Нелюди. Часть II - Привязанность

Грег мрачно наблюдал, как пожарные выносят обгоревшие тела из здания уничтоженного огнём склада. Одно, второе, третье… Хотелось верить, что эти бедняги задохнулись в дыму прежде, чем огонь добрался до них. Слабое утешение, конечно. — Ужасная смерть, — поежилась стоявшая рядом Донован. — Пожарные убеждены, что это был умышленный поджог. — Третий за неделю, — вставил Редмонт, инспектор из отдела по нанесению непоправимого ущерба имуществу. — У нас серийный поджигатель, который теперь стал убийцей. Так что дело переходит к вам, ребята. — Обсессия поджигателей заставляет их смотреть на дело рук своих, — Лестрейд поежился и поплотнее запахнул куртку. — Их возбуждает вид пламени. К тому же этот парень организован. Он не просто обливает бензином первый попавшийся дом, а потом чиркает зажигалкой. Он тщательно выбирает объект — подальше от густонаселенных районов и видеокамер. Чтобы успело хорошенько разгореться, прежде чем кто-то заметит огонь и вызовет пожарных. На установке сигнализации, как я понимаю, владелец склада сэкономил? — Как и в двух предыдущих случаях, — хмуро подтвердил Редмонт. — И о чем тебе это говорит? — Подтверждает версию об организованности, — пояснил Грег. — Преступник знал: сюда можно проникнуть и не опасаться, что кто-то помешает планам. Полиция не приедет, пожарные тоже прибудут лишь тогда, когда что-то спасать уже будет поздно. Но вот жертвы не вписываются. Обычно поджигателей интересует огонь, а не убийство. Значит, тут либо ошибка в расчетах, и он просто не знал, что на складе ночью будут люди, либо… — Либо у вас два разных преступника, — закончил его мысль Шерлок, возникший из ниоткуда прямо за спиной Грега. — Тебя кто приглашал, фрик? — буркнула Салли. — Я ставлю на первое, — спокойно проговорил Холмс, проигнорировав Донован. — А ты, Лестрейд? — Пожалуй, — согласился Грег. — Я ещё не ознакомился с двумя предыдущими делами, но, судя по всему, почерк совпадает до деталей. — Несомненно, — подтвердил Редмонт. — Складские помещения, отдельно стоящие здания, все в отдаленных районах и все никак не защищены. Везде использован бензин. Многовато для совпадения. — Может, имитатор? — кисло предположила Салли. — Прочитал в газетах о первых двух поджогах, подделал почерк. Поджигатели обычно не убивают, зато убийцы частенько используют огонь, чтобы скрыть улики. — Ерунда! — резко отозвался Холмс. — Шерлок, такая версия имеет право на жизнь, — возразил Лестрейд. — Говорю же, я пока не изучал материалы по прошлым делам. Вдруг найдутся отличия? — Уверен, это один преступник, — огрызнулся Холмс. — И не так уж он организован, как ты думал, раз не проверил, что склад пуст. Или это компульсия. Навязчивое желание было слишком сильным, он не мог ждать более удобного случая. — Возможно, ты прав, — Грег вздохнул. — Какие будут предложения, гений? — А у тебя? — Как я и сказал, поджигатели не способны чиркнуть спичкой и уйти, — задумчиво проговорил Лестрейд. — Им необходимо смотреть на огонь, который они вызвали к жизни. Так что я бы проверил всех, кто проходил свидетелями по первым двум делам. — Он вопросительно посмотрел на Редмонда. — Они ведь были? — Да, — проинформировал тот. — Совершенно бесполезные. В основном бродяги, которые ночевали на складе по соседству, и пара наркоманов. Толку от таких свидетелей… — Это не исключает факта, что один из них может быть психом, одержимым поджогами, — Грег поморщился. — Салли, возьми имена и изучи их прошлое. Вдруг у кого-то были инциденты, связанные с огнём? Может, любил играть со спичками в детстве или когда-то подозревался в причастности к пожару… Или проходил свидетелем по похожему делу. Нужно найти ниточку! — И ещё, — он с тоской окинул взглядом головешки, оставшиеся от склада. — Надо присмотреться к пожарным расчетам, занятым в тушении. Если найдутся совпадения по именам… — Думаешь, тут может быть комплекс героя? — Салли задумчиво кусала губу, глядя на начальство. — Сам все устроил, а потом сам же и активно участвовал в борьбе с огнём? — Тупо, Донован, очень тупо! — презрительно фыркнул Шерлок. — Преступники этого типа не интересуются складами на отшибе. Такой поджигал бы жилые дома и вытаскивал бы людей из пламени с риском для жизни. Чтобы потом любоваться своим лицом на первых полосах газет. — О да! Уж ты-то знаешь толк в любовании собой в газетах! — огрызнулась Салли. — Прямо эксперт. — Я хотя бы использую голову не только для того, чтобы в неё класть еду, — раздраженно отозвался Холмс. — Или… тебе видней, что ещё ты обычно тянешь в рот. — Шерлок! — рявкнул Лестрейд, глядя на побелевшую от гнева Салли. — Немедленно извинись за свои слова! Я требую! Холмс, собиравшийся что-то добавить к своему оскорблению, вдруг словно подавился воздухом на вдохе. Он беззвучно открыл рот, потом снова закрыл. С лица его полностью ушла краска. — Извини, Донован, — казалось, слова даются ему через силу. Выдавив их из себя, он круто развернулся и удалился почти бегом. — Вау! — пробормотала Салли. — Что это было? Мне ведь не послышалось, фрик и правда сказал «извини»? — Да уж… — Грег был шокирован не меньше. — Слушайте, заберите у коллег материалы по первым двум поджогам и начинайте изучать дела свидетелей. А я… короче, позже увидимся в участке. Догнать Холмса у Лестрейда не получилось: тот как сквозь землю провалился. Тогда он прыгнул в машину и поехал на Бейкер-стрит. Шерлок, очевидно, добрался раньше — из квартиры на втором этаже доносились пронзительные звуки скрипки, скорее похожие на возмущённый визг, чем на музыку. — Влетел минут пятнадцать назад, как будто за ним черти гнались, — шёпотом поведала Грегу миссис Хадсон. — Даже на приветствие не ответил, только зыркнул так, словно убить собирается, — она всхлипнула и утёрла глаза платочком. — Ох, инспектор… Я бы на вашем месте не трогала его, когда он в таком состоянии. — Мне надо его увидеть, — твёрдо ответил Грег. — Прямо сейчас. Когда он поднялся по лестнице и открыл дверь в квартиру Шерлока, тот даже не повернулся. Только рявкнул: — Вон! — Нет, — Лестрейд прошёл и уселся в кресло, раньше принадлежавшее Джону. — Никуда я не уйду, пока ты не объяснишь мне, какого черта произошло. Потому что я не понял, что это было! — Ах, тебе объяснить! — Шерлок дёрнул струну так сильно, что она со звоном лопнула, а из порезанного пальца хлынула кровь. — Не понимаешь, значит? Ты состоишь в физической связи с моим братом и ещё просишь объяснений, почему я не смог воспротивиться твоему приказу? — Нет… — ошарашенно пробормотал Грег. — Я же не… Это он твой старший родственник, не я! Я просто не могу быть… Не говори мне, что я… — Ты не знал, да? — Холмс горько усмехнулся, обматывая пораненный палец платком. — Я тоже не знал. Никогда не слышал, что брачная церемония может иметь такой эффект. Но факт остаётся фактом… Ты потребовал подчиниться, и мне пришлось послушаться. Видимо, ваша связь крепче, чем казалось. — Мне так жаль, Шерлок, — Лестрейд отчаянно стиснул руки. — Я даже не представлял… Скажи, как это можно исправить? — Никак, — тот закатил глаза. — Я… верю, что ты не хотел. — Разумеется! — заверил его Грег. — А то я тебе ни разу не приказывал вести себя прилично, или не трогать улики, или не воровать мой пропуск… У тебя мои слова всегда в одно ухо влетали, а в другое вылетали. — Теперь это, очевидно, не так, — с лёгким раздражением сообщил Холмс. — С ума сойти! Как много ты взял от моего брата в результате этой связи. — Я сам не рад такому! — рассердился Лестрейд. — Если бы я только мог… — Твоей вины тут нет, — усмехнулся Шерлок. — Майкрофт сам хотел отдать тебе как можно больше. Я не уверен, как это произошло, но… знаешь, есть версия, что объединяющая капсула способна откликаться на желания. Это не доказано, конечно, но я думаю… Вероятно, Майкрофту все-таки было страшно. И он в момент установления связи отчаянно жалел о том, что ты человек. Иррационально хотел, чтобы ты был подобным ему. — Знаешь… — Грег замялся. — Я почувствовал смерть ребёнка Мелли, едва прикоснувшись к ней. И смог убрать ее боль. Это было жутко! Представляешь, у неё были такие тяжёлые повреждения, а она улыбалась и заявляла, что совсем не больно — до тех пор, пока я держал ее за руку. Но ведь это нормально? Майкрофт говорил, что рано или поздно у меня в какой-то мере проявятся некоторые ваши способности. — Да, — согласился Шерлок. — Потому я верю, что ты мог приглушить её боль. Но убрать совсем… Связь не даёт человеку подобных возможностей. Мы это можем, но ты — не один из нас. Если только… как я и сказал, Майкрофт поделился с тобой большим, чем мы думали. И тогда это объясняет сегодняшний инцидент. Ты теперь не просто муж моего брата, ты — мой старший родственник. — Я никогда не хотел перестать быть человеком, — с отчаянием проговорил Лестрейд. — И все ваши сверхспособности… Да на что они мне! Скажи, в чем удовольствие: взять кого-то за руку и приказать исполнить твою волю! И смотреть, как своенравная, вздорная женщина превращается в марионетку, которая только и твердит: «Да, хорошо, как скажешь»… Это же дико! — А ты и это умеешь? — Холмс присвистнул. — Вау! А ещё что-нибудь? — Тебе пересказать детали нашей личной жизни? — хмуро спросил Грег. — Уволь, — Шерлок ухмыльнулся. — Я догадываюсь. Хотя… это все действительно странно. Говорил же, ты не первый человек, связанный с одним из нас. Но первый, кто может так много. Во всяком случае, насколько мне известно. Постой-ка… С этими словами Холмс схватил Лестрейда за руку, и его голос зазвучал в голове Грега. — Но нашему способу общения, как я слышал, ни один человек так и не обучился. Попробуй! — Я не умею этого, — ответил Грег вслух. — Потому что не пытался, — так же беззвучно отозвался Шерлок. — Давай, найди в моем мозгу центр, отвечающий за коммуникацию. Представь себе его… И мысленно обращайся прямо к нему. — Отвали, Шерлок! Только когда детектив расхохотался, Грег понял, что сказал это, не раскрыв рта. — Супер! — Холмс отпустил его руку и хлопнул в ладоши. — Ты уникум, Лестрейд. Человек, подобный нам. — Не думай, что сейчас сделал мне комплимент! — Лестрейд разозлился. — Это вовсе не смешно, Шерлок! — А я и не смеюсь, — тот размотал платок, и Грег увидел, что глубокий порез от струны уже закрылся и напоминает просто царапину. — Я изумлён. Цени, со мной такое крайне редко происходит. — Прости, не могу этого оценить, — Лестрейд встал. — Как бы то ни было, я не хотел причинить тебе вред. Майкрофт рассказывал мне, что такое… это как самое страшное наказание для любого из вас. Мне жаль. — Забей, — Холмс пожал плечами. — Зато благодаря этому инциденту я узнал о тебе так много интересного! Просто впредь следи за словами. — Следи за словами, — раздраженно передразнил его Грег, после чего процитировал Майкрофта: — Следи за своим гневом, когда прикасаешься к кому-то. Да на что мне эти сложности? Неужели нельзя было… без всего этого?! Шерлок снова засмеялся, и Лестрейд покинул его квартиру в крайнем раздражении. И смятении. *** Версия, что поджигателем был один из свидетелей, полностью подтвердилась. Лестрейд, загруженный собственными мыслями, лишь тупо кивнул, когда Салли ворвалась к нему в кабинет и стала рассказывать, что один из бродяг, представившийся как Джо Остин, присутствовал на местах обоих первых пожаров. Дал самые дельные показания, детальные, с массой подробностей. Которые, разумеется, ни к чему не вели. Но… после того, как этого Остина задержали, его отпечатки пальцев рассказали остаток истории. Настоящее имя бродяги было Джонатан Вудсток. В пятнадцать лет он сбежал из дома, а до этого у него был привод: сосед обвинил подростка в поджоге его сарая. В итоге делу ход не дали, родители Вудстока заплатили компенсацию, и мужчина забрал заявление. Но «пальчики» малолетнего пиромана остались в базе. — Вы были во всем правы, шеф! — с чувством проговорила Донован. — Теперь ублюдок не отвертится! И как только догадались? — Все очевидно, — Грег скривился. — Он организован, а значит, вполне мог сам прийти в полицию и даже активно помогать следствию. Подобные преступники часто это делают, потому что уверены: они отлично замели следы, их никто не заподозрит. И стараются быть в курсе расследования, чтобы убедиться, что полиция не выйдет на них. Это, плюс нестерпимое желание любоваться делом рук своих. Потому я и знал, что поджигателя следует искать среди свидетелей. — Вы сейчас говорите почти как фрик, — она закусила губу. — Вы ведь за ним днём побежали, да? Что с ним такое было? — Не знаю, — солгал Лестрейд. — Я его так и не нашёл. Может… внезапное расстройство желудка? — Извиняющийся фрик, — она ухмыльнулась. — Жаль, я не сняла на камеру! Это же… конец света! — Да, — мрачно подтвердил Грег. — Это конец света. Под конец дня тревожных мыслей стало слишком много, и Лестрейд не выдержал. Не давая себе передумать, он набрал сообщение Майкрофту: «Сегодня кое-что случилось. Можем мы поговорить?» Холмс отозвался немедленно: «У меня совещание, но я могу его отложить и заехать за тобой. Или это ждёт до дома?» «Ждёт, — ответил Лестрейд. — Лучше вечером. Я уложу Родерика и зайду к тебе, можно?» «Конечно». Прочитав последнее сообщение, Грег прикрыл глаза и поморщился. «Вероятно, Майкрофту все-таки было страшно». Ну, ещё бы! Он пошёл на гарантированное самоубийство — и ради чего? Ради чувств, которые сам себе придумал! Каково же ему было со временем осознать, что Лестрейд не тот, кто… Не единственная любовь на всю жизнь, как у Седжвика к той женщине или у Шерлока к Мориарти. Что он ошибся — и теперь связан до конца своих дней, физически зависит от мужчины, который ему совершенно безразличен. В итоге Грег решил не обсуждать с Майкрофтом шокирующие открытия младшего Холмса. Насчёт способностей, которых не должно быть у человека, даже связанного с одним из них. «Если ему и вправду было настолько страшно, что он опрометчиво пожелал чего-то подобного… то лучше не заострять на этом внимания, — думал он. — Ведь тогда придётся говорить и о причинах. Сам он, похоже, уверен, что так и должно быть. Ну и пусть продолжает так думать. Черт! Надо было попросить Шерлока не рассказывать ему!» В итоге он написал детективу сообщение: «Пожалуйста, не передавай Майкрофту содержание нашего сегодняшнего разговора. Не нужно ему беспокоиться ещё и об этом!» И получил ответ: «Замётано… старший братец. Ш.Х.». Ухмыляющийся смайлик, которым Шерлок украсил СМС, вызвал у Лестрейда раздраженную гримасу. Вот же засранец! Вернувшись поздно вечером в свою спальню, Лестрейд пробрался в гардеробную и устроился на привычном месте, дожидаясь возвращения Холмса. Когда услышал, как тот вошёл к себе, тихо постучал. — Грегори, — Майкрофт распахнул дверь немедленно и выглядел крайне взволнованным. — Господи, на тебе лица нет! Что произошло? — Ох… — Лестрейд боялся посмотреть ему в глаза. — Тут… такое… Сбиваясь и путаясь в словах, он пересказал сегодняшнее происшествие на месте преступления. То, как побледнел Шерлок, когда Грег приказал ему извиниться, как не смог не подчиниться… — Я же не знал! — отчаянно проговорил он, закончив рассказ. — Это… это было ужасно! Что мне теперь делать, Майкрофт? Тот задумался, в крайнем волнении потирая переносицу. А потом тихо спросил: — Ты говорил с ним… после? Обсуждал это? — Сразу к нему поехал, — Лестрейд вздохнул. — Он сказал, что верит. Понимает, что я не ожидал ничего подобного, что у меня не было намерения. Но… не сказал, как я могу это исправить. — Никак, — Майкрофт горько усмехнулся. — Надо же… Я так часто злился на брата, что он выходит за рамки. Хотел, чтобы ты научился ставить его на место. Но такого, признаться, не ожидал. — И я, — Грег схватился за голову. — Он меня достаёт, конечно. Иногда настолько, что хочется его стукнуть хорошенько! Но я никогда не хотел умышленно причинять Шерлоку боль. А то, что ты рассказывал про этот ваш выключатель в мозгу… Да если бы мне хоть на мгновение пришло в голову, что он может подобным образом отреагировать на мой приказ, я бы ни за что в жизни… — Я знаю, — Холмс мягко улыбнулся. — И мой брат знает, не сомневайся. Конечно, ты нанёс ему серьёзный удар, но он простит, потому что понимает — произошло недоразумение. — А как мне простить себя? — Грег в отчаянии стиснул руки так, что побелели суставы. — За сегодняшнее и за то, что я сделал тогда с Триш… Можно сотню раз повторить: я не знал, что так выйдет! Но фактов это не изменит! Я понятия не имею, в какой момент могу причинить кому-то вред! — Ты и твоя чувствительная совесть, — Майкрофт покачал головой, а улыбка его стала грустной. — Просто невероятно! Мой брат выводит из себя почти каждого, с кем общается, и получи кто-то из этих людей над ним такую власть… Думаешь, они страдали бы, как ты? — Шерлок язвительный и циничный придурок, не спорю, — мрачно согласился Лестрейд. — Но так все равно нельзя. Я не должен был! И Триш… знал бы ты, как она меня доставала, как я мечтал, чтобы она просто забыла про меня! Но вот так… вынудить ее… Майкрофт, такого никто не заслуживает! И я чувствую себя настоящим чудовищем. — В таком случае, и я чудовище, верно? — сдержанно уточнил Майкрофт. — И Шерлок? Любой из нас. — Ты как-то сказал, что вы годами учились нести ответственность за свои способности, — пробормотал Грег. — А что делать мне? Я ведь даже не представляю, чего именно от себя теперь ждать. И в какой момент. Мне как-то… жутко от этого. — А мне нет, — в голосе Холмса прозвучала непоколебимая уверенность. — Ты именно тот человек, который никогда не воспользуется подобными силами во вред. Ещё раз повторяю: много ты знаешь людей, которые терзались бы от мысли, что способны командовать Шерлоком? «Жаль, я не сняла на камеру», — сетовала Салли. Вероятно, имей она такую возможность, заставила бы его извиняться на бис раз двадцать. Но… — Даже если так, то… — Ты в курсе, как я отношусь к брату, верно? — мягко спросил Майкрофт. — И я сейчас совершенно спокоен, хотя должен быть в ужасе от мысли, что у кого-то есть власть заставить его делать все, что угодно. Но я знаю тебя, Грегори. И потому ни о чем не волнуюсь. То, что произошло, — плохо, но не так плохо, как могло бы быть, прикажи ты ему по незнанию что-то менее безобидное. Теперь ты осведомлен и никогда не повторишь такого. — Не повторю, — подтвердил Грег. — Какие бы гадости Шерлок ни изрекал, он не заслужил… насилия. А все эти ваши приказы — насилие и есть. — Говорю же: ты невероятный человек, — Холмс тепло улыбнулся. — Самый… чистый и справедливый из всех, кого я когда-либо встречал. — Я обычный человек, — возразил Лестрейд. — Да, кто-то, может, и радовался бы способности командовать другими, но таких меньшинство. Никто из нормальных людей не захотел бы подобного! — Ты думаешь о людях лучше, чем они есть, — констатировал Майкрофт. — А я лишь доволен, что мой брат в безопасности. Потому что ты его никогда не обидишь. Жаль только, что ты так сильно переживаешь. Но подумай об этом вот с какой стороны: нам всем сегодня очень сильно повезло. Представь, что ты по незнанию запретил бы ему участвовать в расследованиях Скотланд-Ярда. Это лишило бы Шерлока дела его жизни, того, для чего он рождён. Или… ты мог бы потребовать, чтобы он собрал доказательства, способные отправить Джеймса за решетку. Заставил бы его предать мужчину, которого он любит. На фоне этого приказ извиниться за грубость такая мелочь… — Да уж, — Грег снова схватился за голову. — Ужасно! — Нет, — Холмс деликатно прикоснулся к его плечу. — На самом деле, все хорошо. — Майкрофт, — Лестрейд накрыл его руку своей, удерживая, не давая убрать, — как мне жить с таким? Как ты сам справлялся… ну, когда только узнал? Неужели просто смирился и… — А что мне оставалось? — Холмс сжал его пальцы. — Выбирать-то не приходилось. — Я кое-чего не понимаю, — Грег развернулся, не отпуская руку Майкрофта, и посмотрел ему в глаза. — Зачем это вообще? Связь, я хочу сказать. Зачем вам это? — Правда не понимаешь? — голос Холмса звучал мягко. — Правда, — Лестрейд закусил губу, думая, как же поточнее сформулировать свою мысль. — Ну… Шерлок рассказывал, что такой способ был придуман, чтобы избежать внебрачных детей. И я считаю, это отличная мысль. Людям не мешало бы изобрести нечто подобное! Дети так часто страдают от ошибок взрослых, от их безответственности! Но ведь ты сам сказал: разнополая связь у вас под запретом. И вы не размножаетесь привычным мне способом. Какой тогда смысл? — Это верно только для переселенцев, — Майкрофт улыбнулся. — На нашей материнской планете все иначе. Там все происходит примерно так, как ты привык: зачатие, вынашивание младенца, рождение… с поправкой на физиологию, конечно. Потому что изначально мы… сильно отличаемся от людей. — Они там яйца откладывают? — Грег погладил его пальцы. — Или размножаются почкованием? Или… ох, я даже не могу себе представить, какие еще могут быть способы. — Пожалуй, я избавлю тебя от подробностей, — Холмс фыркнул. — Они тебе ни к чему. Но, как ты и говорил, ребенок — это всегда соединение биологических клеток мужчины и женщины. Наши ученые просто придумали способ, чтобы дети появлялись только у сложившихся пар, уверенных в своих чувствах. — Ладно, там это уместно, я понимаю, — Лестрейд слегка нахмурился. — Но… здесь? Зачем нужна брачная церемония, если речь не идет о появлении потомства? Тем более что связь с людьми для вас настолько опасна? Разве нельзя просто найти себе пару и жить вместе, как это делают люди? Я хочу сказать — не объединяясь со своим партнером физически. — Можно, — спокойно согласился Майкрофт. — И многие так и поступают. Шерлок ведь говорил тебе, что мы нечасто вступаем в брак. — Говорил, — Грег вздохнул. — Он объяснил это тем, что ваши браки невозможно расторгнуть. — Верно. До Лестрейда вдруг дошло, что он слишком сильно стиснул руку Холмса и наверняка причиняет боль. Но тот даже не пытается избавиться от его хватки. — Прости, — Грег поспешно выпустил его. — Я не хотел. — Ничего, — губы Майкрофта слегка дрогнули. — Я понял твой вопрос. Ты хочешь знать, почему мы совсем не откажемся от церемонии связи, если никто из нас не думает о рождении детей. Но скажи мне: разве люди женятся только ради потомства? Неужели нет других причин? — Люди не рискуют при этом жизнью, — Лестрейд поджал губы. — Почему ваш Совет не запретит браки с людьми, раз это так опасно? И что заставляет вас на такое идти? Неужели только желание наградить своего партнера крепким здоровьем и набором сомнительных способностей? И ради этого нужно подвергать себя такой угрозе? — Конечно, нет, — Холмс отвернулся и уставился в окно. — Будь дело только в этом… Но связь дает много больше. За два прошедших года ты так и не понял? Возможность стать частью того, кого ты любишь. Сразу почувствовать, что он попал в беду, — даже если он далеко от тебя. Найти его, где бы он ни находился. Спасти ему жизнь, если понадобится — поделившись своей. — Это как? — Грег нервно сглотнул. — Допустим, речь идет о тяжелом ранении, — Майкрофт рассматривал распускающиеся розы в саду, стараясь, чтобы голос звучал совершенно бесстрастно. — Или большой потере крови, когда тело ослаблено и не способно справиться с регенерацией самостоятельно. Связанный партнер может отдать часть своей жизненной силы. — А кто-то другой не может? — Нет, — Холмс покачал головой. — Недостаточно просто любить того, кто умирает, с ним должна быть связь на физическом уровне. Знаешь... Когда Шерлок прыгнул с крыши, то… пострадал сильнее, чем ожидал. Мой брат умирал, а я просто сидел рядом, держал его за руку — и ничего не мог поделать. А потом пришел Джеймс. Вернее будет сказать, приполз: он и сам был ранен. Но почувствовал, что Шерлок в беде, и буквально вытащил его с того света. Не будь они связаны, могила на кладбище была бы настоящей. — Боже, — Грег подошел к Майкрофту и обнял его со спины, прижимая к себе. — Я не знал… Но вряд ли это заставит меня иначе относиться к Мориарти. Если бы не он, Шерлок вообще не прыгнул бы. — Я же говорил, их игры редко бывают безобидными, — Холмс накрыл руки Грега своими и прикрыл глаза. — Эти двое все время ходят по краю. — А ты не запрещаешь, хотя имеешь такую возможность, — Лестрейд сделал над собой усилие, чтобы выпустить его, и отошел назад, отрезая себя от искушения. — Для чего тебе тогда вообще эта… власть над ним? — У тебя теперь она тоже есть, — негромко напомнил Майкрофт, все так же глядя в окно. — Ты смог бы? Смог бы приказать ему перестать быть собой? — Не думаю, — Грег подавил вздох. — Пожалуй, я лучше пойду спать. Прости, что расстроил тебя. — Я не расстроен. Холмс еще долго смотрел в окно после того, как за спиной раздался тихий хлопок закрывающейся двери.