Кричи так громко, насколько можешь

***

— Я не знаю, Тэхен сам то хочет? — Хесон вздыхает и смотрит на альфу и омегу перед собой. — Хочет, он уже готов вещи собрать, только решения вашего ждет. — Юнги в нетерпении пальцами толстовку сжимает и губы прикусывает. — Хорошо, я вам доверяю, только Хосок, смотри чтобы они вдвоем дом тебе не разнесли. — Хесон улыбается. Юнги обниматься лезет к старшему и поцеловав в щечку спасибо много раз повторяет. Пара покидает магазин. Они все пары историю думали. Немного приукрасили и наврали, но главное Тэхена отпустили. Хосок умеет убеждать, а Юнги как друг детства пошел, которому доверяют. — Ты боялся малыш, все получилось. Теперь за врединой съездить нужно. — Хосок целует Юнги в лоб и дверь открывает. Юнги улыбается вяло. Видеть Чонгука он не хочет и молится сейчас, чтобы альфы не было дома. А то беды не миновать. Омега разорвет его, и даже Хосок не остановит. Они едут, переговариваясь о всякой мелочи и тормозят уже возле знакомого дома. Юнги пишет Тэхену, что они приехали. Ким появляется через пару минут все в той же толстовке с накинутым капюшоном. — Что-то случилось? — Тэхен на друзей смотрит и ворота открывает шире. — Мы договорились обо всем. И прежде чем ты возражать будешь, я тебе скажу, что это не обсуждается. Собирай вещи, ты снова переезжаешь. — Хосок все говорит четко, в глаза Тэхену смотря, они красные немного. — Хорошо, ждите завтра, я приеду. — Тэхен кивает и разворачивается, чтобы уйти. Но Юнги его за руку хватает, на себя дергает и обнимает. — Он дома? — на ушко омеге шепчет. Тэхен головой кивает и в ответ обнимает. — Может мы тебя сегодня заберем? — Нет сладкие, я только все разложил, мне вещи собрать нужно и с папой поговорить. — Тэхен улыбается уголками губ, прощается с друзьями и в дом возвращается. Он мимо кухни проходит и видит, как альфа виски с бокала пьет. Хмыкает и к нему идет. В погибель. Рядом садится и из рук стакан забирает, сам глоток под взглядом альфы делает. — Я уезжаю завтра. Мешать не буду, обещай только, что не обидишь… — Тэхен бокал ставит и голову поднимает, глаза в глаза смотрит. — Зачем, Тэхен? — Чонгук этот вопрос пять лет в себе держал, на языке вертел и только сейчас задал. — Все бы было по-другому, будь ты немного терпеливей. — альфа встает со стула и по кухне туда-сюда мельтешит, как загнанный в клетку зверь по кругу ходит, руками за голову держится. — Я такой, какой я есть. И если так случилось, значит должно было случиться. — Тэхен сглатывает каждое слово комком. Он держится из последних сил, чтобы не заплакать. Чонгук его пополам делит, и Тэхен уже путается в какой части ему быть нужно. — Тэхен, уйди. — Чонгук рычит. Омега от этого вздрагивает и на альфу смотрит раскрытыми глазами. Чонгук точно зверь, горящими глазами на него смотрит, а в них погибель тэхенова. Личный ад. Ким такого Чонгука впервые видит и это на самом деле страшно. Альфа злой очень сильно и, кажется, если Тэхен тут останется хотя бы на секунду, Чонгук в его крови умоется. Омега валит из кухни, быстро поднимается по лестнице и возле самой двери в комнату слышит, как что-то об стену разбивается. Омега глаза закрывает, губу прикусывает и назад спускается. Сам не ведает что творит, на смерть добровольно идет. Он каждый шаг думает, что будет, если он спустится до конца или поднимется вверх. Если Чонгук того пожелает, он и в комнате его найдет. Убегать смысла нет. Чонгук сам не свой, над ним инстинкты взяли верх и, к сожалению, только один человек его в чувства привести может. Омега тихой поступью на кухню входит. На полу осколки от стакана разбитого, Ким сглатывает. Чонгук напротив прям в стену лбом уткнулся, кулаки в нее впечатывая. Он рычит громко. Тэхен свои губы облизав к альфе подходит, руками торс обхватывает и на плечи голову кладет, всем телом к спине прижимается. Он чувствует, как альфа будто шарик сдувается, а спустя пару минут у него даже дыхание в норму приходит. Тэхен все еще его не отпускает. Чонгук невероятное что-то чувствует. Тэхен его одними объятьями в чувства привел, зверя успокоил. Как бы там не было, пять лет назад Тэхен его зверя приручил к себе и сейчас сам же его на цепи садит. Чонгук этот поводок у него не отберет теперь и другому не вложит. Он Тэхеном помечен, ему и принадлежит. Никто из них не понимает, как получается так, что они целуются. Цепляются друг за друга так отчаянно и крепко, что кажется, сделай кто-то из них неверный вдох, все исчезнет. Чонгук Тэхена за затылок к себе прижимает, ни на миллиметр сдвинуться не дает, Тэхен и не хочет. Он отвечает на поцелуй яро, губы Чонгуку прикусывая, с языком альфы играя. Тэхен все свои запреты отпускает. Он знает, что завтра перед папой стыдно будет. Но сегодня, сейчас, Чонгук его целует, и Тэхен добровольно из этих объятий не выберется. Они так скучали друг по другу, что оторваться сложно, чтобы глоток воздуха сделать. Пять лет разлуки их голодными сделали. Они без своего яда жили, и теперь, когда возможность есть, они до дна выпьют. Чонгук его за попу поднимает, чтобы Тэхен талию ногами обхватил. Он омегу в зал несет, кладет аккуратно и, оторвавшись на миг всего, толстовку с него стягивает. У Тэхена губы от поцелуев красные и опухшие, взгляд затуманенный, он дышит часто и с альфы футболку серую стягивает. — Как же я скучал по тебе, воробушек. — Чонгук его в подбородок целует, к шее спускается, лижет у основания и целует губами красными. Тэхен от своего второго имени стонет, выгибается и голову Чонгука к себе прижимает. Он цепляется за него как за спасательный круг. Чонгук его раздевает до конца и себя заодно. Тело к телу прижимается. Тэхен стонет ему в губы, ногами талию обхватывает и пяточками давит. Альфа везде, в каждой клеточке по каждому участку горячими руками проводит, губами каждый изгиб целует. Чон это тело наизусть знает и не забудет никогда. Он по груди вниз спускается поцелуями короткими, к члену губами прикасается. — Ааааххх. — Тэхен выгибается, бедрами вверх толкается и глаза распахивает, когда Чонгук головку в рот берет. Чон его искуситель личный. Альфа заглатывает член на половину, уздечку языком лижет и пальцами по анусу в смазке проводит. Тэхен мечется по дивану, хнычет от наслаждения и руками обивку сжимает. Чонгук целиком в рот член помещает и резко два пальца в анус вставляет. Тэхен, вскрикнув, бедрами вверх толкается. Он в агонии мечется, не зная за какое чувство зацепиться. А Чонгук тем временем третий палец проталкивает и за щеку берет, второй рукой себе помогает и сосет как самую сладкую конфету. Каждую каплю смазки слизывая. — Хватит, прошу тебя. — Тэхен слова на выдохе произносит и одновременно на пальцы насаживается, толкаясь бедрами в рот альфы. Чонгук его растягивает уже четырьмя пальцами, простату ищет, хочет, чтобы омега кончил. Тэхен стонет так громко, так красиво, что Чонгук глаза закрывает и член со рта выпускает, по всей длине языком проводит, свою слюну со смазкой перемешанную слизывает. Целует в головку и дует слегка. Тэхен дрожать начинает, в руку толкается и кончает простонав громко. Чонгук до последней капли все слизывает и вверх к омеге поднимается. В губы целует, свой вкус почувствовать дает и приподняв за талию входит резким толчком. Тэхен за плечи альфы цепляется, в шею ему стонет и сам не замечает, как у него слезы течь начинают. Чонгук своими руками и каждым поцелуем, каждым действием в преисподнюю его отправил, сгорать в этом наслаждении заставил, стонами захлебываться. Альфа выходит почти до конца и входит до шлепка громкого и вскрика Тэхена. Чонгук от каждого толчка дрожит, входит все быстрее и губы омеги целует. Он его своим языком трахает, все соки из него испивает. Сам задыхается и Тэхену вдохнуть не дает. Рычит и стонет Киму на ушко, дышит загнанно и все быстрее ускоряет толчки. Тэхен насаживается сильнее, скулит и стонет громко, воздух глотками большими набирает и из полуопущенных ресниц на альфу смотрит. У него слезы текут не переставая, и когда ему на грудь капля падает, он понимает, что не один он плачет и умирает внутри. Они вместе в этой горячей жиже варятся. Чонгук по простате Тэхену раз за разом попадает. — Я не могу больше… — Тэхен на выдохе слова произносит, тихо совсем, но Чонгук слышит. Омега содрогается весь и кончает себе на живот во второй раз. Чонгук на узость омеги рычит. Внутри Тэхена так горячо, влажно и до безумия хорошо. Чонгук кончает в Тэхена, простонав его имя и рыча громко. Он выходит до образования узла, губы омеги своими ловит и языком в рот скользит. Они целуются еще несколько минут, объятиями нежатся и только потом в душ по разным комнатам расходятся, не говоря ни слова друг другу. Чонгук понимает, что натворил, когда холодная вода по телу скользит, когда мозг работать начинает. Он только что собственноручно себе оковы надел, все замки на цепи нацепил, он с Тэхеном в единство слился и омегой пропитался. Он кулаками плитку бьет и лбом в нее утыкается. Он не сдержался, не смог и все, что есть сейчас убил. У Тэхена рассудок и понимание только в теплой воде возвращаются. Сознание под дых бьет, а тварь боль его в плен берет, над ревностью возвышается и ножами острыми все полосует. Тэхен совершил то, за что его убить мало. Он предал папу и самого себя. Последнее больнее всего далось.

Они проиграли. Маски сняты. Карты в бите.