолкнул её от себя. Она рухнула в море крови. Она тянулась к нему, но он смотрел на неё с презрением и ненавистью. Заслуженной ненавистью. Она обманула его, играла с его чувствами. Как итого, принцесса тонула в море её страхов. Обжигающая жидкость сочилась в горло и нос. Девушка пыталась кричать, что бульканье заглушала мольбу. Возле парня то и дело возникали новые и новые люди. Этому не было конца.       — Проснись, — била её в бок Виолетта. Девушка резко встала, ощутив боль.       — Спасибо, — тихо прошептала она, держась за бок.       — Всегда рада тебя побить, — ответила брюнетка и вернулась к своему мотоциклу.       Давно, месяца десять назад, когда сон повторялся каждую ночь, она попросила байкершу будить её любыми методами. Данная тенденция продолжается по сей день.       Руми села на траву и начала разглядывать силуэт Генерала через призму костра. Но не Лорд беспокоил её. В мысли подкрадывалась раздумья не свойственные девушке: как поживает тот, кого она обманула.