Герои, злодеи

В день нашей первой встречи шел снег. Она сразу сказала, что не любит зиму. А на вопрос: "Что же ты любишь?", ответила плутовской улыбкой, за которой можно было прочитать тоску. - Самообман. Мы старались не задавать друг другу личных вопросов. И все наши отношения сводились к бессмысленным разговорам. И даже когда я впервые поцеловал её, мы совсем ничего друг о друге не знали. Может быть, лишь имена. Но никто из нас не был точно уверен в том, что они настоящие. Свет в квартире не горел, Юри с какой-то опасливой осторожностью ступила на порог, попадая в объятия немого мрака. И даже щелкнув пару раз выключателем в прихожей, она так и не смогла добиться ничего, кроме нарастающей досады. Сняв мокрый от снега пуховик, девушка подавила в себе желание позвать его по имени, на уровне инстинктов уловив апатичную сонность атмосферы. На ощупь дойдя до одной из комнат, она чуть привыкла к темноте и наконец смогла разглядеть очертания человеческого силуэта. Девушка присела у изголовья дивана, стараясь дышать тише. - Даби? - спустя минуты 3 осторожно, почти шепотом позвала Юри, наклоняясь ближе к спящему мужчине. - Уснул... - вздохнула она слегка расстроено, задумчиво скользя двуцветными глазами по привычным шрамам на его лице. Сколько бы она не пыталась представить, каким Даби был до того, как обрёл эти уродливые ожоги, никак не могла обрисовать его лицо без стальных скоб и искусственной улыбки. Она не считала его красавцем, но что-то в его полуоткрытом взгляде приглянулось девушке в тот снегопад. Брюнетка опустила глаза ниже, пристально вглядываясь в линии шрамов, отделяющие ороговевшую плоть от остальной кожи. Ее рука нежно скользнула по чернявым волосам, что, кажется, никогда не знали порядка. Жесткие и даже колючие, чего совсем сейчас нельзя было сказать об их владельце. Спокойное лицо Даби, лишенное всякого лукавства, не отяжеленное дьявольской тенью, в которой Юри находила особое очарование, будто бы вовсе лишало его индивидуальности. Девушка усмехнулась про себя, находя такое мирное выражение его лица вполне себе милым, хоть и до жути непривычным. Наконец брюнетка перевела взгляд на обычно пугающую полуулыбку мужчины. Они никогда не говорили друг о друге, но преступника в Даби выдавала его злодейская внешность. И хотя Юри старалась много не думать об этом, все же понимала, что играть в недомолвки однажды надоест обоим. Вторая рука опустилась на его щеку, и она мягко, будто бы боясь стереть или поранить ее, провела по его скуле кончиком большого пальца. - Хочешь меня поцеловать, Ю-чан? - промурлыкал мужчина сонным голосом. На лице Даби расплылась привычная ухмылка, возвращая парню угасшие на время дерзость и вызов в выражении его лица, и брюнет быстро перехватил руку девушки, сдавливая ее запястье. - Да. Мне нравится, когда ты молчишь, - ровным голосом ответила девушка, чувствуя, как сжимается кольцо пальцев мужчины на ее коже. Наконец Даби медленно приоткрыл веки, давая себе наконец насладиться знакомым холодом смотрящих прямо на него цветных глаз. - Ты жестока... - злодей потянул ее руку к своему лицу и лениво запечатлел протяжный поцелуй на тыльной стороне белой ладони. - Впрочем как обычно. Юри проигнорировала дрожь в коленях и устало моргнула, механически облизывая пересохшие губы. Кажется, этого жеста Даби хватило, и он аккуратно притянул ее ближе, второй рукой обхватив затылок девушки. Брюнет накрыл ее губы в требовательном, насколько это можно было, поцелуе, через который пытался показать, как он истосковался. - Даби... - сквозь сжатые губы произнесла она его имя с неким упреком, граничащим с раздражением, пытаясь не выдавать эти эмоции. Злодей послушно, но с некой неохотой убрал ладонь с ее горячего затылка. Они оба замолчали. Даби вряд ли когда-то на самом деле задумывался о нормальных долгосрочных отношениях, о любви, доверии, беспокойстве о ближнем - все это казалось раньше глупостью, недостойной и толики его внимания. В своих пассиях он не искал чего-то особенного. И как бы внешне не выделялась очередная его любовница, в более интимной обстановке они все казались ему одинаково скучными, зацикленными на скучных вещах, скучно рассуждающими, со скучным взглядом, скучными мыслями. И поначалу Юри он тоже считал обыкновенным своим интересом на одну ночь. Она, словно бы тот снегопад был ее продолжением, источала морозный холод и обманчивое безразличие. И если все его девушки до этого были просто скучными, то Юри на их фоне была квинтэссенцией равнодушия и безучастности почти ко всему. Мужчина был польщен просто тем, что ему удалось привлечь внимание этой девушки, а ее апатия внезапно вызвала интерес Злодея. С самого начала он захотел ее попробовать, почувствовать, какая она, когда полностью раздета: чувствует ли она себя беззащитной, когда нет возможности спрятать свое смущение и возбуждение под одежду, или же так она ощущает себя хозяйкой положения и наконец стирает это равнодушное выражение на своем красивом лице. Он жаждал видеть ее эмоции: хоть что-то должно было ее веселить, злить, раздражать, трогать, чего-то она должна была хотеть в конце концов. Он так мало о ней знал, а она чаще всего была молчаливой и не желающей делиться своими мыслями. Время от времени фантазируя об этой девушке, Даби стал ощущать это подрывающее самомнение чувство неуверенности. Ему и правда было в чем сомневаться, ну бы хотя во взаимности своих неоднозначных чувств или в стабильности своего психического состояния. Пришлось нарушить ее личные границы. - Останешься? - аккуратно заглядывая в ее разномастные глаза, шепотом вопросил он, и тут же получил короткий ответ: - Нет. - Я тебе надоел? - интонация, с которой он это произнес, вызвала в девушке странное ощущение подкрадывающейся опасности, которое Юри тут же попыталась в себе задушить. - Нет... все изначально было как-то неправильно... - глядя в никуда, негромко говорила она, будто бы вовсе не замечая недовольного выражения его лица. - Неправильно, да?.. Целенаправленное игнорирование желания узнать чужую жизнь давало возможность придумать прошлое друг друга, давало разрешение идеализировать любимого человека. И Юри на самом деле старалась убедить себя в том, что Даби не тот Злодей, о котором говорит весь геройский мир, пусть он будет просто очень-очень на него похожим. Такие попытки иногда у нее самой вызывали истерику, настолько абсурдными они были. Юри растерянно поднялась с дивана, ее примеру последовал и брюнет. Они несколько минут молча смотрели друг другу в глаза, точно угадывая последующую цепочку событий. Девушка тяжело вздохнула, и в этом ее вздохе он услышал "прощай". Его прошибло будто бы током: вспотели ладони и закружилась голова, он бы сам назвал это паникой, но так давно ее не испытывал, что не был до конца уверен. А Юри почему-то ни минуты не сомневалась, что Даби отпустит ее. Да только ведь она его совсем не знала. Игнорируя строгий взгляд цветных глаз, он подался в коридор и свернул на кухню, Юри зачем-то пошла за ним, хотя минуту назад была уверена, что, не раздумывая, уйдет. Не проронив ни слова, Даби достал из шкафа прозрачный стакан, наливая туда крепкий алкоголь, и залпом осушая его. Она никогда не видела его пьяным. Кончики пальцев тут же занемели и на любое прикосновение к стакану отзывались странной щекоткой, будто бы их кололи иглой. Обычно он быстро пьянел, и алкоголь не переносил вовсе. Для Даби он был сродни бензину; если не соблюдать некоторые меры безопасности, можно было и спалить кого-то (или себя) ненароком. Юри молча смотрела на него напряженное выражение, будто бы тот что-то пытливо анализировал в своей голове. Она даже не могла точно сказать: зол он сейчас, расстроен или что-то иное. Девушка просто стояла в проходе, наблюдая за немой сценой, которую Даби отыгрывал на кухне. Брюнету сейчас ужасно хотелось закурить, хотя он в жизни не держал сигарету в руках. Юри развернулась, готовая последний раз повернуть ручку входной двери, как на плечо внезапно легла мужская рука. Девушка моментально среагировала, с силой сбрасывая ее. Она машинально подалась в прихожую, но Даби быстро нагнал ее там. Руку сжали крепче обычного, спина уперлась холодную стену, когда второй рукой Даби сдавил тонкую шею. - В отношении силы ты мне явно проигрываешь. - Что ты пытаешься... - привычный холодной голос, который Даби сразу тут же попытался выкинуть из своей головы. - Какая ирония... - мужчина наклонился к ее лицу, кончиком носа скользя по выпирающей скуле. Даби громко вдохнул запах девушки и снова, будто бы вовсе нехотя заговорил. - Мы раскрыли друг друга в один день. Кажется, мир над нами насмехается, Юри, - почти по слогам прошипел брюнет. Не убирая ладони с ее горла, мужчина шершавым языком прошелся по короткому шраму на щеке застывшей Героини. - Что бы сказали другие Герои, узнав о порочной связи с таким, как я, а, Ю-чан? - громко рассмеялся злодей, после чего наконец разжал пальцы на девичьей шее, спуская руку ниже. Даби указательным пальцем царапнул выпирающую кость ключицы, заставляя девушку оскалиться. - Ха-ха, неужели совсем не страшно? - вопросил темноволосый будто бы раздосадованно. И в ответ снова молчание. Уязвленный таким безразличием, он мягко очертил ладонью округлость груди, останавливаясь чуть выше талии. - Не томи, Ю-чан, скажи что-нибудь. Иначе придется мне показать, как я злюсь. Он никогда не стремился причинять ей боль, но сейчас готов был переступить многие свои принципы, лишь бы услышать ее голос. - М-м-м! - сдавленно промычала Юри, когда холодные пальцы, забредшие под ткань ее рубашки, впились в нижние косточки легкого. - Даби... - как-то бессильно выдохнула она. И выбери разноглазая любое другое слово, может брюнет и сдержал бы этот внезапный порыв. Но, услышав своё имя, он просто не сумел остановить себя. Даби рывком приблизился к ее губам, так безобразно целуя ее против воли. Он никогда не отличался терпеливостью, но редко позволял себе нарушать личные границы. Юри тут же почувствовала горький привкус недавно выпитого алкоголя и стиснула зубы, кусая злодея за губу. Даби разорвал поцелуй, жестоко хватая девушку за подбородок и разворачивая ее голову в сторону, в самое ее ухо угрожающе прошептал: - Открой рот. Она знала, что Даби злится. И почему-то сейчас его раздражение не казалось безосновательным, будто бы Юри заслужила такую вспышку гнева со стороны Злодея. Впрочем они никогда не длились долго. Она тяжело дыша сглотнула, повинуясь приказному тону его не терпящего отказа голосу, и тут же почувствовала соленный привкус его крови на языке. Даби снова сделал глубокое движение языком, сплетаясь с девушкой в тягучем поцелуе. Пусть говорит, что ей вздумается, но разве такие ее возбужденные реакции не скажут намного больше? - Ю-ча-а-а-н, - после того как он наконец оторвался от губ девушки, как-то обиженно протянул Злодей, положив подбородок на ее плечо. И голос его приобрел какие-то извиняющиеся нотки обманчивой покорности. Тот еще актер. - Ты разве уже не влюбилась в меня по уши? - и в этом его вопросе Юри узнала детскую нетерпеливость, перерастающую в почти что претензию. Таким Даби бывал редко, но ей почему-то казалось, что это и был он настоящий. - И откуда это Ю-чан..? - пробубнила брюнетка, отворачивая голову в противоположную от Даби сторону. Мужчина сладко улыбнулся, отмечая то, что Юри сочла удобным избежать ответа на его вопрос. Он угадал за ее недовольным голосом просьбу. Просьбу побыть с ней ласковым, более убедительным, чем обычно, чтобы у нее просто не осталось возможности и желания отказать мужчине. Даби переместил свои губы к уху девушки, горячо выдыхая и заставляя ее потеряться в этом томном вздохе. Он игриво лизнул хрящик и громко вдохнул запах, исходящий от ее шеи. - Ты ведь сама говорила, что любишь себя обманывать. Давай притворимся, что не должны друг друга убить, - проговорил Даби, отстраняясь от девушки. Брюнет перехватил ее подбородок, аккуратно поворачивая голову девушки и заставляя все же встретиться с ним взглядом. - Ну же, скажи что-нибудь. Иначе я сочту твое молчание за согласие. В ее теперешнем взгляде он читал осуждение, на которое отвечал нескромной улыбкой. Может он и считал себя недостойным ее любви, да только уже успел познать прелесть ее внимания, и отказаться от него был просто-напросто не способен. И может он сам до конца не верил в возможность дальнейших их отношений и считал своё последнее предложение почти что бессмысленным, ведь в конечном итоге выбор будет сделан: один предаст другого. Да только очевидный вопрос: "кто?", делал эту игру крайне увлекательной, а больше всего Даби не мог терпеть скуку. - Зачем ты мучаешь меня, Ю-чан? - уткнувшись лицом в ложбинку между грудей, он сладко поцеловал ее кожу через тонкую хлопковую ткань, будто бы надеясь оставить засос. - Зачем? - Даби поднялся выше, легонько лизнув, он мучительно впился в ключицу зубами. - Хочешь, я извинюсь? - Тц... - наконец среагировала разноглазая, за волосы оттягивая от себя мужчину. - Что за ребячество, Даби? Мужчина негромко рассмеялся, показывая ряд идеально ровных зубов. Он снова навис над ней, соприкасаясь с темноволосой горячими лбами. - Ребячество? - он медленно провел языком по ее нижней закусанной им же губе. - У меня и в мыслях не было тебя дразнить, Ю-чан... Ну же, хватит прятать от меня свой очаровательный взгляд. Признайся, что ты просто по уши в меня влюбилась... - Юри! Мое имя ЮРИ! - с напускной злостью оскалилась девушка, стараясь сбросить с себя напирающего брюнета. - Ты сомневаешься, Юри? - непривычно серьезным голосом спросил Даби. - Это вполне естественно - твои сомнения, - начал он вслух. - Не можешь решить, как поступить, - подкинь монетку. Неважно, что выпадет в конце, орел или решка, ты поймешь ответ, когда монетка будет в воздухе, - отпустив девушку, медленно проговорил Даби. - Чего ты хочешь, Юри? - этот его взгляд выражал тысячу разных эмоций, и сейчас он магическим образом пробудил одну в ней. - Хочу узнать тебя, - она даже не подняла на него голоса, говоря это так же монотонно, как и все, что говорила до этого. Не знай он ее, точно решил бы, что ей вообще плевать на ее же собственные слова, да только сейчас Юри злилась. И Даби это понимал. - Хочу знать о тебе каждую мелочь: твой любимый цвет, размер одежды, какую музыку ты слушаешь, откуда эти уродливые шрамы, почему ты постоянно давишь эту дьявольскую улыбку? Я терпеть ее не могу, но почему она такая обаятельная? - на одном дыхании выговорила Юри, не желая сейчас видеть его лицо. Она на секунду замешкалась, но, закрыв глаза, все же задала главный вопрос. - Ты правда в Альянсе Злодеев? Она думала, что кроме улыбки Даби никак не отреагирует на этот ее поток мыслей. Наконец Юри в нерешительности подняла голову и открыла глаза. Вопреки ее ожиданиям, Даби в задумчивости молчал и чуть ли не впервые выглядел таким серьезным. Его глаза жутко переливались в темноте комнаты, и, даже присмотревшись, Юри не смогла разгадать это новое нечитаемое выражение на непривычно невозмутимом лице. Внезапно она почувствовала какое-то странное разочарование. Ей всегда думалось, что любой из них может уйти без объяснений, что все эта игра, в которую оба ввязались от скуки. Таким все казалось простым и логичным раньше, да только теперь, когда карты открылись, Юри почувствовала себя непривычно уязвимой, будто бы ее раздели на радость публике, выставили на смех, сделали безоружной, ничтожной, беспомощной. Настолько были непривычны собственные чувства... - Ты ведь достаточно взрослая, чтобы понять, что мир не черно-белый... - вдруг заговорил Даби, делая шаг в ее сторону. Она еле заметно пошатнулась. - Но неужели ты правда согласишься с тем, что кто-то за тебя решил с кем тебе быть можно, а с кем нельзя? - продолжал Даби, не меняясь в лице. - Я член Альянса Злодеев. Этот факт на самом деле поменяет твои чувства? - блуждающий взгляд мужчины остановился на девичьем лице с выражением глубоко удивления. Юри вряд ли когда-то серьезно задумывалась о том, насколько на самом деле могла привязаться к этому человеку. Он не казался ей ужасным, он не был для нее Злодеем, но она догадывалась, что он когда-то убивал. И скорее всего убивал много, и вряд ли сожалеет об этом теперь. Было бы обманом сказать, что она не догадывалась об его истинной сущности, но зачем тогда вообще заговорила с ним в тот вечер. - Мне было любопытно, Даби. Можно ли тебя исправить, - не сразу ответила она, исподлобья глянув на мужчину. - Я не сломанная игрушка, чтобы пытаться меня подчинить, - еще один шаг в ее сторону. Брюнетка подумала, что не следует подпускать его ближе сейчас. - Я такая эгоистка... - вдруг рассмеялась девушка. - Знаешь, чувства - это неприятно. Мне больно, черт возьми! - наверное он впервые услышал, как она повысила голос. Увидел, как на глазах выступили слезы, и сам внезапно почувствовал какую-то тоску. - Да, больно, - выдавил он в ответ. Вдруг ей вспомнился тот снегопад, нескромный вопрос, который Даби задал в первую же их встречу, и то, каким простым все тогда казалось. - Мне надоело врать самой себе... - Хорошо, - наконец улыбнулся Даби, надевая привычную маску азартности. - Будь честной девочкой и скажи мне: как сильно у тебя пылает в груди, когда я тебя целую? Когда касаюсь твоей кожи, ноет ли у тебя в животе? И сорвавшийся с ее губ короткий полувыдох он воспринял по-своему. Мужчина быстро, будто бы не желая дать ей времени на раздумья, притянул Юри к себе, томно шепча прямо в ее губы: - Вряд ли можно бороться с такими чувствами, Ю-чан... - Даби снова поцеловал ее, так страстно и измученно, будто бы наказывая. - Ты хочешь быть со мной, хочешь меня всего, - промурчал он застывшей девушке в ухо. - И не прячь ответ за равнодушным взглядом - очередной обман. Что будешь делать, Ю-чан? Что будешь делать, ведь ты уже давно приняла меня, ведь ты уже оказалась в моей власти. То, что она сейчас молчала, только забавляло его. Ее неспособность возразить хоть что-то тешила сейчас его самолюбие, еще немного и он бы точно засмеялся. Девушка вдруг вжалась в его плечо, не говоря ни слова, и Даби почувствовал кожей жар ее лица. Всю его напыщенность и игривость как ветром сдуло, он вдруг понял, что Юри уже ответила, что все уже решила, только что решила. - Ты все же останешься со мной, Юри? Знаешь, это самая большая твоя глупость.