outcast

прекрати́ть положить конец чему-н., перестать делать что-н.

Я долго думал, сопоставлял факты и размышлял, и пришёл к двум выводам: первое, я влюблён в Фила Лестера; второе, это ужасно. Ладно, возможно, влюблён — слишком громкое слово, но я определённо точно понял, что то, что я испытываю к брюнету, что-то сильнее обычной дружбы. Если только понятие «обычная дружба» не включает в себя постоянные мечты об объятиях и поцелуях. Не знаю, что именно заставило меня осознать свои чувства. Возможно, это произошло в тот момент, когда он поцеловал меня в щёку на прощание несколько недель назад, или когда при последующих встречах он начал обнимать меня и держать за руку. Скорее всего, повлияло и то, и другое. Фил теперь живёт со своей бабушкой, и после переезда он стал заметно больше улыбаться и смеяться. Я часто бывал у него и оставался на ночь, и мы засыпали в обнимку, смотря в потолок и тихо переговариваясь. Это было ново для нас обоих, но нам это нравилось. Раньше по вполне очевидным причинам оба наших дома не подходили для ночёвок, но переезд Фила открыл нам много возможностей для ещё большего сближения. Но была у всего этого, конечно же, и отрицательная сторона. Та часть, что и делала этот факт ужасным. Потому что всём хорошем всегда найдётся что-то, что всё испортит. В моём случае это чувство вины. Чувство вины за всё это съедало меня изнутри, словно паразит. К привычным угрызениям совести за то, что я тяну окружающих вниз, теперь добавился новый слой. Как я уже упоминал ранее, заводить друга и так было перебором. Но даже допустить концепт влюблённости или вообще любви? Я же будто бомба замедленного действия, готовая в любой момент взорваться и задеть любого, кто был достаточно глуп, чтобы подойти близко. Но у меня был выбор. Всегда есть выбор. Я мог довериться Филу и рассказать ему о своих силах или же сбежать, разорвав нашу с каждым днём укрепляющуюся связь, прежде, чем он сам всё узнает. Но я, будучи нерешительным придурком, предпочитал не делать ничего. Второй вариант, очевидно, только причинит боль нам обоим, но по крайней мере я буду точно знать чего ожидать. Но вот с первым… Есть шанс примерно в 5%, что Фил не испугается, возможно, где-то 45%, что он возненавидит меня за ложь. Около 40% — что он будет в ужасе от меня и сам начнёт меня избегать. И 10% остаётся на совершенно непредсказуемую реакцию. Хотя, я никогда не был хорош в математике. В данным момент я сидел на полу в комнате Фила, и мы играли в Mario Kart, но мои мысли были совершенно в другом месте, так что он с отрывом обыгрывал меня. Лучи солнца играли в его чёрных волосах и заставляли жмуриться, попадая на лицо. Мы только недавно проснулись после очередной ночёвки. В его глазах блестели огоньки азарта, а солнечный свет выделял золотые крапинки в ярко-голубых радужках. Только когда персонаж Лестера пересёк финишную черту и парень издал победный клич, я понял, что откровенно пялюсь на него, и мгновенно отвернулся, краснея. Удивительно, что я вообще добрался до финиша, ещё и оказался пятым, учитывая, что я даже не смотрел на экран. К счастью, в порыве радости Фил, кажется, не заметил моего странного поведения.  — Я выиграл, я выиграл, я выиграл! — кричал он, поднимая кулак в воздух с каждой фразой. Я покачал головой, возвращаясь разумом к реальности.  — На удивление, — произнес я, дразня его. Фил прекратил чествование своей победы и недовольно посмотрел на меня, высовывая язык и пытаясь сдержать улыбку, хотя это у него не очень получалось.  — Да, наверное, ты прав, — сказал он, пожимая плечами, но вскоре ухмылка вернулась на его лицо, — Я выиграл только потому, что ты всё время пялился на меня. Мои щёки тут же несомненно залил румянец. Лестер улыбнулся, смотря мне прямо в глаза, и я заметил что-то, что вызвало болезненный укол в сердце и поселило неприятное холодное чувство где-то в моём животе. Возможно, я просто никогда не замечал этого раньше, но в этот раз я чётко видел восхищение в его взгляде. Я так же смотрел на него? Меня тут же наполнило чувство вины. Я буквально вёл его к разбитому сердцу и неизбежной боли. С этой мыслью я опустил взгляд на ковёр, перебирая мягкий ворс пальцами, и тихо произнёс:  — Фил, почему ты общаешься со мной? Атмосфера вокруг нас резко поменялась. Мне не нужно было поднимать взгляд (не то чтобы у меня было какое-либо желание это делать), чтобы понять, что парень удивлён такой резкой смене темы разговора.  — Что ты имеешь в виду? — произнёс он, — Потому что ты мне нравишься, очевидно.  — Да, конечно, — ответил я, и чувство вины усилилось, болезненно отдаваясь в груди, — Но почему? Я же практически самый скучный человек на планете.  — Для меня — нет, — резко ответил Лестер, — Почему ты вообще об этом спрашиваешь? Я пожал плечами, продолжая играть с ворсом ковра. Я чувствовал на себе взгляд Фила, но продолжал делать вид, что нитка, которую я перебирал пальцами, — самая интересная вещь в этой комнате, пока она не порвалась. Со вздохом я поднял взгляд на Фила, встречаясь с его глазами, смотрящими точно в мои в ожидании ответа. Вскоре я сдался.  — Ты не должен лгать, — пробормотал я, не зная, что ещё сказать. Я первым поднял эту тему и знаю, что должен сам развивать её, но слова просто отказывались слетать с моих губ. Фил усмехнулся.  — Слушай, Дэн, вот честно, если бы я считал тебя скучным, стал бы я с тобой общаться? Не то чтобы ты заставлял меня, и, если память меня не подводит, это я тебя пригласил. Я сглотнул, жалея, что начал этот разговор. Но теперь я не мог просто так сменить тему, сказав, например, «Как погода?», когда разговор уже начат. Нужно было обдумать это, прежде чем начинать. Теперь нужно действовать. Сейчас или никогда. Если я подожду ещё хоть немного, размышляя на эту тему, — собственная совесть сожрёт меня заживо.  — Я… — прошептал я еле слышно. Но какой выбор я делаю? Сказать Филу или сбежать? Фил тяжело вздохнул, будто готовясь к чему-то.  — С того момента, как я тебя увидел, я захотел быть твоим другом.  — Что-, — начал я, но парень прервал меня.  — Заткнись, я не закончил, — серьёзно произнёс он, смотря мне прямо в глаза, — Ты казался таким странным и необычным. Вокруг тебя будто была какая-то особенная аура, как будто ты отбрасывал какую-то другую тень, которой нет больше ни у кого. После нашего первого разговора я был точно уверен, что в тебе есть что-то необычное, что ты прячешь что-то за опущенным взглядом и молчанием. Мне хотелось пробить этот барьер и увидеть настоящего тебя. Даже сейчас я не могу избавиться от чувства, что ты что-то скрываешь. Но ты открылся мне. Ты больше не избегаешь меня, не отказываешься, когда я тебя приглашаю, не выглядишь раздражённым, когда мы разговариваем. Ты выглядишь гораздо счастливее и совершенно не похож на того замкнутого парня, которого я увидел за последней партой так давно. Мне нравится проводить с тобой время, Дэн. И я бы ни за что не променял то, что есть у нас сейчас — нашу дружбу или что бы то ни было — на что-либо другое, — он остановился, улыбаясь, — И если ты всё ещё думаешь, что я считаю тебя скучным после всего, что я только что выпалил, то у тебя сильные проблемы с восприятием слов. Я потерял дар речи. На меня будто накинули толстое одеяло, под которым я задыхался, давясь своими собственными эмоциями. Я даже не сомневался в том, что покраснел, и в моём животе вновь поселилось это неприятное чувство, скручивающее внутренности. Мысли хаотично возникали и исчезали в голове, будто ведя борьбу за первенство. Я чувствовал себя одновременно невесомым и чрезвычайно тяжёлым — будто моё тело либо было отправленно далеко в космос, либо прижато к земле гравитацией в ожидании того, как в любой момент мои лёгкие разорвутся под натиском давления. Неожиданно я вернулся обратно в реальность, замечая, что Фил буквально в нескольких сантиметрах от меня. Я ощущал его сбивчивое дыхание на своём лице, видел перед собой широко распахнутые ярко-голубые глаза, смотрящие прямо на меня. Всего несколько мгновений и он будет моим, наши губы соприкоснутся. Это то, о чём я мечтал столько времени, разве не так? Всего одно небольшое движение, и это станет реальностью. Он медленно приближался ко мне. Но я не мог сделать это. Я не мог позволить себе сделать это. Так что в последний момент я отстранился. Я обрезал связь между нами, чувствуя, как всё, что мы построили за это время, ускользает из-под моих пальцев. Я видел боль в его взгляде, когда прошептал «Мне жаль.» Но это были лишь пустые слова, которые не значат почти ничего перед моим поступком. Я сделал свой выбор: Я сбежал. Буквально. Я схватил свои вещи и выбежал за дверь. Не знаю, откуда у меня взялись силы, но я бежал на максимальной скорости до самого дома, не оглядываясь, хотя я бы в любом случае не увидел ничего из-за слёз, заволакивающих взгляд.