- Нарисуй...

- Ты любишь меня? - спрашивает Кит после лёгкого поцелуя, слегка покраснев. Усмехаюсь. - Конечно люблю. - Что? - Кит краснеет ещё больше. - Я сказал это вслух? - Да, ты сказал это вслух. - снова усмехаюсь и замираю, наслаждаясь моментом. Кит тоже лежит тихо и неподвижно, кажется, что даже не дышит. - А ты меня любишь? - решаю я задать неожиданно всплывший в голове вопрос. И тут же получаю лёгкий подзатыльник. - За что? - Ты нарушаешь всю идиллию прекрасного момента. Заткнись, пожалуйста. - Но я уже говорил, что не могу заткнуться, потому что... - Я уже говорил тебе, язык итак без костей. Так что помолчи и не порть момент. Тссс. - Ну Киииит! - начинаю ныть я. Когане медленно замучено выдыхает. - Да, Лэнс. - Что да? - Ты сам знаешь. - Ну скажи. - Кит отрицательно качает головой. - Так не честно. Я между прочем сказал, что люблю тебя, а ты... - Да, Лэнс, я тоже тебя люблю, доволен? А теперь помолчи. - Но я не доволен. - с улыбкой протягиваю я, тыкая указательным пальцем в щёку Кита. - Чем ты не доволен? - Ты сказал "я люблю тебя" не от самого сердца, не искренне! - С чего ты взял? - вновь замучено выдыхает Кит. - Просто ты сказал на "отвали"! Повтори, только на этот раз искренне, чтобы я почувствовал, что ты и правда меня любишь. Пятисекундная тишина, после которой Кит, пришептав что-то вроде "огосподибожемойзачтомневсёэтозамолчиженаконец", отвернулся к стене. - Эй, так не пойдёт! Развернись обратно. - Чем тебе моя спина не нравится? По-моему, отличный собеседник. - пробурчал Кит и снова замолчал на несколько секунд. - Ладно. Но спина - это, всё же не то. Как насчёт шеи? - и с этими словами, обняв Кита поперёк талии и прижавшись к его спине, целую в шею. Волосы как раз упали на бок из-за лежачего положения Кита. Всё складывается просто превосходно (черти внутри меня в предвкушении потирают ручки, разводя костры проказ!). Кит вздрагивает, но молчит. Усмехаюсь. Ещё один поцелуй. И ещё. После третьего присасываюсь к коже, оставляя на бледной шее яркую округлую метку. Кит и на это молчит. Ухмыльнувшись, руками, что до этого обнимали Кита, залезаю к нему под футболку. Руки начинают шариться по чужому подкачанному телу. Прикусываю мочку покрасневшего уха. Кит шарахается, как от удара током, но вырываться пока не спешит. А я же всё продолжаю исследовать рамки дозволенного, оглаживая грудь, выискивая пальцами линии меж кубиков, чувствуя, как напрягаются мышцы. - Если хочешь, чтобы я прекратил, просто скажи. - Но Кит лишь отрицательно качает головой, упрямо продолжая молчать. - В молчанку решил сыграть? - тишина. - Ну ответь мне. - снова тишина. - Ну пожалуйста. - тихо шепчу на ухо, опаляя горячим дыханием раскрасневшуюся кожу. Неожиданно Кит разворачивается ко мне лицом, возвращаясь в первоначальную позицию, и утыкается в шею. - я люблю тебя. - тихо, еле слышно шепчет он и снова замолкает. Через несколько минут слышу тихое сопение. Уснул? Так и есть, уснул. "Он такой милый когда спит" - с улыбкой подмечаю я. И, поцеловав в лоб, утыкаюсь носом ему в макушку, вдыхая сладкий родной запах. Рука по инерции продолжает тихонько гладить спину. Через пару минут и сам засыпаю и уже точно не услышу, как дверь в квартиру с тихим скрипом открывается. И уже точно не увижу, как в зал заглядывают Широ с Мэттом, улыбаются. И уже точно не почувствую, как нас заботливо укроют мягким пледом. Зато я точно почувствую тепло этого пледа и любовь улыбающегося во сне Кита.