Мистер Эштон, сэр!

      — Время разбрасывать, затем собирать камни, — деловито изрёк Оливер, стоя напротив карты в кабинете Майкрофта. Сцепив руки за спиной, он внимательно рассматривал красные точки по всей Северной Европе, отмечая, что рядом с каждой на экране высвечивается время. Оливер осмотрел даты и с точностью определил, что девять глав будут ликвидированы с трёхминутным перерывом.       — Они не успеют связаться друг с другом, — заверил Майкрофт, — трудно представить, какой они испытают шок, подвернувшись сомнительной атаке.       — Кто выступает исполнителями?       — Мои люди, — мужчина стал рядом с ним, указывая на карту. — Пойдём в обратном порядке, планы немного изменились, но через сорок минут первые точки погаснут. Шведа задушит проститутка, эстонца отравят в ресторане, финн попадёт в автокатастрофу, норвежец повесится, — хмыкнул Майкрофт, — самостоятельно.       — В самом деле? — полюбопытствовал Оливер, скосив глаза на собеседника. — Интригуете, Майкрофт. Остальные в том же духе?       — Верно, — кивнул тот, — всё будет подстроено так, словно мы не принимали в этом участия. Оливер довольно кивнул, представляя лица каждого, кто будет играть главную роль в этом спектакле. Мужчина присел в кресло напротив карты и взял с подноса чашку чая, аккуратно перемешивая сахар.       — Как Ваши дела, Майкрофт? — задал вопрос Оливер. — Есть осложнения?       — Всё решаемо, — заверил тот, садясь за стол, потянувшись к подносу. — Политическая ситуация в стране крайне стабильна. Уличные проблемы уже решены — люди завербованы, кстати, Ваши тоже.       — Мои? — покосился Оливер. — Вы в самом деле решили, что я должен взять их под своё руководство?       — За время вашего отсутствия с ними провели воспитательную беседу и теперь каждый готов дать голову на отсечение, лишь бы с Вами всё было в порядке. Эштон стиснул челюсть, сжимая пальцами ушко чашки. Майкрофт терпеливо дождался, пока гнев собеседника утихнет.       — Вы понимаете, что творите? — уточняет он. — Майкрофт, мне не нужны люди, я не надеялся погрязать во всём этом надолго.       — Мы и не предполагали, что придётся идти в этом направлении, — ответил тот. — Но поймите, что оставить людей в живых — значит позволить им творить преступления, а это…       — Неприемлемо? — вздёрнул бровь Оливер, поставив почти нетронутую чашку на место. — Для их истребления можно было бы подключить Шерлока! Он бы мигом усадил их за решетку, если бы было за что.       — Вы многого не знаете, Оливер, — беспокойно отозвался тот. — Мне очень жаль, но после этой операции нам стоит провести с вами переговоры насчёт дальнейшей вашей жизни.       — Вы хотели сказать: моего существования, — сердито выдал Эштон. — Я… больше, чем разочарован, Майкрофт. Я надеялся, что вместе нам удастся решить все проблемы, но, видимо, Вы решили, что больше я не понадоблюсь в лице обычного доктора Джона Ватсона. Вы в самом деле похоронили меня, Майкрофт. Мужчина прикрыл глаза, пытаясь совладать с гневом, выпирающим через край. Резко поднявшись с места, Оливер вышел из комнаты, отправляясь в туалет, чтобы прийти в себя. Не замечая ничего, он закрылся в комнате и открыл кран. Ему нужно было быть готовым к этому! Оливер же думал об этом! Так какого чёрта так стискивает всё в груди?! К чёрту эмоции, — подумал мужчина, глядя на себя, побледневшего, с красными от недосыпа глазами, — к чёрту благородство, жалость, страх, отчаяние. К чёрту всё, что касается грёбаного Джона Ватсона и Холмсов. Я сделаю всё, чтобы эта история закончилась благополучно, а потом решу, что делать с Майкрофтом. Он не лишит меня права жить моей жизнью. Возвращаться не хотелось, но Оливер был вынужден. Майкрофт поднял на него глаза, всматриваясь в равнодушное выражение лица, и указал рукой на карту. Эштон понял, что операция началась. На часах одиннадцать вечера, сейчас погаснут «огни». Первой, почему-то, пропала Эстония, за ней Швеция, хотя должно было быть в другом порядке. Оливер выразительно взглянул на Холмса, который незамедлительно взял в руки телефон. Вполне ожидаемо в кабинет вошла Антея, всё так же не отрываясь от телефона. Небольшой диалог между ними был совершенно не интересен, поэтому Оливер равнодушно наблюдал за угасающими точками. Это было намного увлекательнее, чем выяснение обстоятельств произошедшего.       — Думаю, они знают, что я в Лондоне, — прервал диалог Оливер. — Через какое время падет восток и юг?       — Через четыре часа будет уничтожен восток, ещё через пять — юг, а запад оставят на вечер. Их меньше всего. Оливер удовлетворённо кивнул, затем спрашивая, кто будет вести переговоры с подчинёнными погибших глав. На что получил развёрнутый ответ о представителях от его имени, среди которых был и Мак, и Саб. Расставаться со своими напарниками было тяжело, но доверенных лиц у Эштона было мало, большинство были выбраны лично Майкрофтом. В выборе мужчины Оливер не сомневался.       — Меня направят на север? — поинтересовался он, взглянув на потухшую карту.       — Я посчитал, что так будет лучше, — согласился Майкрофт, повернувшись к нему, — если вы, будучи непосредственным будущим руководителем, сможете заключить мирный договор — у нас не возникнет трудностей в остальных частях Европы.       — Вы уже подумали, чем мне занять тысячу человек? — вопросил Оливер, натягивая пальто. — Или мне половину перестрелять, как собак?       — Мы не знаем, какое количество примкнёт к вам, — хмуро выговорил Майкрофт. — Вы должны понимать, что не все захотят смены власти.       — О-о, я это прекрасно понимаю, Майкрофт, но всё же надеюсь, что мне не придётся отдавать приказ на расстрел.       — Цель оправдывает средства, — пожал плечами тот. — Удачного пути. Покачав головой, Оливер взглянув в зеркало и недовольно выдохнул — седина проступила через краску. Необходимо было обновить цвет, если он намерен и дальше скрываться под личиной Оливера, хотя… есть ли в этом смысл? Оливер Эштон поседел за небольшой промежуток времени. Неудивительно, с его-то жизнью. Выходя из кабинета Оливер отметил, что на карте в восточной части загорелись красные огни. Полдела выполнено. Осталось совсем немного.

***

Почему-то не было беспокойства. Здание было окружено бойцами, готовыми его охранять, снаружи через окно его должны были прикрывать снайперы, а сам он был в бронежилете и при оружии. Эштон внимательно оглянул местность и вышел из машины, стараясь не зацикливаться на том, что сейчас предстоит говорить. Восемь заместителей, наверняка запуганных внезапной смертью глав, дожидались его внутри в конференц-зале. Оливер пропустил несколько человек вперед, чтобы те вошли первыми, и дёрнулся в сторону, впечатываясь в стену. Расстрелянные два тела упали навзничь, но Эштон заметил, что один из охранников ещё мог дышать. Оливер прикрыл глаза, нащупав на себе бронежилет, и вышел на середину коридора, недовольно отмечая, что кровь успела заполнить приличный радиус вокруг одного из тел.       — Что, зассал, да? — едко завизжали из комнаты, и Оливер открыл дверь ногой. Грозно осмотрев восьмерых мужчин и их вооруженных охранников, он оскалился и уверенно двинулся вперед.       — Я надеялся, что у глав сети будут более смышлёные заместители, — выразил презрение Оливер, вытаскивая из-за стола стул. — Присаживайтесь, джентльмены, несмотря на угрозу жизни я всё ещё планирую благополучно обсудить сложившуюся ситуацию и прийти к общему соглашению.       — Да пошёл ты! Оливер поправил наушник, включая микрофон, и завуалированно приказал выстрелить в пустоту. И без того испуганные замы дёрнулись вместе с охранниками. Оливер снисходительно взглянул на них, без слов указывая присесть напротив него.       — Господа, выражаю сочувствие по потере ваших руководителей, — хмыкнув, произнёс Эштон.       — Да это же ты их завалил! — процедил эстонец.       — Я был в Лондоне, — пожал плечами Оливер, — вряд ли я был способен на это. У меня не так много людей, чтобы светиться в Европе. Впрочем, я здесь не для скорби и объяснений, я здесь для важного дела, которое нельзя откладывать! Мужчины нахмурились, и Эштон спросил их, рассказывали ли им о планах их главы. Вразумительного ответа так и не удалось получить, некоторым сказали, но вскользь, будто бы не считая достойными что-либо знать. Мужчина поднял руку, и охранник вложил в неё папку с договорами, толкая её по столу к собеседникам.       — В папке договора, лично подписанные вашими покойными руководителями, — разъяснил Оливер, — ознакомьтесь, и мы начнём обсуждать дальнейшее развитие событий. Несколько неохотно один из них раскрыл папку и раздал договора. Несмотря на отвратительное ведение деловых переговоров, они внимательно вчитались в документ и начали перешептываться, указывая на некоторые пункты. Оценили, — констатировал Эштон, замечая, что некоторые одобрили идею, — главное снять этих придурков.       — Вижу, вы одобряете мою задумку, — усмехнулся Оливер, складывая руки в замок, — я являюсь руководителем проекта, все данные сливают по программе именно мне, однако, так как ваши руководители кому-то помешали, я не могу допустить срыва операции. На кону стоит слишком много ценных вещей, с которыми бы никто не хотел расстаться.       — Теперь мы являемся главами, — выступил один из них. Оливер фыркнул, закатывая глаза.       — У вас монархия? — рассмеялся он. — Господа, я здесь не собираюсь шутить шутки. Я здесь для того, чтобы стать руководителем Северной Европы.       — Как прямолинейно, — выдавил из себя норвежец. — Не много ли на себя берёшь?       — В самый раз, — оскалился Эштон, поднимаясь из-за стола. — И я немедленно хочу приступить к выполнению задания, но меня тормозят такие идиоты, как вы! Скривив лица, некоторые переглянулись, но ничего не сказали, позволяя Оливеру продолжить свою речь. На них нужно было лишь немного надавить или, может, пригрозить смертью — он ещё не решил, но знал точно — необходимо начать действовать. Постепенно нагоняя на них страх, Эштон умудрился не только договориться об выполнении задания, но и беспрекословного подчинения. В случае, если они откажутся выполнять приказы, Оливер пообещал, что смерть их будет долгой и болезненной. Некоторые недоверчиво хмыкнули и сразу же поплатились.       — Хороший выстрел, — похвалил Эштон, слушая визг и испуганные вздохи повскакивавших с мест мужчин. — Запомните: у вас на меня ничего нет, я могущественен и имею возможность найти каждого из вас, куда бы вы не спрятались.       — Да кто ты, блять, такой?! — завопил раненный в плечо латыш. — Ублюдок!       — Я являюсь вашим главой, — провозгласил Оливер, повышая голос, — обращайтесь ко мне «мистер Эштон» — это всё, что вам нужно знать. А сейчас, будьте так любезны, проводите меня к своим подчиненным, нам нужно разъяснить для них ситуацию, господа. Иначе как мы будем работать? Я требую беспрекословного подчинения, в случае, если этого не будет, пострадаете не только вы, но и дорогие вам люди. Поверьте, я найду, где бы вы их не прятали. Оливер расправил плечи и внимательно взглянул на охранников, медленно опускающих автоматы. Один за одним они вышли из комнаты вместе с охраной Эштона в коридор, норвежец и финн подняли на ноги стонущего раненного и последовали за уверенно направившегося к выходу Оливера.       — Стойте, — еле слышно прозвучало позади, но он проигнорировал стон латыша. — Да стойте же Вы, чёрт бы Вас побрал! Сэр! Оливер остановился, медленно повернувшись к мужчинам. Повисший на двух замах, латыш скривился, будто ему было это ужасно невыносимо, и чётко проговорил признание:       — Ваши машины заминированы, мы можем вызвать Вам несколько. Вздёрнув бровь, Оливер кивнул, выразив благодарность, и осознал, что всё-таки ему удалось произвести на них должное впечатление. Процессия двинулась к выходу, где их уже ждало несколько новых джипов для перевозки. Эштон обернулся к заместителям, и уголок его губ дрогнул, когда латыш слабо скривился от осознания того, что его признание было напрасным. Оливер приказал охраннику помочь мужчине забраться в машину рядом с ним и влез в машину. Мужчина, хрипя от боли, плюхнулся на сидение, сжимая предплечье.       — Чёрт! — нервозно выдавил он.       — Едем за машинами, босс? — вопросил водитель, взглянув в зеркало заднего вида.       — Мистер Райнис, — обратился Оливер, — назовите точный адрес места, в которое мы поедем. Вбив в GPS-навигатор адрес, водитель согласно кивнул и съехал с места, аккуратно выезжая на проезжую часть. Эштон внимательно осмотрел раненного и потребовал у второго охранника аптечку.       — Ну что, теперь займёмся Вами? — вопрос был риторическим, но мужчина, еле держа глаза открытыми, спросил, зачем он собирается оказывать ему помощь. — Затем, что мне нужен живой член группировки. Вряд ли от вас мёртвого будет какой-то прок.       — Сами выстрелили — сами спасаете, — слабо фыркнул Райнис, скриви губы, когда с него сняли пиджак и расстегнули рубашку. — Люди не согласятся работать с Вами, мистер Эштон, даже если Вы пригрозите.       — Я не буду настаивать на всех, — откликнулся Оливер, закатывая рукава рубашки. — Те, кто не согласятся, будет ликвидированы с последствиями. Я хочу собрать масштабную команду по всему миру, готовую на всё ради своего единственного главы.       — То есть, Вас?       — Верно, — кивнул Оливер, вкалывая анальгетик. — Я не стремлюсь к господству над всем миром, я хочу добиваться целей вместе с преданными мне людьми. Что скажете?       — Звучит нереально, — еле выговорил тот, закрывая глаза. — В каждой группе есть люди, которые… не готовы к смене власти. Оливер взял инструмент в руку и приказал водителю избегать неровностей на дороге. Не хватало, чтобы раненный умер по дороге в его машине. Тогда всё пойдёт коту под хвост.       — Тогда мы с Вами вместе попробуем убедить их в важности моей кандидатуры на этот пост, — безразлично проговорил Эштон, нащупывая инструментом пулю. — К концу поездки будете как новенький, обещаю.       — Вот уж радость, — скривился тот. Оливер усмехнулся, аккуратно доставая пулю из раны. Кровь хлынула, заливая руку, сидение и брюки, но мужчина не обращал на это внимание, продолжая спасать чужую жизнь. У базы, где находилась латышская часть сети, Райнис вышел машины с помощью охранника Оливера. Там их встретило несколько человек, передали по рации о критическом состоянии своего руководителя и навстречу выбежала большая группа людей, не меньше пятнадцати человек. Раненный поднял руку, призывая их успокоиться, и Оливер вышел из машины, осмотрев новые брюки.       — Ну что, — сдержанно проговорил он, подойдя к Райнису, — давайте знакомиться?