Шоу «Versus»: разъеби всех одним панчем

      Обычно днем Дана пропадала на студии «Нового радио», после она бежала на собрания с командой, а уже ночью — дописывала текст на баттл.       При личных встречах Федоров одолевал Дану вопросами, но девушка держала нейтралитет, тем более под ногами постоянно путалась Трифанова. Однажды, не сдержавшись, Ибрагимова прозрачно дала понять Мирону про нее, на что он вскипел и разразился необычайно гневной тирадой. Дана, в принципе, этого и добивалась.       Пару раз на прогулку ее вытаскивал господин Фарафонов. Их общение резко изменилось, и теперь они держали связь чуть ли не 24/7. В крайнюю встречу Гена был обеспокоен состоянием Даны, ибо она выглядела заебанной в край. Он пытался поднять ей настроение, но радость была кратковременной.       — Дан, с тобой все в порядке?       Девушка уставшим взглядом посмотрела на него и кивнула. Рэпер, конечно же, ей не поверил.       — Может, чем-то помочь?       Нервный смешок слетел с ее губ.       — Да. Помоги мне не сдохнуть в этой череде инфернального бреда.       Фарафонов улыбнулся, потому что он прекрасно понимал, о чем она говорит.

***

      В очередной день баттлов Ибрагимова практически с утра зависала в «1703», готовясь к встрече с очередным оппонентом. Народ постепенно стал подтягиваться, а девушка сидела в углу, репетировала и никого не трогала. По иронии судьбы, рабочий момент обязательно кому-то надо нарушить, и этим кто-то оказался никто иной, как Федоров Мирон Янович.       — Привет, — сказал он, приземляясь за столик.       Дана никак не отреагировала на его реплику.       — Эй, ты че, меня не слышишь?       Мирон щелкнул пальцами. Снова ноль реакции. Не выдержав, рэпер вырвал из рук Ибрагимовой бумажки с текстом, и только тогда она просверлила его недобрым взглядом.       — Чего тебе надо? — сердито прорычала она.       — Мне порой кажется, что ты просто ревнуешь меня к Трифановой…       Услышав эту версию, девушка закатилась диким ржачем.       — Че? Мирон Янович, не говорите глупостей.       — Тогда я не понимаю твоего поведения вообще, — не унимался он.       — Если вы тупенький, то это только ваши проблемы, — не сдержалась Ибрагимова. — А сейчас верните мой текст и уйдите вон отсюда. Мне нужна максимальная концентрация перед встречей с соперником.       Мирон еще долго смотрел на девушку в упор. Швырнув листы, он столкнулся с Алиной, перед которой даже не удосужился извиниться. Чертыхнувшись, мужчина поплелся к выходу.       — Нифига ты его раздраконила.       — Дебилов надо электричеством лечить, — фыркнула девушка. — Ой бля, опять эта выдра.       Привычная картина маслом: Трифанова околачивается возле ментора, но рэпер на этот раз предпочел избежать ее общества. Взглянув на Дану, он вышел на улицу.       — Может, ты его реально ревнуешь?       Дана посмотрела на Куликову несколько придурковато.       — Ты-то херню не городи. Пиздец блять, хуй с вами чо выучишь.       Ибрагимову напрягал набирающий обороты шум в баре, а потому она ушла готовиться в более-менее тихое место — в туалет.

***

      — Мне даже страшно представить, что вы приготовили на этот раз, — чуть волнительно произнес Цихов.       — Сказать, что это будет фурор — не сказать ничего, — откомментировал Денис. — Давайте, ребят, зажгите.       — Не Боги горшки обжигают, но мы сделаем так, что всем в этом баре станет жарко.       — Ибрагимова, опять за свое? — закатил глаза Сережа, после чего он получил добродушный подзатыльник. Все как обычно.       — Так, все готовы? — заорал Тимарцев, и в ответ посыпался гул голосов. — Тогда участников прошу подойти ко мне для жеребьевки.       Рестор, доставая монету, отвел ребят чуть в сторонку. Он внимательно оглядел каждого баттловика, ожидая решения.       — Орел, — сказал парень.       — Решка, — пожала плечами девушка.       Монета взлетает вверх, и Дана, смотря на нее, понимает, что некоторые моменты жизни сравнимы с полетом монеты в воздух: такие же завораживающие, волнующие, но местами тошнит от страха, а от высоты начинает кружиться голова. И как бы ни было тяжело, вся наша жизнь состоит из таких моментов, и каждый из них нужно ценить по-своему.       — Решка, — сказал Тимарцев, смотря на девушку.       Дана тут же получает толчок в плечо от оппонента.       — Удачи.       — Все, ребят, на исходную.       Они кивнули и встали в круг. Этот момент Дана также будет ценить.

***

      Правила меняются на ходу: постоянных судей больше не будет. Теперь каждые две встречи будут судить баттл-рэперы, которые так или иначе имеют отношение к Версусу. Право отдать свой голос было предоставлено Лехе Медь, МЦ Похоронилу и Эрнесто Заткнитесь. Интересное кино.       В первом раунде Ибрагимова немного переволновалась, но после взяла себя в руки и показала достойное выступление. Андрей был хорош, но забытые пару строк сделали свое дело, а звучавшие вместо этого флипы были немного притянутыми за уши. Судьи были в замешательстве. Оба участника зацепили судей, и на фоне этого разгорелась нешуточная дискуссия. После долгих прений было принято решение отдать ничью, и этот вариант показался максимально рациональным.       — Блять…       — Дан, да харош тебе…       Дана сидела за барной стойкой, подперев голову руками, а рядом были Алина, Леша и Андрей.       — Какая же я лохушка, — корила себя девушка. — Просто, так слабо прочитать, да еще и нервы послали нахуй — идеальная композиция.       — Хватит на себя наговаривать! — рыкнула Алина, сев на соседний стул.       — Ты хотя бы не выдавала бездарные флипы, в отличие от меня, — обняв девушку за плечи, дополнил Андрей. — Поэтому ты здесь лучше меня. Успокойся и не забивай себе голову ерундой.       Дана — невероятно самокритичный и самоедливый человек. Она редко прощала себе даже маленькие огрехи, зная, что могла сделать лучше. Сейчас как раз был именно тот случай.       — Ибра, чего раскисаешь? — спросил Леша. — Вы с Андрюхой выступили шикарно, а на счет волнения… Ты живой человек, и имеешь право на ошибку.       — Спасибо, братан, — ответил Андрей, хлопнув парня по плечу.       — Вот, согласна полностью, — дополнила Куликова. — Посмотрим, как выступят соперники, и тогда будем разрабатывать новую стратегию выступлений.       — Кстати, о соперниках. Пойдемте, скоро начнется второй акт.       — Да, вы идите, я сейчас приду.       — Точно все нормально? — шепнула Дане подруга на ухо.       — Точно, Алин, спасибо большое.       Ибрагимовой необходимо было перекурить, чтобы отпустить мысли о небольшом фиаско, сделать выводы и вернуться в бар с нормальным лицом, а не кислой миной.

***

      Мороз проникал под одежду, вызывая мурашки. Вот чем не нравился Дане Питер — так это холодной погодой даже летом. Северная столица, етить ее мать!       Спрятавшись за углом здания, она спокойно выпускала клубы дыма. Телефон напористо вибрировал в кармане куртки, но Ибрагимовой было все равно.       — Тебе отдельное приглашение что ли надо?       К гадалке не стоит ходить, чтобы понять, кому принадлежал этот голос. Закурив вторую, она безразлично ответила:       — Я не персона нон-грата, чтобы все ждали моего появления в стенах бара.       Федоров в один момент припечатал Дану к стене. Его руки крепко сжали девушку, и у Ибрагимовой перехватило дыхание.       — Ты больной? Отойди!       Дана пропищала фальцетом и попыталась отпихнуть от себя мужчину, но он только лишь ухмыльнулся. Хотелось съездить рэперу по лицу, но Мирон, как истинный еврей, все просчитал, а потому быстро свел руки за спину, полностью обездвижив ее.       — Ну, и что ты мне теперь сделаешь?       Дана попыталась вырваться, но черт там плавал. В ребрах закололо, а по спине побежал холодок.       — Отпусти или я закричу, — прошипела девушка, смотря Федорову прямо в глаза.       Снова эта самодовольная ухмылка. Дану сковало страхом не по-детски. Органы сжались от волнения, и сейчас она откровенно боялась Мирона. Он был для нее американскими горками: то он швыряет листы и смотрит с презрением, а спустя час-другой зажимает за углом бара и откровенно флиртует.       — А если нет? — Федоров сказал эту фразу в ее губы.       Считанные миллиметры отделяли их от свершения поцелуя. Для нее это могло стать намеком на что-то большее, чем дружба, тогда как для Мирона это мог бы быть ни к чему не обязывающий поцелуй. В конце концов, она пришла на Версус, а не на Дом-2, и любовь она здесь явно не собирается строить.       Cейчас, чтобы не дать случиться полному абзацу, Дана ударила Мирона в пах. Янович согнулся пополам, издавая нечленораздельные мычания, а Дана от облегчения рухнула на колени. Да, жестко, но инстинкт самосохранения здесь сработал на отлично.       — Ты совсем ебанутая или наполовину? — повысил голос Мирон, скривившись от боли. — Тебя кто этому научил?       — Сама научилась, чтобы не давать слабину таким озабоченным евреям, как ты.       Телефон Мирона дал… Зло посмотрев на Дану, он принял вызов.       — Да… Не ори, блять… Видел… Щас придем… Идем, епт твою мать…       Судя по всему, это был Рестор. Ибрагимова поднялась, отряхивая колени, а внутри разрослась гордость от того, что она избежала непоправимого.       — Пойдем, — Мирон специально задел ее плечом, чтобы она почувствовала себя неловко.       Дана прыснула от смеха и заткнула рот рукой, чтобы не заржать в голосину.

***

      Ваня и Никита показали очень сильный баттл по всем параметрам. Зал взрывался от шуток и панчей, а Ресторатора иногда окатывала истерическая волна смеха. Мнение судей разделилось также, как и в первой встрече, и как следствие — еще одна ничья.       В очередной раз собрались активисты команд, чтобы обсудить итоги состоявшихся встреч и обменяться впечатлениями. В ходе нешуточных дебатов у Даны подгорела пятая точки, и она решила охладить свой пыл, свалив на улицу. Люди поздравляли девушку с отличным выступлением. Перекинувшись парой фраз с некоторыми незнакомцами, она закурила.       Здесь Дана поймала себя на мысли, что она растет от встречи к встрече как баттловик, набираясь мастерства и совершенствуя приобретенные навыки. Уверенность в действиях крепла с каждым днем, и настанет то время, когда Ибрагимову перестанут одолевать сомнения.       «Тогда-то я стану неуязвимой, ахаха», — подумала девушка, выкидывая бычок.       Застегивая куртку, ее кто-то толкнул в спину.       — Так, я не поняла…       Перед ней оказалась Трифанова, показывая все пренебрежение.       — Ты когда-нибудь угомонишься, бездарная выскочка?       — Только после того, как сживу тебя со света, — съязвила Дана.       — Все шутки шутишь, да? — девица толкнула ее снова. — Только не забывай о моей способности раскраивать черепушки.       Ибрагимова закатила глаза, мол, напугала ежа голой жопой.       — Ой, бля, аж тремор в коленях начался… Я таких смелых, как ты, на хлебушек обычно мажу.       Шатенка пыхтела, как паровоз, ибо она не ожидала такой спокойной реакции от соперницы. Тогда она решила пойти другим путем.       — Я не пойму, тебе в прикол крутиться возле Федорова? — прошипела девица, наступая на Дану. — Выглядишь дешевкой…       — Серьезно? — прыснула Ибрагимова ей в лицо. — Ты себя-то видела со стороны? Тебя уже окрестили локальной шалавой, ибо трешься возле Яновича, не продыхая. Тоже мне, Дездемона недоделанная.       Трифанова подняла руку, но Дана тут же ее перехватила.       — Словами ничего не можешь порешать? Привыкла кулаками махаться, но хороша забава, пока кому-то не выбьют глаз.       — Зачем он нужен тебе, если ты не нужна ему? — шипела Аня. — Он просто убивает время в поисках лучшего.       Зависть, злость, отчаяние — Дана прекрасно это уловила в ее интонации, но почему-то эти слова полоснули по настроению хуже ножа.       — Ой, да камон, — откинув руку Трифановой, заголосила она, — забирайте его полностью. Я на вашего Мирона Яновича не претендую, он мне даром не нужен.       Она хотела красиво поставить точку в сложившейся ситуации, но наткнулась на прожигающий взгляд Федорова. Увидев его, Дану будто шарахнуло током.       — Ну, я же говорила…       Первая подстава в сезоне. Дана пронеслась вихрем, но была остановлена крепким захватом рэпера. Он стиснул ее запястье так сильно, что девушка чуть не вскрикнула от боли.       — Отпусти, — рыкнула брюнетка.       Мирон не переставал смотреть на нее, и было заметно, как его расстроило услышанное. Она хотела убежать от него как можно дальше.       — Это правда? — в голосе Федорова засквозило разочарованием.       Отвернувшись от него, она все-таки вырвала руку, оставив вопрос висеть в воздухе без ответа.

***

      Дана гуляла по Невскому, добивая себя музыкой. Нервы были вытрепаны, и вытрепаны не только выступлениями на баттлах и работой на радио, но и происходящей Санта-Барбарой. Ибрагимову все дико коробило, и она уже всерьез задумывалась о походе к психологу, а еще лучше — к неврологу.       Мирон оборвал телефон, но Дана даже и не думала отвечать ему. Сейчас ей нужно было побыть одной, чтобы осознать масштабы происходящего пиздеца, но мобильный снова дал о себе знать.       — Ох, блять, не к добру это, — увидев вызываемого абонента, изрекла она. — Алло.       — Даныч, ты просто обязана знать об этой хуйне, — трясущимся голосом заявила Лера.       Сглотнув подступающий ком в горле, девушка сказала кроткое:       — Излагай.       — Короче, в нашем стане завелась крыса.       — Что?       В голове сразу нарисовались негативные сценарии, начиная от слитых переписок в Интернете и заканчивая гневными тирадами, которыми могли с легкостью закидать девушку псевдофанатки.       — Каким-то чудесным образом в общую конфу просочилась информация о нашей поездке на Версус и некоторых внутряках, которые фигурировали в нашей беседе на четверых. Так вот, питерская мадам, самая додельная из всех, начала орать в голосину, якобы, какого хуя мы ей не выделили проходку и не позвали с собой.       — А хуйца ей блять не соснуть? — заорала девушка, не стесняясь нецензурных выражений. — Совсем мадам ебаквакнулась что ли?       — Вот и я о чем, — добавила Лера. — Мы с Крисом говорим: а с каких это хуев мы должны тебе выделять проходку, на что последовал просто гениальнейший ответ: а че, по-братски нельзя было?       — Чтобы она там еблом торговала и фоткалась со всеми, как наглухо прибитая? Спасибо, там и без нее таких навалом, — Дана сразу поняла, кто дезертир. — В общем так: завтра вечером встречаемся в скайпе. Все вместе. Пока же с Крисом запишите мне голосовые сообщения с подробным объяснением сего пиздеца. Утром все отслушаю и обязательно отпишу вам.       — Хорошо, я ей передам, — сказала подруга. — Ты там как вообще? Какие дела?       Дана забрела в какой-то двор. Сев на лавку, она закурила. Эта привычка до добра ее не доведет.       — Полнейшее гадство, Лер. Еще чуть-чуть, и я либо забухаю по-черному, либо меня санитары в смирительных рубашках увезут в Кащенко.       — Совсем все плохо? — встревожилась она. — Ты знаешь, я никуда не спешу, а потому жду подробного рассказа.       Ибрагимова думала, с чего бы начать свое повествование, чтобы основной вектор событий был сохранен. И она не нашла ничего лучше, как рассказать все с самого начала. Брюнетка вещала, параллельно любуясь ночным городом. Местами Лера прерывала монолог вопросами, на которые девушка развернуто отвечала. Когда рассказ был про совсем пиздецовые события, брюнетка курила, говоря дрожащим голосом, а когда она стала говорить про сегодняшнюю ситуацию, то она загундосила, не в силах сдерживаться.       — Блять, ну какая же мразь, сил нет, — протянула подруга. — Какая же мразь!       — Да мудила он, — добавила Дана. — Я уже хотела на полном серьезе Рестору написать, что «все, Саш, харош, я больше не участвую во всей этой богодельне», так Фарафонов мне таких пиздюлей вкатил, что у меня в миг отпало желание это делать.       — Стоп, а Фарафонов в курсе всего?       — Не всего, но в курсе. Да и вообще, при упоминании Мирона у него вечно такое лицо, как будто он лимон сожрал.       — Честно, вся эта ситуация пахнет паленой ебаниной, и мне кажется, что у Геннадия с Яновичем свои терки.       — Возможно, утверждать ничего не буду. — Дана брела переулками. — Но то, что это попахивает ебаниной — тут я дико с тобой солидарна.       В трубке повисла пауза. Погода была подстать Даниному состоянию — холодная, противная, а местами леденила душу до коликов в ребрах. Она натянула шарф по самые глаза.       — В общем, давай поступим с тобой так: сначала разберемся с крысой, а после мы поговорим более детально о случившемся и порешаем, как быть.       — Спасибо тебе большое, моя хорошая. Правда, я очень ценю твою поддержку, — у Ибрагимовой словно груз с плеч упал после того, как она выговорилась Лере.       — Ты же с нашего, так сказать, подстрекательства оказалась на Версусе, и по сути, мы тоже причастны к этой сюрреальной хуйне. Твои проблемы — наши проблемы, братан.       «Проблемы… Эх, хоть один раз можно обойтись без вашего непосредственного участия?» — подумала Дана, прощаясь с подругой.       Так она и добрела до квартиры в размышлениях. Стянув куртку и обувь, девушка плюхнулась на диван и уснула крепким сном.