Римская русалка

Селим отпил ещё один бокал мятного щербета, если бы в его силах было превратить напиток в красное вино, он был сделал это. В покоях Валиде не было как в детстве спокойно и уютно, скорее тихо и напряжённо. Ночная пьяная выходка дошла до матушки, шехзаде и сам не понимал, что на него нашло. Мужчина плохо помнил о собственных совершенных действиях, но отчётливо отрезвел от выходки принцессы. Дверь в покои открылась и вошла Хюррем Султан, в след за ней поплелась Михримах. Госпожи подошли к одному из средних наследников Османской династии, и сели возле него. — Я никак не пойму, что с вами происходит?! Вы продолжаете меня позорить, перед этой римской принцессой. Хотите выставить меня невоспитанной декаркой, которая не смогла дать вам достойного воспитания, — прошипела Роксолана, глядя недобрым взглядом на своих детей. Она поджала пухлые губы, и обиженно отвернулась от них. — Валиде, этого больше не повториться, брат перепутал её с одной из рабынь. Это было нетрудно, глядя на эту иностранную одежду, — протянула луноликая, на последних словах прикусившая язык. Хасеки обернулась на слова дочери прищурив глаза. — Пока она в этом дворце, вы будете с ней учтивы. Мне не нравится, что она подружилась с шехзаде Мустафой. Эстелла наследница Римской империи, её отец союзник нашего султана, нужно держаться ближе к ней. — Мне кажется они не так близки как вы думаете, — ответила Султана, поглядывая на брата. Селим сидел с опущенной головой, и совсем не слушал их. — У них все гараздо серьезнее! — отчеканила Хюррем, повышая тон. Султанша встала со своего места, и стала нервно расхаживать по покоям. — И откуда вы все знаете, мама? — спросил рыжий впервые подняв голову на мать. — Я приказала Сюмбюлю Аге присматривать за ней, — уже спокойней ответила Хюррем. — Слишком много ей внимания, она всеволишь гостья, которая скоро покинет нас. — Это ещё не известно, вести о походе придут через пару недель, — Роксолана уставилась на Селима и подошла ближе. — Сейчас важно помирится с Эстеллой, чтобы она не пошла жаловаться Сулейману, иначе будет большая беда. — Я поговорю с ней, — предложила Михримах, слабо улыбнувшись матери. — Нет! — оборвала её Хасеки, подсев к шехзаде, она заботливо взялась за мужскую руку. — Селим стоит уладить это, ты мужчина и должен показать, что сожалеешь о совершенном. — А если она не примет это, захочет отомстить. — В таком случае, принцесса Эстелла никогда более не увидет такие прекрасные воды Рима, — ответила Валиде, в светлых глазах промелькнула тень злости.

***

Римлянка сидела натянутая как тетива лука, служанка мягко переплетала красные пряди волос в сложную косу. Девичьи глаза смотрели в собственное отражение зеркала, она находилась где-то далеко от привычной реальности. Прикрыв глаза, Эстелла перенеслась во вчерашние события ночи. — Иначе сожгу нас двоих! Селим неуверенно попятился назад, широкая спина встретилась с каменной стеной. Глаза заметались, и опьяняющая пелена сошла с его очей. Шехзаде снова оглядел римлянку, и не понимал у чему такая реакция. Он сын султана, почему эта Хатун не замолчит, и не сделает, то что велено. — Успокойся, Хатун, и убери факел! — наследник пытался придать своему тону максимальной строгости, но язык не слушался его, продолжая заплетаться. — Никакая я вам не Хатун! — прикрикнула принцесса, сжимая сильнее рукоять факела с огнём. — Перед вами принцесса Эстелла, законная наследница священной Римской империи. Глаза Селима округлились от услышанного. Это невозможно. Нужно быть полным идиотом, чтобы спутать принцессу с рабыней. Видимо так и есть, Джихангир говорил тогда о ней. Её ещё называют русалкой на родине. Эстелла и впрямь похожа на этих чарующих созданий. Кажется шехзаде удалось оскорбить эту чудную нимфу своим грязным поступком, благо недоделанным до конца. — Что за шум здесь?! — прокряхтела калфа, надвигающаяся на странную парочку. Фахрие испуганно оглядела наследников двух самых сильных империй, прикрыв рот от изумления, к своему ужасу она поняла, что зде б произошло. Растрепанные красные волосы, в которых неестественно торчали украшения, надорванный подол платья, смятый в некоторых местах. — Принцесса, вам нужно…- протянула Фахрийе, направляясь к Элле, она выставила руку вперёд желая забрать факел из рук римлянки. — Нет! Не подходи ко мне, позаботься о своём принце, — сказала русалка, отвергая всякую помощь слуги Роксоланы. Девушка с призрением покосилась на рыжего, затем осторожно отошла к стене возвращая на место огненный факел. — Пока он не напал на более легкую для себя добычу. Эстелла разжмурила стиснутые глаза, и осмотрела отражение. В темных глазах заблестели слёзы, она быстро стерла их и без того влажными подушечками пальцев. Прическа была закончена, Элла подошла ближе к зеркалу, чтобы получше её рассмотреть. Роса подошла к своей госпоже, и с тревогой глядела на несчастное лицо. Служанка сжала губы в тонкую полоску, она не знала как помочь своей принцессе. — Госпожа, — тихо позвала Роса, ей в голову пришла одна верная идея как быть в такой не простой ситуации. — Да? — быстро отозвалась Эстелла, она смотрела на служанку через отражение в зеркале, заметив скользкое смущение на пухлом лице, смогла догадаться о чем пойдет речь. В этот момент Римская русалка отругала себя за то, что рассказала всё Росе. Если она проболтается кому-нибудь будет большая беда для всех. — Может быть вы расскажете все шехзаде Мустафе, — вяло проговорила девушка, расправляя не ровные рукава коричневого платья своей хозяйки. — Ты что? — Элла слишком резко обернулась, чем вывела из эмоционального равновесия Росу. — Чего мы этим добьёмся? Рассорим братьев? Подтолкнём турецкого принца к необдуманным действиям, которые навлекут на него гнев султана?! А может следует сразу пойти к султану Сулейману, чтобы он прогнал меня из столицы? — Простите, принцесса, — промямлила Роса, виновато опуская голову. — У нас нет выбора, придётся стерпеть это оскорбление, пока не закончится война с Персией. Надеюсь в скором времени поедут добрые вести, и я смогу вернуться домой. — Простите мое любопытство, госпожа, но как же шехзаде?! Неужели вы сможете так просто уехать, и забыть о Мустафе? — спросила Роса, глядя на римлянку с надеждой услышать ответ. — А что шехзаде?! Перед тем как уехать, папа сказал быть осторожной с ним. Отношения османов и европейцев сильно отличаются, у меня нет будущего с ним. Михримах была права хоть и пыталась так задеть меня, а Махидевран Султан также показала свою не расположенность ко мне, — пояснила принцесса, грустно опустив глаза в пол. Девушка попятилась на ватных ногах к выходу из покоев, но её догнала верная служанка преграждая путь. — Вы не можете так просто сдаться! Какой разница, кто что думает об этой связи?! За истинную любовь нужно бороться, лучше сожалеть о сделанном, чем оплакивать не содеянное. Эстелла удивлённо уставилась на Росу. Где она только поднабралась этого всего. Как можно бороться за то, в чем сам не уверен. За все время пребывания здесь, она не увидела не одного геройского поступка от турецкого принца. Где вероятность того, что она для него та самая любовь. А не очередная наложница, которой сделают ребенка и красота молодости завянет среди других девушек. Но стоит принцессе вспомнить образ шехзаде, этот голос, темные очки рассматривающие её, слова засевшие в голове, отнявшие девичьий покой и сон. — Все намного сложнее, чем тебе кажется Роса, — выдавила через силу из себя римлянка, обойдя служанку Элла покинула собственные покои. Шатенка побежала в след за своей госпожой, боясь снова оставить её одну.