Нелюди. Часть II - Привязанность

Грег провёл очень тяжёлую ночь. Как бы он ни уговаривал себя, что все идёт как надо и он должен радоваться за Майкрофта, легче не становилось. Внутри словно все завязалось узлом, а сердце как будто покрылось корочкой льда и отчаянно болело. «Я люблю его, — тоскливо думал Лестрейд. — А он меня нет. И это данность, с которой мне давно пора смириться». В последующие дни он загрузил себя работой и только отмахивался от Салли, которая всеми силами пыталась выяснить, зачем приходил Холмс и куда они потом отправились вместе. И без ее расспросов было тошно. «Я не вправе ревновать, — убеждал он себя. — Майкрофт не мой и никогда моим не был. У него есть право на счастье». Эти мысли совершенно не помогали. Выходные Грег провёл с Родериком, и ему даже почти удалось отвлечься. На грустные размышления попросту не осталось времени, малыш менялся на глазах, и от него невозможно было отвернуться хотя бы на секунду — во избежание мелких и не особенно мелких домашних катастроф, которые он умудрялся устраивать на ровном месте. Вечером в субботу, уложив его спать, Грег чувствовал себя так, словно весь день сдавал нормативы по спортивному многоборью. — То ли ещё будет, — пробормотал он, любуясь расслабленным личиком наконец уснувшего ребёнка. — Похоже, ты даже дядюшке Шерлоку дашь сто очков вперёд! И откуда в тебе столько энергии? Сын стал смыслом его жизни, особенно теперь, когда кроме него в ней осталась только работа. Лестрейд любил его, как можно любить только бесконечно родное существо. Он даже вспоминать не желал, что когда-то мечтал от него отказаться. «Пойди тогда Совет нам навстречу, как бы я жил сейчас?» Эти мысли отзывались в груди неприятным холодком. — Не человек, — вздохнул Грег. — Ну и что? Видно, судьба у меня такая. Друг, потом любимый мужчина, а теперь ещё и обожаемый сын. Это не считая того факта, что я и сам уже почти ящерица. Хорошо, что только «почти». Что там Майкрофт говорил про мои изменения? Мол, неважно, что объединяющая капсула не восприняла меня как человека? Мне все равно не перестать им быть, поскольку человечность — основа того, чем я являюсь. Майкрофт… Лестрейд снова посмотрел на ребёнка и вздохнул. Несмотря на реактивный характер, бывали моменты, когда он все больше походил на старшего Холмса. Грег часто ловил себя на мысли, что ему не надо даже проверок и подтверждений, достаточно посмотреть, как Родерик сосредоточенно изучает картинки в заинтересовавшей его книге или кусает губу, погрузившись глубоко в себя и осмысляя какой-нибудь новый опыт. Ох хмурился, как Майкрофт, сердился, как тот, улыбался точно такой же улыбкой. — Я же могу помечтать о том, что ты и вправду его сын? — прошептал Лестрейд, поправляя на мальчике одеяло. — Это было бы чудесно! Знать, что ты вырастешь таким же безупречным, таким же неотразимым… С одной только разницей: тебя мне можно любить, а ты всегда будешь любить меня в ответ. Утром в понедельник на отдел Грега свалилось очередное убийство. Он весь день проторчал на месте преступления, разбираясь в многочисленных, на первый взгляд противоречащих друг другу уликах, а после провёл вечер в своём кабинете, пытаясь сложить все воедино. Получалось плохо. Казалось бы, банальное ограбление, а несчастный хозяин дома просто вернулся в неудачный момент. И все же что-то здесь не сходилось. Шерлок прибыл на место убийства сразу следом за полицией. Покрутился с полчаса, засунул нос во все щели и в итоге выдал резюме: «Сами справитесь!» Так что на его помощь рассчитывать тоже не приходилось. Вторник прошел в опросах свидетелей и соседей. И инспектор запутался ещё больше. Выходило, что убитый в последнее время нервничал, словно отчаянно боялся кого-то. Это утверждение полностью согласовывалось с частью фактов и начисто не вписывалось в другие. С одной стороны, дом и правда больше походил на банковский сейф, чем на жильё. Усиленные двери с дюжиной хитроумных замков, пуленепробиваемые стекла, подвал, весьма напоминающий бункер, в котором можно пережить даже ядерную атаку… и никаких следов взлома? Этот парень истратил состояние, чтобы обеспечить свою безопасность, а потом запросто впустил в дом убийцу — так вообще бывает? Лестрейд сидел за столом, обложившись фотографиями с места преступления и папками со свидетельскими показаниями, когда раздался уверенный стук в дверь, а в следующую минуту эта самая дверь отворилась и на пороге кабинета возник Майкрофт собственной персоной. — Прости, что врываюсь, — тут же проговорил он. — Но все твои служащие, очевидно, пораньше сбежали домой. В отделе пусто, некого было попросить сообщить о моем приходе. — Если бы домой, — Грег фыркнул. — Салли торчит в лаборатории, куда я десять минут назад отправил ее за результатом тестов на наркотические и отравляющие вещества. Остальная команда уехала с Диммоком на вызов по поводу бытового убийства. Кстати, привет. Что тебя привело? — Здравствуй, Грегори, — чопорно проговорил Майкрофт. — Я хотел узнать, свободен ли у тебя сегодняшний вечер, но, видимо, выбрал не самый удачный день. — Да уж… — Лестрейд широким жестом указал на материалы следствия на своём столе. — Я уже себе весь мозг сломал, и все равно что-то не сходится. А твой брат меня просто послал. — Позволишь мне взглянуть? — Майкрофт аккуратно прислонил зонт к стене и подошёл ближе. — Возможно, я могу быть полезен. И тогда тебе удалось бы освободиться пораньше… — Ты всегда полезен, такой мозг, как у тебя, ещё поискать, — усмехнулся Грег. — Только я не понимаю, для чего тебе это? И с какой стати ты хочешь, чтобы я освободился пораньше? — Планировал снова пригласить тебя на ужин, — спокойно ответил Холмс. — Зачем?! — Лестрейд аж выронил фото жертвы. — Я же сказал, что у тебя все прекрасно получится и без дополнительных «репетиций». — А ещё ты сказал, что не отказался бы вновь пойти со мной, если я тебя приглашу, — заметил Майкрофт. — Просто ответь: что я опять делаю не так? — О боже! — Грег закатил глаза. — Подумать только, когда мы едва познакомились, я считал тебя самым самоуверенным типом на Земле! Кто бы мог предположить, что ты будешь так нервничать из-за простого свидания? Это ты-то, который ежедневно решает жизненно важные для страны — и даже для всего мира — вопросы! — Речь идёт не о «простом свидании», — упрямо возразил Холмс. — А о потенциально самом важном моменте в моей жизни. Но если ты не готов пойти со мной сегодня, то я пойму. Работа, конечно, гораздо важнее, чем… все остальное. Просто скажи, в какой день тебе будет удобно? — Ох, ну что с тобой поделаешь, — Лестрейд обречённо вздохнул. — Хорошо, раз ты никак не справишься со своими страхами, будем работать над этим. Пусть будет ещё «репетиция». Или несколько. Столько, сколько потребуется, чтобы ты перестал сомневаться в себе. «Кажется, я почти хочу увидеть этого парня! Насколько же он хорош, что обычно уверенный в своих силах и своей правоте Майкрофт настолько впал в комплексы? Хотя… кого я обманываю! Нет, я ни при каких обстоятельствах не желаю видеть это совершенство, этого… лучшего из людей!» — Итак, ты позволишь мне взглянуть на материалы твоего расследования? — Да, конечно, — Грег, которого слова Холмса вырвали из очередных мрачных мыслей, сделал приглашающий жест рукой. — Вот тут все, смотри сколько угодно. А я пока пойду добуду себе кофе. Может, ты тоже хочешь? — Благодарю, не нужно, — Майкрофт лишь отмахнулся, уже полностью сосредоточившись на чтении свидетельских показаний. Полчаса спустя, когда Лестрейд окончательно разнервничался и прикончил уже третий по счёту стаканчик кофе, Холмс наконец отложил последнюю страницу следственных материалов и глубоко вздохнул. — Ну что же, — обратился он к Грегу, — могу сказать, что тут явно не хватает данных, чтобы составить полную картину, но кое-что мне стало ясно. Только, может, сначала ты сам расскажешь свою версию, чтобы мне не повторяться? — Жертва — Николас Уокер, сорок три года, был найден убитым, когда пожилая леди, проживающая по соседству, вызвала в его дом полицию, — скучным голосом начал Грег. — Ей показалось подозрительным, что входная дверь раскрыта настежь. По словам свидетельницы, Николас никогда бы такого не допустил. Он прожил в этом доме больше десяти лет и всегда был осторожным, а в последнее время даже скорее напоминал параноика. И это не преувеличение, ты сам видел фотографии из его дома и читал заключение следствия. Мы прибыли по вызову и нашли Уокера в прихожей, умершего от трёх ножевых ранений в живот. Трудно сказать, по какой причине он там оказался в момент нападения: то ли только вошёл в дом, то ли впустил кого-то и собирался запереть дверь. Положение тела ничего не даёт, Николас умер не сразу и пытался уползти, ясно только, что первый удар был нанесён прямо перед входной дверью и жертва в этот момент стояла к ней спиной. В доме все перевёрнуто и, на первый взгляд, не хватает некоторых ценных вещей. Точнее сказать сложно, убитый жил один, некого спрашивать, все ли на месте. Но отдельные участки, свободные от пыли, на каминной полке и столе в кабинете, а также распахнутый настежь пустой сейф в том же кабинете, указывают на то, что раньше там находилось нечто, чего теперь нет. Поэтому первой версией было ограбление: Уокер вернулся домой и застал вора, который зарезал хозяина и скрылся. — Но? — Майкрофт слабо улыбнулся. — Но следов взлома нет, — Лестрейд закусил губу. — Ты видел замки на этой двери? Это каким же гением должен быть грабитель, чтобы вскрыть их все и не оставить даже царапины? — Я заметил так же, что их установили не более чем полгода назад, — спокойно заметил Холмс. — Все прочие… меры безопасности в этом доме тоже появились примерно в это время. — Да, точно, — Грег почесал затылок. — Мне не удалось найти рабочих, которых нанимали для этого, но соседи в один голос утверждают, что месяцев пять-шесть назад Уокер как помешался. Сделал из своего дома настоящую крепость! И каким же образом убийца, кем бы он ни был, попал туда, если только Николас сам его не впустил? — Ты разыскивал рабочих, полагая, что те, кто монтировал замки, мог знать, как их открыть, не взламывая? — задал наводящий вопрос Майкрофт. — Ага, — Грег сделал раздражённый жест. — Была такая версия. Пока возились с дверью, увидели, что в доме много дорогих вещей. Дождались, пока хозяин уйдёт, забрались… а тот возьми и вернись. Но я быстро отказался от такой идеи. Там ведь ещё и сигнализация была, и обычный слесарь, даже имеющий набор запасных ключей, не мог ее отключить, не вызвав шума. Да и вообще, зачем грабить что-то, защищённое как Форт Нокс, если на той же улице полно куда более богатых, а главное, гораздо более доступных домов? — Это вопрос, — согласился Майкрофт. — Напрашиваются два возможных вывода. Либо настоящей целью было именно убийство, а ограбление инсценировано для прикрытия, либо Уокер прятал в доме что-то уникальное. Редкую драгоценность или очень важные документы. То и другое вполне согласовывается с беспрецедентными мерами безопасности. В первом случае, если убитый знал, что на него охотятся, а во втором — если боялся за содержимое своего сейфа. — Первая версия кажется мне более разумной, — добавил Грег. — Что бы в том сейфе ни было, бункер в подвале не вписывается. В случае, например, сильного взрыва, кабинет вместе с сейфом разнесло бы в пыль. Уокер точно боялся за свою жизнь, потому и оборудовал убежище на такой случай. — Разумно, — Майкрофт улыбнулся. — Но я бы все-таки пока не списывал и вторую версию со счетов. Удалось ли тебе выяснить что-нибудь о личности жертвы? — Да и нет, — Лестрейд огорчённо покачал головой. — Я тоже сразу подумал, что он может быть не тем, за кого себя выдаёт. Какой-нибудь шпион, у которого есть могущественные враги, или преступник, скрывающийся от подельников. Но, увы… обычный обыватель. Законопослушный, скучный… серая мышь. Такие обычно если и становятся жертвами преступлений, то случайно. — Отправь мне по почте данные, я попробую проверить по своим каналам, — попросил Холмс. — Все, что можешь: сканы документов, отпечатки пальцев. Вдруг тут найдется двойное дно? Он помолчал минуту, пока Грег возился с почтой, прикрепляя к письму файлы. А потом, слегка поколебавшись, добавил: — У меня есть ещё несколько идей, но скажи… мы точно должны обсуждать их в твоём офисе? Может, продолжим этот разговор за ужином? *** Ресторан на сей раз был значительно менее пафосным, что Грег моментально одобрил. Может, тот самый «мистер совершенство», по которому сохнет Майкрофт, и способен впечатлиться роскошным заведением в Мейфэйр, но лично он предпочитал места поскромнее. Зато ужин, как и вино, оказались весьма приличными даже на придирчивый вкус Холмса. Они съели его, со всех сторон рассматривая заковыристое убийство, и ближе к десерту Лестрейд ощущал полнейшее удовлетворение. Он теперь понимал, в каком направлении ещё надо копнуть, чтобы пазл наконец сложился. К тому же Майкрофт, вне всяких сомнений, внимательно отнёсся к «домашнему заданию»: он то и дело ненавязчиво, словно невзначай, касался Грега. Ничего чрезмерного, выходящего за рамки приличий, но в то же время… Лестрейд не мог не думать, что будь все на самом деле, он прямо сегодня позволил бы ухажеру зайти гораздо дальше. Хоть он и пытался настроить себя на то, что не следует принимать эти заигрывания на свой счёт, но каждое вроде бы невинное действие Холмса все равно вызывало сладкое томление в груди и тяжесть в паху. Да, не зря говорится, что по-настоящему талантливый человек талантлив во всем. А уж если он ещё и не человек, способный одним прикосновением заставить кого угодно потерять голову… После ужина Майкрофт снова вызвался его проводить и возле дверей — уже без напоминания — чувственно поцеловал в губы. Грег натянуто улыбнулся в ответ, борясь с невольной слабостью в коленях. — Я сообщу, что удастся узнать об Уокере, — ровным голосом пообещал Холмс, словно и не было только что этого в высшей степени впечатляющего поцелуя. — И, возможно, мы снова выберемся куда-нибудь на днях? Грег кивнул, едва удержавшись от того, чтобы мученически закатить глаза. Это уже начинало напоминать какой-то фарс. *** Расставшись с Грегори, Майкрофт распорядился отвезти себя на Бейкер-стрит. — Я правильно понял, почему ты отказался помогать Лестрейду? — спросил он у брата вместо приветствия. — И что же ты понял? — равнодушно поинтересовался тот. — Ты решил задачку на месте, однако не захотел, чтобы о твоих выводах узнала полиция, — заметил старший Холмс. — Напрашивается вывод: в этом деле замешан Джеймс. — Не знаю точно, — Шерлок пожал плечами. — Убитый кого-то шантажировал. Об этом говорит его возросшее в последнее время благосостояние. Часть его вещей куплена ещё лет десять назад, все они добротные, но дешёвые. И на фоне этого множество новых и весьма дорогих, какие вряд ли может себе позволить человек среднего достатка. Недавно получил наследство? Возможно, но тогда зачем все эти меры предосторожности в доме? Будь доход этого Уокера законным, он хранил бы деньги в банке. Даже если сумма была очень значительной. Особенно в этом случае! Я посчитал, что у твоего Лестрейда хватит ума самостоятельно сделать те же выводы. — Безусловно, — холодно подтвердил Майкрофт. — Он поймёт, как только перестанет ломать голову над вопросом «как?» и сосредоточится на «почему?». Но ты не захотел посвящать его в свои соображения как раз насчёт способа, а не причины. Что-то ты там увидел такое, что заставило тебя отказаться от дела. — В том и суть, что совсем ничего, — Шерлок фыркнул и отвернулся, не желая встречаться взглядом с братом. — Лестрейд имеет дело с предумышленным убийством, несомненно, а кое-какие вещи из дома вынесли для вида. Но спланировано и исполнено это убийство с удивительным профессионализмом. — Ты не захотел услышать вопрос, который он тут же задал бы тебе, сообщи ты ему все то же самое теми же словами, — догадался Майкрофт. — Потому что и сам подумал, что простому преступнику такое не по плечу. Тут чувствуется рука твоего мужа. — Сказал же: я не знаю! — огрызнулся младший брат. — Но подозреваешь! — припечатал старший. — Вот что, Шерлок: до сих пор ты ни разу не опускался до того, чтобы его прикрывать. Потому я настоятельно прошу, подключись к этому расследованию. Джеймс, возможно, составил план, как застать Уокера врасплох, и снабдил убийцу ключами и кодами сигнализации. Но я достаточно хорошо его знаю, чтобы не сомневаться: собственные руки он не стал бы пачкать. Исполнитель был, и он должен сесть на скамью подсудимых. — Потому что ты всеми силами стараешься расположить к себе Лестрейда? — Потому, что ты должен исполнять то, для чего предназначен, — жёстко заметил Майкрофт. — И личные мотивы не причина уходить от ответственности. Помоги Грегори найти жертву шантажа и того, кто убил шантажиста. Это все, о чем я прошу. А уж что ты предпримешь, чтобы участие твоего мужа в этом преступлении осталось за кадром — только твоё дело. — Судя по всему, твой план по соблазнению пока не работает? — А это — мое дело, — отрезал старший Холмс. — Не лезь в то, что тебя не касается. Лучше займись Уокером. *** После ухода брата детектив некоторое время размышлял, уставясь невидящим взглядом в стену. А потом резко тряхнул головой, словно прогоняя сомнения, — и полез в карман за телефоном. Номер Джима был у Шерлока на быстром наборе, хотя он крайне редко звонил сам. Можно сказать, вообще никогда, поскольку за все годы их брака это случилось всего во второй раз. Мориарти отозвался сразу, как будто сейчас было два часа дня, а не ночи. — Привет, милый. — Приезжай, — вместо приветствия бросил в трубку Шерлок. — И как можно скорее. — Соскучился по мне? — Ещё чего! — Холмс скривился, хотя Джим и не мог его видеть. — Есть разговор. — Такое начало не предвещает ничего хорошего, — с лёгкой обидой протянул Мориарти. — Останусь дома, пожалуй. С чего бы мне мчаться к тебе среди ночи только ради разговора? — Потому что я знаю волшебное слово, — со злой улыбкой заявил Шерлок. — И какое же? — Джим хихикнул. — Неужели «пожалуйста»? — Уокер. — О, ты умён! — восхитился тот. — За это и люблю. — Ты приедешь или мне пойти к Лестрейду и изложить свои выводы по поводу этой смерти? — Шерлок, милый, разве я могу тебе отказать? — Мориарти рассмеялся. — Буду через полчаса. *** — Показывай, что у тебя есть по Уокеру! — безапелляционным тоном проговорил Шерлок, ворвавшись в кабинет Грега в конце рабочего дня. — Я хочу видеть все, что удалось собрать. — С чего мне это делать? — с лёгким раздражением поинтересовался Лестрейд. — Сначала отказался, а теперь требуешь. Скучно стало? — Мне напомнили, что у меня есть миссия, от которой я не вправе отлынивать, — Холмс обиженно скривил губы. — Так что не тяни время. Раз полиция сама не справляется, придётся вам помочь. — Майкрофт? — Грег нахмурился. Это было обидно, даже унизительно. Выходит, после вчерашнего разговора в ресторане он сделал вывод, что Лестрейд совсем беспомощный? — А кто же! — Шерлок закатил глаза. — Дражайший братец обожает портить мне жизнь. И ты не лучше! Разобрались бы вы в своих отношениях наконец, тогда он перестал бы доставать меня по любому поводу! — Шерлок, я многого не понимаю в этих ваших… миссиях, — сознался Лестрейд. — Но одно успел уяснить наверняка: Майкрофт считает, что это очень важно и что никто из вас не вправе пренебрегать… Черт! Я даже не знаю, что сказать. Я не просил его вмешиваться! Я и сам справлюсь с этим делом. — Я знаю, что не просил, — чуть более сдержанно согласился Холмс. — Но тебе и не надо просить, Майкрофт и без того готов на все, чтобы тебе угодить. Поэтому я и сказал: разберитесь в своих отношениях. — Да с чем тут разбираться? — Грег слегка поморщился. — У нас все нормально. — Неужели? — Шерлок ехидно усмехнулся. — Настолько нормально, что братец вчера примчался ко мне за полночь, прямо со свидания с тобой, и стал требовать подключиться к этому расследованию? И да, Лестрейд, не делай такое невинное лицо. Я сразу понял, что у вас было свидание. Мне не нужно было дважды смотреть на Майкрофта, чтобы догадаться об этом. Грег мысленно сосчитал до десяти, стараясь не сорваться. — Во-первых, — преувеличенно спокойно сообщил он, — это не было свиданием. Мы с твоим братом просто ужинали вместе и обсуждали дело Уокера. Возможно, мне не следовало спрашивать его совета, поскольку вряд ли ему было интересно заниматься этим. Майкрофт высказал мне свои соображения, а потом, видимо, принял меры, чтобы я больше не отнимал его время своими проблемами. — А во-вторых? — Шерлок приподнял бровь. — Ты сказал, «во-первых», значит должно быть и «во-вторых». — А во-вторых, — тон Грега слегка похолодел, — наши отношения с Майкрофтом — не твоё дело. — Так вот, Лестрейд, — Холмс назидательно поднял палец вверх. — Абсолютно все, что ты сейчас сказал, неверно. Ты неправильно понимаешь мотивы моего брата, его отношение к твоим проблемам и причину, почему он вынудил меня включиться в это расследование. И пока такое происходит, ваши непонятки между собой отражаются на мне, все это не может быть «не моим делом». В третий раз говорю: разберитесь уже! И прекратите портить жизнь себе и окружающим. — У нас нет «непоняток», — выплюнул Грег и полез в карман за телефоном. — Майкрофт, — почти прорычал он в трубку, когда старший Холмс ответил на звонок. — Хочу, чтобы ты услышал это от меня: я не допускаю твоего брата до расследования убийства Уокера. Приношу извинения, что вчера испортил тебе вечер разговорами об этом деле. Спасибо, что ещё раз ткнул меня носом в мою никчёмность как следователя. Он высказал все это на одном дыхании, проигнорировав уничижительный комментарий Шерлока: «Отсутствие мысли неизменно!» — Грегори, — в тоне Майкрофта появилось откровенное огорчение, — ты все не так понял! Ничего ты мне не испортил, и, конечно же, я не считаю тебя никчёмным. Я просто пытался помочь… позаботиться… Ты ведь сам говорил, что между друзьями такое принято. Извини, если мои действия тебя обидели. Наверное, я просто плохо понимаю, как делаются подобные вещи… у людей. Но вспомни собственные слова: нельзя винить кошку за то, что она не умеет летать. — Ладно, — Грег глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. — Извинения приняты. Просто в следующий раз спрашивай мое мнение, прежде чем предпринимать что-то в этом роде. — Я могу как-то… загладить? — несчастным голосом спросил Холмс. — Может, ты не откажешься снова поужинать со мной? — Я уже тебе сказал, — Грег подавил обреченный вздох. — Столько раз, сколько тебе будет нужно. Но не потому, что тебе требуется что-то там «загладить», а потому, что я обещал помощь в твоём деле. — Сегодня? — в голосе Майкрофта Лестрейду послышалась надежда. — Нет, — он вздохнул, гоня прочь мысль о том, как хорошо было бы с ним увидеться. — Я обещал Родерику, что мы погуляем вечером после моей работы. В другой день, ладно? — Ладно, — Холмс слегка замялся. — Если мой брат все ещё там, передай ему трубку, пожалуйста. Я не уверен, что он ответит на мой звонок. — Майкрофт, я же уже сказал… — Знаю, — покорно отозвался тот. — Но в этом деле есть подводные камни, которых ты пока не видишь. Надо, чтобы Шерлок указал тебе на них прежде, чем ты примешь окончательное решение, отвергать его помощь или нет. Грег поджал губы, в который раз за последние полчаса подавляя раздражение, и передал телефон детективу. Майкрофт ведь и вправду не виноват, он хотел как лучше и не подумал, что это может быть обидно. А Шерлок был прав, когда сказал, что Грег совершенно неверно истолковал его мотивы. Младший Холмс молча выслушал брата, сбросил вызов и прикрыл глаза. — Что ж, — бесстрастно проговорил он. — Раз Майкрофт настаивает… Вчера, после просмотра материалов дела, у братца возникло подозрение, что за организацией этого убийства может стоять Мориарти. И если это так, то без моей помощи тебе не справиться. Не потому, что ты хреновый следователь, а потому, что схему Джима может разгадать только тот, кто равен ему. — А он действительно замешан в этом? — Грег так сильно сжал кулаки, что хрустнули суставы. — Я не знаю, — солгал Шерлок. Джим, разумеется, во время ночного разговора ничего не подтверждал и не опровергал. Однако детектив сделал однозначные выводы о его причастности. — Но даже если и так, то он ни в чем не участвовал лично. Ему, скорее всего, заплатили за консультацию. Я могу помочь тебе найти заказчиков и исполнителей убийства, но связать с этим Мориарти не под силу даже мне. — Или ты просто не хочешь? — Даже если бы хотел, не смог бы, — Шерлок серьёзно посмотрел Лестрейду в глаза. — Доказательств участия Джима, которые можно предъявить суду, все равно не будет. Его руки чисты. Я тоже могу придумать план идеального убийства, такого, которое будет не по зубам полиции. Но пока это убийство останется в теории, пока я не пойду и не прикончу кого-нибудь, у тебя не будет повода меня посадить, не так ли? — Нет, если только ты не продашь этот план кому-то, кто его осуществит. — А этого, — Шерлок отвёл взгляд, — тебе ни за что не доказать. Грег кивнул, соглашаясь. Он давно уже понял, что Мориарти никогда не окажется на скамье подсудимых. А если и окажется, то суд снова превратится в такой же фарс, как было после взлома сокровищницы Тауэра. Нелюди не позволят осудить одного из своих, они найдут способ заставить людей признать его невиновным, что бы он ни натворил. Но полицейский в Лестрейде до глубины души возмущался таким положением дел. Хотелось выть от бессилия, что с этим дьяволом ничего нельзя сделать. — Так что? — прервал его размышления голос Шерлока. — Мне пойти прочь и не мешать тебе работать? Или все-таки ты примешь мою помощь, несмотря на своё оскорбленное достоинство? — Приму, — в тоне Лестрейда послышалась усталая обречённость. — Что мне остаётся… Твой брат был прав. Если в этом деле и вправду замешан твой ненормальный муж, без тебя мне не справиться. Только он мог бы и сам мне сказать о своих подозрениях, а не действовать за моей спиной. — Он хотел предоставить мне выбор, ставить ли тебя в известность об участии Мориарти или умолчать об этом и просто найти виновных, — пояснил Шерлок. — Несомненно, не в последнюю очередь заботясь о твоей тонкой душевной организации. Ты ведь расстроен, что придётся довольствоваться исполнителями. А братец очень не любит тебя расстраивать. — Но ты же все равно сказал бы мне? — Грег с сомнением посмотрел на него. — Нет, — без малейшего смущения признался тот. — Не сказал бы, если бы ты не полез в бутылку и не начал обвинять Майкрофта, что он тебя не ценит и что задел твою гордость. Все ведь было как раз наоборот: он стремился пощадить твои чувства. А ты в благодарность наорал на него, — Холмс наградил Грега глумливой улыбкой. — Совесть не мучает? — Шерлок, ну хватит! — Лестрейд мученически застонал. — Оставь в покое мою совесть и мои отношения с Майкрофтом. — Оставлю, — легко согласился Холмс. — Как только ты задумаешься кое о чем. Мой брат никогда не вмешивался в мою работу. Конечно, бывали случаи, когда он предлагал мне обратить внимание на то или иное дело, но никогда не настаивал. Выбор, брать или не брать расследование, всегда оставался за мной. Впервые за все время он начал напоминать про мою миссию и про то, что я обязан подключиться. А ведь ему, по большому счёту, безразлично, будет это дело раскрыто или нет. Но не безразлично тебе. Так вот, я предлагаю тебе хорошенько подумать над этим. Почему Майкрофту так важно, чтобы у тебя было как можно меньше рабочих проблем? Для чего он вообще все это делает? — О чем тут думать? — Грег нахмурился. — Майкрофт мне сам сказал: хотел помочь. — Да, но почему? — Шерлок подмигнул. — Даю подсказку: дружба здесь ни при чем.