Дикая Охота

Первым делом она нашла (что было не так-то просто) служанку-горничную, или кем там она нанималась в дом Мира, позвала к себе в комнату якобы помочь в деликатном женском вопросе, а сама закрыла за ней дверь и попыталась изобразить коварную усмешку. Получилось так себе, но служанке хватило и такой малости. — Как долго вы работаете здесь? — начинать следует издалека. Служанка чуть расправила плечи взглянула на Владу с вызовом. — Почему я должна отвечать на ваши вопросы? — Потому что я имею право их задавать, — вкрадчивым голосом ответила Влада и показала «корочку», которую никогда не носила в сумке, только в глубоких карманах штанов. — Так что? Или мне пригласить вас в Москву для дачи показаний? Служанка нахмурилась, отступила к стене, но раскалываться не собиралась. Крепкий орешек. Всё, чего сумела добиться от неё Влада — имя, фамилия, возраст и причина, почему девушка выбрала именно дом Мира для подработки во время каникул в университете. По её словам, ей очень нужны были деньги, а богатенький одинокий переводчик не скупился на зарплату, да и условия у него были лучше, чем во многих гостиницах. — И вы ничего не знаете про оживающие доспехи и вой по ночам? — скучающе спросила Влада напоследок. — Нет, конечно, — гордо ответила служанка. — Я крепко сплю и ничего не слышу. Прошу меня простить. «Не прощу», подумала Влада и закрыла за ней дверь. Похоже, в допросах стоит ещё попрактиковаться, ведь Максик расколол бы её минут за пять, если не меньше. А Еся попросту охмурил, уж очень часто девушки западали на его типаж «ночного хулигана», невзирая на то, что всерьёз Еся любил совсем другого человека и упрямо не признавался, кого именно. Впечатления от прогулки с Дикой Охотой накрыли Владу перед сном. Она сжала голову руками и крепко зажмурилась, пережидая приступ паники. Пусть всадники ничего плохого ей не сделали, по нервам их механический аллюр и жуткие горящие глаза ударили сильно. Со временем страх уйдёт, и Влада сама себе признавалась, что не прочь снова пообщаться с рыцарями и покормить сахаром их лошадей, но пока ей хватало экстрима и поседевших раньше времени волосков на затылке. Это становилось неприятной традицией: просыпаться посреди ночи от истошного крика и света десятка огней. Спросонья Влада не сразу поняла, что кричал Мир, пытавшийся пробиться к её комнату, а огнями было реальное и очень жаркое пламя. — Влада! — слова Мира с трудом продирались сквозь треск сгорающего дерева. Видимо, дверь полили чем-то горючим, иначе не объяснить, почему огонь разливался от двери обжигающей волной. — Тут я! — крикнула она в ответ и полезла на подоконник открывать окно. Свежий воздух немного разбавил угарный газ, но выход по-прежнему был перекрыт, а телепортировать ни Влада, ни Мир не умели. — Что делать?! Наверное, Мир успел надышаться чем-то нехорошим, потому что его ответ: — Прыгай, поймаю! — с трудом втискивался в рамки здравого смысла. Прикинув расстояние до земли и свой вес, Влада грустно подумала, что Максику придётся оплачивать ей больничный минимум на месяц. И прыгнула. Перед глазами не пронеслась вся жизнь и не возник список дел, который она не успела совершить до свадьбы. Падение длилось всего пару секунд, а затем сменилось чьим-то крепкими объятиями. Влада не обольщалась — Мир, конечно, крутой парень, но даже он не смог бы выбежать на улицу так быстро и поймать её у самой земли. Она открыла слезящиеся от дыма глаза и взглянула в спокойное лицо лидера Дикой Охоты. Интересно, у него есть имя? — Можешь называть меня Стахом, — внушительно представился он, легко удерживая немаленькую Владу на руках, словно та была беспомощным котёнком. — Влада! — с крыльца слетел Мир и бросился к ним с круглыми от ужаса глазами. Его волосы и одежда обгорела, босые ноги перепачкались в золе и отдавали красным в свете стремительно горевшей спальни. — Ты цела?! — Да, кажется, — он снял её с рук рыцаря, торопливо покрутил и успокоился лишь когда убедился, что Влада не врёт. Она смущённо потупилась впервые за долгое время. — Ты не мог бы не смотреть на меня так пристально? Я вообще-то в пижаме. — Ой, прости! Мир отскочил от неё так быстро, словно боялся ранить. Рыцарь снисходительно фыркнул и, вновь подведя к ним коня, сказал: — Люди, которые подожгли вашу спальню, госпожа, уезжают на машине. — Далеко не уедут, — отозвался Мир. Выражение лица у него сделалось жуткое. Такое же было у Максика, когда кто-то задевал его подчинённых, или когда-то давно у Еси, когда Владу серьёзно ранили на задании. Теперь действительно верилось, что именно он хозяин самой ужасающей легенды этой местности. Владе это отчего-то польстило. На «госпожу» не осталось времени реагировать: Мир был прав — преступники бежали с места преступления, что Влада не имела права допустить. Фигушки! Она запрыгнула на коня с первого раза, не замечая из-за всплеска адреналина, что на такую же призрачную лошадь сел Мир. Кавалькада рыцарей возникла за их спиной бесшумно и мрачно, готовые выполнить любой приказ. Со стороны они выглядели зловеще и могли вызвать остановку сердца у любого, кто по глупости встретится им на пути. На практике Влада выяснила две вещи: Дикая Охота легко способна победить в гонках «Формулы один», если захочет участвовать в столь нелепом мероприятии, и что один умный лидер не добавляет ума остальным своим подельникам. Внедорожник Гриши честно пытался оторваться от преследователей, но бензиновые лошади вчистую проигрывали лошадям-призракам. Совсем скоро конь Влады поравнялся с окном водителя. За рулём действительно сидел Гриша, с ним рядом — нумизмат-любитель, а в сиденье салона вжималась гордая служанка. Полная картинка ещё не успела сложиться у Влады в голове, как вдруг внедорожник резко вильнул в сторону. В свете фар показался обманчиво надёжный луг, про который Мир говорил, что бродить по нему ночью — самоубийство чистой воды. Колёса внедорожника забуксовали в мягкой жиже и начали медленно погружаться. Перепуганный вопль девушки долетел до ушей Влады, она направила было коня в их сторону, чтобы вытащить идиотов из болота, но послушный мгновение назад конь отчего-то встал, как вкопанный и отказывался шевелиться. — Они же утонут! — крикнула в морду-череп Влада, чувствуя подкатывавшую к горлу панику. Она терпеть не могла становиться причиной чужой смерти. — Ты тоже, если спешишься, — рядом остановился Мир с тем самым жёстким и холодным выражением лица. — Они пытались убить тебя из-за денег. Разве мы должны их спасать? В горле застряли доводы «за»; Влада представила, как всех троих оправдают на суде, выпишут штраф или условный строк с домашним арестом, как они спустя время вернутся сюда и будут досаждать Миру со своим мифическим кладом… Внедорожник погрузился в болото по самую крышу. Крики стихли. — Госпожа замёрзнет, — подал голос один из всадников. — Хотите домой? — Хочу, — сухим голосом откликнулась Влада. Совсем не к месту ей вспомнилось, как легко крошатся под каблуком леденцы, какого бы вкуса они ни были. — Горячий чай, дом и звонок другу. Пожалуйста. Мир накинул ей на плечи плащ, сотканный, казалось, из лунного света и паутины, взял под мерцавшие узды коня и повёл его в обратную сторону от болота. Над ним через несколько часов поднялось румяное солнце, вызолотило росу на траве и невинные кочки, по которым деревенские мальчишки прыгали, чтобы испытать свою храбрость.