Куклы

А время шло, часики тикали. Из палаты никто не выходил, наоборот, врачи каждый раз заходили туда, о чем-то говорили с серьезными выражениями лиц. А Чон сидел рядом с палатой и смотрел в окошко, через которое было видно только спины докторов, что крутились рядом с омегой. Чимин и его альфы тоже были в больнице, и так же переживали за Тэху. Но только если Пак высказал альфе все, что думает о нем, то Юнги просто назвал его ебланом, а Хосок- уебком. И вот, через какое-то время из палаты вышли пару врачей, что с облегчением вздыхали и сбрасывали капли пота со лба. Чон встал и подошел к ним, чтобы хоть что-нибудь узнать. – Он в порядке? Что с ним? – Все нормально, с ним все хорошо, просто небольшой шок. Ему нужен отдых. После пережитого его состояние немного ухудшилось, он отказывается принимать пищу. – А он...он сможет забеременеть?– с надеждой спросил альфа, от чего Чимин и парни посмотрели на него с немым вопросом. – Может. Но только, если его альфа будет принимать специальные гормоны, с помощью которых омеге будет легче забеременеть. Так же во время полового акта необходимо использовать афродизиак в небольшом количестве. – И...это все? – Пока, да. Нам надо идти, да и вам тоже. Время посещений давно закончилось.– доктора поспешно покинули то место и ушли. – Ну и зачем?– спросил Чимин, соскакивая с места. – Что? – Зачем все эти вопросы? К чему они? Вот только попробуй опять полезть к моему Тэхе, и я тебе голову сверну! Только и можешь думать своим членом, ебарь обдолбанный!– Чимин покраснел от злости. Он впервые употребляет такие слова, от чего Юнги присвистнул, а Хосок слегка усмехнулся. – Не ори, зефир ходячий! Ты меня бесишь! И не просто бесишь, а выбешиваешь! Ты кто вообще такой, что бы на меня орать? Если бы не ты, я бы сходил с Тэ на свидание! И возможно, все было бы хорошо! – Ах, так это я еще и виноват? Да что б ты знал, он бы не пошел с тобой! Он сказал "да", только что бы отмазаться! – Да пошел ты...– Чонгук ушел прочь из больницы, топая к себе домой. – Истеричка хренова.– тихо добавил омега, взяв альф за руки и ведя их к выходу домой. Уже на пороге дома начались все их страсти: поцелуи, жаркие объятия, холодные руки, блуждающие по разгоряченному оголенному телу. И как всегда, Юнги устраивается сзади, а Хосок спереди. Дом начинает наполняться запахом арбуза, мяты и ромашек. Не плохое сочетание лета. И сочно, и свежо, и красиво. Пак облизнул свои пересохшие губы, проходясь языком сначала по верхней, а потом по нижней. Он аккуратно хватает альф за запястья и тащит к комнате, где его тут же кидают на кровать, а сами альфы начинают раздевать себя. Нет, не так. Они раздевают друг друга, что еще сильнее возбуждает Пака. Как же приятно смотреть, как одно сильное подтянутое тело стягивает одежду с другого такого же. Их жарки прикосновения друг к другу, губы Хосока, что плавно огибают шею, оставляя на ней багровые засосы и поцелуи. И, наконец, любимая часть Чимина: Хосок хватает голого Юнги за волосы и впивается в его губы властным поцелуем. Но и Юнги не уступает, вплетает длинные пальцы в его рыжие локоны и проводит по губам альфы языком. Их руки блуждают по телам друг друга, огибают каждое ребро, каждую тазобедренную косточку. От слишком громких и пошлых звуков поцелуя у Чимина член колом встал. Хотелось выть от такого зрелища. Хотелось затащить этих обоих к себе, посадить в клетку и никогда не отпускать. Хотелось принуждать их делать это. И когда Чон разорвал поцелуй, между их губ свисала нить слюны, что сразу же разорвалась, когда они стали приближаться к Чиме. Оба схватили того за руки, стали стягивать одежду, попутно выцеловывая каждый сантиметр прекрасного тела. – Мальчики...войдите сразу...я хочу вас двоих...хочу чувствовать вас...– скулил омега, ерзая на простынях. Альфы посмотрели друг на друга и кивнули. Они быстро изменили позу так, что Пак животом лежал на Юнги, а Хосок пристроился сзади. Оба доминанта сразу же вошли в податливое тело Чимми, который издал протяжный стон, что утонул в Миновском поцелуе. Два больших члена быстро скользили внутри сжмающегося нутра, что вибрировало от попадания по простате. Пару резких толчков и оба альф изливаются во внутрь, а омега на живот Юнги. Узел и сцепка сразу скрепили их. А омежка счастлив. Потому что полюбил. Потому что не бросят. И парни счастливы. Потому что он их любит. Потому что он не бросит. Трое легли в удобную для всех позу, после чего уснули под тихий шепот ветра, что дул из приоткрытого окошка.