Здесь могут водиться шеппарды или Космическая Илиада

МТ: "Highway to Hell" (Charlie Glass*)

"Джентльмены, скажите, а поезд уже ушёл?"

(Анна Каренина)

      В жизни каждого человека случаются дни, когда он в какой-то момент отчётливо понимает, что зря встал сегодня утром с кровати, не стоило это делать. Но в таких случаях остаётся только смириться и принять реальность. А бывают пробуждения, когда ещё не успел проснуться до конца, а прямо-таки слышишь, как собственный организм кричит: "Хозяин, давай ещё поспим, а?" И рад бы с ним согласиться и последовать призыву, но что-то уже мешает провалиться назад в уютный сон. И тогда накатывает раздражение.       Голова раскалывалась. Казалось, что кто-то затолкал в череп кучу щебня, и теперь эти камни медленно перекатываются внутри, скрипя и царапая острыми краями. Тело было ватным и едва ощущалось. Веки были словно налиты свинцом. Во рту царила неописуемая гадость - словно нагадил батальон кошек. Было мерзко, отчаянно хотелось сплюнуть. Но слюна - горькая, тягучая, липкая - имела консистенцию оконной замазки и с трудом перекатывалась во рту. Даже зубы ныли, словно он умудрился набить оскомину, съев целый мешок кислейших яблок. Определённо это был тот момент, когда стоило прислушаться к истеричным воплям организма. Но яркий свет пытался пробиться сквозь веки и что-то противно пищало над ухом.       По другую сторону сознания тоже было не всё гладко. Безликие из давно привычных кошмаров снова пришли и маячили перед внутренним взором, явственно демонстрируя, что спокойно поспать больше не выйдет. Серые размытые тени, отдалённо напоминающие людей, мелькали из стороны в сторону, то приближаясь, то отдаляясь. Сегодня они даже вместо обычной серо-дымчатой гаммы отливали какой-то синевой и издавали странные горловые, булькающие звуки.       Дайте поспать, гады! Adios! Никого нет дома! Все ушли на фронт! Умерли!       Некисло они, похоже, вчера отожгли, если так хреново. Встречу, что ли, отмечали? А ведь не собирались же! Решили же, что всё потом. Потом - это когда большая жопа останется позади. А пока новое место службы, предстоящий первый поход, "будь готов" - где уж тут расслабляться! Но что-то, кажется, пошло не так...       Что?! Давненько он так не набирался. Это Рыжей снова удалось подбить его на какой-то алкогольно-научный эксперимент? Экспериментировать на немце она давно зареклась, смирившись с его кроганским организмом. Или Бигмак опять где-то нарыл что-то экзотически-убойное? Вечно он притаскивает из своих похождений что-то этакое. Одна изобретательная, другой добычливый, а страдает Джон! Организм настолько панически-страдальчески вопил о нежелании просыпаться, что становилось страшно и неловко. А уж что они могли отчебучить что-то этакое, если даже он в таком состоянии, лучше не думать.       Ощущение, что они влипли в крупные неприятности, волной вздымалось в груди. Даже если предположить, что они ничего не успели наворотить по пьянке... Это было то чувство, когда заранее стыдно. Ещё непонятно за что, но стыдно. Сослуживцы будут коситься, Андерсон собак спустит, перед Спектром даже неудобно...       Джон мысленно тяжко вздохнул, признавая мудрость предков - позор, бое...       Перед Спектром!       Самобичевание оборвалось на полуслове, в голове что-то щелкнуло, память стремительно вернулась. Все события прошедшего дня, все подробности высадки на Иден-Прайм. Геты, хаски, монорельс, космодром. Развалины, взрывы, пожар. И особенно яркое пятно - лежащий на бетоне в луже синей крови Крайк.       Сине...       Чёрт!       Одновременно пришло понимание, что мелькающие перед глазами сине-серые булькающие тени - это не глюки. Это никакой не кошмар, это на самом деле!       Это хаски!

***

      Карин Чаквас впервые за многие годы чувствовала себя неловко в собственном лазарете. Дело было даже не в пациентах, которых притащила десантная партия. С десантниками всегда неспокойно, когда кто-то из них попадает к ней. Не в нервной обстановке воцарившейся на фрегате, после проведённой миссии.       Дело было в ней самой. Она не знала, что делать с пациентами! Точнее - она знала, что можно делать с одним, но не понимала, что нужно делать. И не знала, что можно делать с другим, хотя прекрасно понимала, что нужно. А ещё, впервые за много лет ей приходилось работать с пациентом, одним глазом косясь в справочник.       - Доктор! Доктор Чаквас! Он, кажется, приходит в себя!       Возглас одной из помощниц, прозвучал негромко, но едва не заставил Карин вздрогнуть. Она недовольно дёрнула щекой и только слегка качнула головой, показывая, что услышала. Другой пациент не требует такого внимания и точно сможет подождать, если даже очнётся.       Но, вопреки её ожиданиям, события с места галопом понеслись вскачь. Позже она, вспоминая произошедшее, признавалась самой себе, что если она сразу бы обратила внимание на второго пациента, то всё равно бы не успела. Ведь едва она успела кивнуть, как за её спиной неожиданно раздался испуганный вскрик, грохот, судорожный хрип и глухое рычание.       Доктор чуть ли не с щелчком позвонков повернула голову и узрела дикую картину.       Одна из её помощниц барахталась на полу, пытаясь подняться с опрокинутой ширмы, на которую её отбросил неожиданный пинок десантника. А вторая помощница хрипела, прижатая сильной рукой к груди командора. Мужчина, атаковав, как-то сумел развернуть девушку спиной к себе и теперь закрывался ею, второй рукой накинув ей на шею шнур от одного из датчиков, присоединённых к нему. Бездумно перебирая ногами и продолжая издавать горлом клокочущее рычание, он пытался отползти по койке куда-то назад, стараясь максимально прикрыться "заложницей" и второй рукой все сильнее затягивая получившуюся удавку на её шее. При этом его ярко-голубые глаза хотя и горели яростью, Карин хватило мгновения, чтобы понять по его взгляду, что он не понимает, где находится.       Пока не случилось страшное, следовало что-то предпринять. Но это не значит, что следовало суетиться и паниковать. Опыт не пропьёшь!       - Командор, отставить!- с места гаркнула доктор, ни на йоту больше не пошевелившись.- Вы в госпитале!       Её крик возымел действие - мужчина замер и замолк. Ярость из взгляда исчезла, но теперь он смотрел на мир абсолютно растерянными глазами.       - Вы на "Нормандии", Шепард! В лазарете,- уже спокойнее сообщила доктор.- Всё в порядке.       Мужчина медленно выдохнул и самую малость ослабил хватку. Чаквас вздохнула, покачала головой, быстро закончила вносить коррективы в программу комплекса и наконец подошла к буйному пациенту. Постаралась поймать его блуждающий по сторонам взгляд и грозно сдвинула брови.

***

      Джон потерянно озирался, стараясь воспринять реальность. Постепенно осмысленность возвращалась в его взгляд. Грозный окрик Чаквас почти привёл его в чувство. Через пару секунд он понял, что действительно находится в лазарете фрегата. Что перед ним никакие не хаски, а медики в синих комбинезонах, шапочках и масках. И на него очень недобро смотрит начмед, в таком же комбезе, только без маски и шапочки.       - И прекратите лапать моих людей!- грозно потребовала она.       Джон скосил глаза, оценил диспозицию и почувствовал, что краснеет. Да... хм... накладочка вышла. По идее, толкнув тянущего к нему руки хаска, Джон обхватил его за плечи. Рука должна была скользнуть выше и обхватить горло чудовища. Вот только он в мареве полусна неверно оценил расстояние. Он лежал, девушка, собирающаяся проверить его, стояла возле кушетки. Джон ухватил её ниже, чем рассчитывал, где-то в районе живота. Рука-то двинулась выше... по груди. Там и остановилась, упёршись... в преграду. Хорошую такую преграду, трёшка, не меньше. Там ладонь сейчас и покоилась, крепко сжимая, оказавшуюся на пути плоть. Шепард поспешно разжал пальцы и отдёрнул руку.       Чаквас вздохнула и шагнула к нему. По пути она помогла подняться упавшей второй сотруднице, подхватив её под локоть, и пренебрежительным жестом указала на опрокинутую ширму. Подойдя, она решительно сдёрнула импровизированную удавку с шеи девушки и взяв ту за подбородок, повертела её головой, разглядывая след, оставленный шнуром. Удовлетворённо и даже несколько пренебрежительно фыркнув, она выдернула наконец случайную пленницу из рук десантника, подпихнув её в сторону напарницы.       - Что вы, десантура, за народ-то такой?- с тоской в голосе поинтересовалась она у Шепарда.- Даже на операционном столе всё воевать норовите.       Джон смущённо повёл глазами, заодно на всякий случай ещё раз убедившись, что он не на операционном столе, а всего лишь на больничной койке, посмотрел на двух испуганных девушек, с ужасом взиравших на него. Одна просто испуганно замерла, вцепившись в ширму, которую начала поднимать, а вторая с ужасом в глазах одной рукой растирала пострадавшее горло, а второй инстинктивно прикрывала грудь. И только медицинские маски не позволяли разглядеть бледность их лиц. Джон попытался буркнуть что-нибудь извиняющееся, но вместо вменяемых слов из горла вырвался только ещё один хриплый рык. Обе медички вздрогнули и отшатнулись ещё на пару шагов, дружно прикрываясь ширмой. Чаквас понимающе хмыкнула и молча протянула ему стоящий на столике рядом с койкой стакан-непроливайку с торчащей соломинкой. Джон благодарно кивнул и жадно припал к источнику влаги, с вопросом во взгляде вновь уставившись на Чаквас. Доктор хорошо знала этот взгляд, поэтому спокойно ответила.       - Все живы, все вернулись, все на борту.       Услышав это, Шепард заметно расслабился и, наконец, откинулся назад, устраиваясь на койке. Быстро оглядевшись уже осознанным взглядом, он провёл ладонью по обнажённой груди, нащупал жетоны, потеребил их. Потом он осторожно приподнял край простыни, которой был накрыт, заглянул под неё. Что именно больше в увиденном подействовало на мужчину - целостность собственного организма или наличие белья - сложно сказать. Но он окончательно успокоился и посмотрел на доктора.       - Больше буянить не будем?- иронично поинтересовалась Чаквас, наблюдавшая за его изысканиями. Покосившись на столик рядом с койкой десантника, она, не дожидаясь ответа, спокойно начала проверять показания приборов и поправлять на Шепарде датчики. Потом она внимательно посмотрела в лицо Джону, нахмурилась, и как по волшебству в её руке оказался карандаш-фонарик, который незамедлительно был направлен в глаза пациенту. Шепард невольно поморщился и попытался отвернуть лицо, но был тут же остановлен ещё одним грозным окриком и послушно замер.       - Как вы себя чувствуете?- поинтересовалась наконец Чаквас, найдя общее состояние пациента удовлетворительным и решив уточнить у него самого.       Джон сделал ещё глоток воды, выразительно поморщился и покачал головой.       - Как...- с трудом он смог выдать первое внятное слово Шепард,- как после хорошего увала.       Доктор тихонько фыркнула.       - Помните, как вас зовут?       - К...- снова хрипло начал Джон.- Крайк?!       - Это ваше имя?- прищурившись, тут же уточнила подобравшаяся Чаквас. Шепард лишь упрямо мотнул головой.       - Как Найлус?- не менее упрямо попробовал выяснить он.       Чаквас вздохнула и посмотрела в дальний конец лазарета. Туда, откуда она подошла к командору. Шепард проследил за её взглядом. Там у стены столи два реанимационных комплекса. И один из них был на данный момент включён. Именно тихий писк аппаратуры мешал Джону спать. Разглядеть, кто находился внутри капсулы, было невозможно, но это и не требовалось. Шепард всё понял без слов.       - Тяжёлый,- однако вздохнула доктор.- Шансы есть, но в госпитале со специалистами. Турианцы - не моя специальность. Доставим - будет видно. Пока держится.       Джон медленно кивнул. Но Чаквас тоже не собиралась уступать.       - Вы помните, как вас зовут?- настойчиво повторила она.       На этот раз командор не стал игнорировать вопрос.       - Джон Шепард-младший, лейтенант-командор, личный номер...       - Всё! Верю!- отмахнулась Чаквас. Она покосилась на своих помощниц и дёрнула головой в сторону выхода.- Свободны. Идите позовите капитана,- и заметив ставший напряжённым при упоминании капитана взгляд командора, чуть извиняющимся тоном пояснила ему: - У нас приказ.       Девушки синхронно кивнули и бочком двинулись к дверям, стараясь обходить койку с Шепардом по большой дуге. Тот лишь попытался скроить виноватую физиономию. Судя по тому, как дёрнулись медички, вышло не очень.       - Вещь положите,- сухо обронила Чаквас.       Девушки переглянулись и только сейчас поняли, что продолжали двигаться с ширмой в руках, выставляя её как условную защиту между собой и десантником. Быстро поставив предмет к стене, они уже чуть ли не пулями вылетели из лазарета. Но перед тем, как дверь за ними закрылась, доктор и командор успели услышать возмущённый женский возглас и звонкий хлопок, который сложно в данных обстоятельствах было трактовать двояко.       Чаквас удивлённо вздёрнула бровь и посмотрела на командора.       - Мне показалось?       - Нет, док,- со вздохом качнул головой Джон.       - Это была...       - Пощёчина.       Доктор тяжело вздохнула и недобро поджала губы. Для Шепарда все возможные варианты того, кто в этот момент мог отираться под дверью лазарета, пристать к девушке и схлопотать по роже, начинались и заканчивались одним единственным именем, не очень сильно отличающимся от его собственного. Поэтому он решил не развивать тему случившегося и посмотрел на Чаквас максимально невинным взглядом.       - Вы всегда такие дикие, Шепард?- недовольно поинтересовалась она и снова покосилась на столик. Джон посмотрел туда же. Там, прикрытый салфеткой, лежал какой-то предмет.       - Что там у вас?- тихо спросил он.       Доктор молча сдёрнула салфетку, открывая взору Джона лежащий инъектор.       - Миорелаксант,- спокойно без капли смущения или извинений пояснила женщина, не дожидаясь вопроса.- На всякий случай...       Шепард опустил взгляд.       - Мой вам совет, доктор,- тихо произнёс он,- в следующий раз колите заранее. Или вообще фиксируйте. И меня, и Йохана, и Джейн. Йохану тройную дозу. И ремней, и лекарств.       - Самокритично,- удивилась доктор.- Это какая-то особенность Шепардов, о которой мне надо знать?       Джон поднял на неё мрачный взгляд.       - Это особенность МБП, док,- холодно ответил он.- Вы же военный врач. Понимаете, что от смерти или инвалидности могут отделять доли секунды? В умелых-то тренированных руках?       Чаквас недовольно нахмурилась, но промолчала. Шепард продолжил пристально смотреть на неё. После нескольких секунд бодания взглядами, доктор сдалась.       - Всё-таки,- спросила она,- это говорит Шепард или выпускник МБП?       - Какая разница,- сухо поинтересовался Джон,- если все известные вам Шепарды - N7(1)?       Доктор поджала губы и покивала.       - Док, я не шучу,- продолжил настаивать Джон.- Вяжите и колите, когда мы в следующий раз окажемся у вас. От греха.       - Учту,- медленно кивнула Чаквас.- Но хотелось бы надеяться, что следующего раза не будет.       Джон фыркнул.       - Не та профессия, док. Уж извините. И у меня, и у вас. Никаких гарантий.       Доктор вздохнула и согласно кивнула. Однако возразила:       - Но в этот раз именно вы заставили нас поволноваться.       - Что случилось?- уточнил Шепард.       - Сработала какая-то система протеанского маяка, как я поняла. Вы попались. Потом, должно быть, произошла перегрузка. Маяк взорвался, а вы потеряли сознание. После того, как вас вырубило, ваши люди доставили вас сюда.       Услышав это, Джон на миг замер. Состояние его всё ещё было не ахти, поэтому он подавил едва не вырвавшееся ругательство, справедливо рассудив, что его реакция на судьбу артефакта Чаквас не касается. Поэтому он решил сосредоточиться на делах насущных и на более личных проблемах. Шепард подумал и кивнул.       - Логично. Думаю, что в местных больницах сейчас и без меня хватает работы.       Чаквас хмуро кивнула в ответ. Джон решил, что пока не готов уточнять, насколько всё плохо на планете.       - Долго меня... не было?- спросил он.       - Часов пятнадцать. Или около того.       Шепард удивлённо присвистнул.       - И большую часть времени,- с укоризной продолжила Чаквас,- мне пришлось отбиваться от ваших фанатов. Чуть ли не от всего экипажа. Ладно связисты и пилоты - они по жизни разносчики сплетен. Но сознайтесь, что вы успели сделать такого хорошего нашим инженерам? Даже там волновались за ваше состояние.       - Алексей Петрович?- понял Джон.       Доктор весело хмыкнула и кивнула.       - Вот уж от кого не ожидала,- призналась она.- Шепард, чем вы его-то зацепили?       Шепард позволил себе слабую улыбку.       - Он старый друг. Мы земляки. Почти родственники.       Чаквас вдруг быстро сунула ему под нос ладонь с растопыренными пальцами.       - Сколько пальцев?       - Все,- удивившись такой смене темы, честно признался Джон.- А сколько надо?       - Пока не знаю,- отрезала Чаквас, с подозрением глядя на командора.- Но что вы бредите, подозрение имею. Из вас такой же русский, как из меня азари! Какие земляки?!       - Это сложно, доктор,- слабо улыбнулся Шепард.- Наш Гондурас - многонациональный.       Подозрения в неадекватности пациента вспыхнули в глазах доктора с новой силой. Чаквас прищурилась и внимательно уставилась на монитор рядом с койкой пациента. По её задумчивому взгляду можно было предположить, что она решает, что бы такого вколоть десантнику.       - А где мы вообще?- поняв, что переборщил, быстро спросил Шепард, в свою очередь меняя тему.       Подозрения и задумчивость не исчезли из взгляда доктора, но она всё-таки хмуро ответила.       - К сожалению, всё ещё на орбите планеты. После восстановления связи был получен приказ дождаться кораблей патрульной эскадры. Дождались на свою голову. Пришлось ещё задержаться.       - Контрразведка права качала?- по тому, как ещё больше помрачнела Чаквас, догадался Джон. Доктор хмуро кивнула.       - Но капитан всё уладил. Скоро уже отбудем. На Цитадель,- доктор бросила быстрый взгляд на попискивающую в конце помещения аппаратуру.- Надеюсь, успеем. Там должны быть специалисты и нормальное оборудование.       - А со мной что было-то?- поинтересовался командор.       - Мне тоже интересно услышать ответ на этот вопрос,- неожиданно прозвучал спокойный голос. Доктор и её пациент быстро повернулись. В дверях лазарета стоял капитан Андерсон.       - Капитан,- подобралась доктор.       - Сэр,- пользуясь положением пациента, отделался лёгким кивком Джон.       Андерсон быстро прошёл к койке и остановился, внимательно рассматривая Шепарда.       - Так как дела у моего третьего помощника, доктор?- спросил он.       - Физически он в отличной форме, все показатели в норме,- не торопясь, ответила Чаквас, покосившись на монитор рядом с койкой.- Пара мелких царапин не в счёт. Но я зарегистрировала необычную мозговую активность - аномальные бета-волны.       Оба мужчины посмотрели на неё с почти одинаковым выражением на лицах. Чаквас вздохнула, поняла, что вдаваться в подробности не стоит, и просто продолжила.       - Так же я отметила повышенную активность глаз. Но это обычные признаки фазы быстрого сна. Что вам снилось, командор?       Шепард напрягся и даже слегка побледнел. Попытка вспомнить видение неожиданно обернулась тем, что он вновь услышал тот низкий гул и скрежет. Взгляд затуманился - перед глазами промелькнула вереница тех же неясных образов. Но хуже всего было то, что снова нахлынули те же ощущения и чувства. На этот раз гораздо быстрее, но снова и снова. Словно мозг отказывался воспринять всю эту информацию и прогонял её вновь и вновь по кругу, пытаясь усвоить. Шепард почувствовал, как его затягивает в тёмную воронку кошмара, и, скрипнув зубами, встряхнулся. Капитан и доктор обеспокоенно смотрели на него.       - Я видел...- медленно ответил Джон, усилием воли загоняя воспоминания поглубже, абстрагируясь от них.- Я не знаю, что я видел. Смерть. Разрушение. Может, что-то ещё. Всё нечётко, размыто.       Чаквас и Андерсон удивлённо переглянулись.       - Пожалуй, стоит внести это в отчёт,- решила доктор.- В остальном же... Вам стоит отдохнуть, Шепард, и с вами, я полагаю, всё будет в полном порядке.       - Рад это слышать,- кивнул Андерсон.- А теперь, доктор, если вы не против... Мне нужно поговорить с Шепардом наедине.       Чаквас кивнула, жестом показала, что она будет рядом на всякий случай, и отошла вновь к реанимационному комплексу.       Мужчины несколько секунд молча смотрели друг на друга.       - Похоже, вам всё-таки крепко досталось от маяка, командор,- издалека начал Андерсон.- Вы уверены, что в норме?       - Я в порядке, сэр,- холодно ответил Шепард.- Чего не скажешь о наших коллегах. Разведка крупно облажалась! Мы даже представить не могли, с чем придётся столкнуться.       - Геты не выбирались из-за Вуали несколько столетий,- осторожно ответил капитан.- Никто не мог предсказать случившееся.       - Никто не мог предсказать находку маяка,- возразил Джон, на которого вдруг накатило раздражение.- Хотя и это как-то утекло. А появление словно из воздуха целой армии, атакующей нашу колонию - это их однозначный прокол. Информация о маяке ушла налево - никто не виноват. Целая армия синтетиков сваливается нам на голову - никто не мог предсказать. Они обладают технологиями, которые ставят в тупик специалистов - никто не мог знать!- Шепард холодно сверкнул глазами.- Работать надо, а не заниматься гаданием на кофейной гуще!       Андерсон слушал его, понимал, что возразить ему нечем, и всё больше мрачнел с каждым словом.       - Не буду скрывать, командор,- негромко произнёс капитан,- дела плохи. Наверху бьются в истерике. Такого не бывало со времён Блица. Контрразведка жаждет крови.       - Чего они хотели?- с кривой усмешкой спросил Джон.- Что мы родим им все ответы?       Андерсон нахмурился и катанул желваками.       - Они хотели всё и сразу,- с едва заметно прорывающейся злостью ответил капитан.- И вас, несмотря на ваше состояние, и ваших людей, и Уильямс, и все материалы.       - Уильямс?- встрепенулся Джон.- Она здесь?       Андерсон кивнул.       - Её подразделение было полностью уничтожено, а у нас и так некомплект в десантной группе. Я своим приказом приписал её к экипажу "Нормандии".       Шепард на миг задумался.       - Она,- он посмотрел в глаза капитану,- хороший солдат. Отличный боец. Это ценное приобретение для нашей группы.       - Ваши офицеры такого же мнения, командор,- кивнул Андерсон.- Поэтому я ни секунды не сомневался. Поэтому особо ретивым пришлось убираться восвояси с моего корабля!       Джон испытал злорадство, представив, как на пути неизвестных контрразведчиков встаёт такое непреодолимое препятствие, как Дэвид Андерсон. Против этой службы Шепард ничего не имел и искренне считал, что она нужна. Даже в своё время потратил кучу нервов, вбивая эту мысль в одну упрямую арийскую голову, выбивая оттуда неприятие любого надзора и склонность к анархии. Но, судя по реакции капитана и доктора, некие конкретные представители контрразведки сегодня отчаянно попутали берега. Да и что значит "несмотря на ваше состояние"?! Они что, его бессознательного куда-то хотели тащить?       - Короче, у нас уже назначили виновных и заняты поиском непричастных,- вздохнул Шепард.       Андерсон сначала нахмурился, потом вздохнул и кивнул.       - Но остаются ещё инопланетяне,- добавил он.- Найлус едва жив, маяк разрушен, геты устроили вторжение. Совет Цитадели тоже захочет ответов.       Джон пожал плечами.       - Нам нечего скрывать, сэр. Мы не делали ничего предосудительного. Я сделал всё, что мог. В этой ситуации, с этими ресурсами. Надеюсь, Совет это поймёт.       Капитан отвернулся, быстро прошелся пару шагов в одну сторону, потом в другую. Вздохнул.       - Можете мне это не говорить, Шепард. Я полностью поддержу вас и сказанное в вашем рапорте. Как по мне - так вы, чёрт возьми, герой. Вы опять совершили невозможное. Но тут дело не столько в вас, сколько в другом турианце.       - Сарен,- произнёс Джон имя, недобро прищурившись.       - Сарен,- мрачно кивнул Андерсон.- И тут всё не так просто, Шепард. Если это тот, о ком я думаю, если его действительно узнал Найлус, то это большая проблема. Сарен не просто турианец. Он ещё один агент Совета, один из лучших. Настоящая живая легенда СПЕКТРа.       Джон с трудом удержался, чтобы изумлённо не присвистнуть. Что не помешало ему сделать мгновенный вывод.       - Информация ушла не с нашей стороны.       - Это уже не имеет значения, Шепард,- веско произнёс капитан.- Если Сарен связался с гетами, значит он пошёл против Совета. Расы Цитадели слишком боятся синтетиков, чтобы можно было предположить их игру. Поверьте мне на слово. Альянс уже однажды чуть не погорел, крепко вляпавшись в историю с искусственным интеллектом. Да и не стали бы они так подставлять другого своего агента. Гораздо проще было бы сразу всё списать на нас. Сарен действует в собственных интересах. Спектр-оборотень - это беда. Сарен очень опасен. И он ненавидит людей. Один из тех, кто считает, что нам не место в космосе. Для него мы болезнь, космическая зараза, которую нужно выжечь с лица галактики.       Андерсон выразительно посмотрел на Шепарда, и тот медленно кивнул, показывая, что понял услышанное. Не понять было сложно. Даже причины ненависти турианца к людям были не важны - просто "ястреб" или радикальный реваншист - Сарен профессионал. Многие придерживаются похожих взглядов, но мало кто что-то делает. Сарен начал делать, и начал с размахом. Такой не затеет целое вторжение из простого желания пострелять в человечков. Снова всё упиралось в маяк. Ради него Сарен рискнул, засветил гетов, заставил всё сообщество быть настороже. Что же в этом проклятом артефакте такого?!       - Маяк,- кивнул Андерсон, по изменившемуся лицу увидев, что Джон действительно понял.- Он ему зачем-то был очень нужен. Вы были там перед тем, как маяк самоуничтожился. Вы последний, кто контактировал с устройством. Есть какие-нибудь идеи, что могло понадобиться Сарену? Намёки, подсказки? Хоть что-нибудь?!       Во взгляде Андерсона мелькнула такая надежда, что Джону стало неловко. Он тяжело вздохнул. Вспоминать отчаянно не хотелось, но выхода не было.       - В маяк было заложено какое-то послание,- медленно произнёс Шепард, приопуская веки.- Маяк пытался транслировать его мне. Перед тем, как потерять сознание, у меня было... какое-то видение.       - Видение?- изумился капитан.- Видение чего?       Шепард задумчиво поскрёб щёку и пожал плечами. Вновь перед глазами завертелась жуткая карусель. В груди поднялась волна холода, голова снова показалась чугунной. Но он упрямо постарался разобраться в хаосе послания, которое, казалось, теперь поселилось в его голове навсегда. Словно раскалённым тавром протеанский артефакт выжег информацию в его памяти.       - Предупреждение, может быть. Я видел войну. Конец света.       Горящий горизонт, ломаные силуэты...       - Я видел синтетиков. Может быть и гетов.       Отдалённый гул в ушах...       - Они убивали людей. Забивали их как скот.       Вопли. Эхо чужой боли, чужой ненависти, чужого отчаяния. Чужой надежды?       - Сложно сказать. Всё было очень хаотично.       Шепард зябко повёл плечами и откинулся на подушку.       - Нужно будет сообщить об этом Совету.       - А смысл?- удивился Джон.- Что мы им скажем? Что я словил парочку глюков? Увидел страшный сон?       Капитан мрачно посмотрел на него и ничего не сказал. Какое-то время мужчины молчали.       - Я знаю Сарена,- наконец тихо сказал Андерсон.- Знаю его репутацию, знаю его методы. Не знаю, что ему было нужно от маяка, но он это получил, не пожалев ради этого усилий. И дальше он не остановится, пока не добьётся желаемого. Помимо послания маяк мог хранить любую другую информацию - протеанские технологии, чертежи оружия массового поражения. Теперь это у него. И целая армия гетов. Не знаю, как ему удалось её заполучить, но он пойдёт до конца. А добраться же до него будет не так просто - он Спектр. Не ограничен ни законами, ни пространством. Без веских доказательств Совет встанет на его сторону.       - Значит,- кивнул Джон,- для начала надо будет доказать его вину. Чтобы его лишили статуса Спектра и объявили вне закона. Вторжение на Иден Прайм - это же акт войны. За такое Совет точно по головке не погладит.       - Верно,- кивнул капитан.- Я уже связался с нашим послом на Цитадели, и мы обсудили ситуацию. Он обещал организовать встречу с Советом в ближайшее время.       Джон посмотрел вглубь лазарета. Огоньки на аппарате, возле которого всё ещё суетилась Чаквас, издевательски ему подмигнули.       - Найлус,- тихо сказал он.- Найлус был бы лучшим свидетелем. Они разговаривали.       - Верно,- кивнул капитан.- Но увы. Что будет с ним, ещё неизвестно. А ждать опасно. Сарен не выступил бы так явно, если бы события не вошли в решающую фазу.       Шепард имел по последнему пункту несколько иное мнение, но возражать не стал и кивнул.       - Сделаем всё возможное, сэр. Подготовимся к встрече с Советом. Постараемся их убедить. Я понимаю, насколько всё это важно. Дело даже не в том, что Сарен готовит. Он должен ответить уже за Иден Прайм!       Андерсон немного поразмыслил, вспоминая, всё ли он сказал, что хотел. А потом с сомнением посмотрел на Шепарда.       - Послушай... Джон...       Не ожидавший от капитана обращения по имени Шепард даже вздрогнул и с трудом удержал покерфейс.       - Ещё такое дело... У меня к тебе будет убедительная просьба,- продолжил Андерсон.- Поговори со своими друзьями.       - В чём дело, сэр?- насторожился Шепард.       - С меня требуют отчётов о случившемся. И у нас, и на Цитадели сильно захотят ознакомиться с вашими рапортами.       Шепард медленно сквозь зубы выдохнул. Всё становилось на свои места. Валяясь на койке в отключке, этот нюанс он проконтролировать никак не мог. За что сейчас, кажется, и пострадает.       - Это были черновики, сэр!- быстро сообщил он.- По свежим, так сказать, следам. Чтобы ничего не забыть.       Андерсон с сомнением посмотрел на него.       - Это же официальный документ! А если бы не переписали?       - Оба?- немного удивлённо протянул Джон. Рыжая-то чем кэпу не угодила?!       - Оба,- категорично отрезал капитан.- Ты считаешь, что это допустимо писать "орда НЕХ как ломанулась"?!       Джон тихо крякнул.       - Хаски?       - Хаски-хаски,- мрачно покивал Андерсон.- Которых "с искры нахлобучило"!       Джон смотрел на мрачного капитана и философски размышлял о допустимости расстрела друзей. Слово-то "зомби", видимо, никто не употребил. Всё честно.       - Или геты!- продолжил, тихонько распаляясь, капитан.- Которых "смазка-провода-заспамило". "Припал на задний привод" и остальное. Или как я инопланетянам латынь буду переводить?! Это ведь латынь? Доктор,- он повернулся и позвал Чаквас,- вы ведь знаете латынь? Что такое "праймус туртур"?       - Примус,- хором поправили капитана Шепард и подошедшая Чаквас.       - Без разницы!- отрезал Андерсон.- Что это?       Шепард с мольбой посмотрел на доктора, но та задумчиво закатила глаза, словно пытаясь вспомнить.       - Примус - первый, первичный. Туртур.. хм...       Секунды, что Чаквас размышляла, показались Джону вечностью.       - Что-то прорывающее, рвущее,- наконец сказала доктор. Джон с трудом удержался, чтобы не поперхнуться от неожиданности и удержать спокойное выражение лица. Капля пота медленно покатилась по виску.       - Первое рвущее?- Чаквас в задумчивости пошевелила в воздухе пальцами, подбирая лучший вариант перевода.- Да, где-то так. Подразделение прорыва? Ударная группа? Штурмовики!       - Штурмовики?- Андерсон с подозрением посмотрел на Чаквас. Та убеждённо кивнула.       - А нельзя было нормальными словами сразу написать?- услышав приемлемое объяснение, капитан успокоился так же быстро, как и завёлся.       - Нельзя, сэр,- быстро покачал головой Шепард.- Надо же их как-то выделять. Мы с такими раньше не сталкивались. Напишем тогда "прайм" для краткости и соответственно месту первого контакта.       Андерсон несколько секунд молча сверлил собеседников подозрительным взглядом. Потом кивнул.       - Чтоб переписали!- категорично приказал он и, не попрощавшись, развернулся и двинулся к выходу.       - Перепишут!- почему-то снова хором отозвались доктор и командор, глядя в спину удаляющемуся начальству. Когда дверь за капитаном закрылась, в лазарете ещё какое-то время висела этакая задумчивая тишина.       - Спасибо, док,- наконец тихо произнёс Джон, не поворачивая головы.- За прорыв.       Чаквас усмехнулась и кивнула, принимая благодарность.       - Так-то есть одно механическое действо. Вроде как и не соврала,- задумчиво вздохнула она.- Дефлорацию никто не отменял.(2)       Джон тихо хмыкнул. Ему самому больше понравилось про штурмовиков, ибо в данную секунду ему казалось, что этот самый туртур и есть их основное орудие и орган.       - Значит, Гондурас?- вдруг так же негромко напомнила Чаквас, с хитринкой посмотрев на десантника.       - Гондурас, доктор,- клятвенно заверил Джон. И робко улыбнувшись, пояснил: - Родился я там.       Чаквас укоризненно покачала головой и неодобрительно поцокала языком, хотя в глазах легко угадывался сдерживаемый смех.       - Нехорошо так нагло врать, молодой человек. У вас в медкарте чёрным по белому отмечено, что вы косморождённый.       - А у нас свой, космический Гондурас,- гордо ухмыльнулся Шепард.       - Заметно,- вздохнула доктор, качая головой.