Он мог попробовать звезды на вкус

Рождественский банкет означал окончание осеннего сезона, принося с собой зимние праздники и волнение, которое приходит с Новым годом. Джереми предложил отвезти Жана в аэропорт, так как он все равно был по пути к его дому. Сначала Моро отказался, но после того, как Джереми дружелюбно настаивал на этом в течение нескольких дней, ему пришлось согласиться. — Твоя машина — гиблое место, — сказал Жан, втиснувшись на пассажирское сиденье Понтиака Джереми 1992 года. Нокс не разбирался в машинах, но он знал достаточно, чтобы понять, что, когда дело доходит до дерьмовых автомобилей, его авто было самым дерьмовым. Он настаивал на том, чтобы заплатить за свою машину самостоятельно, работая в ночные смены в закусочной, которая была в нескольких минутах ходьбы от его дома. Его родители не возражали, думая, что это будет хорошо для формирования характера. Джереми мог понять, почему Жан думал, что его машина, как он бормотал про себя, «Poubelle roulante» ¹, но они были в полной безопасности. Конечно, иногда было необходимо стукнуть по капоту, чтобы автомобиль двинулся с места, но обычно это помогало. — Так Рэне встретит тебя у терминала? — Спросил Джереми, игнорируя ворчание Жана. — Да, — сказал Моро, быстро взглянув на Нокса, прежде чем повернулся к окну. Там было не на что смотреть с точки зрения пейзажа по пути в аэропорт; Джереми понял, что Жан просто нервничал. Он собирался провести рождественские каникулы с Рэне Уокер в Северной Дакоте. Рэне настаивала на перелет в Калифорнию, чтобы встретить Жана и Джереми в аэропорту, так что у Моро была компания по пути туда. Жан не отклонил ее предложение. Последний раз Джереми видел Рэне Уокер, когда она останавливалась в первую неделю летних каникул в Университете Южной Калифорнии с Жаном. До этого Нокс видел ее только на поле, и даже тогда она была спрятана за громоздкой экипировкой, которую должен был носить каждый вратарь. Когда Жан представил Рэне, Джереми был потрясен, увидев такую миниатюрную фигуру. Она была красива, но необычной красотой опасного животного. Обычно они предупреждали: чем ярче были их цвета, тем более ядовитыми они были. Рэне Уокер показала себя с милой и щедрой стороны во время ее пребывания в университете, но что-то в ее улыбке все еще заставляло Джереми немного опасаться ее. Тогда Нокс решил, что он не хотел бы узнать плохую сторону Рэне Уокер. — Во сколько у вас самолет? — Спросил Джереми, чтобы отвлечь Жана. — В четыре часа, так что у нас будет немного времени, — ответил Жан. Он уже рассказывал об этом Ноксу, но, видимо, был слишком рассеян, чтобы вспомнить. Припарковаться было проблемно, учитывая, что все либо вылетали, либо возвращались домой на праздники, но, в конце концов, Джереми удалось протиснуться между двумя довольно плохо припаркованными автомобилями. Жан выругался себе под нос, медленно вылезая из машины. Кроме того, что Понтиак был крошечным по сравнению с ростом Моро (его голова практически ударялась о крышу), но также из-за плотного парковочного места он почти не мог добраться до заднего сиденья, чтобы забрать свою сумку. Джереми старался не улыбаться, пока Моро довольно комично вытаскивал свои сумки с заднего сиденья. Жану все еще удалось поймать его с поличным, глядя на Джереми, когда он пробрался ко входу, закинув сумку через плечо. Нокс знал, что дело не в ненависти. Он был почти игривым. Двое парней стояли, ожидая выхода из терминала, высматривая девушек с короткими белокурыми волосами. Жан заметил Рэне первым и сразу же переменился. Его взгляд смягчился, заменив обычные грозовые облака серебристо-серыми, а уголки его рта приподнялись чуть больше, чем обычно. Джереми посмотрел на Жана и сразу же почувствовал счастье и защищенность. Жан махнул рукой, чтобы привлечь внимание Рэне. Увидев его, Уокер просияла. Она спокойно подошла к ним, пробираясь через толпу людей. Она остановилась перед Моро. — Здравствуй, Жан, — поздоровалась Уокер. — Привет, Рэне, — ответил Жан почти шепотом. Рэне поднялась на носочки и быстро, но искренне обняла Моро. Жан выглядел так, словно хотел простоять так целую вечность. — Привет, Джереми, — сказала Рэне, прежде чем продолжить обнимать Джереми. В ее легких, но теплых объятиях Нокс вдруг понял, почему Жан хочет остаться в них навсегда. — Вы приехали сюда на машине? — Рэне выпустила из объятий Джереми и глянула на Жана. — Да, — ответил Джереми, — аэропорт находится по пути к моему дому, поэтому я подумал... — Он не знал, как закончить свое предложение. Было что-то, что дезориентировало его, когда он увидел Жана и Рэне вместе. — Ну, так как у нас есть немного времени перед вылетом, я надеялась, что мы могли бы перекусить. Поблизости есть ресторан или закусочная? — Спросила Рэне. — Ах, да, неподалеку есть одна. Ехать примерно десять минут, — Джереми заикался. Он нервничал. Он не мог понять почему. — Жан? — Конечно, — кивнул Моро, немного подумав. — Хорошо, — сказала Рэне с улыбкой на лице. Жан не жаловался, когда ему пришлось втиснуться обратно на пассажирское сиденье Понтиака, хотя, глядя ему в глаза, Джереми знал, что Моро, вероятно, прикусил язык. Закусочная была знакома Джереми. Обычно они с Лайлой останавливались там, прежде чем разъехаться на праздники, однако в этом году Лайла возвращалась домой с Альварез, оставив Джереми в обществе Жана и Рэне. Моро и Уокер устроились на одном диванчике, а Джереми напротив них на другом. Он чувствовал себя третьим лишним на свидании лучшего друга. Жан показывал Рэне свои татуировки, ее руки едва касались чернил на его коже. Нокс держал руки на коленях, сжимая и разжимая кулаки, пока им не вынесли еду. Джереми не был ревнивым. Он ненавидел это неприятное чувство, и, кроме того, на самом деле к кому он должен был ревновать? Да, Жан был его другом, но это не давало Джереми никакого права владения над ним (Нокс познал это чувство, будучи младше с кучей братьев и сестер). И все же, он не мог не ощущать, как что-то извивается у него в животе, когда он видит, как Жан смотрит на Рэне, как легко он чувствует себя рядом с ней, как он становится мягче. Рэне была нежной, доброй и заботливой, и она спасла Жана от Воронов. Моро имел полное право чувствовать себя комфортно рядом с ней. — Жан сказал мне, что это ты порекомендовал ему мастера. — Прости? — Джереми поднял взгляд и увидел, что Рене смотрит на него с улыбкой на губах. — Для его татуировки, — подсказала Уокер. Она была хороша в ведении беседы на доброжелательной ноте; Нокс мог только представить, насколько был удобен такой навык с точки зрения Лисов. — Ну, да, он мой двоюродный брат. Мы были довольно близки в детстве. Он заменил мне старшего брата, которого у меня никогда не было, — Джереми наконец откусил от своего гамбургера, заметив, что и Рэне, и Жан уже ели. Его картошка была холодной. — Он проделал прекрасную работу, у него превосходный стиль, — сказала Рэне, положив в рот еще один кусочек салата. — Ты интересуешься татуировками? — Спросил Нокс. — Да, набила одну очень давно. Как говорится, детский бунт, все такое, — ответила Рэне. Джереми понял, что нужно сменить тему. — Ты когда-нибудь раньше бывал в Северной Дакоте, Жан? Теперь, когда им вынесли еду, Моро держал себя в руках. — Нет, хотя Рэне говорит мне, что там особо нечем заняться. — Есть причина, по которой моя мама так отчаянно хотела вытащить меня оттуда, — сказала Рэне. Джереми мог оценить по одному предложению, как сильно она любила свою мать; она говорила о ней с нежной улыбкой на губах. — Ладно, но у вас хотя бы есть кинотеатры? Жан начинает любить фильмы, — сказал Джереми. Его губы дрогнули в хитрой ухмылке. — В самом деле? — Переспросила Рэне. Она была удивлена этой информацией. Нокс молча задвинул свою маленькую победу на задний план. — По пятницам у Троянцев проходит вечерний просмотр фильмов. Иногда я присоединяюсь к ним, — как ни странно, ответил сам Жан. Он глянул на Джереми, прежде чем вернуться к стейку. — Это традиция, — Нокс собирался объяснить свои семейные вечера кино, когда Жан прервал его. — Сначала она принадлежала его семье, теперь уже Троянцам. — Троянцы моя семья, — сказал Джереми. — Я знаю, — кивнул Моро. В глазах у Рэне появился торжественный блеск, ее улыбка была почти всезнающей. Джереми вернулся к своей картошке фри. После этого они ели в комфортной тишине, иногда прерываемой короткими разговорами между Жаном и Рэне. Тем не менее Джереми больше не чувствовал укола ревности в своем животе. Он держал улыбку при себе. Уокер удалось найти лучшее место для парковки по возвращению в аэропорт. После их перекуса Жан выглядел намного спокойнее. Когда Джереми вышел из машины, Рэне перехватила его руку: — Могу я быстро переговорить с тобой? Жан, похоже, не заметил заминки, слишком занят, вытаскивая свои сумки с заднего сиденья автомобиля. — Да, конечно, что случилось? — Спросил Джереми. Рэне убрала руку, но он все еще чувствовал ее хватку. Нокс подозревал, что Рэне была намного сильнее, чем казалась на первый взгляд. — Я просто хотела поблагодарить тебя за все, что ты сделал для Жана. — О, ну, да, ты же знаешь, что он Троянец. И это то, что мы делаем. Мы помогаем друг другу, — запинаясь, проговорил Джереми. — Я знаю, что вы такие, но, — Рэне бросила быстрый взгляд на Жана, захлопывающего дверцу, — ты помог ему. Ты. За то небольшое количество времени, что я его знаю, я никогда не видела его таким, Ну, не расслабленным, но ему комфортно с кем-то. Джереми был шокирован. Рэне не поняла, как она сама повлияла на Жана? Как по-другому Моро начал выглядеть рядом с ней? — Я бы не стал заходить так далеко, — начал говорить Джереми. — Ты этого не видишь, не так ли. Эффект, который ты оказываешь на него, — спокойно заявила Рэне. Это не было вопросом. — Я… — Нокс, ты идешь? — Позвал Жан. Он был на полпути к входу, небрежно перекинув сумку через плечо. — Пойдем, — сказала Рэне, направляясь к Моро. Как будто их разговора никогда и не было. Джереми пришлось сделать несколько ровных вдохов, чтобы очистить голову, прежде чем последовать за Уокер. Рэне обняла Нокса еще раз, прошептав ему на прощание: «Просто подумай об этом», прежде чем отойти в сторону. Она оставила Джереми и Жана наедине, чтобы они напоследок смогли переговорить. Жан перенес вес с одной ноги на другую, а его сумка по-прежнему висела на одном плече. Он не смотрел на Джереми, когда произнес: — Не трать свои каникулы на просмотр фильмов о «Войне Звезд». Джереми рассмеялся: — «Звездные войны», но ладно. Не буду. Они не смотрели друг на друга. Нокс уставился на обувь Жана, проговорив: — Позаботься о себе. — Непременно, — ответил Моро, но его голос звучал неуверенно. Наконец Джереми поднял взгляд и обнаружил, что глаза Жана смотрят прямо на него. Они все еще были серебристо-серыми. Такими же, когда он впервые увидел Рэне. Возможно, хоть и немного, но она была права. Джереми сделал в мыслях заметку обсудить это позже с Лайлой. Почти бессвязный голос объявил о самолете Жана и Рэне, но парни продолжали смотреть друг на друга. Они замерли на месте, решаясь, кто из них двинется первым. — Жан, — тихо позвала Рэне, едва касаясь его предплечья рукой. Он моргнул, а затем повернулся, чтобы посмотреть на Уокер. — Нам пора. — Je sais ², — прошептал Жан. Он посмотрел на Джереми еще раз, а затем бросил свою сумку на землю. Прежде чем Нокс осознал это, Жан Моро обнял его. Джереми едва успел обнять в ответ его широкие плечи, как он отстранился. — До скорой встречи, Нокс, — сказал Жан, хватая сумку и направляясь к терминалу. Джереми ничего не ответил, наблюдая, как Моро и Уокер исчезают среди толпы. Он продолжал стоять на месте даже после того, как их самолет взлетел.