Ад на Двоих

…Тем временем, германцам приходилось совсем несладко. Внезапное наступление союзников застало их врасплох. Маттиас и Курт находились в относительной безопасности — на первой линии обороны. После артобстрела дымовыми снарядами ничего не было видно. — Они идут! Выходят из завесы! — Огонь, открыть огонь! — Матти, смотри слева! — Курт сел за пулемёт. Маттиас вскинул винтовку и открыл огонь. Он не успевал как следует прицелиться, везде был ураганный огонь, заставлявший его прятать голову. — Курт, ты видишь что-нибудь?! — Нет! — Курт стрелял из пулемёта наугад. — Мать вашу, а! И что делать?! — Маттиас поднял голову и увидел, что французские солдаты были примерно в 10 метрах от их окопов. И снова ему показалось знакомое лицо… — Отступаем на вторую линию! Бегом! — командир выпрыгнул из окопа и побежал назад. Вмиг его примеру последовали десятки солдат. Теряя на бегу снаряжение, кое-как они добрались о второй линии обороны.       Германцы начали предпринимать попытки укрепления обороны и пытаться прийти в себя. Атака несколькими армиями, артиллерией, танками и самолётами была слишком сильным и неожиданным ударом для них. — Что же это за чертовщина такая? — Курт сидел прислонившись на ящики и пытался обдумать произошедшее. — Операция, что ещё? — И так ясно… Где же?..Разведка наша где? Фотосъемка, разведчики, шпионы… Куда же… — Видимо, командованию было это неинтересно… — Либо мы плохо сработали… — Курт подпёр голову рукой. — Слушай… Я, кажется, снова его видел… — Клода? Снова? — Да… Я пишу ему гору писем, но ничего. Абсолютно. Никакого ответа. Что у них такое может быть? — Ты хоть сказал ему, что тебя перевели? Возможно, почта не пропустила письмо с точным адресом. Военная тайна, все дела. — Вполне вероятно. Что-то они затихли там… — А ведь там ещё остались солдаты. Интересно, что с ними? — Наверное, сдаются в плен. Что им ещё остаётся? — Позор какой… Может, попробуешь написать ему? Кажется я видел здесь отделение почты. — Да? Пойду поищу. Ты останешься здесь? — Разумеется, куда я денусь? — Курт усмехнулся и принялся чистить винтовку.       С трудом Маттиас отыскал эту небольшую землянку. Назвал свои имя и фамилию, армию, часть и отряд, ему выдали лист с чернилами и он принялся писать. Не столь что-то важное, просто уведомление о том, что его перевели и он ждёт письма. Да, как уже можно было догадаться — из-за перестановок на фронте, наших героев перевели в разные новые армии. Именно из-за дискоординации в сообщениях и тяжелых боях было очень трудно вновь восстановить какую-либо эффективную связь. Но он всё-же надеялся… Написав, он вышел из палатки и отправился к Курту. На том месте, командир отряда собрал бойцов и что-то им объяснял. --…Итак. У нас имеются миномёты, но без боезапаса. Поскольку третий рубеж не очень хочет отпускать своих людей нам на помощь, я договорился о том, что бойцы встретятся на середине пути друг с другом и получат наши мины. Их будет немного, но этого хватит, чтобы прикрыть наш отход… Эй! Ты Маттиас? — командир указал на него пальцем. — Так точно герр капитан! — Замечательно! Курт о тебе и говорил. Пойдёте вы вдвоём. Советую поторопиться. Вольно!       Солдаты разошлись. Маттиас подошёл к Курту. — Ты решил вдвоём идти за припасами? Почему именно мы? — В любой момент может что-то начаться. Это шанс! Мы сможем уйти если что. Смекаешь? — Смахивает на дезертирство… — А кто хотел сдаться в плен, лишь бы увидеть брата, м? Вроде бы не я. — Ну тихо, тихо, уговорил. Когда идём? — Курт, Маттиас! Выдвигайтесь! Что-то у них там неладно — капитан отдал приказ и прошёл мимо. — Ну, пошли — Курт улыбнулся и хлопнул по плечу Маттиаса, вылезая из окопа. За ним последовал и Маттиас. Через какое-то время, они увидели идущих им навстречу солдат с двумя ящиками мин. — Это вам, да? Берите — бойцы отдали им ящики — Наш рубеж — последний. Мы укрепили его по-максимуму. Будьте готовы отходить, а мы уж прикроем. — Благодарю, учтём — Маттиас и Курт взяли ящики и поспешили назад. Как только они вернулись, их встретил взволнованный капитан. — Наконец-то! Давайте скорее, что-то у них там неладно — капитан взял ящики и отдал их миномётчикам. Те сразу заняли позиции, ожидая сигнала. — Виноват, герр капитан, что у них там «не так»? — Курт подошёл к капитану. — Тихо! — он поднял палец и замолк — Слышите? — шепнул он. Маттиас и Курт прислушались и смогли уловить гул, который всё чётче и чётче распознавался, как звук приближающихся танковых моторов. — Чёрт… Они идут? — Курт испуганно взглянул на капитана. — Возможно. Это не повод рассуждать. Расчёты один и два — заряжай! Огонь! — миномётчики с фантастической быстротой закидывали мины в миномёты, пока солдаты готовились к бою. Через несколько минут послышались крики солдат и из-за пригорка показались французы.       Германцы враз ударили из всего, что у них было. Миномёты, пулемёты, винтовки. Их количества не хватало для ураганного огня, но прижать французов они смогли. Так прошло около получаса, боеприпасы начали подходить к концу. Маттиас исстрелял последнюю обойму и плюхнулся на дно окопа. Он не знал что делать. — Матти! — рядом с ним плюхнулся Курт. За его спиной Маттиас увидел отступающих солдат — Бери! — Курт протянул ему обойму. — Что? А…А ты? — Я с остальными задержу их! Отступай, бегом! — Курт вытолкнул Маттиаса из окопа и побежал в штыковую, в которую вылезли все оставшиеся немцы. Маттиас хотел помочь другу, но, обернувшись, увидел схлестнувшихся в ближнем бою солдат. Он увидел, как Курт голыми руками дрался с французом, который зачем-то сорвал с него его пикельхельм… Маттиас уже было рванул на помощь, но увидел, что Курт без проблем повалил француза и начал избивать его. Через полчаса остатки батальона добежали до третьего рубежа. Маттиас увидел перед собой настоящую крепость, имелись даже бетонные доты. Они быстро спустились в окопы, прошли в бункер, им выдали снаряжение и приказали занять оборону.       Маттиас вышел последним. Он увидел, как всех выживших со второй линии собрали в один небольшой отряд. Он подошёл туда. — Так кто пойдет? — командир третьего рубежа осмотрел оставшихся в живых. — Что-то случилось? — робко поинтересовался Маттиас. — Нужно, чтобы этими остатками кто-то командовал, но своих людей я не хочу выделять, мне дорог каждый метр обороны. Я так понимаю, вы из них? — Так точно, я… — Командуйте! — командир хлопнул Маттиаса по груди и поспешил убраться в дот. Солдаты неспеша встали в стойку. — Ну, веди нас! — усмехнувшись сказал один из солдат. Постояв около минуты и обдумывая то, что сейчас произошло, Маттиас пришёл в себя. Ему доверили командовать. — Хорошо. Распределитесь по свободным позициям! Кому не хватит мест — займите оборону в задних окопах и держитесь рядом! — солдаты моментально подчинились приказу и заняли тыловые позиции, несколько человек заступили за пулемёты. Маттиас спустился в окоп и понял, что он остался один. Курт пропал где-то там… — Вон они! Открыть огонь! — послышался откуда-то голос командира. Мгновенно заработали пулемёты, открыли огонь орудия, полился свинцовый ливень из винтовок. В атаку пошли и французы, и британцы, и танки, и самолёты. Начался сущий ад. С этого рубежа, последнего, отступать было некуда…       К часу дня союзники упёрлись в последний рубеж. Французы смогли захватить несколько окопов, но дальше их не пускали пулемёты. Несмотря на полдень, битва превратила это место в настоящий ад — невыносимый гул из всего подряд, дым и копоть заволокли небо, солдаты попросту теряли последние нервы и силы. Тем временем, патроны у пулемётчиков и не думали заканчиваться. Внезапно, наступление французов остановилось. Они всё ещё огрызались огнём, но далее не шли. — Мы их прижали! — Добиваем?! — Нет! Самим бы уцелеть! Сидите и экономьте патроны! Кто командир отряда с тыловой линии?! — Маттиас Баккер, герр капитан! — Баккер, ко мне! — Маттиас пробился через солдат к командиру. — Какие приказы, герр капитан? — Сходи со своим отрядом во фланг, проверь что с этими ублюдками! Если получится их выдавить — дави, но без геройства! — Есть, герр капитан! Отряд, за мной! — Маттиас прыгнул в окопы и двинулся на левый фланг.       Через пару минут он смог достичь позиции, с которой были видны небольшие и разрозненные отряды французов, укрывающиеся за руинами домов и в окопах. Их плотно прижимал пулемётный огонь и трудно было понять, где лежат живые солдаты, а где уже трупы. — Укрыться и ждать команды! — Маттиас принялся осматривать позиции французов. Он переводил взгляд то от окопов к развалинам, то от развалин к небольшому доту и пытался оценить возможность атаки. Пока не увидел эту картину… — ВПЕРЁД! ВПЕРЁД Я СКАЗАЛ! БЫСТРО, ЗА УКРЫТИЯ И ВПЕРЁД! — невысокий и пухлый офицер грозил револьвером укрывающимся бойцам — кому с винтовками, кому без. Несколько человек не выдержали, закричали и побежали вперёд, но тут же были сражены пулями. Оставшиеся солдаты лишь сильнее вжались в стену. Маттиас увидел, как солдат с разбитым лицом подскочил к командиру и что есть силы врезал ему в глаз. — Это тебе за Жана, мудак! — кажется, в руке у него был осколок кирпича… Он нанёс ещё один удар и тут же раздался выстрел. Ещё, ещё один и солдат медленно завалился на спину… — Эмиль! Нет! — какой-то раненый в несколько мест солдат вскочил и попытался навалиться на командира. — Назад, урод! — командир, прикрывая раненый глаз, орал и стрелял во все стороны, пару раз задев солдата. Тот слегка развернулся и встал, еле держась на ногах и пошатываясь, готовясь упасть. Маттиас обомлел. Он тут же выскочил из своего укрытия и рванул туда. — Клод! Клод, я здесь! — за ним тут же вылезли все остальные солдаты и с криком бросились в атаку. Обернувшись, на лицах французов застыло выражение удивления и испуга. Отряд германцев врезался в остатки небольшой группы англичан и французов и вступил в рукопашную.       Маттиас спрыгнул в окоп, куда упал Клод. Он запомнил это место. Это должно быть где-то тут. Точно тут. Он нёсся по траншее как сумасшедший, по пути отталкивая попадавшихся солдат. От неожиданности те не успевали сделать ничего, кроме как-либо отпрянуть в сторону, либо дать себя оттолкнуть. Тут же он напоролся на французского солдата, но не Клода. Завязалась рукопашная. После недолгих усилий, Маттиас смог вспороть грудь солдату. Посчитав винтовку со штыком слишком неудобной, он отсоединил штык, выбросил её и рванул дальше. Выйдя к бетонному доту, он увидел завязавшийся рукопашный бой между подходящими силами французов и осмелевшими германцами из передовых окопов. Внезапно, сзади его кто-то ударил по спине, отчего Маттиас полетел на землю. Он смог быстро вскочить и увидел перед собой его… Дюбуа. Они уставились друг на друга. Лицо Маттиаса в момент приобрело яростный вид, в то время как Дюбуа стоял удивлённый. — Ты… Ты тут? — в момент он оскалился в зловещей улыбке — Тебе не жить… — он взвёл револьвер, но тут же из-за угла на него выскочил кто-то и повалил на землю. — Клод! — Что? — Клод оглянулся на Маттиаса — Маттиас! — Дюбуа резко оттолкнул Клода и выстрелил ему в спину. — ТВОЮ МАТЬ! — Маттиас рванул к Дюбуа, но тот успел вскочить и подняться на ноги.       Маттиас ударом ноги выбил у него револьвер. Дюбуа бросил в него кусок грязи с земли, запачкав ему лицо и закрыв обзор. Как только Маттиас протёр лицо, он увидел бегущего на него Дюбуа с каким-то острым предметом — он не успел разобрать что это. Мозг сразу же подал сигнал на рывок в сторону. Оказавшись значительно сзади, Маттиас врезал Дюбуа по ноге, отчего тот осел на колено. С разворота он засадил своё оружие ему в ногу, отчего Маттиас чуть отпрянул. Завязался бой на кулаках. Маттиас первым вмазал в лицо Дюбуа. — ТЕБЕ КОНЕЦ, ТВАРЬ! — пока тот оправлялся от удара, Маттиас нанёс ещё пару, разбив теперь ему и нос. Дюбуа заорал и бросился на Маттиаса, напрыгнув на него и повалив на землю. Сев на Маттиаса, Дюбуа со всех сил лупасить его, а когда заметил рядом лежащий мусор, то стал подключать и его. Маттиас чувствовал, что его руки больше не выдержат ударов всякого рода предметов и следующий придётся уже в лицо. Внезапно, послышался крик, и Дюбуа резко вздрогнул, подавшись чуть вперёд. Убрав блок, Маттиас увидел запрокинутую назад голову хрипящего Дюбуа и торчащий из его груди штык, с треском и чавканьем ползущий вверх по груди. Как только разрез достиг горла, штык резко дернулся вверх, разорвав Дюбуа горло и нижнюю челюсть и исчез. Он упал набок, дёргая ногой и телом. Над Маттиасом стоял Клод.       Маттиас моментально вскочил и схватил брата за плечи. Тот улыбался, из глаз его текли слёзы. Маттиас обнял его. Тут же он почувствовал, как Клод начинает медленно оседать. — Клод? Клод, Клод, Клод! Что ты! Что с тобой?! — Клод лежал на руках Маттиаса. — Так вот ты где, брат… — он всё ещё улыбался -…Я уж думал… Что нету тебя… — Как нету?! Вот я! Вот! Не думай умирать, слышишь? Слышишь?! Не смей! Я же нашёл тебя! — Маттиас тряс Клода и постоянно нагибался ближе к нему, чтобы приобнять. — И я тут… Прости… — Клод взял Маттиаса за руку — Глупо так подставиться… Уже в конце… — Ну ты что… — Маттиас уже вовсю плакал -…Ты не можешь… Прошу… — Ты же придёшь домой… Верно?..Дойди… Не забудь про меня… Ладно? — Маттиас слушал Клода и всхлипывал. Он улыбнулся, закрыл глаза… Всё… Маттиас сидел так около минуты. Следующее, что он почувствовал — гнев. Он потянулся за штыком, подсел к телу Дюбуа… Он опомнился, когда его ударили по лицу и скрутили руки. Перед ним был труп Клода, рядом — изуродованный штыком, который у него только что вырвали, труп Дюбуа. Его скрутили, и повели куда-то в тыл, к французам…