Он мог попробовать звезды на вкус

Наступил день игры с Воронами. Джереми не мог унять дрожь в ногах. Он встал, разминая затекшие конечности, и повернул шею так, чтобы она хрустнула. Не срабатывало. Ему приходилось напоминать себе, чтобы он дышал. Он постоянно напоминал себе не пялиться на Жана слишком долго. Его губы неожиданно растянулись в улыбке, отодвинув нервозность на задний план. Он думал о той ночи, когда Жан его ударил. Его челюсть все еще покрывали синяки. Он объяснил остальным, что упал с кровати и ударился подбородком о тумбочку. Лайла улыбнулась ему в ответ. Это напомнило Джереми понимающую улыбку Рене на последней игре с Лисами. Возможно, они обе знали больше, чем показывали. Джереми не нравилась неприветливость раздевалок Воронов. Он чувствовал, что Эвермор был специально построен так, чтобы все его обитатели ощущали себя маленькими и ничтожными. Возможно, даже сами Вороны. Он знал, что финальная игра будет проходить в Эверморе, почти за месяц. Все Троянцы знали об этом. Если Жан и нервничал, то не показывал своего волнения. По крайней мере, остальные Троянцы думали, что все хорошо. Но Джереми видел — Жан переживал. Он мог увидеть напряжение в плечах Моро, то, как его рука сжимала колено, чтобы оно не дрожало, как его взгляд блуждал по раздевалке, разыскивая капитана Троянцев. Они внимательно посмотрели друг на друга. Джереми нервно улыбнулся. Никто не знал, что именно Жан дал ему силу собраться. — Хорошо! Подойдите ко мне, — голос тренера был твердым и сильным. Он был островком уверенности посреди бушующего урагана. Троянцы собрались вокруг него, переглядываясь, поддерживая друг друга взглядами. Так они показывали, что их волнение общее. — Окей, мы здесь. У нас получилось. Мы приложили много сил для этого, но мы справились, — Риман быстро глянул на Джереми, прежде чем продолжить свою речь. Он говорил кратко и по существу, но все равно звучал обнадеживающе. В конце концов, Троянцев отпустило, и они немного расслабились. Одному или даже двум из них удалось искренне улыбнуться. Они сошлись в плотный круг. Джереми на правах капитана посчитал до трех и команда начала выкрикивать свой боевой клич. Нокс обнял Жана за талию (его плечи были слегка недоступны из-за разницы в росте). Моро колебался, слегка дотрагиваясь до плеча Джереми. Однако когда тот мельком взглянул на его настоящую улыбку, Жан обнял его намного уверенней. Троянцы выкрикивали боевой клич во весь голос (Джереми мог поклясться, что слышал голос Моро, запинающийся на некоторых словах). В этот момент Нокс был бы рад любому исходу сегодняшнего матча: одной рукой он обнимал Жана, другой — Лайлу, его товарищи по команде нервничали, но при этом были приятно взволнованы, тренер Риман смотрел на них с широкой гордой улыбкой на лице. Все это делало его счастливым. Но у них была игра, в которой они должны победить, у Троянцев был шанс проявить себя. И Джереми не собирался упускать такую возможность.

***

Жан едва мог дышать. Он хотел поскорей надеть шлем, чтобы скрыть свое лицо от любопытных зрителей. Вместо этого ему пришлось воспользоваться старой тактикой, напуская на свое лицо весьма хмурое выражение. С которым он появлялся на играх, будучи на «родном» поле. По крайней мере, так было раньше. Сейчас он здесь, в Эверморе, собирался играть против Воронов. «Раньше я тоже чувствовал себя как дома». Он собирался встретиться со своими старыми товарищами по команде впервые за год в совершенно другой форме. Он… — Эй, — Жан понял, что стоял, задержав дыхание, и только опомнившись, позволил себе рваный вдох. — Эй, — повторил Джереми, в его голосе слышалось беспокойство. Он не спросил, в порядке ли Моро. Вероятно, он уже знал ответ. «Он даже умнее, чем я думал». Жан сделал еще один глубокий вдох и посмотрел на Джереми. Он видел только цвет электрик. Ни черный, ни красный, только синий. — Ты готов? — Спросил Джереми, не отрывая взгляда. Жан мысленно прошелся по своему привычному списку. «Ты здесь, в Эверморе, со своей новой командой — Троянцами. Вы собираетесь играть против Воронов. Рико здесь нет, но Джереми тут. Джереми, твой сосед по комнате, твой друг, парень, с которым ты целовался, парень, который…» Моро слегка кивнул головой. Джереми улыбнулся в ответ и похлопал его по плечу, прежде чем направиться на первую линию. — Дамы и господа, добро пожаловать на финальную игру ... — Жан отстранил себя от голоса диктора, решив вместо этого продолжать перечислять все пункты из своего списка. «Ты здесь, в Эверморе, собираешься играть против Воронов». Троянцы начали пробираться к выходу на поле. «Ты — Троянец. Ты — Троянец». Жан едва мог услышать диктора из-за громких приветствий толпы при упоминании имени Джереми Нокса. «Джереми Нокс твой сосед по комнате, твой друг». — Шестой номер, стартовый защитник, Мария Альварез! «Джереми Нокс — парень, с которым ты целовался, парень, который…» — Девятый номер, стартовый защитник, Жан Моро! Оглушительный рокот толпы прервал мысли Жана, и от их возгласов у него зазвенело в ушах. Моргнув, он уставился на зрителей, увидев кроваво-красную и чернильно-черную массу. Моро был безумно благодарен Троянцам за то, что они были в своих привычных цветах: красные пятна на желтом золоте. (Возможно, он перепутал красный цвет их обычной униформы с чем-то другим). Он не мог позволить себе отвлекаться, не сейчас. Диктор закончил список имен Лайлой Дермотт, толпа заглушила последнее сказанное им предложение ревущим приветствием. Жан клялся, что видел, как дрожала крыша. Затем начала играть тема Ворона. На этот раз крыша действительно задрожала, Жан был почти уверен в этом. Моро ждал, когда будет объявлено одно конкретное имя, один конкретный номер. Этого не случилось. Никто не хотел брать священное число. — Жан, — Джереми практически шептал ему на ухо. Он не понял, что продолжал стоять на одном месте. Остальные Троянцы уже сидели на скамейках и переговаривались между собой. Он почувствовал два пальца на запястье. — Жан? Моро не смотрел на Джереми, когда он схватил его за руку, однако краем глаза он увидел, как тот удивленно приоткрыл рот. Жан крепко сжал руку капитана Троянцев, прежде чем отпустить ее и сесть на скамейку. Он почувствовал, как уголки его губ дернулись, когда Джереми покраснел. Его улыбка была ослепительной. Как и обычно капитаны встретились в центре поля для жеребьевки. Жан пристально рассмотрел нового капитана Воронов. Он был нападающим, носил пятый номер, был выше Джереми, но не намного. Он больше походил на бегуна на длинные дистанции, чем на стартового нападающего. Жан нахмурился, его интерес расслабил волнение, узлами охватывающее его живот, хотя и ненадолго. Джереми выиграл бросок монеты. Обе команды были выведены на поле. Жан следовал за Альварез, сзади него шла Лайла. Почему-то от этого ему стало легче дышать. Жан немного задержался перед выходом на поле, догоняя Альварез. Он отказался пересекаться взглядом с Воронами. Джереми ободряюще ему кивнул. Моро видел его едва различимую улыбку за решеткой шлема. Сразу после того, как двери захлопнулись, Моро услышал, как его позвали. «Слишком поздно», — подумал он, встречаясь взглядом с защитником Воронов. Седьмой номер, Баз Эмерсон. Он был безжалостен как и на поле, так и вне его. — Крутой прикид, Моро! Жан скрипнул зубами, но в остальном проигнорировал шутку, предпочитая сосредоточиться на спине Джереми — красная четверка отчетливо выделялась на желто-золотом материале. Он должен был признать, что выбор цвета не был блестящим. Жан чувствовал, как учащается пульс, как он начинает дышать чаще, чем обычно. Пот уже стекал по его спине. Он крепче обхватил клюшку, стабилизировал позицию и ждал зуммера, оповещающего о начале игры, стараясь не смотреть на обратный отсчет. Поскольку Джереми выиграл бросок монеты, он передал мяч подающему нападающему (Жан припоминал, что его, кажется, звали Энджи). Жан продолжал искать одно единственное лицо, скрывающееся за шлемом, но Рико там не было. Вместо этого новый капитан Воронов улыбнулся ему. Его ухмылка была наполнена злобой. Моро перестал дышать, когда раздался зуммер, обозначающий начало игры.