Шоу «Versus»: разъеби всех одним панчем

      Заключительные баттлы второго раунда. После сегодняшнего дня менторы пообещали подопечным подвести промежуточные итоги и устроить разбор полетов. Будет жарко, ведь это четвертый сезон Фреш Блада, и по-другому тут не бывает.       Дана находилась на работе, составляя трек-лист и изучая новости часа в Питере.       — Дан, после этой песни — твой выход, — сказал Кирилл.       — Окей.       Не успела девушка и глазом повести, как ей тут же пришла смс.       Куликова: Срочно перезвони мне.       «Странно, — подумала брюнетка. — Обычно она пишет такое в виду самых экстренных случаев».       Ибрагимова: Что случилось? Что-то серьезное?       Стало неспокойно на душе, но ответа так и не последовало. Голос в эфире стал немного подрагивать.       — Рэп плотно обосновался на музыкальном рынке России. Один из ярких представителей новой школы, а именно Элджей, только что звучал на волнах Нового Радио, за что ему огромное спасибо. Меня зовут Дана Ибрагимова, и мы летим дальше.       Кстати, добрая половина рэп-исполнителей готовится представить свои релизы в обозримом будущем. Чьего релиза вы ждете больше всего? Ответы присылайте в нашу официальную группу ВКонтакте, мы постараемся озвучить все, ну, а в эфире появляется яркий тандем Букин Машин — Маркул и Оксимирон. Фата Моргана — трек, продолжающий взрывать всевозможные чарты.       «И тут он… Вездесущий, чтоб тебя…»       — А ты хороша, Ибраган, — протянул коллега, когда Дана сняла наушники.       Девушка изогнула бровь.       — И ты туда же?       — Молчу, — подняв ладошки, сказал парень.       Погрозив ему пальцем, Дана начала набирать Алину, чтобы узнать о случившихся событиях.       — Да, что стряслось?       — Даныч, наши выступления состоятся на пару часов позже, — протараторила подруга, — поэтому можешь не лететь галопом по Европам.       — Какого лешего?       — Рестор напрочь забыл о том, что сегодня два баттла на битах будут перед нашими встречами. Соответственно, и предупредить всех забыл.       — Лысая башка — дай памяти…       На том конце провода послышались посторонние шумы, матюги, после чего брюнетка услышала:       — Твою собственную персону где вообще носят?       Дана улыбнулась.       — Там, где еще не бывал твой Аркхем.        Такие шуточки Дана причисляет к разряду «дунул, плюнул, отвернул».       — Ты хоть поняла, что сморозила? — растерянно выдавил Фарафонов, и на него тут же стала кричать Куликова: — В отличие от тебя — поняла. Все, отвали от нее. Так что, Дан, при таком раскладе ты можешь до «1703» добраться неспеша.       — Ну, тогда при таком раскладе я еще часик в эфире потусуюсь, — хихикнула Ибрагимова, а Веселов показал два пальца вверх. — Класс, коллега одобряет, а тебе, моя дорогая, спасибо за информацию.       — В эфире будешь, говоришь? — хмыкнула подруга. — Послушаем, что ты там будешь нести.       — АЛИИИИНААА…       — Так, не вопи, — засмеялась девушка. — Ждем тебя.       Завершив разговор, Ибрагимова искривила лицо.       — Что, в консерватории снова проблемы?       — Дебилы, блять, — рыкнула Дана. — Надеюсь, Константин Геннадьич простит мне мою фривольность.       — Если что — я тебя прикрою, — с улыбкой ответил Кирилл. — Полминуты до эфира.       — Спасибо, добрый человек.       Нахлобучив наушники, брюнетка вывела фейдер на максимум и начала импровизировать.

***

      Рабочий день для Даны был завершен. Удостоившись похвалы от генерального директора, девушка в приподнятом настроении выходила из здания, но за дверью ее ждал сюрприз. Да такой, что она от неожиданности взвизгнула.       — Совсем похужело?       Возле двери стоял Фарафонов, испуганный не меньше Даны.       — Еб твою мать, — тяжело задышала она. — Какого ханты-мансийского снега ты тут забыл?       — Тебя спросить забыл, — съязвил Рики. — И вообще, ты не рада меня видеть?       — Рада, просто… Неожиданно все это.       — Люблю удивлять людей.       — Зазнавшийся уебан, — закатила девушка глаза.       — Ах ты собака, — фыркнул Гена и стал трясти ее за плечи.       Такая модель поведения для этих двоих стала нормой. Обменявшись приветствием, они прогулочным шагом последовали к «горящей точке». Ребята шли, подстебывая друг друга и делясь последними новостями. Про визит Федорова Дана умолчала, ибо зачем поднимать в Фарафонове очередной приступ истерии?       После перезагрузки брюнетка поняла, что никогда еще не вляпывалась в такую аферу. Одной ночью она детально вспоминала все то, что связано с этими двумя, расставляя события в хронологическом порядке. Выводы были крайне неоднозначными: с одной стороны — непонятное, порядком раздражающее, но такое уютное общение с Мироном, а с другой — теплая дружба с Геной. Как быть — она не понимала, но надеялась, что время все расставит по местам.       — ДААААААН…        Протяжный ор Гены вырвал девушку из состояния задумчивости.       — А? Чего?       — Я думал, ты щас дрозда тут дашь.       Услышав эту фразу, она стукнула парня в плечо. Их веселье продолжалось ровно до того момента, пока они не подошли к мосту. Здесь Ибрагимова заметно побледнела.       «Да, точно дрозда дам, по ходу дела», — подумала девушка.       — Все в порядке? — недоуменно спросил Фарафонов.       Дана безумно боялась мостов. Когда она смотрела вниз, ноги моментально становились ватными, а желание перемахнуть через ограждение разгоралось быстрее, чем спичка. С кем-то ей было не так уж и страшно.       — Ген, я… Мостов боюсь.       — Мостов? — удивился рэпер. — Странная фобия, если честно.       — Знаю, — выдохнула она.       Парень поджал губы.       — Давай руку, — сказал он, и та вопросительно посмотрела на него. — Давай.       Дана несмело дала ему руку, и он, крепко сжав ее, повел за собой. Рики рассказывал девушке что-то смешное, а та нервно смотрела вниз. Гена периодически сдавливал ее ладонь, отчего у брюнетки сжималось сердце. Также было и в последнем разговоре с Мироном, когда он нарушил ее личное пространство.       «Чертовы баттлеры… Нарожают красавчиков, а нам мучайся потом», — чертыхнулась Дана про себя. Гена в последний раз сдавил руку девушки и, улыбнувшись, отпустил.

***

      — Вас где черти носят?       Команда Смоки вместе с Алфавитом, Джубом и Млечным встречали архаровцев на выходе у бара.       — Ты же сама сказала, что можно шибко не торопиться, — кричала Алине в ответ Дана.       — Шибко не торопиться… Ты где этого нахваталась вообще?       — Женщина, у тебя ежемесячные что ли?       — Бля, ну, Дан, зачем? — спросил Андрей.       Парни начали фукать и морщиться.       — Значит, как чужих мамок на баттлах ебать — так это в порядке приличия, а как я сказала про естественные вещи — так все носами заворотили… Охуевшие морды.       В компании началась перипетия по этому поводу, и под шумок Куликова увела подругу в сторонку.       — Это не ПМС, а аллергическая реакция на Федорова.       — Так, я не поняла…       — Легок на помине.       Мирон Янович появился на улице. Поприветствовав парней, он протянул руку Фарафонову.       — Здарова, пирожок.       — Когда ж ты уже на пенсию свалишь, лысый еврей, — ответил Гена на приветствие. Мирон лишь фыркнул и погрозил пальцем, мол, не дождешься, после чего подошел к девочкам. Его присутствие стало для Даны неким испытанием.       — Мирон Янович, когда уже наш черед придет? — спросила Алина.       — Рестор обещал через час дать старт вашим выступлениям.       — Лысый, где баттлы, — заорал кто-то из парней, и компания возле бара разразилась громким смехом. Федоров ничего не ответил, а только лишь закатил глаза.       — Красиво идем, ничего не скажешь… Блять, там же биатлон.       Дана начала судорожно доставать телефон из кармана.       — Ой, все, пиздец…       Из динамиков стал потерпевшим голосом орать Губерниев, а увиденная картина Ибрагимову явно не обрадовала.       — Опять Фуркад суету наводит… Это невыносимо просто!       — Так, пошла я отсюда, а то у меня кукуха поедет от ее комментариев.       «Элегантный слив, подруга», — подумала девушка, сверля ее спину прищуренным взглядом.       — Ты как?       Она перевела взгляд на мужчину.       — Нормально, — не то рыкнула, не то процедила Дана.       — Точно?       — Господи, да почему тебе это так интересно?       — Потому что мне не безразлично.       Брюнетка недоуменно посмотрела на Федорова.       — Ну, в смысле, твое состояние, ибо оно оставляет желать лучшего.       — Ну, ну, — хмыкнула она и вернулась к биатлону. Теперь комментатор распинался об очередной победе француза. — Господи, как он заебал, сил больше нет.       — Ты бы лучше так баттлы комментировала, а не вот это. Там и так все понятно.       — Поговори мне тут еще, великий ценитель биатлона, — изобразив кавычки, фыркнула Ибрагимова.       Смотря на нее в упор, Мирон сказал:       — Скажу, только после того, как ты выиграешь в следующем раунде.       Хитро улыбнувшись, он ушел прочь, введя девушку в заблуждение. Ситуация усложняется на глазах, и, видимо, действовать придется из разряда «видимость 0 — иду по прибору».       — Дан, через 15 минут начинаем. Там техническое поражение.       — А? — пришла Дана в себя.       — Через 15 минут стартуем, — заорал Леша, и девушка сморщилась. — Совсем тебе Янович мозги запудрил.       — Что ж ты блять несешь, а…       Все взорвались смехом. Группа весельчаков пыталась пробраться в бар, подталкивая друг друга. Гена пропустил Ибрагимову, и та почувствовала на себе его тяжелый взгляд.       «Проще выдержать ревущего бизона и поющего Мирона… Тьфу, как он заебал, сил больше нет».

***

      Первыми на баттловый полигон вышли участники команды Оксимирона, а именно TimOX и Дочь Каламбура. Встреча прошла хорошо, и девушке где-то удалось перепанчить оппонента, что стало нескрываемым удивлением для публики.       Что касаемо выступления Лещеносца и Твоя Mother, то тут парни решили сыграть от ножа и пройтись по излюбленным шуткам публики и хайповым мемасикам. Такое шоу было покруче баттла Рики и Сина, где последнего жестко троллили на предмет болезни раком. Публика неистовствовала, но все-таки сильнее оказался Сережа.       — Парни, какие же вы молодцы, — нахваливала парней Куликова. — Я просто давилась от смеха.       — Тут не поспоришь, — вставил свое слово Цихов. — Устроить такой аморальный разнос и, по сути, не перейти грань — высший пилотаж. Красавцы.       — Давайте, давайте, — хихикнул Денис, — потешьте наше самолюбие.       — Ага, еще чего, — встрял Андрей. — Слишком жирно вам будет.       — Слушай, ты уже нам поперек горла стоишь…       Все засмеялись, уловив отсылку сказанной фразы, а Фетисов, поджав губы, пожал плечами, мол, что поделать. Мимо проходили Ваня, Никита, Вита и Федя.       — Вы идете на улицу? — задала вопрос Денисова, и в ответ получила шуршание курток.       Ребята вывалились из бара, и под дым сигарет принялись обсуждать состоявшиеся встречи. Все было бы намного спокойнее, если бы не появление Млечного, Алфы и Рики.       — Ребят, охуенные баттлы, — сказал Гена, — зарядили не по-детски.       — Тебя вечно что-то заряжает, пирожок, — постебал товарища Млечный, но он пропустил эту реплику мимо ушей.       Тут Алфа вместе с Федей, Андреем и Витой начали гоготать в голос и травить какие-то байки на всю округу бара «1703». Кто-то отбивал фейспалм, кто-то просто закатывал глаза от происходящего.       — Хватит дурью маяться, идиоты, — попытался угомонить разбушевавшуюся компанию Ваня.       Тем временем Гена смотрел на Ибрагимову, когда та курила. Девушка даже и не удостоила вниманием своего друга. Швырнув бычок в урну, Дана извлекла мобильный из кармана, но мимолетом взглянув на Фарафонова, съежилась от его взгляда.       — В пизду их, — фыркнул Андрей и обнял за плечо Федю. — Старый, пошли бухать.       — Давай, хватаем девок и идем, — подтвердил он. — АЛИНА! ВИТА! ИБРА!       — Две минуты, я иду, — громогласно ответила Дана, попутно залипая в мобильном.       Уже какой день ее мучают «слишком теплые отношения» между Геной и Мироном. Двое кренделей при упоминании друг друга носом воротят и ворчат, как старики — это видно даже слепому, но... Если никто из них не хочет раскалываться, как орех от Щелкунчика, то всегда есть сторонний наблюдатель, который сможет хотя бы намекнуть на корень проблемы.       — Алфа…       Никита поднял голову на брюнетку.       — Есть вопрос к тебе, только ответь честно.       — Я постараюсь, — Курскеев был явно удивлен такому заявлению.       Дана занервничала, сцепив пальцы между собой.       — Какого хрена Мирон и Гена перманентно бычатся друг на друга?       Рэпер состроил удивленное лицо, но Ибрагимову просто так не проведешь.       — Серьезно? Один при упоминании другого мордой кривит, и второй также. Хорошо хоть слюнями ядовитыми не плюются.       Никита будто фыркнул.       — Я не хочу вдаваться в подробности всего этого, но они в свое время что-то не поделили, — протараторил он, туша сигарету.       — Что? Место на сцене или звание бати рурэпа?       — Не знаю. Знаю только одно: сейчас у них появилась новая причина недолюбливать друг друга.       — Вы идете? — заорал Фарафонов во весь голос.       — Я догоню, спасибо, — сказала она тихо Никите и выудила из пачки сигарету. Гена, наблюдая за этой картиной, покачал головой и, впустив друга в бар, пошел следом. Дана начинает осознавать, что к такому повороту событий явно не готова.

***

      Ибра пыталась забыть сказанные Никитой слова, но они словно отпечатались в памяти. Настроение и так было хуже некуда, а тут еще Федоров показался на горизонте с госпожой Трифановой. Собственно, негодовала по этому поводу не только Дана.       — Как заебала эта швабра околачиваться возле Мирона, — сказала Вита. — Она просто его преследует.       — А он, судя по всему, пользуется этим и почивает на лаврах.       — Ну, я не знаю, чем он пользуется…       — Вообще не интересно, чем он там пользуется, лысый ловелас.       — Эй, притормози, — хлопнула Ибрагимову по плечу Алина, — а то у тебя пар из ушей повалит.       — Да пошли они нахер все, — психанула Ибрагимова и, схватив куртку, ушла на улицу.       Она набирала номер Леры, но та была недоступна.       — Черт возьми! — рыкнула Дана.       Кристина тоже была вне зоны доступа. Ее затрясло не то от холода, не то от нервов. Снова проснулось желание послать все и уехать в свою глухую деревню.       — Блять, ну за что, за что…       В последнее время ее состояние было похоже на резкий перепад температуры: то она холодная, то дико жаркая, то находится где-то на уровне нуля по Цельсию. Плюсом к этому ее жизнь заметно осложняли мнительность и неопределенность. Она уже заебалась так жить, и поэтому в голову Даны пришла "очередная гениальная" идея — пустить все наутек. Пусть все идет своим чередом.       — Дана…       — Я в порядке, — прогундосила она.       Это были Федя и Андрей. Увидев девушку в таком состоянии, они растерялись, и сели перед ней на корточки в ожидании хоть какого-то слова. Не вышло.       — Я тебя первый раз такой вижу, — шокировано сказал Фетисов, — и я в ахуе.       — Не ты один, — подтвердил Федя. — Что-то серьезное?       — Да. Я вляпалась в сюрреальное дерьмо.       — Ты можешь нам рассказать, если хочешь, потому что держать все в себе… Ну, сама понимаешь.       Ибрагимова кивнула. Набрав в грудь воздуха, она начала рассказывать ребятам про «любовный треугольник Версуса» в кратком содержании. Парни местами офигевали от услышанного, местами крепко задумывались. После рассказа наступила затяжная пауза, и если Андрей просто молчал, то Федя сидел с поджатыми губами.       — Вся моя логика споткнулась об хуй, — наконец, произнес Фетисов. — Я даже не знаю, что сказать.       — Я пытаюсь найти хоть какое-то рациональное зерно в этой ситуации и поступить адекватно, но единственное, что мне пришло на ум — это послать все к чертовой матери, ибо больше нет сил терпеть всю эту хуйню.       — Эта еще пизда на костылях сумбур разводит… Баттлилась бы лучше, а не интриги плела.       — Да куда ей там, камон, — прыснула девушка и закурила. — Ей куда интереснее меня подраконить и еблом поторговать, нежели чем оппонентов грязными панчами расстреливать.       — И с Яновичем по барам зажигать, — вырвалось у Старостина.       — ЧТО?       Две пары глаз вылупились на парня, а он, встав во весь рост и хрустнув пальцами, заговорил:       — Видит Бог, не хотел я дергать тигра за усы.       — Чего? Старый, ты че, кукухой двинулся? — возмутился Андрей.       — Стоямба! — тыкнула Дана ногой в друга. — Федь, выкладывай все, что знаешь. Дай мне баттл по фактам.       Шатен посмотрел на нее несколько недоверчиво.       — Да в порядке я, в порядке, — смекнув, к чему этот взгляд, заголосила девушка. — Давай, гутарь.       — Ладно, — просипел парень, выдохнув. — В общем, Федорова пару раз видели в баре в компании дружков и госпожи Трифановой. Че бы он там не пиздаболил в ее сторону, но они так мило ворковали и хихикали, что блевать охота с этой картины. К слову, там еще была какая-то Лера… Хуй знает, какая фамилия у нее.       — Оооо, бля, понятно, — закуривая, протянул Фетисов. — Хаос. Шалава на шалаве, короче говоря.       — Откуда пруфы? — сглотнув ком в горле, спросила нервно Дана.       — Друг работает барменом, и был на смене, причем оба раза. Естественно, он мне все доложил, и даже фотку кинул.       Шатен начал тыкать в телефоне, и через пару секунд предоставил фотокарточку на обозрение ребятам. Освещение было из ряда вон плохое, но два силуэта можно было с легкостью угадать.       — К слову, лысый черт старался девицу ни на шаг от себя не отпускать.       Настроение упало на самое днище. От злости брюнетка стиснула кулаки так сильно, что ногти вошли под кожу. Взгляд был расфокусирован, а по вискам стучала фраза «старался девицу ни на шаг от себя не отпускать». С одной стороны, ей должно было плевать, но с другой…       — Я не понимаю… — дрожащее цедила Дана, — зачем он при всех открещивается от нее, как от сифака, прости Господи, если в итоге он тусует с ней по барам? И главный вопрос — нафига меня упоминать чуть ли не в каждом разговоре в положительном ключе? Причем тут я вообще?       — А ты откуда знаешь? — уточнил Фетисов.       — Гена с Алфой говорили… Пиздец…       Сейчас Дане было дико неприятно все это слышать. Парни сели рядом и пытались своим присутствием хоть как-то облегчить переживания подруги. За столь короткое время они нашли в ней родственную душу, и теперь порвут любого, кто обидит Дану. Даже если этим любым окажется Мирон Янович.       У Андрея зазвонил телефон, и он, извинившись, отошел поговорить.       — Федь, спасибо вам огромное. Вы очень многое для меня делаете, и мне местами становится неловко.       — И это мне говорит человек, который покрывает всех хуями и постоянно петушится по поводу и без, — Старостин засмеялся, а Дана, толкнув его в плечо, улыбнулась. — Мы всегда готовы тебе помочь, и ты знаешь, почему.       Девушка кивнула.       — Ты как?       — Нормально, — ответила она. — И если с одной ситуацией более-менее что-то понятно, то со второй мне ни черта не понятно.       — Кажется, я догадываюсь, о чем ты.       Дана выгнула бровь, явно предвкушая услышать догадку парня.       — Если ты про натянутые отношения Гены и Мирона, то тут все куда проще. Гена как-то отказался гострайтить хорошему другу Мирона из-за принципа, мол, он и так хорошие текста пишет сам, зачем ему это? Как он его ни уговаривал, Фарафонов остался непреклонен. Еврей до сих пор на него дуется, и в каждом удобном моменте пытается задеть. А многие думают, что это чисто стебные отношения.       Дана была в шоке от услышанного.       — Так, я тебя начинаю потихоньку бояться, Пинкертон. Откуда ты в курсе таких инсайдов?       — Ну, — заулыбался Старостин, — где-то был рядом с Яновичем и внимательно впитывал инфу, где-то болтушка Трифанова сказала…       — Мдааа… Кажется, Трифанова не совсем бесполезна.       — Поэтому, Даныч, мой тебе совет — держи Яновича на расстоянии, а то черт его знает, какие тараканы играют в этой лысой башке, да и вообще… Все эти любовные интриги херово сказываются на подготовке и плодотворности. По своей шкуре сужу.       — А вот щас не поняла, — чуть ли не басом протянула девушка. — Старый, ты что, кого-то закадрил?       — Рано еще что-либо говорить, но как только — так сразу скажу, — ловко выкрутился Федя.       — Ебушки-воробушки, — засмеялась Дана. — Спасибо тебе, друг.       — Короче, я не знаю, о чем вы тут трепались, — неожиданно заголосил Андрей, — но вам тоже спасибо.

***

      Фрешбладовцы веселились, как могли, и Дана старалась улыбаться, только вот если бы эту картину увидел Станиславский, он бы протяжно заорал «Не верю!». В конце концов она, попрощавшись с ребятами, вышла на улицу.       — Уже уходишь?       Внутренности сжались на автомате. Застегивая куртку, девушка ответила:       — Да. Ухожу.       — У тебя все в порядке?       Она хотела кричать, истерить, биться головой о стену, показывая, что сходит с ума. Сжав кулаки, брюнетка нервно бросила:       — Все хорошо.       — По тебе незаметно.       — Зато по тебе дюже все заметно, — рыкнула Ибрагимова.       — Так, я не понял…       — Не надо, Мирон, пожалуйста. Я устала от всего этого. Я не сплю ночами из-за баттлов и радийных эфиров, и у меня от джетлага нефигово так едет кукуха. Мне все это поперек горла стоит. Меня все задолбало, понимаешь? ЗА-ДОЛ-БА-ЛО!       Глубокий вдох. — Я держусь из последних сил, лишь бы не сорваться и не отказаться от этого сюрреального пиздеца, но с каждым разом мне становится тяжелее и тяжелее. У меня сдают нервы, и если я рвану, как граната, то мои осколки заденут всех, а я этого совсем не хочу.       Дану затрясло. Мирон взял ее за руку, но тут же высвободила ее. Она дала себе обещание свести все общение с Мироном к минимуму, и она это сделает, как бы ей не было тяжело.       — Оставь меня в покое, — прошептала она тихо. — Прошу.

***

      Все происходящее было полным сумбуром. Дана не понимала, что происходит, и все пути решения казались ей бредовыми и бутафорскими.       Включив музыку, она курила на балконе, лицезрела ночной Питер и размышляла, как быть дальше. И если на счет Федорова все решено, то как быть с Геной?       Федя достаточно понятно пояснил причину столь «теплого» общения между рэперами, но что имел в виду Алфа?

И ты понял все не так, Я загадывал не это…

      — Да, Гена, ты очень вовремя, — процедила Дана, переключая плейлист. — О, сообщение. Так, кто написал?       Фарафонов: Ты мне ничего не хочешь сказать?       «Совпадение? Не думаю»       Ибрагимова: Что ты хочешь услышать от малосоображающего человека, тем более в 3 ночи?       Фарафонов: Причина все та же — какого хрена ты опять слиняла по-английски?       Ибрагимова: Спроси у черта лысого, он тебе расскажет.       Фарафонов: Тааааак… Что он опять натворил?       Ибрагимова: Ничего особенного. И да, мне потом нужно будет с тобой серьезно поговорить.       Фарафонов: Дан, что-то случилось? Давай я приеду?       Ибрагимова: Не надо, Ген. Дай мне разобраться во всем этом дерьме самой.       Пара минут тишины.       Фарафонов: Блять! Я переживаю за тебя, в отличии от некоторых уебков.       Девушка улыбнулась, прочитав сообщение.       Ибрагимова: Ген, спасибо большое, но все в норме, правда. Я обязательно все расскажу, но позже. Я спать, спокойной ночи, долго не сиди.       Дана не соврала. Закрыв нетбук, она отправилась в комнату, чтобы мгновенно провалиться в царство Морфея.