И в следующей жизни...

Наследный принц империи Юань спешил на беседу с отцом. Его терзали разные мысли от той, что он в ближайший месяц обязать вступить во второй брак, император недвусмысленно дал понять это и почти приказал устроить смотрины невест, до болезни младшего из братьев. Джи Ён отговорил и умалил отца отложить эту церемонию еще на несколько недель. Он уже сбился со счета сколько раз спорил с прекрасной Си Эль. Упрямая красавица стояла на своем. Ее отец несколько раз просил дозволения пообщаться дочерью, но и его увещевания и угрозы были тщетны. Еще его тревожило состояние здоровья отца, он начал стремительно угасать, император недавно перенес сильнейшую болезнь, которая еще больше ухудшила пошатнувшееся пятнадцать лет назад здоровье монарха. Наследник не был до конца готов принять трон и страну. Его сыну всего три года, он должен выстроить все так, чтобы в будущем именно Джун стал императором, а его дяди и двоюродные братья стали надежной опорой и поддержкой. Тяжелые мысли омрачали прекрасное лицо принца, слуги спешили за размашистой походкой юноши. Он подхватил полы одеяния и буквально взлетел по белым ступеням дворца императора. Охрана приветствовала его поклоном. На роскошном троне сидел Император Поднебесной. Почтение и уважение к нему было впитано принцами с молоком. Джи Ён остановился ровно за десять шагов до трона, опустился на колени, расставил ладони и коснулся мрамора пола лбом. - Встань, сын мой! – голос монарха был тих, но властен. - Доброе утро, Ваше Величество, как Ваше здоровье!!? – принц сел на предложенные подушки и поднял ясные глаза на отца. Он никогда не показывал свое неудовольствие или непокорность перед ним. - Сегодня я полон сил, я прогуливался на рассвете и получил неплохие извести о твоем брате и его жене! Да и у Ён Бе скоро родится второй ребенок, что может быть лучше, чем дворец полный детей!! Ваша Императрица только сейчас приказала привести к ней внуков. – мужчина лукаво улыбнулся сыну. - Я тоже рад таким известиям, Джун и Сусу дружны, позвольте узнать, что за неплохие известия о молодоженах? – Джи Ён сдержал сарказм, неужели Сын Хену удалось обвести евнухов отца вокруг пальца и им докладывают неполную правду. Он так же понимал, куда клонит отец. Женитьба и еще дети. - Твой брат наконец-то начал выполнять свои супружеские обязанности! Он провел ночь в покоях свой фуцзинь! Не радость ли это, очень надеюсь, что они скоро порадуют нашу семью благими вестями! - Очень сомневаюсь… – пробубнил себе под нос принц, а вслух добавил -…Ваши слова будут услышаны богами! Вы хотели поговорить со мной о делах семейных!? - Отчасти да! Моя сестра и ее муж просят разрешения посетить дворец и нас всех. – добродушная улыбка продолжала цвести на лице императора. - Прикажете начать приготовления к их приезду?! – на лице юноши не дрогнул ни один мускул, все то же почтение и безмятежность. Только пальцы сами сжались в кулаки. -Ты знаешь, что нужно делать, Джи Ён! – добродушие словно растворилось в хищной ухмылке императора. – Я отдал приказ усилить охрану во всех покоях императорской семьи. Кто знает, кому на сей раз она понадобится больше всего. Через несколько дней поминальная церемония моей возлюбленной жены, Сын Хен должен быть на ней, убеди своенравного брата присутствовать на официальном поминовении, а потом путь он делает, как хочет и что хочет. - Слушаюсь, Ваше Величество. – принц еще раз преклонил колени перед отцом и покинул тронный зал. Он спешил во дворец Сын Хена младшего. Он совсем недавно слег с хворью, очень похожей на ту, которая мучила всех четверых братьев, возможно, вскоре он присоединится к ним и в ночи. За ним следовал весь штат прислуги, евнух был отправлен с докладом о его визите. Джи Ён неторопливо шел и обдумывал слова отца, пятнадцать лет назад этот визит утопил дворец в горе и скорби. В этот раз император и он попытаются не допустить беды, он дракон империи и защитник, принц должен предупредить братьев, в особенности Сын Хена и Алалтун. Он поднялся по ступеням, перед ним распахнули двери, и широким шагом вошел в опочивальню самого младшего брата. Сын Ри – так его привыкли называть в семье, чтобы не путать со старшим, чаще всего Джи Ён дразнил брата и звал РиРи, это имя злило младшего и забавляло принцев. Но Сын Ри знал, что он в любой момент может опереться на сильное плечо любого из них. Он обладал такой же железной хваткой, как и император, а характер достался ему от матери – мягкий и веселый. Сегодня принц едва мог поднять руки, жар ломил все тело. Наследник престола тихо вошел в покои, осмотрелся по сторонам, вокруг постели брата сидели лекарь и его служанки, наложницы принца и его евнух. Вся челядь разом припала к земле в поклоне. Джи Ён едва удостоил их взглядом. Он приблизился к брату, юноша лежал с закрытыми глазами. -Ри! – принц уверен, брат не спит, дышит он мелко и часто, на лбу испарина. - Ваше Высочество… - принц открывает глаза и пытается сесть, наследник тут же подхватывает его под руки и удерживает в вертикальном положении. Сын Ри опирается на руки брата. Джи Ён садится на постель, давая Сын Хену возможность лечь и положить голову ему на плечо. Принца колотит крупная дрожь, он укутан в меховое одеяло. - Ты хоть немного спал ночью? – наследник протягивает руку в сторону, в ней тут же оказывается полотенце, он сам собирает капли пота со лба брата. - Почти нет. Всю ночь донимали сны и запахи. Покои воняют благовониями шаманов и жрецов, приказывал открыть все окна, но ночь зовет меня. Я не понимаю, Ваше Высочество, что это. – принц говорит шепотом, едва выговаривая слова, но чуткий слух Джи Ёна различает каждый звук. - Совсем скоро ты поправишься и все узнаешь. Попробуй поспать, я буду рядом. - Я не усну, мне снятся сны, постоянно…. – Сын Ри делает паузу - ...один и тот же, постоянно…запахи, звуки…шум…я теперь слышу все очень отчетливо… - Это не сны, брат, это не сны. А сейчас все-таки постарайся уснуть. Пусть Сын Хен придет сюда, как только сможет. Доложите ему….и вон отсюда…. Все слуги поклонились принцам и тут же покинули покои. Джи Ён остался сидеть с больным, он мог помочь ему уснуть, но Ри должен справиться со своими снами сам, принять свое меняющееся тело. Как удивительно складывается жизнь, все пятеро принцев оказались воплощениями божеств, отец ждал, что его первенец станет драконом, но он стал волком, Джи Ён помнит рассказы отца о том, как он ночами гулял с Сын Хеном. Он был большим и неуклюжим волчонком, он не болел и не знал, что с ним, после смерти матери горе настолько затопило сознание десятилетнего принца, что он за одну ночь перекинулся в свою сущность. Очень рано брат повзрослел и перестал играть с маленьким Джи Ёном, он не понимал почему, а потом, уже через несколько лет, он проследил за отцом и братом, они вместе покинули дворец через потайной ход. Сын Хен побежал по лесу и на бегу превратился в крупного волчонка. Он прыгал и бегал вокруг императора, играясь с отцом, и даже вилял хвостом. Наследник улыбнулся своим мыслям, представив нынешнего Сын Хена виляющего хвостом. Он огромный зверь, крупнее лошади и в несколько раз сильнее. Он помнит себя едва живым от жара внутри тела, таких же мучительных снов, где он летал, взмывая высоко в небо, рассекая гибким телом холод облаков, запахи благовоний забивались в нос, и он постоянно чихал, Сын Хен проводил все время рядом с ним, все братья, кроме маленького Рири были рядом с постелью. Они старались развлекать его как могли, император ходил озабоченный и хмурый, а императрица всеми силами старалась убедить супруга в том, что их сын выживет и на сей раз. Джи Ён родился не в срок, слабый младенец тут же был окружен лекарями и шаманами, каждый на свой лад воспевал его будущие заслуги и лишь один монах написал на рисовой бумаге четкий иероглиф – Дракон. Император не поверил своим глазам, когда ему принесли написанное, но вера была сильнее разума. Джи Ён помнил свое первое перевоплощение. Он помнил, как сейчас, жар в груди и осознание могущественного существа внутри себя, он тогда впервые стоял на четырех лапах и неуклюже раскачивался. Сын Хен сидел поодаль брата смешно скалил пасть и странно фыркал. Джи Ён не знал, как управляться с самим собой, он оттолкнулся лапами и, подняв бурю из опавших листьев, оторвался от земли. Его тело гибкое и большое легко держалось в воздухе, он боялся и радовался, мощь и могущество разливались по его жилам, за одну ночь из слабого подростка он превратился в сильнейшего защитника империи. Их сущности влияли на них сильнее, чем они всегда старались думать. Волк, дракон, журавль и феникс. Те Ян – его ровесник, действительно солнце империи. Он генерал армии Юань, солдаты преданы ему до последнего вздоха, до последней капли крови. Он единственный, кто не принимает и не принимал почти никакого участия в разгульных ночах братьев, он реже всех бывал в своей божественной форме. Его перевоплощения всегда давались ему с трудом, он сгорал, и это пламя исцеляло все вокруг. Ему всегда было интереснее проводить время в казармах, тренируясь и совершенствуясь в искусстве войны. Его знамена с огненным фениксом были символом силы и справедливости империи. Сын Хен выполнял и выполняет тайные поручения императора и наследника престола. Он часто убивал по приказу, хладнокровно и расчетливо лишая людей жизни, он ни разу не ставил под сомнение свои действия, ведь именно его тайные слуги доносили во дворец самые надежные сведения. Дэ Сон хитрый и верный брат и сын, он своенравен и лет в шестнадцать заявил отцу во всеуслышание, что не женится и у него не будет детей, он предпочел любить юношу, который не претендует ни на что, он лишь его секретарь, но Дэ Сон влюблен и это взаимно. Его Величество бушевал и призывал сына к благоразумию, не пристало принцу крови быть с каким-то почти безродным юнцом.  Дэ Сон ни разу не повысил голоса и не взглянул отцу в глаза, только в тишине своих покоев он дал волю эмоциям и разгромил все вокруг. Именно Сын Хен был тем, кто убедил отца оставить брата с его избранником. У империи есть наследник на два поколения вперед, империя сильна, пусть хоть один из принцев поступит по велению сердца, а не приказу, ведь ни разу Дэ Сон не посрамил чести и достоинства династии. Император коротко сжал плечо сына и едва заметно кивнул. Его сын нашел свою истинную пару. Джи Ён взглянул на брата. Он спит, длинные ресницы парня подрагивают, дышит он так же часто и мелко. Жар не отпускает. - Ты звал меня!? – наследник поворачивает голову на голос старшего брата. -Да, хённим, проходи. – когда принцы оставались наедине, Джи Ён становился младшим братом Волка. - Ему осталось время до ночи… - Сын Хён улыбнулся уголком рта. Он чувствовал это. - ….нам следует поторопиться в наше убежище. - Твоя жена. Она ведь не знает о нас. Только я показал ей себя истинного, а остальные нет. - Алалтун нечего делать с нами этой ночью. – резкое возражение принца насторожило Джи Ёна. -Неужели ты боишься?! – Наследник ухмыльнулся и обратил свой ясный взор на брата – Мы все уже имеем истинные пары, никто не заберет твою монголку, да и не здорова она сейчас. Разве что обратившийся Рири?! - Истинные пары?! – Сын Хен расположился напротив брата. – Разве у твоей Че Рин есть Метка? А у парнишки Дэ Сона? Я глубоко сомневаюсь в том, что именно Алалтун моя истинная пара! Если бы это было так, то она бы давно уже носила моего ребенка. - Не трогай Че Рин! Она крайне разозлила меня и будет наказана по всем правилам! Чтобы понести… – принц делает паузу - ...женщине нужно быть с мужчиной и наоборот, а ты бегаешь от нее, как годовалый щенок! – Джи Ён отстранил от себя брата, аккуратно уложив его на постель, встал и начал мерять покои шагами. - Чем же!? – старший брат догадывался о причине раздора между влюбленными. Волк благоразумно пропустил мимо ушей укор о жене, он действительно избегает ее намеренно, особенно после той самой ночи, когда они спали вместе. Каждый раз  эти воспоминания будоражат кровь принца. - ты же сам мне об этом доложил…она принимала травы, препятствующие беременности, я велел запереть ее и не выпускать. Я готов был разорвать ее. – принц резко развернулся, всколыхнув полы своего одеяния. – Она лишь наложница, а осмеливается не подчиняться приказам. - накажи ее…. - Сын Хен провоцировал брата, зная, что он никогда не поднимет руку на любимую женщину, а еще в скором времени он будет нянчить еще одного ребенка. - уже наказал, вся ее пища и напитки проверяются лично моим евнухом. Вместо ответа Сын Хен еще раз улыбнулся, его брат хитер и справедлив, Че Рин потеряла его доверие и теперь она перестала пользоваться безграничной дозволенностью и расположением Джи Ёна, теперь она будет исполнять каждый его приказ и каждую прихоть. -думал, что ты это и так делал, а ты потерял бдительность перед этой луноликой красавицей. – Старший занимает место на постели принца, Ри мечется в бреду и едва слышно кого-то завет и невнятно отвечает. Сны. Мучительные сны, посылаемые богами. Сын Хен закрывает глаза сосредотачиваясь и через мгновение на его голове появляются волчьи уши, а пушистый хвост расслабленно ложится на постель. Принц кладет ладонь на лоб брата и снова закрывает глаза… Он попадает в сон младшего, предрассветный туман леса холодит босые ступни, высокие заросли бамбука покачиваются под дуновением ветра, не слышно птиц и лесных зверей, лишь стрекот цикад нарушает тихое шуршание листвы бамбука. Ри не видно нигде, звать брата не хочется, он напуган и так. Принц неспешно ступает по мокрой траве, внимательно оглядываясь, он вторгся в божественное провидение, это запрещено, его могут жестоко наказать, но тревога за брата и беспечная храбрость ведут его дальше в лес, в самой чаще сквозь густой туман пробивается мягкое сияние и доносится невиданное благоухание цветов, у него так не было, он не видел ни одного сна, посланного небожителями. Сын Хена охватывает волнение и предвкушение, он готов понести наказание, лишь бы увидеть богов, которые играясь выбрали их в качестве своих посланников и земных воплощений. Кто они эти самые небожители, что так над ними посмеялись? Для чего они, смертные, обладают такой мощью? Что они должны выполнить в этой жизни? Отвлекшись мыслями, принц наступает на сухую ветку и в тишине утра эхом разносится хруст сухого дерева. Мужчина замирает прислушиваясь, цикады затихли, поднялся шквал ветра зловеще шелестя в кронах бамбука. Туман рассеивается и перед ним предстает пара небожителей. Мужчина и женщина, молодые прекрасные лица суровы и холодны, черные глаза бога смотрят с укоризной, богиня же рассматривает смертного с долей любопытства. Сын Хен расправляет плечи, складывает руки и почтительно кланяется. -  Как посмел ты вторгнуться в запретное для тебя, смертный?! – голос небожителя раздается словно гром среди ясного неба. - Простите…. – впервые в своей царственной жизни принц произносит это слово - …я решился помочь брату, вот уже несколько дней он в мучениях принимает свое предназначение. Я же сам никогда не видел…. -  И не должен был! – еще один грозный окрик – Ты нарушил течение ваших судеб, раз ты не видел сны, то не приходило тебе в голову, что так и должно было быть?! Сын Хен всеми силами старается не ответить таким же тоном, он действительно нарушил запрет. - Я лишь хотел поддержать брата, не вмешиваясь в его судьбу… - мужчина внутренне содрогается от оправданий и все слова кажутся лепетом ребенка. В голове почему-то Алалтун, если она пострадает от его беспечности, он будет страдать сильнее, чем от наказания богов. - Ты ведь рано лишился матери. Стал сильным и независимым, играешь судьбами людей, подчиняя их своей воле. Однако попалась тебе маленькая хрупкая девочка, которая поселилась в твоем сердце лишь улыбнувшись тебе искренне и смело посмотрев в глаза. Не можешь подпустить ее к себе, а она нуждается в тебе сейчас больше всего, ты закрыл свое сердце, не пускаешь туда никого, а сам прячешься за цинизмом и жестокостью – богиня заговаривает тихим мелодичным голосом, который напоминает перезвон золотых колокольчиков. Принц, забывшись, поднимает голову, внимательно смотря на небожительницу. Она восхитительно прекрасна, словно ее вылепили из тончайшего фарфора сами создатели мира. На нежно-розовых губах играет снисходительная улыбка – Муж мой, позволь мальчишке посмотреть на его брата, не гневайся на него, он любопытный волчонок. - Ради Вас, любовь моя! Но! Помни, за все наступает расплата…успей насмотреться на свой Золотой Духовный Свет и запечатлеть его в памяти… Видения принца проносятся перед глазами, его брат блуждает по лесу, глаза принца завязаны черной лентой, сам он в черно-белом ханьфу. Он идет наощупь, спотыкается, но упорно продолжает идти, поворачивает голову на малейшие звуки вокруг него, ступни принца кровоточат… - Ты видел достаточно, смертный!! – небожитель касается лба Сын Хена. Принц выныривает из сновидения младшего, в голове набатом звучат угрозы небожителей, Сын Хен несколько мгновений обдумывает сказанное и беспечно отмахивается от слов вечных жителей неба. Ничего не будет, раз им дана такая власть, что зазря накручивать себя. Джи Ён открыл книгу, усевшись на роскошные подушки. Ночь будет долгой, но принц справится с контролем сна младшего брата, дав ему возможность выспаться, пусть у небожителей свои планы на принца, Сын Хен поможет Сын Хену.