you'll lose

shiloh – so innocent

На следующий день Тереза и Томас редко пересекались в школе. Это было потому, что у них было мало совместных уроков. Томасу первый раз в жизни хотелось, чтобы Тереза была с ним в одном кабинете. Пускай он будет сидеть за первой партой, а она за последней, но он будет ее чувствовать, будет слышать ее голос, будет иногда незаметно оборачиваться, как бы осматривая кабинет, но на самом деле он будет смотреть на нее. Но в этот день такого не было. Понедельник был слеплен из одних сплошных разных уроков. Тереза в этот день тоже редко пересекалась с Томасом: у нее сегодня слишком много важных дел, чтобы уделять время на общение с одноклассниками. Даже если этот одноклассник - Томас Эдисон. В конце учебного дня, Томас снова решился проводить Терезу. Он как-то странно уверенно себя чувствовал. С Терезой он разговаривал легко и непринужденно. Хотя в то же время, он не мог долго взаимодействовать с людьми. В этот раз Тереза отказалась. Томас немного расстроился, но не стал настаивать на этом. Сегодня он довольствовался Терезой, когда она уходила от него одна. Томас стоял и просто смотрел ей вслед, просто смотрел на нее. Тереза отказалась неслучайно: ей самой нужно было в себе разобраться. Она еще не до конца понимала, что она чувствует по отношению к Томасу: то ли любовь, то ли дикую ненависть. Но, хоть Томас и был робким в отношении к Терезе и не старался с ней сблизиться, он решил сделать ей сюрприз. Вечером он аккуратно подошел к дому Терезы и оставил что-то большое и прямоугольное у порога. Этот предмет был в красивой обертке, а на лицевой стороне красовался бантик, сделанный из ленточки. Томас позвонил в дверь и быстро убежал на такое расстояние, на котором можно было хорошо видеть Терезу и ее реакцию. Конечно же, он спрятался за дерево. Примерно через минуту дверь открылась. Ну какая может быть реакция у обычного человека? Первым делом Тереза посмотрела по сторонам, затем как-то непонятно посмотрела прямо перед собой и уже только потом ее глаза опустились вниз. Девушка нахмурила брови, немного насторожилась, но потом все-таки решилась опустится на корточки и взять этот "подарок", если его можно так назвать. Томас наблюдал. Тереза поднялась с корточек и начала разглядывать "подарок". Она пыталась понять, что там может быть и не может ли это быть опасным? Да и вообще, кто занимается этой чушью в десять часов ночи? "Ладно, надо покончить с этим. Сколько можно просто так стоять? Холодно" - подумала Тереза, и начала аккуратно оттягивать ленточку. Затем нужно было снять обертку. "Там в любом случае нет ничего опасного, иначе бы зачем они выбрали такую красивую обертку?". Тереза замерла. Когда она убрала обертку и посмотрела, что она держала в руках, она буквально потеряла дар речи! Это был сборник всех картин Клода Моне, который только недавно появился на прилавках и в который Тереза влюбилась с первых же минут! Она не могла себе его позволить, слишком дорога была его цена. Нет, у нее были деньги. Но она не может ими разбрасывать направо и налево. Она живет одна. Совсем одна. В пустом доме. И поэтому она должна рационально тратить свои доходы, которые зарабатывает сама. И вот сейчас, Тереза стояла и держала в руках этот сборник. Такой красивый, такой яркий, красочный! А на обложке ее любимая картина! Восторг! Но, погодите.. Тут есть что-то еще.. Записка. Ой, правда. Записка это то, что мне нужно. Сборник Моне это, конечно же, хорошо, но а вдруг если это не мне? Или еще что-нибудь?.. Томас наблюдал. За каждым действием, за каждым движением, за каждым разом, когда Тереза округляла глаза от восторга и удивления. Он наблюдал. Томас увидел, что Тереза добралась до записки и радостно взвизгнул, но потом сразу же замолчал, надеясь, что девушка его не заметила. Тереза начинала читать записку. По мере того, как она читала, ее уголки губ поднимались вверх и, когда она дочитала последнее предложение, она не могла сдержать милого тихого смешка, который сошел с ее губ.

Тереза, я не знаю, есть ли у тебя этот сборник, но я точно знаю, что ты любишь Моне. А Мане не любишь. Потому что он рисует голых баб. Но я все таки буду надеяться, что его нету. Потому что в магазине мне сказали, что он самый-самый новый и я решился купить именно его. Ну, даже если и есть, то теперь у тебя есть два сборника твоего любимого художника :) Спокойной ночи, Тереза. Приятных снов.

Девушка подняла голову и робко осмотрелась. Томас быстро спрятался за дерево, хотя знал, что Тереза его никак не увидит. Переждал несколько секунд и вытянул голову. Тереза еще немного постояла на пороге, уперевшись боком о дверной проем, затем положила записку в книжку и скрылась за дверью своего дома. Томас еще с минуту простоял за этим деревом, тихо вышел и, улыбаясь и прокручивая в голове всю эту милую картину, направился домой. Сюрприз удался. Тереза сразу поняла, кто это был. Томаса за деревом она не увидела и даже не подозревала, что за ней кто-то наблюдает, но от кого это было - было очевидно. Тереза села на диван в гостиной и, положив записку на столик, принялась рассматривать картины. Она не могла сдержать улыбки, которая не покидала ее с момента прочтения записки, в голове то и дело прокручивалась эта милая сцена, как же Томас, злой и высокомерный, мог до такого додуматься, как он смог начать так хорошо относиться ко мне?.. С этими мыслями Тереза отложила сборник и пошла спать. Томас, сгоравший от завтрашней встречи с Терезой, проходил квартал за кварталом. Он не знал, как на это отреагирует Тереза и что сможет она ему сказать, но он был уверен, что приятно он ей все таки сделал. Когда оставалось совсем чуть-чуть до дома, Томас вдруг резко остановился: глаза его сначала округлились, что сделало его лицо очень напуганным, а потом на лице появилась такая широкая улыбка, что можно было с легкостью сказать: его осенило на очень хорошую идею.

***

На следующее утро Тереза, закрывая дверь, обнаружила у себя на лавочке, стоявшей около дома, очередную записку. Только уже без подарка. Тереза сомневалась, что записка была адресована ей, но все же взяла ее в руки и начала читать. Сомнения пропали, когда она увидела в ней свое имя.

Посмотри вокруг. Как красиво, правда? Так много всяких разных цветов, ярких красок. Их очень много, но у каждого из нас есть один, самый любимый цвет. Мой - синий. Темно-темно синий. Я бы даже сказал, ультрамариновый. А какой твой? :)

Яркого вторника, Тереза.

Дочитав записку, Тереза сложила ее и, с огромной улыбкой, прошла так несколько минут, перебирая в голове содержимое и чувствуя, как ее настроение, и без того прекрасное, становится еще лучше. Она даже не стала думать, кто это. Это было понятно. Она опять ее раскрыла и прочитала еще раз. Она абсолютно не обращала внимания на вопрос, хотя, прочитывая записку, видела его и тоже читала. Дойдя до школы, она все таки решила ответить. На первом уроке она не виделась с Томасом: разные уроки. А вот после первого урока, они встретились и она незаметно передала ему его же утреннюю записку с ответом на вопрос. Я люблю розовый.

***

На следующее утро, Терезу ждала вторая записка, которая также мирно покоилась на лавочке возле дома. Она одновременно и смутилась, и обрадовалась. Но все таки радости в ней было больше, поэтому она весело спрыгнула с порожков и взяла записку.

Доброе утро, Тереза! Сегодня среда, а среда - это маленькая пятница! Поэтому сегодня тебе очень нужно отдохнуть! Фильмы, ванна, прогулка на свежем воздухе - выбирай! Но я советую тебе сегодня посмотреть твой любимый фильм. А кстати, что это будет за фильм? Я думаю, что сегодня посмотрю Форсаж, люблю его. А ты? (:

Отдыхательной среды, Тереза.

У Терезы опять случился прилив бодрого духа и веселого настроения на целый день. Она не понимала, как у таких маленьких, миленьких записочек получается так легко поднимать ей настроение и заставлять улыбаться. Как? Она не знала. Хотя на самом деле все очень легко: просто автор этих записочек вкладывает всю душу в их написание. Аналогично вчерашнему дню, Тереза написала ответ на записке и отдала ее Томасу. Ла-Ла Ленд.

***

На утро четверга Тереза уже взволнованно ждала эту записку. Она догадывалась, что она должна быть, но в голову лезли мысли, что записки не будет. Вдруг Томас передумает так делать или же ему просто надоест? Вдруг он теперь перестанет быть таким, какой он сейчас: добрым, милым, застенчивым, робким? Вдруг это все исчезнет?.. Но сомнения Терезы сразу разрушились, когда она, выскочив из дома в надежде на записку, ее там обнаружила! На том же месте, на лавочке! Тереза с трепещущим видом раскрыла ее и начала читать, попутно направляясь в школу.

Доброе утро, Тереза! С предпоследним днем недели! Четверг - это как прыжок в невесомость, прыжок во что-то легкое, воздушное, перед чем-то, что может заставить сердце биться чаще, улыбаться шире, говорить больше, смеяться громче и сходить с ума от происходящего! Именно со словом "невесомость" у меня ассоциируется Четверг. А еще с этим словом у меня ассоциируются фрукты! Да-да, именно они! Поэтому сейчас ты мне быстренько скажешь, какие фрукты ты любишь (: Я обожаю киви и бананы.

Воздушного четверга, Тереза.

Сегодня Тереза не до конца поняла смысл этой записки. О чем говорит Томас? О каком прыжке? О каком событии идет речь? Один вопрос сменялся другим, другой - третьим, и так всю дорогу, пока Тереза шла до школы, но ответа, даже на один(!) вопрос, не находилось. "Так, хорошо, ладно. Не буду вдаваться в подробности и просто отвечу на его вопрос." - думала Тереза, заходя в здание школы. Но, надо сказать, что Тереза при слове "фрукты" сразу, почему-то, вспомнила свой любимый сок. Она понимала, что Томас спрашивает у нее про фрукты, но в голову залез вкус ее любимого сока. Поэтому в ответе Тереза решила указать фрукт, который она обожает и пить, и есть. Сегодня Томаса не было заметно около трех уроков. Ни на одной перемене его не было. Уроки тоже разные. Тереза стояла около своего шкафчика и уже успела подумать, что он не пришел, и расстроиться, что не отдаст ему записку, как вдруг у входа она увидела знакомую фигуру. Это был Томас. Просто сегодня он проспал. Так же успешно и незаметно, как и в предыдущие дни, Тереза отдала странную записку со своим ответом Томасу. Я люблю персики.

***

Тереза проснулась от лучей утреннего солнца, которое светило настолько ярко, что могло разбудить даже самого крепко-спящего человека. Она утыкалась головой в подушку, чтобы хоть как-то спрятаться от солнца, но оно прочно закрепило свои права и не собиралось уходить ни на одну минуту. Выхода не было, пришлось вставать. "Ой, ну только шесть утра." - сказала Тереза, потягиваясь на кровати. Дико хотелось спать, и даже были мысли остаться дома и поспать, невзирая на солнце(в конце концов, можно было уйти в гостиную), но эти мысли сразу улетучились, когда Тереза вдруг вспомнила Томаса и его утренние записки. Если она не пойдет в школу, она не получит от него записку и не сможет ее передать. А это никаким боком не входило в ее планы. Когда со сборами было покончено, Тереза весело выбежала из дома и увидела на лавочке аккуратно сложенную записку. Счастью не было предела. Девушка настолько обрадовалась, что сложила руки в замочек и, приложив их к щеке, подпрыгнула на месте, улыбаясь во все тридцать два.

Вот и Пятница, Тереза! Доброе утро! Пятница - это время для настоящего отдыха! Время для того, чтобы забыть, что через два дня опять нужно будет по делам, забыть, что завтра нам делать уроооки, забыть вообще обо всем и просто отдыхать, смеяться, веселиться, танцевать, пить, есть, .. Кстати о еде.. Какая твоя любимая еда? Я вот с ума схожу по бургерам. Бургеробожатель (:

Вкусной Пятницы, Тереза. Надеюсь, ты хорошо ее проведешь.

Грустная улыбка озаряла лицо Терезы, пока она читала записку. Это все очень мило, Томми, но с кем Терезе отдыхать, смеяться, веселиться, танцевать, пить, есть..? У нее никого нету. Кроме Ньюта. Но Ньют похуже ее будет в плане учебы и зубрежки. Ньют слишком правильный, хоть иногда и напивается до ужасного состояния. Поэтому легко можно сказать, что у Терезы никого нету. Сегодня будет обычный день. Такой же, как и все предыдущие. Школа-дом-уроки-книги или Школа-дом-уроки-телевизор. Все одно и то же. Меняется только последнее, в зависимости от настроения Терезы. Иногда фильм, иногда музыка. Но никак не веселье и танцы. Тереза сложила записку и спрятала ее в карман. Дойдя до школы, Тереза нашла ближайший стол и написала ответ. Это было несложно. С любимой едой у Терезы проблем никогда не было. Сегодня Тереза увидела Томаса еще до начала уроков и решила отдать записку прямо сейчас. Я люблю пиццу с грибами и тортики.

***

Тереза, как уже говорилось, пришла домой совершенно без энтузиазма куда-либо идти и что-либо делать. Сегодня обычный день, обычная пятница. Завтра ей снова придется идти заниматься с Томасом, в воскресенье тоже, в понедельник уже контрольная. И все. Томас получит оценку и это все закончится. Ее больше никто не потревожит в субботу, воскресенье, никто не будет больше злиться на нее и на ее разговоры, никто не будет раздражать ее. Это все кончилось очень быстро. Возможно, в какой-то степени, это и к лучшему. Вдруг в дверь кто-то позвонил. На часах было уже половина восьмого и Тереза немного насторожилась. Она робко посмотрела в глазок, но никого там не увидела. Было страшно, но девушка решилась открыть дверь. - Томас.. - прошептала Тереза, открыв дверь и увидев парня. Глаза девушки сильно округлились, брови то и дело, что нахмуривались, а потом поднимались вверх, сердце бешено колотилось, дыхание сбилось к чертям, она пыталась изобразить улыбку, но губы ее не слушались, и лишь уголки губ то поднимались, то опускались. Тереза себя сейчас чувствовала словно перед прыжком в невесомость, во что-то легкое, воздушное.. Прям как говорил Томас. В конце концов, Тереза не выдержала, и приложив руку к губам, заулыбалась настолько широко, что из глаз слегка брызнули слезы. И это были слезы радости. Пускай этот момент будет очень маленьким, но он есть и им надо наслаждаться. Юноша стоял и улыбался. В одной руке он зажал три пиццы с грибами, в этой же руке он держал три, поставленных друг на друга и связанных между собой, тортика, в другой руке он зажал персиковый сок, и этой же рукой обхватил большой букет розовых пионов. Пионы! Это же пионы! Любимые цветы Терезы! Как он узнал? Тереза не говорила ему об этом. Ой, а это же тортики! Три разных тортика! - Томми! - радостно заговорила девушка. - Что все это значит? Что это такое? - Ну, смотри. Это пицца с грибами, это персиковый сок, это розовые пионы. А, ну еще тортики. Я взял три разных, потому что не знал, какой именно ты любишь. Тереза улыбнулась. Она смотрела Томасу прямо в глаза, от чего тот встал в ступор и на несколько секунд потерял дар речи, но потом он произнес: - Впустишь меня? - он начал улыбаться Тереза опустила глаза и чуть отошла, чтобы Томас смог зайти. Томас прошел в дом и положил все, что держал в руках, на стол. Затем он развел руки в стороны, и Тереза крепко его обняла. Она не знала, что на него нашло, она не знала, для чего он это делает, но, безусловно, ей было безумно приятно. Внутри все бушевало, бабочки в животе уже были не только в животе, они летали по всему организму Терезы, по всем органам. На лице была улыбка, на глазах красовались слезы. Вопросы, которые лезли в голову, отступили на второй план: она не хотела над ними думать. По крайней мере, сейчас. Сейчас у нее был только Томми. Томас тоже крепко обнимал Терезу. На протяжении всей этой недели он следил за ней. Он смотрел ей вслед, когда она уходила со школы, а затем шел за ней. Он незаметно подсматривал за ней, когда она рано приходила в школу и что-то делала в классе математики. Он заслушивался ее голосом, когда у них были совместные уроки и когда Тереза выходила отвечать. Он постоянно смотрел на нее. Он все это время довольствовался мелочами, настолько маленькими, что, когда появлялся шанс взглянуть на Терезу или поговорить с ней, он крепко хватался за этот шанс и старался, как можно дольше задержать его у себя. А сейчас.. Сейчас он стоит и понимает, что она счастлива. Счастлива просто вот так вот стоять и обнимать человека, который не видит, да и не хочет видеть, свою жизнь без этого малюсенького, солнечного ангелочка. Счастлива, что ей уделяют внимание, заботятся о ней. Счастлива от того, что в ее жизни есть люди, которые ее любят. А разве не это ли главное? Смотреть и видеть, как человек, который вызывает в тебе самые лучшие качества и заставляет твоих бабочек бешено летать по всему телу, счастлив?.. Тереза отстранилась от Томаса, незаметно вытирая маленькие слезки, и произнесла: - Спасибо.. - Рано говоришь спасибо. - подмигнул ей Томас. - Где там у тебя стаканы? - он подошел к комоду с посудой. Тереза улыбнулась и встала рядом с Томасом. Она немного подумала и указала на длинные стаканы, из которых всегда пьет воду. Тереза, дав указание Томасу разложить всю еду на полу, поднялась к себе в комнату за ноутбуком. - Что смотреть будем? - спросила она. - А сама как думаешь? - Томас встал с пола и сел рядом с Терезой. Тереза нахмурила брови. - Ла-Ла Ленд, Тереза. - Томас взял у девушки ноутбук и начал искать фильм. Тереза улыбнулась, закрыла лицо руками и положила голову на плечо Томаса. Вот на какую хорошую идею осенило Томаса.

***

La La Land Cast – Another Day Of Sun

Всю ночь они танцевали, смеялись, разговаривали. Тереза веселилась, как будто это последний день ее жизни. Когда в фильме, который они смотрели играла музыка, Тереза поднималась и начинала танцевать. Она звала Томаса танцевать вместе с ней. И он шел. Хотя ему и нравилось смотреть фильм, но то, как Тереза веселится, ему нравилось больше. Но он все же иногда садился обратно, но уже не смотреть фильм, а опять наблюдать за Терезой. А она танцевала: одна, с Томасом, затем снова одна, и затем снова с Томасом. Она танцевала, будто это последний день ее жизни. Она ела и пила в перерывах между своими танцами. Пицца, торт, сок. И так по кругу. Она наслаждалась едой, наслаждалась компанией, с которой она ест. Она наслаждалась едой, будто это последний день ее жизни. Она смеялась над всеми его шутками, над всеми его движениями, над всеми его кривляниями. Она смеялась громко-громко и ей за это совсем не было стыдно. Она шутила сама, рассказывая смешные истории, которые случались обычно с ней и Ньютом. Она шутила и видела, как смеется Томас, и это ей, почему-то, нравилось больше, чем если бы над ее шутками смеялся Ньют. Она смеялась так, будто это последний день ее жизни. Она разговаривала с ним обо всем на свете: о путешествиях, о природе, о погоде, о животных, о девушках, о парнях, о родителях, о семье, о дружбе, о любви - о б о в с е м. Она рассказывала про свое детство, как она сильно упала в шесть лет и теперь у нее красуется синяк или, как она его любит называть, родимое пятно на правой ноге, рассказывала про мультики, которые любила в детстве и которые любит сейчас, про фильм "Мертвая тишина", который она посмотрела в восемь лет и теперь сильно боится кукол, рассказывала про свою нелюбимую еду, как она терпеть не может рыбу, особенно селедку, как редко добавляет соль и как вкусно готовила супы ее мама. Она говорила так, будто это последний день ее жизни.. А хотя знаете что? Хватит говорить "как будто". Это действительно был последний день ее старой жизни.

***

На следующее утро Томас и Тереза вместе пошли заниматься в библиотеку. Хотя как это на следующее утро. Томас и Тереза не спали всю ночь, и поспали только утром, за два часа до начала занятий. - Итак, давай начнем. - сказала Тереза, как только переступила порог библиотеки. - Контрольная уже в понедельник, ты готов? - Разумеется, Тереза. - Сейчас проверим, Томми. Рассказывай. Все, что знаешь. - Тереза прошла и села на стул. - Ты говоришь, как учитель. - улыбнулся Томас и встал напротив Терезы, как будто маленький ребенок, рассказывающий стих. Томас начал рассказывать, что учил на протяжении всей этой недели. Он каждый день приходил домой, садился и вспоминал все, что говорила ему Тереза на последнем занятии. Искать в интернете какую-то информацию - он не хотел: она там бессмысленная и непонятная, слишком много всего не нужного. А Тереза.. Тереза все рассказала так, что все было настолько легко и понятно, что никакие другие источники были не нужны. Но в интернет он все такие залез. Нужно было кое-что узнать. - Молодец, Томми. Все очень даже хорошо. - улыбнулась Тереза, когда Томас прекратил говорить. - Теперь давай сделай то, чем мы еще не занимались. - Томас сел на стул. - Мы с тобой еще не разбирали картины. Просто я тут что-то подумала, а вдруг она может дать тебе задание по описанию картин? Ну типа что тут нарисовано, а как это создавалось, а где это было сделано, вот в таком роде. Я, в принципе, про все знаю, я смогу тебе рассказать. Но вот про Мане не знаю. Помнишь.. - Ту картину, где были то ли пионы, то ли розы? Тереза посмотрела на Томаса удивленными глазами. Она думала, что на этом моменте придется очень долго объяснять и в конечном итоге нужно будет просто показывать картину. - Д-да. - Помню. Я нашел ее. И все про нее узнал. Спешу тебя огорчить, ты была не права, ахах. Это розы, а не пионы. Тереза замерла. Он помнит, что она говорила? Нет, хорошо. От того, что он вспомнил картину, Тереза отошла, но то, что он помнит, что она говорила - про розы, про пионы, про то, что она обожает пионы.. Так вот откуда он узнал! Да господи неужели он правда ее слушал в тот момент? Она же отвлеклась от темы, а он все равно слушал!.. То, что он помнил, как она рассказывала что-то не по теме - это уже слишком сильно заставляло ее удивляться. - Так.. ты слушал меня? - Тереза, я слушал тебя все это время.

***

На следующий день состоялось последнее занятие Томаса и Терезы. Завтра контрольная, и все это, наконец, закончится. Томас - человек мегауверенный в своих способностях и умениях, но как только наступает непосредственное время перед сдачей - его уверенность и знание всего того, что он выучил куда-то пропадает. Сегодня Томас понабрал вариантов с контрольной, на которой его не было, и завалился ими, что ни есть, с головы до ног. Он просматривал каждый из них и пытался отвечать на вопросы, но все плыло. Он знал, он знал ответ на каждый вопрос, но волнение было сильнее его знаний. Тереза решила немного поиграть на этом. На его нервах. Ну, надо же было когда-то начинать. - Ты и эту контрольную завалишь, Том - Тереза встала около книжного стеллажа, скрестив руки на груди и устремив взгляд на Томаса. - Нет, не будь так уверена. Я умный. Иногда. Поэтому в этот раз я подготовлюсь. - он судорожно перебирал листы с записями и варианты, сидя на столом. - Нет, Томас. Ты провалишься - улыбка не сходила с губ Терезы. - Да почему?! - Потому что ты любишь меня, - она подошла к Томасу и склонилась над ним. Теперь их губы были почти на одном расстоянии: губы Терезы были чуть выше. - Признайся, Томми. Ты сходишь с ума от любви ко мне. Напряжение между ними было невыносимое. Тереза ждала. Она надеялась! Сердце в который раз начало бешено колотиться, она думала, что он сделает это, была уже готова! но нет.. Томас лишь облизнул свои губы, да и то - от дикого волнения. Он слышал, как бьётся его сердце, он понимал, что вот он, этот момент. Нужно хватать его и держать как можно крепче, не отпускать как можно дольше. Но то ли из-за недостатка храбрости, то ли из-за того же волнения - но он не сделал этого. Тереза закатила глаза и с лёгким вздохом и улыбкой на лице села на стул, рядом с Томасом. - Давай, повторяй. - начала она - Что это за картина? - Томас смотрел на неё все ещё полными волнения глазами. - Ты должен её знать. - продолжала улыбаться Тереза. - Я тебе ее показывала. Томас перевёл взгляд на то, куда указывал палец Терезы. Но он не видел ни одной картины. У него в глазах было все размазано похлеще, чем картины Моне. Он даже не пытался вспомнить, как она называется. Перед ним сейчас была другая цель. Томас вновь облизал свои губы, резко, но в то же время плавно перевёл взгляд на Терезу, взял её лицо в свои руки и - о, наконец - их губы слились в поцелуе. Тереза уже успела расслабиться, и напрочь забыла, что буквально минуту назад она сама этого хотела. Но от этого их поцелуй стал ещё приятней. Стоит ли еще раз говорить, что бабочки уже поселились в организме Терезы? Сердце не колотилось, его как будто уже не существовало. Дыхание участилось, но в следующую же секунду Терезе стало так легко, так воздушно, что она совершенно забыла о времени и чувствовала себя в невесомости. Но сколько бы не длились эти минуты удовольствия, безусловно, эти двое не хотели, чтобы этот момент заканчивался.

***

Томас отстранился от Терезы, но ее лицо все еще находилось в его руках и отпускать его он абсолютно не собирался. Руки Терезы были на руках Томаса. О н с д е л а л э т о. Он поцеловал Терезу. В этот момент, Томас решил - надо закончить дело до конца. Он посмотрел Терезе прямо в глаза, как обычно делала она, но сейчас он смотрел на нее так, и сейчас от его взгляда она потеряла дар речи. Он посмотрел на нее и произнес: - Да, Тереза. Ты права. Я люблю тебя. Тереза вернула свой разум на место и на секунду мило улыбнулась. Затем она, обхватив своей рукою руку юноши, наклонила голову, тем самым, наклоняя руку Томаса, и, все еще мило улыбаясь и посмотрев на парня, сказала: - Я тоже тебя люблю, Томми.