Проклятый путь шиноби

— Ну, и чего же мы тут улыбаемся? Ты ведь расскажешь мне, Наруто? — повторил незнакомец, сжимая его плечо. Наруто почувствовал, как его чакра пытается вырваться на свободу, но сдерживал её, понимая, что любое неосторожное движение может стать роковым. Ночь на крыше академии перестала быть томной и мирной. Она превратилась в ловушку, и он был в ней один на один с неизвестным врагом.       Наруто судорожно сглотнул, стараясь оценить ситуацию. Незнакомец давил на плечо, словно испытывая его силу, и эта хватка была неприятно сильной. Его слова звучали как зловещая игра, где он был пешкой, а правила устанавливал кто-то другой. Страх сковал его, парализуя тело, но разум лихорадочно искал выход. Почему он так себя чувствует?       Сердце бешено колотилось в груди, словно птица, попавшая в клетку. Наруто напряг все свои чувства, пытаясь уловить хоть малейшую деталь, которая могла бы выдать личность незнакомца. Запах — едва уловимый аромат прелых листьев и старой кожи. Движения — плавные и бесшумные, как у змеи, готовящейся к броску. Но самое пугающее — отсутствие чакры. Незнакомец словно был соткан из самой тьмы, лишенный какой-либо энергии.       Наруто молчал, прожигая взглядом незнакомца. Кто бы это ни был, он явно обладал знаниями о его прошлом, о которых не должен был знать никто. И как он смог подобраться так близко, не вызвав тревоги у Курамы? Это было невозможно. Если только… — Ты заблокировал мою связь с., — прошептал Наруто, осознание ударило его, как молния. Незнакомец усмехнулся, и этот звук эхом отозвался в ночной тишине. — Догадливый мальчик. Но это лишь малая часть того, что я могу. Ты ведь помнишь, как легко я манипулировал многими в прошлом? — голос незнакомца стал давить, как удавка. Воспоминания хлынули потоком, обжигая сознание. Наруто узнал его. — Неужели ты не помнишь меня, Наруто? — Зецу… — выдохнул он, и имя, словно проклятие, сорвалось с губ. Он думал, что покончил с ним навсегда. — Здравствуй, Наруто. Скучал? — проговорил черный Зецу, и его голос был точно таким же, каким он его помнил, но с куда более наполненным ненавистью и презрением.       Зецу тихо рассмеялся, и этот звук эхом отозвался в ночной тишине. Он медленно поднял руку и снял капюшон, открывая лицо. Наруто застыл. Перед ним стоял… гуманоид без каких-либо отверстий и волос на теле. Просто чёрная масса, у которой есть два жёлтых глаза без склер, а также рот с зазубренными, острыми зубами.       Его глаза горели злым огнем, а то, что можно было назвать лицом, искажала злобная ухмылка из острых зубов черной массы. Это была темная версия Зецу, словно кошмар, воплотившийся в реальность. Тот самый, которого он во время сражения с Кагуей запечатал вместе с ней в измерении, из которого было невозможно выбраться. — Чего ты хочешь? — спросил Наруто, стараясь говорить ровно, несмотря на охвативший его страх.       Зецу усмехнулся, и этот звук заставил кровь стынуть в жилах. — Всего лишь узнать один секрет, Наруто. Секрет твоего бессмертия. Я точно помню, что ты должен был умереть тогда, когда я забрал Девятихвостого себе во время войны.       Наруто похолодел. Как он узнал? Эта тайна, которую он хранил в глубине души, известная лишь ему, Саске, которого давно нет в живых и Кураме, вдруг стала известна ему. И если Зецу хочет узнать секрет, то не знает о том, что всему виной проклятие демона Моурью. — Я не знаю, о чем ты говоришь, — попытался выкрутиться Наруто, но в голосе звучала неуверенность. Зецу лишь крепче сжал его плечо, словно давая понять, что ложь бесполезна. Ночь становилась все более зловещей, а тьма вокруг сгущалась, готовая поглотить его целиком.       Зецу расхохотался, и в этом смехе слышались отголоски безумия и злобы. Он словно вылез из самых темных уголков памяти Наруто, материализовавшись в кошмар наяву. Его появление здесь, сейчас, означало лишь одно: все, за что он и его друзья боролись, все победы и жертвы, могли оказаться напрасными. — Неужели ты думал, что так просто избавишься от меня? — прошипел Зецу, делая шаг вперед. — Я — часть тьмы, что живет в тебе, Наруто. Я — отражение твоих сомнений, твоих страхов. Я всегда был рядом, наблюдая, ожидая подходящего момента. И я смог выбраться из измерения с твоей помощью, в котором ты оставил меня с Мамой очень надолго. Это было трудно. И вот я здесь. Снова.       Наруто сжал кулаки, чувствуя, как чакра вздымается внутри него, готовая вырваться наружу. Но он понимал, что это ловушка. Зецу всегда играл на его эмоциях, провоцируя на необдуманные действия. И даже если Зецу раньше был намного сдержаннее, то со временем, даже он был не застрахован от безумия. Он должен сохранять спокойствие, думать. Просто дыши. — Чего ты хочешь? — спросил Наруто, стараясь, чтобы голос звучал твердо, несмотря на страх, сковавший его. Зецу лишь криво усмехнулся, и в его глазах вспыхнул зловещий огонек. — Разве ты не понимаешь, Наруто? Я хочу вернуть все, что у меня отняли. Мою мать. И ты, как всегда, сыграешь в этом ключевую роль. Игра начинается снова.       Слова Зецу прозвучали как приговор. Он знал, на что способен этот коварный противник. Зецу всегда был на шаг впереди, плел интриги и манипулировал людьми, словно марионетками. — Ты ошибаешься, если думаешь, что я позволю тебе использовать себя, — выплюнул Наруто, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Я больше не тот наивный мальчишка, которым ты меня помнишь.       Зецу презрительно фыркнул. — Наивность — это часть тебя, Наруто. Она делает тебя уязвимым, предсказуемым. И даже твоя сила не сможет этого изменить. Ты всегда будешь стремиться спасти всех, даже тех, кто этого не заслуживает. И я обязательно воспользуюсь этим.       Наруто приготовился к бою. Он знал, что слова Зецу — лишь прелюдия к настоящей битве. Битве не только физической, но и психологической. Битве за его разум, за его душу. Он должен быть готов ко всему. И все же знал, что не стоит устраивать битву посреди академии ночью.       В данном состоянии он не смог бы одолеть его. Зецу не просто бандит или второсортный маг. Это Зецу. Со своей в большей мере запечатанной чакрой, он не одолеет его. Они оба это понимали. Это всего навсего разведка, никто из них не будет сражаться. Ведь Наруто не смог отследить его, даже с силой Курамы, с которым связь прервалась.       Зецу. Этот паразит, эта тень, висевшая над ним и каждым в самые темные времена. Он помнил, как Зецу нашептывал сомнения, подталкивал к необдуманным решениям, пытался взрастить семена тьмы, когда он слушал от Обито историю из его жизни. Даже Мадара был на самом деле всего-лишь марионеткой. Как он вообще выжил после той битвы? — Что тебе нужно? — вновь процедил Наруто сквозь зубы, стараясь взять себя в руки. Он не должен позволить Зецу влиять на него. — Разве так встречают старого друга? Я просто пришел навестить тебя, Наруто. Посмотреть, как ты распорядился своей властью, как живешь своей счастливой жизнью. Хотя, глядя на тебя, я вижу лишь разочарование. Ты стал слишком предсказуемым, слишком… скучным.       Зецу склонил голову, рассматривая Наруто с нескрываемым презрением. Затем сделал шаг назад, отпуская плечо Наруто. Он окинул взглядом крышу академии, словно оценивая обстановку. В его глазах читалась насмешка. — Ты тратишь свою жизнь на бессмысленные амулеты и защиту детей. А мир вокруг рушится, Наруто. Тьма сгущается, и ты ничего не замечаешь, а я уже действую. Ты думаешь, что сможешь защитить всех? Ты ошибаешься. Рано или поздно тьма поглотит и тебя, и всех, кто тебе дорог.       Наруто стиснул зубы. Он знал, что в словах Зецу есть доля правды. Он чувствовал, как мир меняется, как старые угрозы возвращаются в новом обличье. Но он не позволит Зецу сломить его. Но понимал, что устал. Он знал, что в словах Зецу есть доля правды. Годы бремени власти, одиночества и ответственности оставили свой отпечаток. — Я буду бороться, — твердо сказал Наруто, но обманывал самого себя. — Я буду защищать тех, кто нуждается в защите. И я не позволю тебе снова попытаться разрушить этот мир.       Зецу рассмеялся, и этот смех эхом отразился на крыше академии. Он растворился в темноте, словно призрак. — Мы еще встретимся, Наруто, — прошептал он напоследок. — Игра только начинается.       На крыше академии, в полном одиночестве, Наруто ощущал, как слова Зецу отзываются гулом в голове. Страх и злость переплелись в мучительную смесь. Он чувствовал себя загнанным в тупик, словно зверь, окруженный со всех сторон охотниками. Нужно было что-то предпринять, но как? Зецу был коварен и непредсказуем в своих действиях.              Погруженный в свои мысли, он покинул крышу и направился к выходу из академии. Ему необходимо было тщательно все взвесить, понять намерения Зецу и найти способ противостоять ему. Но прежде всего, ему нужно было выяснить, как Зецу сумел освободиться из заточения. Это казалось невозможным, если только… В голове возникла пугающая догадка. Не повлиял ли Зецу на него каким-то образом во время запечатывания Кагуи?       Наруто осознавал, что предстоящая битва с Зецу станет самым сложным испытанием в его жизни. Это будет борьба не только за мир, но и за его собственную личность, за право остаться собой. И он должен одержать победу, чего бы это ни стоило, иначе тьма поглотит все вокруг, подобно тому, как это чуть не произошло во время войны. Тогда, объединив усилия с Саске, Наруто запечатал Кагую, спасая мир от неминуемой катастрофы, и продолжал защищать его от вторжений Ооцуцуки.       Необходимо найти все отчеты о запечатывании Кагуи, внимательно изучить каждую деталь, попытаться найти хотя бы малейшую зацепку. Но вся информация хранится далеко, а он не мог позволить себе такое длительное путешествие, особенно в таком состоянии. Курама хранил молчание, усиливая его отчаяние. Время неумолимо убегало, играя против него. Тихо вздохнув, он остановился перед воротами академии Милдиан.       Лишь увидев ворота, Наруто осознал, насколько глубоко он погрузился в свои размышления. Такая рассеянность недопустима, она может стоить жизни, если бы был не бессмертен. В забытьи он не заметил, как земля под ногами обвалилась, и он провалился в яму — примитивную, но коварную ловушку. Вскоре сверху послышались голоса мальчишек, полные разочарования. Судя по всему, незадачливые хулиганы планировали подшутить над кем-то, о чем свидетельствовала зловонная куча грязи на дне ямы.       Наруто поднял глаза и увидел лица троих своих однокурсников, на лицах которых было написано разочарование. — Да это же всего лишь Наруто, — произнес один из них с досадой. — А я уж думал, охранник попался, — ответил второй, заглядывая в яму. — Блин, неинтересно. Ладно, вытаскиваем его, надо замести следы, — скомандовал третий. — Наруто, лови веревку! — И веревка скользнула вниз. Вдруг Наруто осознал, что тревога отступила. В какой-то мере он был благодарен этим озорникам за то, что они отвлекли его.       Наруто поймал веревку, стараясь скрыть улыбку. Вот она, жизнь. Полная контрастов, от вселенских угроз до детских шалостей. Он завязал веревку вокруг себя и кивнул мальчишкам, давая знак, что готов. Они начали тянуть, и Наруто, ощущая, как его вытаскивают из ямы, вдруг почувствовал себя легче.       Выбравшись наружу, он отряхнулся и посмотрел на троицу. Они стояли, виновато опустив головы. — Спасибо, что помогли, — сказал Наруто, чем еще больше смутил их, так как по их вине он угодил в ловушку, кроме того от него ужасно воняло. — В следующий раз будьте аккуратнее, ладно? — Тебе бы помыться для начала, мелкий. От тебя смердит, как от дерьма. — мальчишки зажимая нос рассмеялись и быстро ретировались, оставив Наруто одного.       Он снова посмотрел на ворота академии, но теперь в его душе было меньше тревоги. Зецу — это серьезно, но мир не рухнул в одночасье. Он должен продолжать жить, учиться, помогать другим. И когда придет время, он будет готов дать отпор тьме.       Наруто сделал глубокий вдох и направился к общежитию. Ему нужен был сон, чтобы хоть немного восстановить силы и привести мысли в порядок. Завтра будет новый день, и он встретит его с высоко поднятой головой. А Зецу… Зецу будет ждать. И Наруто будет готов. — Я буквально в дерьме… Стоит сначала помыться, верно? — рассмеялся Наруто, разговаривая сам с собой и спокойной походкой направился в сторону купален. Сейчас ему стоит отдохнуть. После он выяснит по какой причины Курама замолчал.       Добравшись до купален, Наруто скинул с себя грязную одежду и погрузился в горячую воду. Пар окутывал его тело, расслабляя напряженные мышцы. Он закрыл глаза, позволяя воде смыть с себя не только грязь, но и часть тревог. В голове все еще звучал голос Зецу, но теперь он казался менее угрожающим.       После купания Наруто почувствовал себя немного лучше. Он надел чистую одежду и направился в свою комнату в общежитии. Там было скромно, но уютно. На столе лежали книги и свитки, а на стене висели фотографии друзей и близких. Эти простые вещи напоминали ему о том, за что он сражается.       Он сел на кровать и закрыл глаза, пытаясь снова установить связь с Курамой. Тишина. Обычно его верный и вредный друг всегда был рядом, готовый поддержать советом или просто поворчать. Но сейчас он молчал, словно исчез. Это беспокоило Наруто больше всего. Тихо вздыхая, он прикрыл глаза, обещая самому себе раздать причину молчания. Вскоре его сморил сон, и он заснул крепким сном.