Докажи, что ты сможешь!

Василиса устало потёрла лоб и откинулась на спинку кожаного кресла. Читать просто не было сил. Строки прыгали перед глазами, не давая прочесть больше ни слова. А мозг просто отказывался переваривать какую-либо информацию и желал только одного — увалиться на свою мягкую и сейчас такую желанную постель и проспать три дня напролёт. И Василиса еле себя сдерживала, чтобы не заснуть прямо в Каминном Зале. В конце концов, она заставила себя встать из кресла, положить на небольшой столик, что стоял перед камином, книгу, и широким шагом двинуться в сторону кованых дверей. Василиса очень надеялась, что не встретит Императора в коридорах. Ведь боялась его гнева. Наверняка Мортинова давно ему рассказала о её поведении. С того момента он ни разу не созвал её на урок, да что там, не отослал ни одной вести! За целую неделю! Всё это время у Василисы каждый день был урок с Белой Королевой. Ей присылали приглашение на урок к Елене, но Василиса так и не пришла ни разу. Не потому, что она такая гордая. Ей было очень стыдно. Да, она понимала, что если она и дальше будет так тянуть, то от Императора её ждёт сильная взбучка. Хотя нет. Самое худшее, что может сделать Император — это молчать. Ведь молчание — это самая мучительная боль. Она сжимает всё внутри, заставляя каждую минуту думать о том, что ты сделал не так. Оставляет в бесконечном напряжении. Василиса устало вздохнула и поплелась по, казалось, длинющему коридору, что долго и неприрывно тянулся куда-то вперёд. Каждый день она задавала себе вопрос: почему я? Почему она стала этим "необычным экземпляром"? Почему она сейчас переживает из-за молчания Императора, а не из-за подорожания картошки? Почему она сейчас имеет всё: еду, роскошные апартаменты, прислугу, но одновременно не имеет ничего? Ни друзей, ни элементарного общения. Все в коридоре смеются, болтают, а завидев её надевают каменные маски покорности. Это так раздражало. Ей было так одиноко. Хотелось забыть всё, что с ней произошло за последнее время и уехать куда-нибудь на море. Сидеть вечерами на берегу моря, пускать жабки по воде, слушать песню ветра и созерцать Луну. Зачем ей жизнь фрейлины? Только теперь она понимала слова Фэша. Будто она имеет выбор, но он за стеклом. Вроде бы так близко, но почти дотянувшись до него, ты натыкаешься на невидимую преграду. А сама она идёт по проделанному кем-то маршруту. В том-то и дело. Кем-то. Кем-либо, но не ею. Она ведь и сама не знает куда идёт, что её ждет в конце. Кажется, что всё, что с ней происходит — уже давным давно кем-то продуманно. Василиса медленно передвигала ноги. Её глаза были опущены, она наблюдала за своими туфлями, что раз за разом выглядывали из-под алого платья, в которое она сейчас была облачена. Оно так натирало… С того самого первого урока у Белой Королевы Василиса успела многому научиться. Брать энергию у Солнца, Луны, дождя, деревьев, даже земли. И, как ни странно, Василиса и вправду чувствовала новое, неизведанное чувство. Приплыв энергии: чистой, светлой. Она медленно наполняла тело, будто бальзам, медленно обволакивала нутро. Казалось, Василиса могла вечно просидеть под холодным теплом Луны, бодрящими струями дождя. Почему-то все остальные уроки Королева как-то по-странному начала смотреть на Василису. Может оттого, что она делала большие успехи. А может она увидела, как она парит в воздухе? Ряды факелов пронзали пустые переходы. Ни души, ни звука, кроме её гулких шагов. Только тишина, что разинула свою пасть, пыталась поглотить всё. Холодные каменные плиты, вобравшие в себя всю влажность, давили на разум. Василису всегда удивляло: почему её терпит Император? Если все вокруг говорили, какой он плохой, а её он пощадил. Дал жильё, статус, учёбу, спас ей жизнь. А чем сама Василиса ему отплатила? Своим гнусным характером? Ей было так стыдно и обидно, но она не могла ничего поделать. При встрече слова сами слетали с языка, не слушая хозяйку. А извиниться за своё поведение не позволяла гордость, боязнь быть опозоренной перед самым могущественным человеком в истории. В Империи. Он возится с ней как с маленькой, пытается быть добрым. Что он в ней нашёл? Копна рыжих волос, кожа да кости и щенячьи глаза. Да и магией не может овладеть. На его месте она бы уже давно такую послала куда подальше, если бы не прибила в первый же день. Совесть, казалось, разъедала Василису. Ей постоянно казалось, что она делает что-то не так. Решение пришло мгновенно. Точнее это решение заставило Василису хорошенько потрудиться, чтобы принять его. Она знала, что может опозориться, что может получить сполна, но она просто не могла. Её измотало внутренее напряжение. Ноги развернули девушку и понесли её в противоположную сторону. Василиса примерно помнила, где находились покои Императора, но точно не запомнила путь туда. К счастью, подсказал ей интерьер, что резко стал роскошным. Осталось только найти Императора среди этих комнат. Василиса будто вор металась от двери к двери, прислушиваясь, но везде стояла гробовая тишина. Даже, казалось, её дыхание звучало сильнее, чем звон колокольни, что гремел в далёком Вивеке. А вдруг Император сейчас стоит за одной из дверей и тихо что-то делает, не подавая звуков? Судя по всему, он не любит гостей, да и общение вообще. Тогда это всё усложняет. Как ей узнать, где он находится? Ведь если она будет заходить в каждую дверь, то не успеет морально подготовиться к встрече. Но что поделаешь. Чем больше дверей она открывала, и чем больше посещала различных комнат и залов, тем больше она удивлялась: зачем такому холостому интроверту, что из своего кабинета сутками не выходит, столько пространства? При том, стражи нигде нет. Неужели не боится нападения противников? Шпионов, что воткнут нож в спину в самый неожиданный момент? Василиса еле волочила ноги. Спать ужасно хотелось, но раз она уже собралась идти к Императору, значит закончит начатое. Светильники гнусно подрагивали, отчего в глазах раздваивалось, бесконечные двери будто гипнотизировали своей бескрайностью, а дыхание сбилось до потери сознания. Будто на неё наколдовали сонливость. Девушка помотала головой и попыталась привести свой ум в адекватное состояние. А зачем она сейчас вообще идёт к нему? Что она, собственно, скажет Императору? Что извиняется? Но за что, за свой характер? За то, что хамит людям, не может держать себя и свою гордость в руках? Это глупо. Тем более, это не даёт ей права без разрешения врываться к нему в покои. Зачем ему её объяснения? Что это изменит? Лишь раздраконит его. Мало ли, эфер какой-нибудь головоломный нашлёт на неё, в мышь превратит. От такой мысли Василиса вздрогнула и постаралась отогнать от себя эти такие неуместные сейчас мысли. Василиса и так себя еле заставила пойти сюда, а теперь сама себя запугивает. Послышались шаги и отдалённые голоса, что неумолимо двигались в её сторону. Василиса в панике замотала головой, в поисках убежища, чтобы переждать, но коридоры были пусты. Лишь голые стены и роскошные двери с выгнутыми позолочеными ручками. Девушка схватилась за ближайшую и не медля запрыгнула в комнату. Дверь, как назло, сильно захлопнулась. Василиса зажмурилась от сильного звука и судорожно начала хватать ртом воздух, будто рыба. Она безумно боялась Императора. Если это он там шёл и услышал, а он точно бы услышал хлопок двери, то точно придёт в эту комнату и обнаружит её. И кто знает что подумает. Василиса огляделась, но тут она заметила... Сердце пропустило удар. Это был кабинет Императора. Те же самые оранжевые стены, бордовые шторы, старинный часовой механизм, стол, заваленный бумагами. Девушка начала искать нычку, где бы можно было бы укрыться и быстро нашла. К счастью, у него в кабинете был такой беспорядок, что затеряться среди стопок книг и бумаг проще простого. Василиса начала ждать их прихода, хотя в глубине души надеялась, что они всё-таки пройдут мимо. Но, как обычно, судьба повернулась к девушке пятой точкой и вот, дверь отворилась. На пороге показались двое: мужчина и женщина. Император и Белая Королева. Так, подождите, а она что тут делает? Ах да, зеркала. Как же Василиса могла забыть..? От безысходности хотелось завыть. На сколько это может затянуться? На час? Два? А если Император останется здесь и будет сидеть до поздней ночи? Хотя Василиса тогда сможет увидеть его истинное лицо. А толку? Что изменится? Хотя, что-то ей подсказывало, что всё это —ловушка. Ну вот не может всё так просто взять и получиться. Раз она смогла, так почему опытные маги не могут? Люди сильнее её. Ах да, она же "невероятный экземпляр". Как она могла забыть. — Время на исходе, — нервно говорила Белая Королева, закрывая за собой дверь и устремляясь к единственному свободному в этом кабинете стулу. Она скептически осмотрела весь этот бардак и негодующе выдохнула. Но, судя по всему, разговор был или обещал быть сложным, поэтому особо она не зациклилась на беспорядке, — До полного поглощения всего два месяца! Ты не можешь просто сидеть сложа руки! Разговор идёт уже не про эту мерзкую политику, в которую ты ввяз, а про жизнь! Твою жизнь! Одумайся! Начни что-то делать наконец-то! Я не переживу если ещё тебя у меня отберут... Император вздохнул, будто будет сейчас объяснять что-то маленькому ребёнку. — Что ты собираешься делать? Я тут беспомощен! Понимаешь? Бес-по-мо-щен! Я уже давно был жертвой Астрагора. И ничего уже не изменить! Королева покачала головой. — Ты ведь сам знаешь, что не прав! А как же Алый Цветок? Повелитель скептически осмотрел её с ног до головы. — А я и не думал, что ты до сих пор веришь в детские сказочки. Лично я перестал верить в это уже ну, наверное, лет с восьми. Пора и тебе начать жить реальностью. Зрачки синющих глаз Королевы расширились от гнева. — А как же предсказание? Как же все люди, посланные тобою на розыски этого цветка? Зачем ты отбирал у людей семьи, жизни? Ради какой-то там сказочки, в которую ты уже давно не веришь? Император начал мерить шагами кабинет и чуть ли не заорал: — Да эти люди прошерстили всю Империю! Всё твоё Королевство! Весь мир! И как ты думаешь? НИЧЕГО НЕ НАШЛИ. Аб-со-лют-но! — То есть ты перестал верить в эту "сказочку" не с восьми лет, как ты мне говоришь, а с того момента, как твои люди облазили весь мир и не смогли ничего найти? О, тогда ты просто трус! Ты сдался при первой же неудаче и готов умереть, забыть о той надежде на спасение! Её собеседник промолчал, отвернувшись к окну. По нему явно было видно, что Королева была права, но признавать он этого не хотел. — Неужели ты не хочешь отправить интуитива в поход? Того избранного, который способен притягивать к себе всю магическую энергию? Восцарилось молчание. Император покачал головой: — Если ты говоришь про мою ученицу, то я её ни за что не отпущу. Сердце Василисы кольнула гордость. Не уж то ли Император про неё говорит? Значит он не сердится? — Ты про Василису? — как-то недоверчиво спросила Королева. — Да, про неё, — невесело хмыкнул Император, — Я уже давно заметил многие признаки интуитива, ещё при первой встрече. — Это не может быть она! — с надеждой, но уже не так увереннно воскликнула Белая Королева. — Ещё как может! Как ты объяснишь то, что когда мы наслали заклятье сомниума на весь замок, она подслушивала на балконе? Единственная не спала! Такая огромная сопротивляемость многое значит. Василиса распахнула глаза. Как он узнал? — Но… но, — Королеве было нечего сказать, — Я не могу отпустить её на верную смерть. —О-о-о, то есть какого-то левого человека с улицы ты готова отпустить на самоубийство, а когда доходит дело уже до… — Нет, прошу, я забираю свои слова назад! Только не надо мою девочку отдавать в лапы Смерти! Хм, опять из её уст звучало словосочетание "моя девочка". — Видишь, а я ведь говорил, что не буду никого отсылать. Как только речь зашла о Василисе, ты тоже с этим согласилась. Какая ирония. — Помолчи, пожалуйста! Мне и так сейчас несладко! Ты вообще хоть понимаешь, что ты умрёшь? Ты, мой единственный друг и союзник! Либо ты, либо Василиса… — Даже странно, — хмыкнул Император, — Ты выбираешь между мною, человеком, с которым ты бок о бок билась на войне, которому плакала в плечо, чтобы на люди выходить сильной и независимой, и жалкой девчонкой, которую ты за всю жизнь видела максимум десять раз. — Ты сам знаешь, как она мне дорога и если я буду знать, что по моей вине она умерла — я не переживу! — Успокойся, от тебя всё равно ничего не зависит. Я распоряжаюсь её судьбой. — Интересно, почему это? — Потому, что она жила всю свою жизнь здесь, в Империи, и работает тоже здесь, а также считается придворной фрейлиной имперского замка. Поэтому я, думаю, могу распоряжаться ею. Ты для неё учитель. Не больше. — Я, как наставник, тоже могу решать её судьбу! — Можешь. Но я Повелитель Империи, в которой она живёт с самого рождения и я властен над нею. Полностью. И могу как хочу распоряжаться её жизнью. А твоё Королевство к неё не имеет никакого отношения. — Да как ты можешь! Ты просто… просто… — Королеве было нечего сказать. Она была разъярена, — Я буду требовать её переселения ко мне в Королевство! Император резко подошел к ней и задумчиво протянул. — Хотя знаешь, я уже передумал. — Только не говори, что… — Я пошлю Василису на поиски Алого Цветка. — Нет! Ты не можешь так поступить со мной! — Королева уже была в истерике, — А если она не окажется интуитивом, тогда просто зря умрёт! — Я знаю. Но я более чем уверен, что это именно она. Тем более ты уже когда-то послала её на смерть, надеясь, что она не выживет. Во второй раз, думаю, будет легче отдавать. Королева начала рыдать. — Зачем ты так со мной! Что я тебе сделала такого? Зачем сейчас меня за больное трогать? — Ничего личного. Просто хочется наконец, чтобы ты поняла. А вообще, знаешь, мне скучно. Скучно сидеть в замке, как в клетке, надоело однообразие. Почему бы мне не понаблюдать за мучениями маленькой хрупкой девушки, а затем посмотреть, как она умирает? Тем более, кто она мне? Лишь жалкая ученица, которая ничего не умеет. На одного человека в мире меньше, подумаешь. У меня на глазах погибало намного больше достойных людей, чем она. Такая противная, своенравная и не знающая своего места девка. Сердце Василисы пропустило удар. Значит она не ошиблась. Она для него и вправду лишь жалкая ученица. Боязнь Императора медленно сменилась ненавистью. А симпатия и уважение к Королеве возросли до небес. Она её защищает. Королева с самого начала просила пощады, но тот был непереклонен. Начала её очередь атаковать. Женщина выпросталась и беспощадным тоном отчеканила: — Раз так, тогда я разрываю с твоей Империей все связи. И теперь ты мне не союзник, а враг. Готовься. Это война. Белая Королева стремительным, но одновременно грациозным шагом направилась к выходу и перед тем как уйти, остановилась у самой двери и даже не смотря на Императора, что собирался сам что-то ответить, сказала заключительную речь: — А все эти годы мы с тобой были как брат и сестра. А теперь ты посягнул на власть моей дочерью, — Василисе дух перехватило, — Помни, что ты нажил себе ещё одного врага. Из всех тех друзей, что у тебя когда-то были, оставалась я одна. Твой верный союзник. Только теперь я поняла насколько тебя, такого мальчишку, изменилась власть! Ты только и думаешь о том, чтобы владеть чем-то, повеливать над кем-то. Я думала, что это болезнь с тобой такое делает, но на самом деле ты в душе такой гнилой! — Королева вышла из кабинета, хлопнув дверью. Император порывался пойти за ней, а потом кулаком ударил о стол и с грустной задумчивостью посмотрел на часы-маятник. На миг Василисе стало его жалко, ведь он имел такой несчастный вид, но затем сразу вспомнила его слова, сказанные в её адрес, и с ненавистью посмотрела на него. Повелитель уткнул своё лицо в письменный стол и закрылся руками. Василисе почему-то подумалось, какой он одинокий. У него нет ни друзей, как сказала Белая Королева, ни девушки какой-нибудь, только власть. Оно-то и понятно. С таким характером и безжалостностью у него конечно не будет никого. Император резко встал и направился к убежищу Василисы. Та очень испугалась, когда ощущала его близость. Всего жалких десять сантиметров до раскрытия. Девушка затаила дыхание, боясь пошевелиться. Если он её увидит, то, чего доброго, угробит. Она ведь жалкая девчонка. Обида просто сжирала всё изнутри. Зачем она вообще пришла сюда? Она ведь знала, что что-то подобное услышит. Но она и не подозревала, что так болезненно воспримет эти слова. К счастью, Император и не думал больше приближаться, а просто поднял браслет и проговорил: — Отгородите Василису от всех, держите её под круглосуточным надзором. Её могут похитить. Не дайте ей сбежать. Как это её нет в Каминном Зале?! Ищите в саду, где она постоянно таскается. Уже и там искали? Да этот сад огромный, наверняка где-то там. Не найдёте — головы поотрываю. Она мне нужна. Василиса от ужаса затряслась. В голосе Императора звучала очень странная смесь чувств. Отчаянье и злость, гнев и страх... Император вышел из кабинета, очевидно отправился на поиски Василисы. Девушке было страшно. Что-то намечалось. И точно против неё. Она должна была умереть. Василиса не хотела, чтобы её жизнью вот так просто распоряжались, решая, когда ей жить, когда умереть. Она теперь точно сбежит и ей всё равно, что из-за неё умрёт Император. Пусть. Василиса вылезла из своего убежища и воровато огляделась. Вроде точно никого нет. Она прошла по деревянному паркету к дверям, но её взгляд притянул к себе букетик лашдышей. Она подозрительно посмотрела на свою подвеску, затем опять на цветы. Судьба, значит. Но в каком смысле? Император уже и так перевернул на сто восемьдесят градусов её жизнь. Мда, если бы она ещё тогда, при покупке этого талисмана, только знала, что будет фрейлиной и ученицей Императора — запрыгала бы от счастья. А теперь ей опять захотелось в Вайтран. К Лёшке, к тем мелочным проблемам. Василиса, поддавшись непонятному порыву, подошла к вазочке, где стояли эти цветы и вытянула их из воды. Это было лишь малое, что она могла забрать взамен. Но ей просто хотелось иметь эти цветы. Тогда ей помешал Фэш нарвать их. Ах, Фэш. Как жаль, что она его больше не увидит. А жалко ли? В любом случае, Фэш намного лучше Императора. Василиса с букетом цветов в руках вышла за дверь и прикинула все возможные планы побега. В свою комнату ей уж точно нельзя возвращаться. Идти в главную часть замка — это самоубийство. Там куча охраны. Единственный выход — через окно. Как будто специально, покои Императоры находились на этаже шестом-седьмом. Но, судя по всему, это был самый безопасный выход из этой довольно странной ситуации. Ну что же, наконец-то пришел её звёздный час. Время попробовать, как хорошо она научилась брать энергию от воздуха. Девушка опять забежала в кабинет Императора и теперь уже с целью пробраться через окно. Как назло, окно было на всю стену, но до форточки — единственного выхода наружу — было метра три. Василиса осмотрела кабинет. Ну что же, ей надо либо же лезть по шторе вверх, либо сделать ступеньки из книг. Девушке больше понравился второй вариант, потому что она боялась оторвать карниз, упасть и наделать шуму. Поэтому она быстро начала тягать книги к окну, выстраивая пирамидку. Вскоре Василиса устала и села прям на пол отдохнуть. Платье уже давным давно было запачкано непонятно чем, помято и даже в некоторых местах разорвано. Девушка посмотрела в окно. Там вовсю сновала стража в поисках, очевидно, её. — Видишь, как тебя все уже обыскались, — сзади прозвучал тот самый голос. Противный, скрипящий. Только не это, Император… Василиса резко развернулась и узрела его собственной персоной. Такой властный, в красном с позолотой плаще-пиджаке на распашку, что от пояса расходился в разые стороны. На лице была такого же цвета маска. Только сейчас Василиса заметила, какая у него крепкая фигура. Василиса по сравнению с ним как белка с тигром. Такая маленькая, беззащитная, утончённая, в таком же алом наряде, с золотой диадемой, уложенной в её рыжих кудрях. — Зря они так надрываются, — злобно проговорила Василиса, — Если учесть, что я всё равно в ближайшее время умру. — С чего ты взя… — Что, я и вправду такая жалкая ученица? Такая своенравная, противная девка, да? Тогда зачем Вы вообще тратите на меня своё драгоценнейшее время? Ах да, чтобы спасти свою жалкую душонку. Так вот, знайте, что я не Ваша собственность! И я не собираюсь умирать за Вас! — Что ты несёшь? — продолжал притворяться Император, хотя понимание её речи в его глазах было видно. — О, Вы уже даже забыли, что говорили час назад, да? Или Вы так со всеми? Призначили казнь, да уже и позабыли, что человек идёт на верную смерть, а Вам-то что, да? Вы ничтожный и жалкий человек, с Вами противно даже в комнате находиться! Я Вам доверяла, а что Вы? Пускай я умираю! — Значит так, слушай сюда, — он взял её двумя пальцами за подбородок, — Ты не имеешь права перебивать, оскорблять меня и вообще, что ты тут делаешь? — О-о-о, да Вы у нас тут святыня святых, к Вам ни прикасаться, ни находиться возле Вас и, какой ужас, дышать без Вашего разрешения нельзя! Может быть вокруг Вас ещё Земля вертится, может я чего-то не знаю? Да кто Вы вообще такой? Как Вам можно доверять и поклоняться, если никто Вашего лица не видел? — Прекрати истерику, Василиса! Я не знаю, что на тебя нашло, но наказания тебе точно не избежать! — Мне кажется, наказание на мне висит уже давно, как клеймо. Это предопределенная смерть! — Знаешь ли, Василиса, у каждого в жизни отведена своя роль. Ты умрёшь, спасая своего повелителя, чем тебе не нравится? Хочешь, я тебе в будущем даже специальный день отведу? Все будут праздновать, вспоминая о Великой Огневой, которую, в общем-то, никто и никогда не видел, но все знают, что она спасла Императора. — Спасибо, не надо, мне и так противно от всех ваших королевских почестей. — Ого, какая благородная наша Огнева, отказалась от такой славы! Как забавно! Император медленно подходил к ней, пытаясь вжать её в стену. Василиса мигом схватила клинок, что непонятным образом оказался у её ног и наставила себе на живот. — Ещё на шаг приблизитесь ко мне — я вставлю его себе в живот. — Ой, да что ты говоришь. Даже если ты это сделаешь, то просто будешь мучаться, а потом неделю пролежишь в госпитале. — А если так? — Василиса приставила к груди, в районе сердца, — Из Загробного Мира меня не вытащить. Тем более, это будет более благородная смерть. Обычно это мужчины умирают за женщин, а не наоборот, так что какой толк мне умирать за Вас? Во время её речи Император сделал ещё один шаг. Василиса, не раздумывая, немного отвела клинок и, не понимая что делает, хотела всадить его в себя, но Император быстро схватил её за руку. — Что ты делаешь?! Совсем рехнулась, что ли? — Отойдите от меня, — Василиса с силой пихнула его в грудь и отбежала в бок. Император начал гоняться за ней по всему кабинету, переворачивая всё на своём пути. Наконец они остановились друг напротив друга. — Иди за мной, по хорошему, — пытался примирительно сказать Император, но вышло как-то угрожающе. — Иначе что, убьёте меня? Тот взвыл и побежал на неё. Василиса легко увернулась и побежала в противоположную сторону кабинета. И тут случилось довольно предсказуемое. На пороге показались стражники. — Схватить её! — заорал Император. Те, повинуясь его приказу, побежали с копьями на бедную девочку. Та, под непонимающий взгляд Императора, схватила со стола ландыши, что до того как строить пирамидку из бумаг она положила обратно в вазу, чтобы не засохли и побежала прям на окно. Сделав финальный прыжок она телом разбила окно, оставив на полу, в кабинете, в саду и большую часть осколков у себя в коже. И нет, она не упала вниз, она взлетела. Её тело пронзил луч энергии. Всё в диаметре нескольких километров осветила яркая серебрянная вспышка. Люди повыбегали посмотреть, что происходит и увидели девушку с резко поседевшими волосами, что гневно парила в воздухе. Глаза её излучали тот самый белый свет, из-за чего не было видно даже её зрачков. Сказать, что Император перебывал в шоке — ничего не сказать. Жаль Василиса этого не видела. Это зрелище принесло бы ей море удовольствия. Но сейчас её разум затмила непонятная вспышка, та самая, что лилась из её глаз. Она не контролировала себя. — Ты, жалкое существо, называемое себя самым могущественным званием "Император", ещё пожалеешь о том, как посягнул на жизнь интуитива. Месть будет страшна. Твоя смерть — вот твоя кара. Ты умрёшь через месяц и никто тебе не поможет, трус! Отсчёт пошёл, — все эти слова выходили из Василисиных уст, будто говорила не она. Голос её стал в раз сто громче, из-за чего многие, кто стоял под ней, закрывали уши руками. Её голос изменился, стал взрослее, резче и ниже, — С этого момента ты будешь мучаться от адских болей, аж пока не сдохнешь! Ландыши в её руках превратились в копья, которые она с размаху кинула в Императора. Волосы стали опять рыжими, глаза — синими. Вот только Василиса теперь без сознания трепыхала в воздухе и медленно начала отплывать, становясь всё прозрачнее, и прозрачнее, пока не исчезла совсем. Копья пронзили Императора и никакая магия не помогла остановить оружие. Вот только боли он не почувствовал. Лишь через миг всё его тело обессилилось от внезапного припадка. Отсчёт пошёл.