И в следующей жизни...

Обе ночи до свадьбы Сын Хен провел в покоях Алалтун. Бесшумной тенью он спускался с крыши ее дворца, забирался в окно, садился на край постели и неотрывно наблюдал за девушкой. Она словно наваждение преследовала его в снах, на яву он часто задумывался о ней и пропускал реплики братьев и императора мимо ушей. Сегодня он сможет беспрепятственно войти в ее покои, он сделает ее своей, а ее братец уедет в свои дикие степи. Он нашел в себе силы признать, что ревнует ее к нему. Они слишком близки, их взгляды, прикосновения и недомолвки, понятные только им, выводят принца из равновесия. Он видел их около ее дворца. Они как любовники шептались под покровом ночи, Цзя Эр трепетно держал ее в своих объятиях и гладил по голове. Ее тонкие руки блуждали по спине мужчины, лицо она прятала у него на груди. Они что-то говорили друг другу, но с высоты крыши слов было не разобрать. Поодаль стояли две знакомые фигуры в черном. - Сын Хен!! – принц дергается от громкого голоса. - Да, Ваше Высочество, прошу прощения….отвлекся. – Сын Хен учтиво склоняет голову перед братом. -Надеюсь, до конца совета ты будешь с нами. – Джи Ён раздражен. -Разумеется. – принц внимательно смотрит на наследника и отпивает жасминовый чай. - На границах империи очередные волнения среди кочевых племен, их вожди требуют отмену дани, дождливое лето принесло много урожая, каждый город и каждая деревня будут снабжены достаточным количеством риса и остального продовольствия. Армия так же не будет испытывать недостатка в продовольствии, лошадям будет доставлен отдельный груз с кормом. - А теплая одежда и оружие? – Те Ян, до этого молчавший задает главный, для его солдат, вопрос. - Заготовлено и будет отправлено. - Так же как в прошлый раз? Одна теплая кираса на двоих? – молодой генерал четко следит за состоянием своей армии. Его никто не смеет перебивать или предлагать альтернативные варианты. - Тэ Ян, я лично прослежу за этим. Как обстоят дела на востоке страны? – Джи Ёна больше интересует этот вопрос, там назревает восстание, которое может перерасти в кровавую бойню. - Наши офицеры и их гарнизоны уже отправлены туда, они все будут расположены в приграничных деревнях и городах. – Те Ян встает и подходит к карте. – Здесь и здесь местные жители организовали народные ополчения, им в помощь уже прибыли наши войска. Вот эта переправа самая опасная точка. От того, кто будет владеть этой территорией, будет зависеть многое. - А что с этим городом?! – Джи Ён указывает на крошечную точку, расположенную на самом побережье. - Это владения Коре, мы сейчас в мире с ними, только потому, что сами наполовину корессцы. Наши матери обеспечивают нашей империи мир. – генерал лучезарно улыбается. - Ты всегда все упрощаешь, брат… - до этого молчавший Дэсон прерывает братьев. – Наши матери попали сюда не пленницами, а были привезены как жены императора. А вот десятки девушек, пригоняемых сюда в качестве дани, будоражат кровь корейских отцов, мужей и братьев. До сих пор нам удавалось сохранять мир только благодаря осторожности и бдительности. - Я согласен…политический брак это одно, а волнения простого народа другое. Им не интересно, что творится за стенами дворца, у них желание быть сытыми, одетыми, и чтобы зимой было тепло. Мой брак тоже политический и самим монголам наплевать, чистая в ней кровь монгольских ханов или нет. Да и мне нужно от нее одно…наследник…. – Сын Хен на мгновение замолкает, понимая, что врет сам себе, она нужна ему. – Но, если народ узнает, что с их землячкой что-то произошло, они начнут грабить и жечь наши города и деревни, просто потому что мы обидели монголку. - Ты прав, но мы не можем уследить за тем, что происходит с каждой корейской девушкой здесь, но создать условия на пути от Коре до Юань можем. – Дэсон лениво обмахивается веером, юноша всегда скучает на подобных советах. - Я думаю на сегодня нужно заканчивать и готовиться к свадьбе. А потом к разгульной ночи, кто-то сегодня отхватит лакомый кусочек. – Джи Ён подходит к брату и совершенно по-детски склоняет голову набок. - Лакомый ли! – Сын Хен понимает любопытство принца, года два назад они сбегали из дворца и инкогнито проникали в один из лучших юаньских борделей только лишь за тем, чтобы провести ночь с чужестранкой. Тогда им казалось, что они совсем другие, словно экзотические цветы или пряности, но в действительности оказывались лишь яркими птицами в клетках, робкие и покорные, готовые на все по первому приказу. -Я говорю правду о твоей невесте, она миниатюрна и свежа, а главное нетронута. Это дорогого стоит! – наследный принц резко разворачивается и покидает зал совета. - Не догоняй его. – на плечо Сын Хена ложится тяжелая рука в доспехах. – Си Эль вот уже неделю не посещает его покоев, он скоро начнет рычать и изрыгать пламя. - У него есть много других наложниц. – принц разворачивается к генералу, Те Ян всегда останавливает двух вспыльчивых братьев. - Не думай ни о чем сегодня, ты женишься! Иди и готовься к собственной свадьбе!!! – Ён Бе лучезарно улыбается и хлопает брата по плечу. Он единственный из братьев до умопомрачения предан своей жене. Чжон Ын Ран – хрупкая, утонченная дворянка, единственная дочь главы правых министров. Застенчивая и робкая красавица поразила сердце храброго воина. Он женился на ней уже шесть лет назад и до сих пор с трепетом держит ее за руку. У них есть дочь, точная копия матери, в которой Ён Бе души не чает. И сейчас генерал перескакивает через ступеньку, спеша к любимой жене и дочери. Он не видел их полтора месяца, не получал ни одной вести от них, мужчина ускоряет шаг, лишь завидев макушку своей дочери. - Су Су!! – звонкий голос принца разлетается над садом. - Отец!! – девочка четырех лет бежит со всех ног к генералу, в ее косичках яркие алые ленты, длинное платье малышка изящно держит на весу, маленькие ножки едва касаются земли. Мужчина ловит дочь и кружит ее в воздухе, прижимает к сердцу и счастливо улыбается. - Где твоя мама? – генерал пересаживает дочь на одну руку и входит внутрь. - Она ждет, Вас, отец. – девочка обвивает ручками шею отца. - Ын Ран! – Те Ян еще раз зовет любимую женщину. Женщина последний раз придирчиво осматривает себя в медном зеркале, прическа, подкрашенные глаза, расправляет складки невесомого шелка на, уже заметно округлившимся, животе. Ровно пять месяцев назад она узнала о второй беременности, первые месяцы проходили очень тяжело и мучительно. Она потеряла в весе и осунулась, ее супруг был на грани от переживаний. Они оба трепетно считали недели до момента, когда ей станет легче. Девушка встает и выходит к мужу. Его глаза светятся счастьем и любовью. Он осматривает ее всю с макушки до пят и задерживает взгляд на животе, белозубая улыбка лучше любых слов говорит о счастье. От Те Яна не укрылась ни свежесть, ни округлые щечки жены, он выдохнул с облегчением, зная, что его любимая в порядке. Генерал с наслаждением заключает супругу в объятия, чувствуя ее легкие ладошки на щеках, женщина сама притягивает его в сладкий нежный поцелуй. Они целуются, словно в первый раз, растягивая момент встречи, обещая друг другу ночь любви и ласки. - Ваше высочество, я так скучала. – тихий шепот принцессы как музыка для ушей генерала. - И я скучал, родная, как ты, как наши дети? – она с наслаждением кладет голову на плечо Ён Бе, его рука нежно обнимает ее за плечи, а большая теплая ладонь невесомо гладит ее живот. -Су Су увлеклась рисованием, твоему брату все сложнее находить для нее натюрморты и краски. - Сын Хену что-то тяжело? – искренний смех мужчины заставляет улыбнуться и женщину. – Этот мелкий держит в своем крепком кулаке все торговые лавки и лапшичные столицы. Крутит купцами как хочет, а ты говоришь, что ему тяжело! - Последний раз Ваша дочь заявила, что хочет рисовать волка. Где ему достать волка? – женщина берет мужа за руку и выводит во двор. - Можно что-нибудь придумать с этим! – Те Ян улыбается, представляя реакцию Сын Хена старшего на свой вопрос, но страх за дочь заставляет его забыть об этой идее. - Ваше высочество! – громкий голос евнуха прерывает разговор супругов. - Слушаю. - Купальня готова, прошу, следуйте за мной. – низкий поклон мальчика евнуха. - Буду ждать Вас. – женщина изящно склоняет голову перед принцем. Во дворце Алалтун шли последние приготовления невесты. Девушка уже была измучена всеми процедурами, проводимыми с ней со вчерашнего вечера, ей дали несколько часов на сон и с раннего утра все продолжилось. Ее тело сверкало от чистоты и эфирных масел, все малейшие волоски тоже были удалены. Но это было ее желание, она всегда делала эти процедуры в Монголии. Китаянки косо смотрели на нее, но ослушаться ее не смели. Волосы девушки заплетали в тяжелую замысловатую прическу. Три придворные дамы кружили вокруг нее, собирая белоснежные пряди в свадебное убранство. Она устала слышать их восхищенные вздохи и ахи. Да, у нее слишком густые и длинные волосы. Лицо монголки было впервые в жизни накрашено, глаза подведены черным, губы алые, а скулы едва розовели на фоне бледной кожи. Девушку подхватили под руки и начали облачать в свадебный наряд. Алалтун была напугана, ей сказали, что будущий муж захотел черное нижнее платье. Это была странная прихоть, но ее мигом исполнили. Темный шелк неприятно холодил тело, широкая лента пояса несколько раз обернулась вокруг тонкой талии. Тяжелое кроваво красное платье сильно давило на хрупкие плечи, золотая вышивка неприятно выделялась на атласе. Жесткий широкий пояс, увешанный золотыми украшениями, не давал дышать, как следует. Новые башмачки были великоваты и пятки девушки так и норовили выскочить из них. Алалтун не могла вздохнуть, как следует, ребра были будто железом закованы. Чхве Сын Хен был полностью погружен в свои мысли. Его евнухи одевали и причесывали мужчину. Волосы молодого человека собрали в тугой пучок. Массивное золотое навершие тяжело давило на голову. У принца после совета разболелась голова, хотелось выпить и уснуть, но впереди его ждал длинный день и не менее длинная ночь. Впервые он нервничал перед встречей с женщиной, впервые он прокручивал в голове грядущий день. Его евнух завязал тесемки черных шелковых штанов. Пальцы на мгновение коснулись обнаженной кожи, мужчина дернулся и злобно окрикнул слугу. Принц не терпел прикосновений и вторжений в личное пространство. Евнухи одевали его быстро и четко, не касаясь его тела. Все наложницы знали, что только с его позволения можно прикоснуться к мужчине. Он так же не терпел быть перед другими обнаженным, словно кто-то мог посмеяться над принцем. Сын Хен глубоко прятал желание быть обнятым спонтанно и крепко, единственный человек, который мог беспрепятственно быть в его личном пространстве был Джи Ён. На секунду в голове промелькнул образ Алалтун и желание быть обнятым стало наваждением. Волк всегда был один, и все разгульные ночи оставляли после себя лишь горечь и чувство тоски. Принц был аккуратен и расчетлив, ни одна из девушек не понесла от него. Он чаще начал ловить себя на мысли о сыне или дочери. Черное одеяние легло на прямые плечи, длинный широкий рукав причудливыми складками ниспадал по крепким рукам. Золотые драконы и цветы были словно живые, мужчина с интересом рассматривал их, и его мысли снова уносились в грядущий день. Они встретились на широкой площади перед главным дворцом, она – хрупкая и испуганная, он – мрачный и пугающий. По периметру большой площади перед главным дворцом стоят сотни солдат, все в парадном обмундировании, доспехи яркими бликами ловят солнце, все кабинеты министров пестрят изысканным шелком, никто не двигается, лишь флаги и высокие штандарты развеваются на ветру, напоминая большие крылья. Алалтун пытается вдохнуть воздух полной грудью и не получается. Ее будущий муж протягивает раскрытую ладонь, девушка решается и подает руку. Неизвестность и страх, любопытство и его притягательность, она доверяется ему. Они идут в ногу по широким мраморным ступеням, ей и страшно, и легко, его ладонь на удивление мягкая и теплая, девушка чувствует мозоли под пальцами. Ее жених умеет держать в руках меч. Это радует ее. Принц же держит в руке хрупкие пальцы невесты и в его душе просыпаются неведомые чувства. Забота, нежность, желание защитить и навсегда сделать своей. Он обдумывает слова астролога о благоприятной ночи для них. Каждая из таких ночей – новолуние. Маленькая, белоснежная, гибкая и хищная волчица станет его уже совсем скоро. Во время церемонии он пристально смотрел ей в глаза, она неотрывно смотрела в его. Когда-то давно он вычитал в одной книге, что у славян принято дарить невесте кольцо, и, повинуясь мимолетному порыву, приказал выковать одно. - Долгие лета ваши высочества!!!!! – загремела толпа. Молодожены развернулись к подданным и почтительно склонили головы. Золотые украшения на головах мужчины и девушки мелодично звенели, подчиняясь ветру и движениям. За праздничным пиром они не обменялись и парой слов. Каждый поздравлял новоиспеченных супругов, каждый желал им всего наилучшего, каждый приносил драгоценные подарки. Алалтун высматривала Цзя Эра, хоть раз взглянуть на него, хоть бы увидеть его добрый взгляд, но брат, словно специально, избегал смотреть на нее и все его внимание забирали гости. Сын Хен скучающим взглядом обводил присутствующих, он вспоминал свадьбу Джи Ёна, они тогда здорово напились и кутили до утра, он потешался над братом, теперь сам оказался женихом. Император и императрица сделали знак евнухам и служанкам. В то же мгновение молодоженов подняли и с громкими радостными криками проводили с пира. - Оставьте нас… - как только принца и принцессу вывели из дворца императора к Сын Хену вернулась надменность. -Но, Ваше Высочество, не положено! – личный евнух иногда осмеливался возражать принцу. - Я в состоянии раздеть женщину и уложить ее в постель... – принц повышает голос на слуг и осекается. Его жена нежно и смело берет ладонь Сын Хена, мужчина поворачивается к принцессе и встречается взглядами с Алалтун. Девушка кротко улыбается и склоняет голову набок. Принц на мгновение забывает обо всем и делает шаг навстречу жене, она прекрасна и юна, большие карие глаза смотрят на него. В них нет обожания и покорности, как у других, в них смелость и вызов. Она истинная принцесса, величественная и скромная, она его жена. - Оставьте нас… - еще раз бросает принц и уводит жену в темноту аллеи. - Ваше Высочество, позвольте мне звать Вас по имени. Я не всегда соблюдаю правила этикета и привык обращаться к братьям по именам. Так как Вы стали моей женой, то я бы хотел и Вас звать по имени.  – мужчина так и не выпустил ладонь девушки. - Как пожелаете, Ваше Высочество! – Алалтун склоняет голову, золотые колокольчики мелодично звенят. - Благодарю, я бы хотел сделать Вам подарок, надеюсь, он придется Вам по душе. – Сын Хен впервые смущается перед женщиной. Неприятное невиданное доселе чувство. - Я с радостью приму его! – девушка снова склоняет голову, и снова до чуткого слуха принца доносятся золотые колокольчики. Сын Хен привел свою супругу к конюшням, его забавляло и ее смущение, и ожидание ее реакции, и суматоха среди ожидающих их слуг. Подождут, он специально оттягивает момент их близости, зная, что она вскоре ему надоест, и он будет искать объятий других женщин. В императорских конюшнях ярко горят факелы, гвардейцы императора приветствуют молодую пару, Алалтун идет позади принца, девушке любопытно и радостно. Она почти уверена в подарке своего мужа, она сможет выезжать из дворца и хоть иногда мчаться наперегонки с ветром. Около самого отдаленного денника стоят два конюха с факелами. Пламя колышется от поклонов слуг. Сын Хен подводит жену к воротам и внимательно смотрит на девушку. На лице монголки яркими красками расцветают радость и предвкушение. - Он прекрасен! - девушка с восторгом рассматривает вороного ахалтекинца. Маленькая голова, острые уши, лебединая гибкая шея, стройное тело и тонкие ноги. Молодой конь нетерпелив и горяч, он словно звенит от энергии и мощи. Животное прядает ушами, его беспокоит огонь, а еще он чувствует хищников и не поймет откуда. - Он Ваш отныне, распоряжайтесь им, как хотите. Это совсем молодой жеребец, ему чуть больше двух лет, у него нет клички, он полностью в Вашей власти. – Сын Хен удовлетворен реакцией девушки, она впечатлена. - Небесный конь…где Вам удалось найти такого красавца? Он совершенно черный? – Алалтун, не отрываясь, рассматривает вороного. - Нет, на левой передней ноге есть крошечное белое пятно. – раздраженные ноты в голосе принца нисколько не смутили девушку. - Его будут звать Пёль…. – Алалтун, как завороженная, протягивает руку к морде коня. Пёль изящно дергает головой и фыркает, девушка улыбается и настойчиво дает обнюхать свою руку, конь недоверчиво переступает и раздувает ноздри. Принцесса кладет ладонь на нос животного и несколько раз проводит вверх и вниз. Ей будет нелегко завоевать доверие этого своенравного красавца, завтра она расспросит конюхов обо всем. Во дворце принца все ожидали появления молодоженов, евнухи и придворные дамы проводили их в покои и оставили наедине. Алалтун нервничала и готовилась к неизвестности. Она совсем некстати вспомнила рассказы служанок о любовных похождениях принца. Здесь, во дворце она своим глазами видела мужа в объятиях женщин. Страстный и властный, она снова и снова прокручивала в памяти увиденное тогда, теперь уже словно в прошлой жизни. Прекрасные наложницы и ее муж. Опочивальня была украшена красными и золотыми лентами, постель застелена алым шелком и меховыми одеялами. Принц тушил благовония, Алалтун была ему благодарна, слишком сильный запах кружил голову. Девушка стояла посередине комнаты и неловко осматривалась по сторонам, она чувствовала голод, на свадебном пиру она не смогла съесть и рисинки. Здесь был накрыт стол, на котором стояло вино и фрукты, но девушка не посмела даже шага ступить к столу, она уговаривала себя, что руки у нее трясутся не от страха, а от усталости. Она хотела разрыдаться и уткнуться лицом в плечо брата, плакать громко, как ребенок, не слыша ничего вокруг, но лишь гордо вздергивала носик и старалась ровно дышать. Казалось, что ноги не в расшитых башмачках, а в деревянных колодках. Большие ладони легли на плечи девушки, она невольно вздрогнула и замерла. Сердце стучало словно по всему телу. Аромат сандала окутал принцессу и хотелось вдыхать и никогда не расставаться с этим манящим запахом, тепло тела принца чувствовалось даже через многочисленные слои шелка. - Ты боишься меня? – низкий баритон Сын Хена волновал девушку. - А должна? – откуда в ней взялась такая смелость. - Думаю, да – мужчина положил ладонь на талию принцессы и резко притянул к себе. Не удержавшись принц коснулся носом виска девушки, степь и свобода, мужчине пришлось сжать челюсти от желания впиться в ее нежные губы поцелуем. Сильные руки умело и быстро развязали тяжелый шелк пояса. Сняли свадебный наряд девушки, оставив ее в одном нижнем платье. Алалтун не успела даже понять, как с ней это произошло. Мужчина одной рукой развернул ее к себе лицом и хищно осмотрел невесту. Сам же он до сих пор в полном облачении, возвышается над ней словно скала, она уверена, силы его рук хватит, чтобы сломать ее кости без усилий. В его глазах непроглядная тьма плескалась через край черных омутов, тяжелое, ровное дыхание щекотало скулы принцессы. - позови служанок, пусть унесут твою одежду и украшения… - вкрадчивый хрипловатый шепот окутывает девушку словно дурман. - а как же Ваша одежда? – монголка сглотнула и посмотрела в черные, как ночь, глаза. - ты разденешь меня... – мужчина откровенно игрался с испуганной девочкой, наслаждаясь моментом, хищник внутри ликовал от маленькой добычи, трепещущей в его руках. Алалтун потребовалась вся ее сила, чтобы властно позвать слуг, девушка не заметила, как нервно сжала в кулачках холодный шелк рукавов супруга. Служанки и евнухи несмело вошли в опочивальню, они едва поднимали глаза на развернувшуюся перед ними картину, грозный высокий мужчина, их принц и господин, держит в объятиях почти полностью раздетую невесту. Маленькая и хрупкая девушка в руках властного жестокого принца. Облачение принцессы валяется вокруг. На глаза девушки снова наворачиваются слезы, не так она представляла себе свою первую брачную ночь. Он играется и ему это невероятно нравится, он хочет унизить ее, за что? Сердце Алалтун болезненно отбивает неровный ритм. Она справится, она принцесса и его жена, она воплощение древней богини, ее учили еще в Монголии соблазнять мужчин. Она никогда в жизни никого не соблазняла, да и сейчас не очень хотела это делать. Страшно. Впервые в жизни ей так страшно. Тонкие пальцы подхватывают за подбородок и задирают голову. Золотые украшения в волосах мелодично звенят. Карие глаза полны слез и решимости. Красивые губы мужчины растягиваются в улыбке. - Я жду. – принцу потребовалось много усилий остаться равнодушным к большим глазам, полным слез. Нет. Он не будет привязываться к ней, все быстротечно, особенно страсть и вожделение. Алалтун первым делом снимает пояс, увешанный золотыми украшениями, небрежно отводит руку в сторону, выпуская шелк из пальцев. Прижимается к мужчине, встает на цыпочки, заводит руки и отстегивает тяжелые золотые застежки. Маленькие ладошки скользят по плечам принца, снимая свадебный наряд. Золотое украшение с головы мужа Алалтун снимает на ощупь, неотрывно глядя в глаза мужчины. Так же небрежно отводит руку и ждет, пока слуги примут золото. Принц в такой же черной одежде, как и она, рубаха и штаны, перехваченные поясом с нефритовыми амулетами. - все вон…. – служанки и евнухи шумно удалились, и в опочивальне воцарилась тишина. Мужчина еле сдерживает желание обладать невестой, она не готова к тому, что хочет он, ему придется быть терпеливым и нежным. В который раз за вечер он подавляет в себе желание наброситься на девушку. Ей надо расслабиться, вино как нельзя лучше сделает свое дело, но забота о ней совершенно не входила и не входит в его планы. Девушка неподвижно стоит в крепких жестких объятиях, она не знает, как ей поступать. Принц наклоняет голову и касается ее губ. Невесомо и неожиданно нежно, Алалтун несмело отвечает на ласку мужа, его руки все так же крепко держат, только теперь ей хочется чувствовать его касания не через ткань одежды. Его ладонь надежно придерживает голову. Девушка обвивает руками шею мужчины, она чувствует его близость и тепло. Поцелуй принца долгий и страстный. Мужчина исследует руками тело девушки, губы дарят наслаждение, его поцелуи словно пылают на коже монголки. Принцесса впервые чувствует, как желание принадлежать мужчине заполняет ее. Они прерывают поцелуй тяжело дыша. Алалтун улыбается мужчине, Сын Хен тяжело дышит, он не думал, что невинные и неумелые ласки девчонки настолько распалят его. К черту вино и прочее!! Принц подхватывает девушку на руки, относит на постель, небрежно развязывает все тесемки на оставшейся одежде принцессы и жадно рассматривает юное хрупкое тело. Маленькая девичья грудь, тонкая талия и аккуратные округлые бедра. Она совершенство, он видел десятки обнаженных женщин, но эта миниатюрная принцесса словно специально создана богами для него, крошечная родинка под правой коленкой вызывает новый прилив нежности, который принц топит в цунами цинизма. Она лишь политическая прихоть отца. Принц скидывает одежду и с себя. Алалтун рассматривает обнаженное тело своего мужа, на его торсе есть один очень тонкий длинный шрам. Откуда он? Сын Хен опускается сверху, у девушки перехватывает дыхание. Она обнимает мужа и снова улыбается ему. - перевернись на живот…. – жесткий шепот мужчины никак не вяжется с его объятиями. Девушка послушно делает, так, как ей приказали. Принц заставляет ее встать на колени. Наматывает ее длинные пряди на кулак……А дальше только боль и унижение. Руки мужа крепко держат ее, не давая падать. Гибкое молодое тело двигается уверенно и сильно. Боль и тепло рук. На глазах слезы и хочется кричать от стыда и разочарования. Неужели ее жизнь теперь будет такой. Его поцелуй был совсем не такой. Сейчас он жесток. Зачем он поцеловал ее? Время тянется бесконечно долго. Брат был прав, он был прав во всем. Каждое движение мужчины отдается болью и новой волной слез. Алалтун хочет кричать, но из последних сил сдерживается. В какой-то момент ей показалось, что все это может принести наслаждение. Только вот новая волна злости затопила сознание девушки. За что?? Алалтун понимает, что между ними нет чувств и даже симпатии. Она обманулась нежной страстью его губ и ароматом сандала. Неужели ей всю жизнь жить вот так, опасаясь ночей и ожидая жестокого мужа. Девушка кусает руку, чтобы не кричать. Мужчина отпускает волосы девушки и целует ее голое плечо. Алалтун дергается от его ласки и поводит плечами. Она никогда не посмотрит ему в глаза, никогда больше не позволит касаться себя. Принц переворачивает ее к себе лицом. Как-то странно смотрит и встает с постели, накидывает шелковый халат и покидает покои. Она разбита. Она одна. Так и не прикрывшись кроваво-красным шелком принцесса сворачивается, прижимая коленки к подбородку. Слезы горячими солеными каплями разбиваются о шелк. Хочется выть. И совсем не хочется жить.