Нелюди. Часть II - Привязанность

— Мистер Холмс? Вероника мялась в дверях, глядя в пол, и снова теребила свои волосы. Ужасная, раздражающая привычка. И раздражающая женщина! Майкрофт в очередной раз поймал себя на мысли, что с трудом выносит ее, что она одним своим присутствием вызывает у него головную боль. Даже хуже, чем тогда, когда только появилась в доме. Когда он считал, что Грегори влюблён в неё. — Я слушаю, мисс Коул. — Можете… — она запнулась и нервно сглотнула, — можете уволить меня. Но я не выйду за вас замуж. — Отчего же вы передумали? — Вы… — она стиснула кулаки и подняла голову. Во взгляде ее появился вызов. — Вы использовали меня, чтобы сделать гадость Грегу! Я не хочу так! Он замечательный отец и любит Родерика. А Родерик любит его! Нельзя было с ним так поступать. — Это он вам сказал? — в тоне Холмса появился лёд. — Он теперь ненавидит меня, — она снова судорожно сглотнула. — Презирает! Сказал, что я продалась мужчине, который мне… который мне не нравится. И это правда. Вы мне совсем не нравитесь, мистер Холмс. — Как и вы мне, — все так же холодно сообщил Майкрофт. — Я предлагал всего лишь деловое соглашение. Ничего другого от вас мне никогда не было нужно. — Я знаю, — резко отозвалась она. — Вам нужен Грег. И всегда был нужен только он! А ему… ему нужны вы. И мальчик. — Какой интересный вывод, — голос Холмса сделался совсем замораживающим. — Я в курсе, что Сара носится с безумными идеями, но насчёт вас, мисс Коул, это, признаться, новость. Наслушались ее сказок? — Я вас видела! — напомнила Вероника. — Тогда, в детской. — И что? — Грег сказал, что это… ну, ничего особенного, просто так… — она тряхнула головой и снова принялась теребить прядку волос. — Но я не поверила. Потому что некоторые вещи заметны сразу. И он вчера… он прямо взбесился от мысли, что вы женитесь на мне. Не только из-за мальчика. — Неужели? — презрительно протянул он. — Вот что, мисс Коул. Не обольщайтесь, что коли я закрываю глаза на привычку Сары обсуждать мои личные дела, то и вам это тоже позволено. Ваша тётушка работает на мою семью больше сорока лет. Поэтому от неё я готов терпеть некоторые вещи. Но не от вас. Соберите свои вещи и покиньте мой дом. — И прекрасно! — она снова посмотрела на него с вызовом, хотя по щекам текли слезы. — Я и сама собиралась! Когда Вероника пулей вылетела из гостиной, Холмс откинулся в кресле и устало потёр виски. Жаль… она была хорошей няней. Хотя и раздражала Майкрофта каждую минуту, но к ее работе не было нареканий. Теперь придётся побеспокоиться о замене. Вот только есть риск снова ошибиться, как с мисс Уэбстер. «Грегори тогда отругал меня и сказал, что сам выберет няню, — тоскливо подумал Майкрофт. — Грегори… Эта дурочка намекала, что он ревнует. Глупо… да и с чего бы ему?» Глубоко вздохнув, он усилием воли взял себя в руки и протянул руку к звонку. — Мистер Холмс? — Сара появилась из кухни, в глазах ее было неодобрение. В последнее время она постоянно так смотрит. — Вы что-то хотели? — Я только что уволил вашу родственницу, — сухо проинформировал Майкрофт. — Буду признателен, если вы возьмете на себя присмотр за ребёнком в ближайшие несколько дней. И займётесь поиском новой няни. — Вы уволили Веронику? — она всплеснула руками. — Чем вам не угодила эта девочка? — Она позволила себе рассуждать о вещах, которые ее не касаются, — бесстрастно сообщил Холмс. — Очевидно, наслушавшись ваших фантастических историй, так что вина за ее поведение частично лежит на вас. Будьте так добры, Сара, впредь никогда не подвергать сомнению мои решения, касающиеся личных вопросов. Не хотелось бы искать ещё и новую экономку. — Но Грег… — Грегори здесь больше не живет, — холодно напомнил Майкрофт. — Я понимаю, что его вчерашний приход вас всех взбудоражил. Буду честным, я хотел бы вовсе избежать его появлений в этом доме, но у него есть право навещать ребёнка. — Я не то хотела сказать, — Сара упрямо поджала губы и отвела взгляд. — Что скажет Грег об увольнении Вероники? Он может быть против. — Не вижу, каким образом его касаются вопросы найма или увольнения моей прислуги. — Его не касается, кто будет присматривать за его ребёнком? — Сара нахмурилась. — Совершенно не касается, — отрезал Холмс. — Впрочем, я не буду вмешиваться в поиски новой няни. Разрешаю вам посоветоваться с ним, если вы считаете, что его одобрение необходимо. — Я так и сделаю, — фыркнула она. — Поеду к нему прямо сейчас. Только пусть девочка останется в доме до вечера. — Я не возражаю, — Майкрофт пожал плечами. — Главное, чтобы к моему возвращению с работы ее тут не было. *** — Грег, звонили с пропускного пункта для посетителей, — Салли внимательно смотрела на него, словно надеясь прочитать что-то на его лице. — Говорят, тебя какая-то старушка спрашивает. Сказала, что по личному делу. — Старушка? — Лестрейд недоуменно нахмурился. — Что за старушка? — Представилась как мисс Сара Хенсли. — Хенсли? — брови Грега сошлись над переносицей. — Хенсли… О господи! Сара! Он вскочил так поспешно, что едва не опрокинул стул. — Салли, позвони и попроси проводить ее сюда! Немедленно! За те пятнадцать минут, что оформляли пропуск и вели Сару к нему, он едва не сошёл с ума. Что могло случиться, раз экономка Холмса кинулась разыскивать его в Ярде? Родерик?! Что-то произошло с Родериком? Или, не приведи боже, с Майкрофтом? Он встретил ее в дверях и с силой сжал хрупкие плечи, вглядываясь в слегка покрасневшие от слез глаза. — Что?.. — голос сорвался. — Что с моим мальчиком? — Родерик в порядке, с ним Вероника, — Сара всхлипнула. — Ох, Грег… Надо было сначала позвонить, но я, глупая старуха, совсем ума лишилась. Это все мистер Майкрофт. — Господи… — Лестрейд отпустил ее и как зомби прошёл к стулу, рухнув на него. — Майкрофт… он ранен? Болен?.. — На всю голову! — фыркнула она, яростно вытирая слезы. — Он уволил мою девочку! Велел мне искать новую няню. Но ведь она ни в чем не виновата! Может, хоть ты ему объяснишь? Грег судорожно выдохнул, только сейчас сообразив, что слишком надолго задержал дыхание, дожидаясь ответа. Уволил Веронику, всего-то! А он уже самое худшее себе навоображал. — Сара, — мягко проговорил он. — Не вижу, каким способом я мог бы что-то объяснить Майкрофту. Он лишил меня любой возможности связаться с ним. Но даже если бы я и нашёл способ, почему ты считаешь, что он меня послушает? «Или что я вообще буду хлопотать за Веронику после ее предательства?» — Потому что бедная девочка пострадала из-за тебя, — Сара, казалось, услышала его мысленный вопрос и отвечала именно на него, а не на тот, что он озвучил. — Утром глупышка пошла к мистеру Холмсу и заявила, что не выйдет за него замуж, поскольку считает, что он должен жениться на тебе, а не на ней. А он вышел из себя и выгнал ее. — И зачем она такое ему сказала? — растерянно пробормотал Лестрейд, пытаясь осмыслить услышанное. — Потому что женщины думают сердцем, а не головой, — она мягко улыбнулась и положила руку ему на плечо. — Попробуй прислушаться к своему сердцу, Грег. И ответь, неужели моя девочка настолько уж неправа? — Сара, я убежден, что только мы с Майкрофтом вправе решать, быть нам вместе или нет, — устало проговорил Лестрейд. — И мы приняли решение. Не то чтобы оно далось легко… так что, пожалуйста, не надо все ещё больше усложнять. — Значит, ты не поможешь Веронике? — она вздохнула. — Она ведь любит мальчика. И мальчик тоже очень привязался к ней. «И новая няня может оказаться проницательнее, чем прежняя. Заметит, что Родерик — необычный младенец». — Она рассказала мне, как ты вчера говорил с ней, — добавила Сара. — Ты был очень рассержен, и это только ещё больше убедило девочку, что у неё есть основания сказать мистеру Холмсу то, что она сказала. Она хотела как лучше, пойми, Грег. — Я не знаю, чем могу помочь, старушка. — Мистер Майкрофт разрешил мне приехать сюда, — Сара улыбнулась. — Согласился, что ты вправе сам выбирать, кто будет присматривать за твоим сыном. Поэтому я и думаю, что он прислушается к твоим словам. — Ладно, — Лестрейд достал телефон и набрал сообщение для Шерлока. «Передай, пожалуйста, своему брату, что я прошу его пересмотреть решение по поводу няни Родерика. Разумеется, я не вправе запретить ему увольнять прислугу, но считаю, что нам с ней повезло. Она добра, заботлива, но достаточно глупа, чтобы принимать как должное необычное поведение мальчика. Что, если другая няня будет умнее?» Отправив СМС, он прикрыл глаза и пробормотал: — Надеюсь, Шерлок сможет его уговорить. — Ты обратился к мистеру Шерлоку? — Сара с сомнением покачала головой. — Не думаю, Грег… мистер Майкрофт не слишком-то уважает мнение своего брата. — Я всего лишь попросил Шерлока передать сообщение от меня, — сознался Лестрейд. — Сам я не могу связаться с Майкрофтом, я же говорил. Теперь остаётся только ждать. Выпьешь со мной кофе? Правда, по сравнению с тем, который готовит Клара, у нас тут — просто помои. — Ничего, дорогой, это не страшно, — она снова ласково потрепала его по плечу. — Я с удовольствием выпью кофе, какой бы он ни был. Салли бесцельно крутилась рядом с кофейным автоматом, явно сгорая от любопытства, но при этом не решаясь подойти ближе к кабинету и попытаться подслушать. — Это… дальняя родственница, — сообщил Грег, не дожидаясь, пока она начнёт расспросы. — Кое-какие проблемы в семье, приехала просить помощи. — Не знала, что у тебя есть родственники, — Донован удивлённо вскинула бровь. — Думала, ты совсем один. — Да брось, у каждого человека где-то есть семиюродные тётушки, — Грег усмехнулся. — И потому ты так взвился, когда услышал ее имя? — с сомнением проговорила она. — Словно под твоей задницей костёр развели. Мне-то не ври, шеф. Я достаточно хорошо тебя знаю. Кто она? — Член семьи, я же сказал, — Лестрейд наполнил два стаканчика бурдой из автомата и двинулся к своему кабинету. — Одна из немногих родных людей, которые у меня остались. Они как раз успели допить кофе, когда телефон Грега зазвонил. Он бросил взгляд на дисплей, и внутри все сжалось: номер звонящего был скрыт. Это не Шерлок! — Лестрейд, — проговорил он в трубку. — Слушаю вас, мисс Антея. — Я не счёл возможным доверять ассистентке некоторые… семейные вопросы, — отозвался телефон голосом старшего Холмса, и Лестрейд от неожиданности едва не выронил его. — Добрый день, Грегори. — Здравствуй, Майкрофт. Как я понимаю, Шерлок передал тебе мою просьбу? — Передал, — в голосе Холмса послышалось недовольство. — И категорически отказался сообщать тебе мой ответ. Заявил, что не намерен работать связным между нами. — Похоже на него, — Грег хмыкнул. — Итак, что ты скажешь? — Я не очень понимаю, зачем ты хлопочешь за эту женщину? — сухо спросил Майкрофт. — Судя по ее же словам, ваша вчерашняя встреча отнюдь не была тёплой. — Это так, — подтвердил Грег. — Она поведала мне, что ты был очень сердит, — в тоне Холмса послышались какие-то странные нотки. — Можешь объяснить, почему? — Тебе ещё нужны объяснения? — Лестрейд горько рассмеялся. — Ладно, изволь. Я думал, что вправе рассчитывать на ее поддержку в вопросах опеки. Она-то лучше всех знала, кто из нас уделял внимание Родерику, а кто нет. Но Вероника решила поддержать тебя. Так что да, я высказал ей все, что думаю о таком поступке, и совершенно не жалею о своих словах. — Вот как… — голос Майкрофта едва заметно дрогнул. — Что же, я так и думал. Поэтому повторяю вопрос: почему ты хлопочешь за неё? — Сара попросила, — Грег покосился на пожилую женщину, которая, не отрываясь, вглядывалась в его лицо. — Она сейчас рядом со мной, так что… и разве Шерлок тебе не передал мое сообщение полностью? Мне нечего к этому добавить. — Да, — задумчиво согласился Холмс. — В твоих словах есть резон. И я благодарен, что ты подумал об этом. Нам действительно повезло, что мисс Коул не слишком умна. — И всей душой предана Родерику, — напомнил Лестрейд. — Майкрофт, я понимаю, что Вероника вела себя неподобающе. Я уже объяснил Саре, что тоже считаю недопустимым их вмешательство в вопросы, которые… их не касаются. Давай остановимся на этом. Сделай ей ещё один выговор. Если хочешь, я сам это сделаю! Она больше не будет досаждать тебе… подобными разговорами. И Сара не будет. Но пусть Вероника продолжает заботиться о Родерике. Так будет лучше для всех. — Хорошо, — согласился Холмс. — Скажи Саре, что это было последнее предупреждение — для них обеих. В следующий раз даже твоё заступничество им не поможет. — Я скажу, — заверил Грег. И осторожно спросил: — Ты сам-то как? У тебя… все в порядке? Мы давно не общались, и я хотел бы быть уверенным… — У меня все хорошо, благодарю, — чопорно сообщил Майкрофт. — Доброго дня, Грегори. — И тебе, — поспешно проговорил Лестрейд, но из трубки уже неслись короткие гудки. — Уф… — пробормотал он, переводя взгляд на выжидательно таращащуюся на него Сару. — Ну и натворили вы дел… — Он согласился? — Неохотно, — признался Грег. — Вот что, старушка. Пообещай мне, что вы обе прикусите языки и больше ни слова не скажете Майкрофту о том, что… — О том, что вам с ним следовало бы быть вместе? — она плутовато улыбнулась. — Ну да, типично мужской подход. Вы думаете, что если проблему замалчивать, то она куда-нибудь денется? — Вы ошибаетесь, — твёрдо возразил Грег. — Никто ничего не замалчивает, потому что тут нет никакой проблемы. Ты бы его слышала! Майкрофт был страшно недоволен даже тем, что вынужден разговаривать со мной лично. Ему пришлось, потому что Шерлок отказался быть посредником, и я в полной мере ощутил его раздражение от этого факта. Говорю же — не надо! Просто прекратите это. Хотя бы ради меня. Я сейчас хочу только одного — быть отцом моему сыну. И Майкрофт может очень серьёзно усложнить мне жизнь, если вы не перестанете его раздражать. — Ладно, дорогой, — она вздохнула. — Раз ты так говоришь… — Я говорю как есть, — Лестрейд подавил вздох. — А сейчас возвращайся домой и обязательно сделай внушение Веронике. Пусть помнит, что ее забота — Родерик. Все остальное ее вообще не касается. — Я ей передам, — Сара поднялась и осторожно обняла его за плечи. — Спасибо, что помог. Грег подписал ее пропуск и аккуратно подтолкнул к двери. — Пойдём, старушка, я тебя провожу. «А то, не дай бог, мои любопытные подчинённые пристанут к тебе с расспросами». *** Майкрофт сбросил вызов и ещё несколько минут гипнотизировал взглядом погасший экран своего смартфона. Зачем он поддался этой слабости? Зачем позвонил ему лично, хотя достаточно было передать через Антею, что мисс Коул может продолжать работать. Но нет, утренний разговор с этой чертовой женщиной его взволновал! Настолько, что он места себе не находил, все думал: а вдруг?.. Вдруг Грегори и вправду наговорил гадостей мисс Коул не только из-за мальчика? Глупо было даже предполагать подобное! Надеяться, что он не хочет, чтобы кто-то другой имел права на его бывшего мужа, пусть и только на бумаге… Пустые мечты. — Что же, он сам все сказал, — уныло пробормотал Холмс, все так же таращась в тёмный экран. — Ему плевать, женат я на ней или нет, он хотел только ее свидетельских показаний. Я ведь потому и предлагал ей брак, что жена не может свидетельствовать против мужа. Я боялся того, что она скажет, если дело дойдёт до суда. Впрочем, теперь это уже неважно. Грегори, как и предполагал Майкрофт, снова проявил порядочность. Отказался от мыслей о публичном разводе, как только Стрингдэйл донёс до него мысль, что это может быть губительным для репутации Холмса. Согласился подписать бумаги, принимая выдвинутые Майкрофтом условия. Мисс Коул больше не нужна! Какое счастье, что она сама отказалась от брака. И Грегори прав, новая няня — это риск. Сара никогда не имела дела с младенцами, не считая Майкрофта и Шерлока, она воспринимает поведение Родерика как должное. А ее глуповатая родственница не видит дальше собственного носа. Но если они подпустят к ребёнку ещё кого-то… Майкрофт понятия не имел, какими должны быть человеческие дети в годовалом возрасте. И все же потратил целый вечер, внушая Родерику, что с няней он должен притворяться глупее, чем есть. Так же, как когда-то объяснял это маленькому Шерлоку. В ответ мальчик закивал, широко улыбнулся и показал на фотографию Грегори, давая понять, что слышит такие наставления не впервые. Холмс подавил мысль о том, какое удовольствие испытал, указав мисс Коул на дверь этим утром. Несмотря на все сложности, терпеть ее в доме и дальше становилось почти невыносимо. Хотя он и сам с трудом понимал, почему. — Я невзлюбил ее с первого дня, — задумчиво проговорил Майкрофт. — Это было предсказуемо и объяснимо. Но я же давно убедился, что Грегори ею не интересуется. Что же меня теперь в ней так раздражает? *** Пять недель спустя Грег вышел из сияющих на осеннем солнце стеклянных дверей Hamleys, держа в руках огромную коробку с игрушечной железной дорогой. С лёгкой грустью вспоминая, как без малого год назад приходил сюда за плюшевым медведем. Эта игрушка до сих пор оставалась у Родерика самой любимой. Сара рассказывала, что в те дни, когда Грега нет с ним рядом, мальчик даже спать отказывается, пока мишку не принесут в его кроватку. Завтра его день рождения. Год с того дня, как погибли Мелли и Мэтт Гилмары. Но завтра — пятница, так что Родерику придётся получить свой подарок на день раньше. Потому что Майкрофт точно не согласится сделать исключение даже ради такого особого случая. Новую игрушку они собирали вдвоём весь вечер, лёжа рядом животами на ковре. Малыш с восхищением слушал рассказ Лестрейда о поездах и железнодорожном расписании, о том, что оно нужно, чтобы избежать аварий. На Грега он при этом не смотрел, провожая взглядом игрушечный паровозик, который тянул за собой пять вагонов с выглядывающими из окон ярко раскрашенными человечками. Лестрейд как раз заканчивал монтировать рощу, которую надо было разместить рядом с одним из участков дороги. Обмазывал клеем основания крохотных, очень натурально сделанных деревьев, и вставлял в специально приготовленные для них пазы. Потому пропустил момент, когда Родерик дотянулся до рычага, переводящего стрелку, и резко потянул, направляя поезд на ещё не законченную железнодорожную ветку. — Бух! — радостно провозгласил он, созерцая последствия собственноручно устроенного крушения. — Нехорошо, — Грег погрозил ему пальцем. — Видишь, человечки в вагонах все попадали с мест и наверняка ушиблись. Тебе должно быть стыдно! — Ненастоясие, — малыш упрямо поджал губы. — Не бойно! — А ты представь, что они живые, — Лестрейд осторожно вернул поезд на рельсы. — Что это — взаправдашний поезд, и в нем, например, еду я. И Майкрофт, и Сара с Вероникой. А ты устроил нам аварию, так что теперь мы все ранены. Хочешь, чтоб так было? — Нет, — у Родерика задрожали губы, и он поспешно вновь переключил стрелку. — Аваия — не надо! — Если какой-нибудь злой мальчишка сделает так с настоящей стрелкой на железной дороге, то очень много людей попадут в беду, — Грег взъерошил волосы ребёнка и серьёзно посмотрел ему в глаза. — Поэтому на настоящих дорогах есть дежурные, которые следят за разными хулиганами. Вот, смотри. Он достал из коробки человечка в форме железнодорожника и установил на насыпь рядом со стрелкой. — Теперь наши пассажиры в безопасности, — с улыбкой проговорил Грег. — Больше никаких аварий, да? — Да! — подтвердил Родерик. — А раз так, то давай закончим этот лес, — Лестрейд снова потянулся к игрушечным деревцам. — Смотри, какая ёлочка. Куда бы нам ее поставить? Он продолжил свой рассказ про поезда, которые ездят по всей стране и перевозят людей в города за многие мили от Лондона. И про то, что когда Родерик подрастёт, они вместе поедут на поезде куда-нибудь к морю. И попутно все время напоминал, что нужно быть очень осторожным с мелкими деталями, не пытаться их съесть или засунуть в ухо. Потому что у каждой из них есть своё место, и это место точно не в чьём-нибудь животе. Не говоря уже о том, что они совсем невкусные. — Моозие вкусно, — сообщил Родерик. — Конечно, — Грег усмехнулся. — Вот закончим с этой дорогой, и попросим Сару принести нам мороженое. Твое любимое, с клубникой. Договорились? А в это время Майкрофт с грустной улыбкой сидел в своём кабинете перед экраном ноутбука. Грегори даже не подозревал, что месяц назад Холмс установил в детской скрытую камеру, чтобы иметь возможность наблюдать за Лестрейдом, не показываясь на глаза. Сначала лишь для того, чтобы проследить, как Грегори будет общаться с мисс Коул — во всяком случае, именно в этом он себя мысленно убеждал. А вдруг он снова скажет ей что-то такое, что… подтвердит ее домыслы? Или хотя бы просто заговорит о Майкрофте. Но Лестрейд даже не разговаривал с няней, просто холодно кивал и не менее холодно просил оставить его с ребёнком. Вот только у Холмса ни разу не хватило духа отключить камеру сразу после ухода мисс Коул из детской. И он часами наблюдал, как Грегори играет с мальчиком, слушал истории, которые тот рассказывал Родерику, с болью в груди следил за малейшими изменениями в выражении его лица. Родерик тоже вёл себя с Лестрейдом совсем не так, как с Майкрофтом. Он весело смеялся, дурачился и болтал без умолку. Они оба выглядели совершенно счастливыми вместе. А когда малыш наконец засыпал, Грегори неизменно целовал его в лоб, тоскливо вздыхал и на цыпочках удалялся. *** Сразу после новогодних праздников на отдел Грега свалилось особо неприятное расследование. Из тех, в которых приходится ходить по тонкому льду, рискуя в любой момент провалиться в ледяную воду. На одной из парковок северного Лондона какой-то обыватель нашёл в мусорном баке несколько папок секретных документов с печатями химической лаборатории Портон-Даун. Лестрейда выдернули на работу среди ночи, обрушив на голову ещё не вполне проснувшегося старшего инспектора новость, что в ближайшее время ему предстоит работать в тесном сотрудничестве с обеими разведками и министерством обороны, что в расследовании надо проявлять крайнюю осторожность, и что каждый, задействованный в оном расследовании, обязан дать подписку о неразглашении материалов следствия, независимо от его результатов. Каким образом секретные разработки химиков за последние сорок лет оказались среди мусора, предстояло выяснить полиции. Все говорило о серьёзной утечке информации. В найденных документах, в частности, содержались спецификации по комплектации личного вооружения солдат, пароли к компьютерным системам и должностные инструкции офицеров полиции, патрулирующих химическую лабораторию. Короче говоря, было с чего поставить на уши все силовые структуры страны! — Эта секретность меня убивает! — жаловался Грег на второй день после начала расследования. — Как, скажите, я должен работать, если на любой мой запрос эти чертовы научные черви из Портон-Дауна только и твердят: «Информация засекречена»! Они не хотят сообщить мне, где хранились эти папки, прежде чем оказаться в помойке, кто имел к ним доступ, идёт ли речь о халатности или о краже… Мы даже не знаем, все ли документы за указанный период времени пропали или только часть! Мой уровень доступа, видите ли, не позволяет предоставить мне эту информацию. — Действительно непонятно, — горячо поддержала его Салли, — какого хрена они вообще привлекли полицию. Пусть бы вояки со своими секретами сами разбирались. Как будто нам обычных преступников мало. Грег не спал уже больше суток, но расследование не двигалось с мертвой точки. Они отсмотрели записи с камер на парковке за неделю, но стоило подобраться к часу икс, когда на видео должен был появиться злоумышленник, в отдел ввалились парни в чёрных костюмах и конфисковали все файлы. Все, что оставалось полиции, это допросы сторожа парковки и того парня, Блейза Поупа, что нашёл документы. — Да я сам не понимаю, — разводя руками, твердил он. — Выкидывал стаканчик от кофе и случайно уронил в мусорный бак ключи от машины. Ну, полез искать… а там… — Но как вы поняли, что перед вами не просто ненужные бумаги, а именно секретные документы? — устало спросил Грег. — Да там же печати стояли, — искренне удивился Поуп. — Вы бы не удивились, увидев логотип Портон-Дауна? — Вполне возможно, — Лестрейд потёр глаза, чувствуя, что с недосыпа уже с трудом соображает. — Если бы знал, как этот логотип выглядит. А вы, выходит, знали. И откуда же? — Так это, — Поуп ухмыльнулся, — они ж не так давно были у всех на слуху! Тот скандальный случай в Солсбери помните? Ну, где русские были замешаны! Так вот, как раз ребята из Портон-Дауна там и работали. Во всех газетах были фотки парней в костюмах химзащиты с этим самым логотипом. — А, понятно, — Грег закатил глаза. Любитель желтой прессы, прекрасно! И как это вояки ещё не заперли его где-нибудь, чтобы не болтал! — Как думаете, старший инспектор, эти бумаги тоже русские украли? — в глазах Поупа загорелся жадный огонёк. Поди, уже прикидывает, какому бы таблоиду продать свою историю. — Мы разберёмся, кто их украл, — заверил его Лестрейд, подавив зевок. — Спасибо вам за сотрудничество, мистер Поуп. И прежде чем вы уйдёте, подпишите вот эти бумаги о неразглашении. Он подтолкнул документ к свидетелю через стол и мстительно добавил: — Обратите особое внимание на наказание, которое полагается за нарушение секретности. Всего хорошего. Если у нас возникнут ещё вопросы, мы с вами свяжемся. В тот день ему удалось поспать часа три на диване в кабинете. Пока его не разбудил телефонный звонок. Отвратительно бодрый голос в трубке потребовал явиться в Темз-хаус на общее совещание глав подразделений, занятых в расследовании. К шести утра, мать их! Это что — подходящее время совещаться? Но делать нечего, оставалось лишь быстро смотаться домой, принять душ и надеть свежую рубашку. Отчитавшись о проделанной за последние двое суток работе, Лестрейд услышал то, что и ожидал услышать: коллеги из силовых структур надеялись, что результаты работы полиции будут более впечатляющими. — Неужели? — в сердцах проговорил он. — А вы пробовали добиться хотя бы скромных результатов там, где любая информация засекречена? Вы позволили моим людям осмотреть место, откуда предположительно украдены эти папки, и допросить персонал лаборатории? — Подобные сведения вне вашей компетенции, — недовольно проговорил очередной тип в чёрном костюме. — Занимайтесь гражданскими, которые могут быть причастны, и не пытайтесь лезть в дела военных. Как же хотелось послать их всех! Усталость и недосып определённо отключали некоторые тормоза, но все же Грегу удалось сдержаться. Да пусть они делают что хотят! А он просто досидит тут до конца этого совещания и отправится спать.